Любишь – иди на жертвы

      Утро задалось, мягко говоря, не очень. Меня разбудило жутко светящее в мою комнату солнце, так ещё и с Мидорией сложности. Прокручиваю в голове прошедший вечер и морщусь. Что я только натворил и чем думал в тот момент? Теперь понятия не имею, как разрулить эту ситуацию. А ещё, фестиваль сегодня… Он же хотел, чтобы я с ним пошёл. А может уже и передумал из-за вчерашнего.       Через силу заставляю себя встать с постели и направиться в ванную комнату. Проделав все утренние процедуры, я прошёл на кухню. Почему-то никого я там не увидел. Было как-то слишком тихо. Может, Изуку всё ещё не проснулся? Обычно он всегда вставал раньше меня, и когда я заходил на кухню, то меня всегда встречали радостные глаза и лучезарная улыбка. А после завтрак вдвоём…       Какое-то непонятное чувство медленно наполняло было внутри. Будто бы сердце разрывает от таких вот воспоминаний. Будто бы я ценю эти мгновения и расстраиваюсь, когда их нет. Неужели настолько привык ко всему этому? Нет, живя бы я тут один, то жизнь была бы такой же скучной и серой. Всё дело в зеленоглазом парне. Он, в буквальном смысле, создавал уют. Внёс те самые краски в мою совершенно бескрасочную жизнь. От таких мыслей у меня появилась лёгкая улыбка.       Если бы месяц с лишним назад мне сказали, что я буду вот так тут стоять и глупо улыбаться от воспоминаний о конкретном миловидном чуде, то я наверняка бы пристрелил этого человека. Просто как минимум за такой самый, что ни на есть бред. Я никогда не любил и не понимал тех, кто распускает слюни по человеку, пытается прогибаться под него, а теперь я и сам чувствую, как вязну в этом. Конечно же я противлюсь этому, но почему-то чем больше стараюсь отгородиться от этого, тем больше меня тянет к зеленоволосому парню. И как это только понимать?       Меня даже местами пугает то, что я чувствую, то, как я думаю. Это ужасно неправильно – так говорит мой разум, а сердце, тело и душа – совершенно противоположное. То, что это правильно настолько, что мне не нужно отталкивать эти самые чувства, сбегая от них, а просто принять, как должное.       Я всегда старался быть одиночкой. Ни к кому не привязываясь и не привязывая других к себе, а этот мальчишка перевернул всё с ног на голову после своего появления. Буквально вывернул мою тёмную сторону, а за место той тёмной появилась светлая. Сначала этот свет был тусклый, но с каждым днём он становился всё светлее.       Оставив все свои мысли, я направился в комнату Изуку. Тихонько приоткрыв дверь, я сразу увидел зелёную макушку и так же тихонько вошёл. Осматривая его, я видел лишь умиротворённое спящее лицо и слабо слыша то, как он сопит во сне. Вновь невольно на моих устах появилась улыбка.       Решив рискнуть, я подошёл к нему и сел на край кровати, проводя тыльной стороной ладони по нежной щеке. Но не успев я толком налюбоваться, как он морщит носик, а затем и лицо. Тут я понял, что пора сматываться и покинул чужую комнату.       Как я и думал, Мидория и правда проснулся из-за тех прикосновений, потому как только я вернулся на кухню – сразу услышал шаги в этом же направлении.       Изуку зашёл на кухню в слегка забавном виде: глаза всё ещё, видимо, спят, подушка находится в руках, ноги подкошены. — Доброе утро.       Проговорил я, осматривая весь этот его вид, опершись о столешницу поясницей и скрестив руки на груди. — Доброе…       С ноткой грусти проговорил зеленоволосый, не взглянув на меня и присев за стол спиной ко мне. Наверное, дабы прийти в себя из-за сна, но почему такая отстранённость и аура грусти? Наверное, вчерашний случай всё-таки снова поставил меж нами невидимую стену.       Я устало выдохнул и пошёл в свою комнату. Мне не нравилась такая обстановка, и я подумал, что пойти к себе было самым верным решением в данной ситуации. Не хотел ставить себя и Мидорию в неловкое положение, но я понимал, что рано или поздно нам нужно снова установить те былые отношения. Как минимум потому, что он всё ещё мой подопечный, являющийся учеником, а в связи с нашими недопониманиями и недомолвками, мы не сможем продвигаться вперёд.       Снова так глубоко задумался, что не сразу услышал, как кто-то робко постукивает в дверь.       Я резко подорвался с места и подошёл. Открыв её, я увидел Изуку, робко смотрящего в пол, не поднимая на меня глаз. — Я там завтрак приготовил… Подумал, может вы тоже голодны и хотели бы…       Он судорожно вздохнул, ожидая моего ответа.       Опять я услышал это «Вы», не особо обращая внимания на смысл всей сказанной фразы. Только не говорите, что он всё так яро воспринял из вчерашнего и мы вернулись к тому, с чего начали. — Я не голоден.       Так уж получилось, что сказано это было очень холодным и низким тоном, из-за чего я хорошо заметил, как Мидория вздрогнул.       И всё же, мой ответ был чистой правдой. Кусок в горло не лез из-за всех этих проблем, над которыми я думаю всё утро. Ну и это ещё далеко не всё. Мало того, что нас ищут киллеры, желая нам смерти, так ещё и со своей личной жизнью разбирайся параллельно этому. Просто прекрасно.       Мидория слегка кивнул и уже развернулся, чтобы уйти, но я резко хватаю его за запястье, останавливая. — Нам нужно поговорить. — А по-моему, мы поговорили вчера. И исходя из этого, я не представляю, что ещё нам осталось обсудить.       Неожиданно твёрдо выпалил Мидория. Хоть его лицо и смотрело в другую сторону, не встречаясь со мной взглядом, но я понимал, что сейчас оно нахмуренное, недовольное. Такой тон всегда способствует именно этим эмоциям. — Поверь, есть. Пройдём в мою комнату. — А тут разве нельзя?       И что случилось с этим робким мальчишкой? Неужели я ему настолько противен? То запинается в словах от волнения, то дерзит. Иной раз мне срочно нужна помощь того, кто хорошо понимает людей, прямо как сейчас. — В комнате это более уместно.       Не собираясь больше церемониться и играть в няньку, я просто закинул его тушку на плечо, услышав возмущённые возгласы и затащил к себе в комнату, сразу же поставив на ноги. — Присаживайся. — Нет уж! И что это вообще сейчас было? — А как я, по-твоему, из-за твоего из ниоткуда ни возьмись упрямства, должен был затащить тебя сюда?       Изуку сразу как-то поуспокоился и всё же присел на край кровати. Повисла неловкая тишина. — Я хотел извиниться за вчерашнее. Мне не стоило говорить так… — Как? — Ну, то, что нужно делать вид, что ничего не было. Это как-то неправильно, да и сложно. То, как мы оба утром себя ведём… Изуку.       Я присел на карточки напротив него и взял за обе ладони. — Мне не нравится такой расклад. Давай попытаемся вести себя, как раньше? Ты волен делать всё, что пожелаешь. В пределах разумного, конечно. Я не хочу давить на тебя и заставлять делать то, чего ты не хочешь. Если тебе вдруг был дорог тот поцелуй, то… — Я расстроен от того, насколько вы сами не знаете, чего хотите. Никак не можете разобраться в себе и в своих чувствах. Я понимаю. Не забивайте этим голову, я просто не знал, как правильнее стоит себя вести сегодня утром. Всё после вчерашнего для меня по-другому… Я ни на что не претендую и ни на кого не давлю. Просто хочу, чтобы вы обучили меня, из-за чего, собственно, меня к вам и послали. Дальше, вполне вероятно, наши пути разойдутся.       Я ничего не мог противопоставить его словам. С самого начала всё планировалось именно так, как он и сказал. Мне оставалось лишь только согласиться. Насколько бы меня к нему не тянуло, я не должен был отвлекаться от нашей первоначальной задачи. То, что я должен сделать точно, так это выкинуть из головы весь этот бред, который засел во мне с недавнего времени, и быть серьёзнее, как раньше. — Ты не передумал насчёт фестиваля?       Спросил я, стараясь перевести тему на что-нибудь другое. — Нет, не передумал. Но, я вспомнил одну вещь, из-за которой пойти туда станет проблематично...       С нервным выражением лица Мидория посмотрел в окно. — И что это за вещь? — Юката. У меня её нет...       Он с печалью в глазах посмотрел на меня, а я еле заметно улыбнулся. — Всего лишь? Её ведь можно купить. Времени достаточно, поэтому успеем. Признаться честно, у меня тоже нет подходящего наряда, поэтому я планировал съездить за ним днём. Хорошо, что ты успел сказать мне об этом.       Зеленоволосый мило улыбнулся и сразу повеселел. — Хорошо!       Купить всё необходимое, да ещё и в центре здешнего города на удивление заняло у нас довольно мало времени. Я не давал Мидории ни за что платить, оплачивая всё сам и за себя, и за него, на что после он вытворял всё на зло мне, благодаря чему я успешно запер его в машине на полчасика, спокойно докупив всё необходимое. Когда мы возвращались с недовольным на меня парнем обратно в наше временное жилище – время подготовиться всё ещё было сполна.       Уже вечерело, поэтому мы пошли собираться к вечеру. Я не понимал, что ощущал в этот момент. Какая-то доля волнения настигала меня. Видимо из-за того, что я был на этих фестивалях лишь в детстве пару раз, но и с того времени особо ничего не помнил.       Эти традиционные одежды… Я не мог оценить себя, смотря в зеркало, когда уже был полностью готов. Юката у меня была тёмно синяя, с узорами снежинок прямо на ней. — Не знаю, идёт ли мне…       Холодным взглядом прошёлся по всему своему наряду и сослался на итоговое «сойдёт». Решил подождать Изуку в гостинной, но не успел я выйти толком из комнаты, как услышал то, что он меня зовёт. Спешно пошёл к нему и ворвался в комнату, совсем позабыв о том, что он одевался. К моему счастью, он был вроде бы и одет, но зачем тогда звал? Начинаю осматривать его и замираю. Его юката была в мятно зелёном цвете, подходящая к его цвету волос и глаз, а узоры листьев завершали образ. Мило… Даже очень.       Я засмотрелся настолько, что не слышал просьбы Изуку, лишь когда он подошёл ко мне вплотную и щёлкнул пальцами перед лицом – я вернулся в реальность. — Ты что-то говорил? — Д-да… Я позвал вас для того, чтобы вы помогли мне завязать пояс на юкате. У самого никак не получается… — Хорошо, развернись.       Зеленоглазый покорно выполнил просьбу и развернулся ко мне спиной, подав перед этим пояс.       Я медленно стал завязывать, но не смотрел, как именно я это делал, снова засмотревшись на парня. По его виду было заметно, что он малость нервничает, когда я случайно касаюсь его при процессе завязывания. — Знаешь, тебе очень идёт.       Не задумываясь проговорил я на одном дыхании. Как по мне простой комплимент, а ещё мне нравится то, что он заслуженный. Мидория был великолепен в этом наряде. Даже странно, что я никак не смог оценить сам себя, а от вида миловидного зеленоглазого парня напротив чуть ли не снесло крышу. Я заметил, как Изуку повернул голову в мою сторону, улыбнувшись тёплой улыбкой, но было видно, как он смущён. — Спасибо… Вам тоже очень идёт. Почаще бы видеть вас в таком традиционном наряде. — Нет, пожалуй воздержусь.       Резко выпалил я, почти закончив с поясом. — Просто, я привык к строгим костюмам.       Продолжая завязывать, я нагнулся чуть ниже, чтобы было удобнее разглядеть, и не совсем сразу осознал, что положил голову на плечо Мидории, обдавая горячим дыханием его ухо. Он сразу же вздрогнул от этого действа, но резко замер на месте, не двигаясь.       Закончив с поясом, я уже было начал выпрямляться в спине, но взгляд мой пал на лопатки, прикрытые юкатой. Я медленно поднимал его выше, и не удержавшись – поцеловал Изуку в загривок, услышав лишь его сдавленный, томный вздох.