Сахар со стеклом

      Пальцы слегка подрагивали от волнения, сжимая листок бумаги в руках. Мальчишка раз за разом перечитывал написанное на ней и никак не мог поверить этим складным округлым буквам. Записку ему передал парень из компании Энтони. Странно, что он не принёс её самостоятельно, но такая передача казалась не менее романтичной. На бумаге было написано время и место, куда должен был прийти Адель. Как раз на большой перемене перед уроком естествознания в отдалённом корпусе, который сейчас и вовсе не использовался. Наверное, Энтони хотел встретиться наедине… Эта мысль вгоняла мальца в ещё большую краску.       Адель Ру был учеником не самой обыкновенной школы. В такую отец вряд ли позволил бы ему ходить, ведь там «полно сброда». Здание было небольшим, но ухоженным, учителя — знатоки своего дела, а ученики поголовно из приличных семей и имели выдающиеся способности в каких-либо направлениях. Место хорошее, встретить тут кого-то из неблагополучной семьи или же больных на голову не просто редкость, а событие невозможное.       Энтони Роял — один из самых видных учеников. Красивый, умный, из приличной семьи, он выделялся среди остальных и мастерски, одним взглядом очаровывал местных девчонок. Буквально вся женская половина школы сходила с ума по нему, не раз признаваясь в чувствах. Вот только ни одна из признавшихся не получала взаимности. К слову, им восхищались не только девочки. Адель тоже ловил себя на мыслях о нём, а вечные отказы парня девочкам, даже самым симпатичным и умным, давали ему надежду на то, что Энтони, как и Ру, не интересуется ими. Что ему тоже нравятся мальчики. Адель не раз подкидывал в его шкафчик записки и, видимо, был замечен, поскольку сегодня получил ответное послание, которое теперь трепетно держал в руках, впервые за долгое время искренне улыбаясь.       После урока математики Адель спешно собрал свои вещи и, не задав ни единого вопроса учителю, вышел из класса в числе первых. Окрылённый мыслями о будущей встрече, он спешил по коридорам, пытаясь быстрее перебирать тонкими ножками. С каждым пройденным поворотом людей становилось всё меньше и меньше, пока вокруг и вовсе никого не осталось. Коридоры опустели, стены, выкрашенные в приятный мятный цвет, начинали давить, но юнец словно и не замечал этого, опьянённый чувством первой юношеской симпатии.       Когда Ру подошёл к назначенному месту, там ещё никого не было. Это его ни капли не удивило. Наверное, у Энтони был урок в другом конце школы, поэтому тот слегка опаздывал. К тому же, мальчишка никогда не видел, чтобы парень бегал. Он шёл всегда спокойно и размеренно. Наверное, и сейчас не спешит. Адель подошёл к окну, поставил рюкзак на подоконник и начал наблюдать за происходящим во дворе. Там спокойно прогуливались ученики, сидели на лавочках и качелях, беседовали друг с другом. Собственно, продолжали идти своим ходом привычные школьные будни, пока в сердце юного Ру разгоралось неведомое пламя, которое согревало его ожиданием скорой встречи с предметом воздыхания.       Через пару минут послышались шаги. При том, не одного человека. Казалось, что шла целая толпа. Но так тихо, не переговариваясь… Адель напрягся. Из-за поворота вскоре вышел Энтони со всей своей компанией, состоящей из нескольких парней из разного рода спортивных клубов. Они все разом прожигали мальчишку взглядом, отчего становилось неуютно. Ру был растерян, не знал куда деться. Во всей этой ситуации было столько странностей… Стоило в этот же момент ринуться прочь, не оглядываясь, но юнец замер, неуверенно глядя то на Рояла, то на стоявших за ним парней.       — Чего жмёшься? — прорезал тишину громкий и звучный голос юноши.       — Я просто… — не без заминки начал было мальчишка, но его прервали.       — Это ведь ты мне записки в шкафчик подкладывал?       — Я…       — Посмеяться?       — Нет, я просто…       — Просто что? Раз не смеяться, то всерьёз, да?       Адель сглотнул. Говорить при всех было некомфортно. Может, будь они один на один, малец от чистого сердца, не кривя душой, поведал бы о своих чувствах, но когда вокруг столько глаз, которые смотрят с непонятной злобой и агрессией… Как вообще возможно разговаривать в такой атмосфере?       — Ну, чего молчишь? Отвечай! — Энтони повысил голос.       Мальчик вздрогнул от неожиданности и сделал шаг назад, упёршись спиной в подоконник. Былое чувство восхищения сняло, как рукой. Юнец больше не видел в этой школьной звезде и капли привлекательности. Зачем он вообще пошёл на эту чёртову встречу?       — Молчит, — послышался голос уже другого юноши, находящегося где-то за спиной Рояла. — Да что с него требовать? Педик, вот и всё!       Сердце ёкнуло, малец остолбенел. Понемногу начало приходить осознание. Его позвали не поговорить. Его позвали, чтобы поиздеваться, ткнуть носом в его ориентацию. Стало мерзко и горько. Насколько нужно быть неразборчивым в людях, чтобы признаться в симпатии отпетому хулигану, скрывающемуся за маской прилежности? К тому же, судя по всему, гомофобу, который его, маленького и слабого, приторно-сладкого и ванильного, сейчас по стенке размажет…       — И ты подумал, что я из этих?! — с явным наездом продолжил Энтони. — Слышь, педик, ты меня с собой не равняй!       Толпа начала надвигаться, Ру же стоял на месте, не отойдя от шока. Да и бежать было поздно. Его очень скоро сбили с ног. И теперь он сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и смотрел снизу вверх на нависающих над ним ребят. В глазах застыли слёзы. Он чувствовал, что его сейчас побьют, ощущал угрозу, потому был готов закрыться в любой момент руками, лишь бы они не оставили следов на его лице, которые могли бы заметить дома. Что было на уме у этих отморозков никому не известно. Нужно было ждать худшего, однако к следующей фразе Адель был явно готов не был.       — Ну, раз ты ему понравился, пусть пососёт. Явно грезил ночами, чтобы от тебя в рот взять…       — Точно, пусть педик пососёт!       Толпа загоготала настолько противными смешками и фразочками, что становилось тошно. Парень лишь хмыкнул и потянулся к ремню. Ру отвернулся. Он хотел уйти, убежать от этого унижения, но другие преградили путь. Один держал за руки, второй за челюсть, чтобы не отвернулся, третий зачем-то схватил за волосы, словно хотел ему чёлку выдрать. Их хватка была до боли крепкой, уже через пару мгновений заныли и без того травмированные руки. Остальные ребята просто стояли и смотрели, обмениваясь колкостями в адрес мальчишки, перебирали вещи из его рюкзака и выбрасывали их на пол. Все хотели зрелища и развлекать их должен был именно Адель…       — Чего ты такой стеснительный?! Давай, приласкай! Педики же любят отсасывать!       — Ага, не кусайся, будь нежнее с любовничком!       Из глаз потекли слёзы, руки задрожали не то от горечи, не то от боли, сжимающей запястья. Отовсюду слышалось пресловутое «педик». Помощи ждать не от кого. Вокруг лишь эти уроды…       — Эй, вы чего творите?! — раздался голос из коридора.       Парни обернулись, обращая внимание на звуки. Неподалёку стоял юноша. Высокий, широкоплечий. Его загорелая кожа казалась матовой в искусственном освещении коридора. Тёмно-каштановые волосы были коротко стрижены и не закрывали его уверенного строгого лица. Карие глаза горели злобой и отвращением. Одет он был подобно тем персонам, которые сейчас хотели поглумиться над Аделем: белая толстовка с логотипом спортивной команды, тёмные джинсы и массивные кроссовки известного бренда. Если такими ударить, то можно не досчитаться рёбер. К тому же, парень выглядел довольно атлетично…       Наверное, эти мысли пришли в голову не только Ру, так как одного из хулиганов передёрнуло. Видимо он был в курсе, кто перед ними, в отличие от остальных.       — Ну, развлечься решили… — с высоко поднятой головой ответил глава этой шайки. — Хочешь присоединиться? Этого педика на всю школу хватит…       — Отойдите от него, — ровно произнёс незнакомец с невозмутимым выражением лица.       — А то что?       — Это Уилл Андерсон, — шепнул испугавшийся ранее парень. — Он чемпион по рукопашному. Слышал, восьмерых раскидывал в одного…       Ребята заметно напряглись. Энтони сплюнул на пол и чертыхнулся.       — Ладно. Он весь твой. Жмот…       Все, как по команде, отпустили тощее тельце и двинулись в сторону, прочь с места событий. Адель не вставал на ноги. Лишь опустил голову и, вытирая слёзы рукавом, смиренно ждал, пока над ним ещё и, так названный ранее, Уилл поглумится… Но было тихо. Несколько секунд тишины, потом рядом с ним присели, протянув рюкзак, в который уже аккуратно сложили учебники и тетради. Мальчик поднял голову, глядя в глаза юноши. Они уже не были полны злости. Напротив, в них плескалась жалость, мягкость. Собственно, несвойственные для плохих парней вещи. Несвойственные для Аделя при взгляде глаза в глаза. На него, кажется, за всю жизнь никто так не смотрел. При ближайшем рассмотрении стала заметна горбинка на носу, сухость пухлых губ и немного разное расположение глаз: левый был совсем чуть-чуть ниже.       Андерсон аккуратно убрал чёлку с лица Ру. Малец от неожиданности дёрнулся, как от поднесённого огня. Парень поднял бровь и усмехнулся.       — Ты какой-то дёрганный… Они к тебе часто пристают?       — Нет… В первый раз, — робко промямлил он.       — Как звать?       — Адель.       — А я Уилл. Будем знакомы.       Юнец кивнул и чуть отвернулся от лёгкого смущения. Ему было в новинку с кем-то разговаривать в подобном тоне — дружелюбном, приветливом. Его контакты ограничивались учителями и отцом. Первым он складно отвечал на заданные вопросы по теме урока, а перед вторым пугливо молчал. Но это маленькое взаимодействие отличалось. Хотелось ещё. Хотелось слушать его приятный голос, чувствовать, как волосы аккуратно убирают с лица… Это было нечто столь простое и понятное, но недосягаемое до этого момента.       — Давай я тебя провожу, — неожиданно предложил Уильям. — А то эти отморозки могут и подкараулить… Не люблю, когда маленьких обижают.       — Мне пятнадцать, — неловко сообщил Адель.       Кажется, этот факт удивил нового знакомого: его густые брови вновь поднялись, а глаза прищурились, словно он хотел уличить мальчишку во лжи. Но не уловив на миловидном личике иронии или сарказма, усмехнулся.       — А выглядишь младше. Такой тоненький… Наверное, ты плохо ешь. Пойдём в столовую?       Ру кивнул, улыбнувшись. Уилл помог ему встать и повёл, держа за плечо. Осторожно, чтобы не упал на своих спичечных ножках. Второй рукой Уильям нёс его рюкзак. Мальчик не был против этих полуобъятий. Шёл рядом и легонько улыбался, пытаясь максимально скрыть это глупое, как ему казалось, выражение лица. Приятно иметь защиту, чувствовать себя, как за щитом. Этого ощущения ему не хватало дома.       Столовая была почти пустой. Кажется, большинство учеников уже пообедали и мирно прогуливались по коридорам или во дворе. Уильям взял поднос и начал осторожно выставлять на него желаемую еду. Адель же стоял, неловко наблюдая. Когда парень заметил это и снова изобразил на лице удивление, мальчишка неловко прикусил губу.       — У меня с собой нет денег… — негромко сообщил Ру.       — Так не проблема! — с лучезарной улыбкой протянул юноша. — Я заплачу. Ты выбирай.       Мальчишка помялся на месте, но всё-таки взял поднос и, по примеру Уилла, начал ставить на него блюда. На деле только небольшая тарелочка и стакан: салат и сок. У парня гораздо больше всего, но наглеть из-за щедрого предложения Адель не очень-то хотел. Уильям с неким скептицизмом поглядел на поднос мальчишки и уверенным движением добавил к этому продуктовому пофигизму пару булочек. Юнец завертел головой и начал что-то неясно бормотать, пытаясь отнекиваться, но юноша был непреклонен.       — Тебе нужно хорошо поесть. Посмотри, на тебе же свитер висит! — с доброй усмешкой указал он, приступив к оплате их общего обеда.       Это было даже похоже на заботу… Яблочки щёк мальца порозовели, он скромно уткнулся в воротник свитера, пытаясь спрятать всё туже глупую улыбку, и забрал поднос, направившись за Уиллом. Они вместе сели за стол друг напротив друга, начали есть…       — А ты в каком классе? — внезапно начал разговор парень.       — В десятом… — неловко помолчав, дал ответ Адель.       — О, а я в одиннадцатом, — с неким восторгом произнёс Уильям. — На год тебя старше… Мне шестнадцать, кстати.       Уилл оказался очень разговорчивым. Ру не привык с кем-то так активно общаться. Никакого контакта с одноклассниками, никаких друзей, дома только крики и ругань. Удивительно, что Адель вообще мог пару слов связать с таким-то коммуникативным опытом. Ему бы сейчас запинаться и мямлить на манер трёхлетки, но, видимо, разговоры с учителями хоть как-то подняли его навыки общения.       — Ты такой тихий, — с улыбкой говорил Андерсон. — Мне нравится.       Адель неловко улыбнулся в ответ, но долго смотреть в глаза не смог и отвёл взгляд, прячась за волосами. Уильям чуть усмехнулся и протянул руку к голове мальчишки, убирая с лица светлую чёлку. Ру не дёрнулся, как в прошлый раз, а застыл, ошеломлённо глядя на парня перед собой. Неотрывно и прямо, будто вовсе забыл про стеснение и неумение держать зрительный контакт.       — Зачем ты прячешь своё лицо? Оно же очень милое…       — Но мальчики же не должны быть ми…       — Кто тебе это сказал? Те идиоты? — прервал его ответ юноша.       Во взгляде Уилла промелькнуло осуждение. Всё ещё удивлённый Адель сглотнул ком, вставший поперёк горла, и вновь открыл рот, только сказать ему ничего не позволили, так как Уильям снова начал говорить:       — Да плюнь ты на них! Они просто толпа закомплексованных неудачников, которые поднимают себе самооценку, унижая более слабых. Я ненавижу таких, — с отвращением прошипел последние слова юноша.       Он выглядел таким озлобленным. Это даже пугало. Ничего общего, казалось, не было теперь с тем милым и общительным юношей, и только аккуратно лежащая на волосах ладонь напоминала о том, что никакой агрессии по отношению к юнцу парень не имел. Андерсон выдохнул и, кажется, начал успокаиваться.       — Прости, я наверное, напугал тебя… — негромко, на манер Аделя, произнёс парень.       Он отстранился и убрал руку, угрюмо глядя на пустые тарелки. Выглядел, как малый ребёнок, которого отправили подумать над своим поведением. Мальчишка был в смятении, но нашёл в себе силы, чтобы коснуться плеча Уильяма, пытаясь таким образом подбодрить его.       — Я не испугался, — не совсем правда, но кто в этом мире не лжёт? — Всё нормально.       Адель дружелюбно улыбнулся, глядя в глаза юноши. Уилл в ответ тоже смотрел на него и, заразившись этим напускным оптимизмом или просто отбросив тоску, заулыбался в ответ. Тогда уже Ру отстранился, приняв привычное чуть сгорбленное положение.       — Просто, они же правы, — уже с натянутой улыбкой проронил малец. — Я действительно… педик.       Мальчишка покраснел, будто никогда и не произносил ни единого ругательства. Уильям пару секунд молчал, а потом издал тихий смешок. Ру был удивлён такой реакцией. Почему смех? Поиздеваться?       — Ну, тогда, приятно познакомиться, я тоже педик.       Андерсон протянул свою руку мальцу, словно хотел поздороваться. Мальчик прикусил губу в неловком жесте, но всё же протянул руку в ответ. Адель даже не слишком понимал, что они сейчас делают. Что вообще сам Ру здесь делает? Почему не сидит тихонько где-то около кабинета естествознания и не зубрит материал? Уилл уверенно пожал руку мальца и внезапно поднёс к этому союзу ладоней вторую, рассматривая находящуюся в плену его пальцев хрупкую кисть. Юноша с интересом разглядывал выступающие костяшки, узкое запястье и длинные тонкие пальчики. Адель всё это время молчал и неловко покусывал губы, заливаясь розовым румянцем. Всё это действо виделось ему невероятно смущающим. Казалось бы, ничего постыдного в простом нахождении ладони в чужих руках не было, но Ру, не привыкший к таким нежностям, за секунду вгонял самого себя в краску.       — Такой тонкий… Кажется, совсем хрустальный. Сахарный… — будто с самим собой разговаривал Уилл, осторожно касаясь бледной кожи мальчишки.       На самом деле, это можно было бы посчитать за не особо приятные слова. Адель был целиком и полностью в курсе, что его тело слабое и хилое на вид. На самом деле, оно многое могло стерпеть и выстоять, но рассказывать об этом малознакомому парню не входило в планы юнца.       Заметив смущение мальчика после своих слов, Уильям быстро покачал головой, легонько сжав чужую ладошку.       — Нет, это здорово! Это очень красиво! — оправдываясь, воскликнул Андерсон. — Я вовсе не хотел тебя обидеть…       На самом деле, Уильям выглядел забавно, когда отнекивался или был смущён. Его уверенное поведение и мужественный внешний вид никак не соотносились с этим бормотанием и заминками. Словно он тоже, как и Адель, волновался перед собеседником. Ру усмехнулся, тут же прикрыв рот свободной ладонью.       — Всё в порядке, — уверил малец. — Ты… мило выглядишь, когда смущаешься…       Мальчик слегка смутился от собственных слов, но старался устоять перед своей привычкой опускать взгляд в пол. Уильям смотрел на него и начал покрываться румянцем, пытаясь подавить глупую улыбку. Адель, глядя на разворачивающееся перед ним действо, тоже начал краснеть и улыбаться, уже не стараясь скрыть свои губы за ладонью. Они сидели напротив друг друга, глупо лыбились и не могли скрыть непонятного смущения. И даже разговорчивый Уилл никак не прерывал эту идиллию очередным вопросом или смешком.       Внезапная трель школьного звонка прервала их молчаливые гляделки. Юнец встрепенулся и подскочил из-за стола, вырвав руку из чужих ладоней, которые продолжали всё это время держать её. Прошлое смущение как-то внезапно ушло под угрозой опоздания на урок. Учитель естествознания явно бы не оценил такого неуважительного отношения. Ру схватился за рюкзак, накинул его на плечи и взялся за поднос, желая быстро унести его.       — Я сам унесу, — остановил его Андерсон. — Беги скорее, опаздываешь ведь.       Уилл улыбнулся дружелюбно, видимо, тоже опустив сцену, которая произошла минутой ранее. Мальчишка благодарно кивнул и побежал прочь из столовой вперёд по коридорам, не заметив, как его провожали взглядом.       Спасением стало то, что учитель, кажется, впервые за свой многолетний стаж работы в школе, пришёл позже обычного, когда Адель уже сидел за партой, нервно доставая учебник и тетрадь. Урок проходил в обычном режиме. Юнца пару раз спросили, он легко ответил на все вопросы преподавателя, и мужчина больше не трогал его оставшиеся полчаса. Естественно, это не давало Ру повода отлынивать от занятий. Мальчишка прилежно записывал материалы, не отвлекаясь на посторонние мысли. Ему не позволяла подобные вольности репутация отличника. Идеальная учёба была одним из обязательных для выполнения пунктов, который уже вошёл в привычный обиход.       Прозвучал громкий звон, звавший учеников на перерыв. Ру вышел из класса одним из последних, так как задавал профессору дополнительные вопросы по теме урока. Это поощрялось, потому подобный ритуал был обязательным. Только ступив за порог, юнец столкнулся со своим новым знакомым. Уильям стоял, облокотившись о стену напротив кабинета, но заметив блондина среди других учеников десятого класса, подоспел к нему. Юноша по-прежнему приветливо улыбался.       — Т-ты чего здесь?.. — запинаясь, промямлил малец.       — Ты не рад меня видеть? — с наигранной обидой протянул Уилл.       — Нет, что ты! Просто…       Адель замолчал, опустив голову. Собственно, нечего сказать. Андерсон на такую реакцию лишь усмехнулся, потрепав младшего по волосам. Ру пожмурился и снова поднял взгляд на парня.       — Я решил, что тебя необходимо сопровождать. Если эти ребята снова захотят тебя задеть, то я смогу защитить тебя, — его слова не могли быть отклонены, слишком уж уверенно он говорил о своих намерениях. — Ты же не против?       Этот вопрос казался чисто номинальным, риторическим. Адель лишь хмыкнул, кивнув в немом согласии, и направился вперёд по коридору. Уильям же шагал рядом с ним рядом: по левое плечо.       — А тебе разве не нужно на занятия? — внезапно начал разговор уже не парень, а Ру.       — Твоя безопасность важнее, — важно заявил Уилл, но быстро сменил этот тон на более мягкий и привычный. — К тому же, мне простительно. Я отстаиваю честь школы на соревнованиях, поэтому мне делают поблажки.       — Вот как… — выдал младший, неловко отведя взгляд в сторону.       Молчания между ними продолжалась лишь пару минут, Уильям снова начал непринуждённую беседу. Видимо, он совершенно не умел молчать, хоть ситуация в столовой явно говорила о том, что моменты тишины есть и у такого говорливого юноши.       — Какой у тебя сейчас урок?       — Я домой уже. Нужно ужин готовить…       — Я провожу тебя! — воскликнул Андерсон. — Что на ужин? Угостишь?       Уильям так быстро тараторил, что юнец и не успевал отвечать на его высказывания. Благо, парень быстро понял свою ошибку и умолк, позволяя Аделю спокойно сформулировать ответ.       — Рис с овощами… Думаю, мои родители будут против гостей. Они предпочитают семейные ужины, — малец сглотнул. — И мне лучше пойти одному. Они будут спрашивать, с кем я шёл…       — Ну так скажи, что со мной. В чём проблема-то? — с прежней весёлой усмешкой растянул юноша.       — Просто не надо. Пожалуйста…       Когда в голосе мальца послышались жалобные и молящие нотки, парень прекратил свои напористые попытки навязаться. Казалось, Уилл помрачнел, смотрел на Ру с долей некого понимания. Хотя откуда ему взяться? Он же совершенно не знал ничего, не понимал всего, а сейчас только и мог, что с жалостью смотреть. Аделю самому от этого стало не по себе. Как-то противно, что он так резко отстранил от себя человека. Потенциального знакомого. Может, даже друга… Хотя какие друзья с такой-то жизнью?       — Я всё равно тебя проведу, — внезапно прервал размышления мальчика Уильям. — Не до самого дома, чтобы родители не увидели. Можешь быть спокоен.       Он всё также дружелюбно улыбался. Источал столько оптимизма, что волей-неволей им заражался и Адель. Юнец подарил парню ответную улыбку и кивнул, словно давая добро на этот бессмысленный акт заботы. Преследовать его до самого дома вряд ли бы кто-то стал, поэтому провожать его было не особо нужно, но это предложение отдавало чем-то тёплым внутри.       Они вместе покинули территорию школы, пошли вперёд по улице, разговаривая то о том, то о другом. Уильям был приятным человеком, общение с ним приносило юнцу невиданное до этого удовольствие. Даже жаль было расставаться с ним и идти домой, где в него прямо с порога полетят обвинения в опоздании на пару минут. Ру жил не так уж и далеко, буквально минут пятнадцать пешком. И всё это время он решил максимально заполнить компанией нового знакомого.       — А как ты вообще оказался в том корпусе? — неожиданно поинтересовался мальчик. — Там же обычно нет никого…       — А я туда хожу иногда, чтобы побыть в тишине. Мои друзья учатся в другой школе, здесь я особо ни с кем не общаюсь… Вот, решил почитать вдали ото всех, услышал возню в конце коридора… Дальше знаешь.       — Если бы не ты, меня бы эти… — Адель прервался и кашлянул в кулак. — В общем, спасибо тебе. Без тебя мне было бы туго.       Андерсон улыбнулся как-то снисходительно, словно ему каждый день приходилось спасать таких, как Ру, а потом выслушивать от них слова благодарности. Уилл снова потрепал мальца по волосам уже привычным жестом и, решив, что переборщил, парой движений поправил его причёску. Юнец лишь поморщился и фыркнул. Не возмущённо, а как котёнок, желающий продолжения ласки.       — А за что они тебя так? Знаю, эти уроды могут и просто так приебаться, но…       Юноша продолжать не стал, дожидаясь ответа от Аделя. Мальчишка стыдливо отвёл взгляд в сторону, прикусив губу. Рассказывать о произошедшем было немного неуютно. Малец по своей собственной наивности угодил в ловушку Энтони и других ребят. В общей сложности, сам виноват в случившемся.       — Мне Энтони нравился… — неловко промямлил Ру, но не услышав смешка от Андерсона, продолжил. — Я ему записки с признанием подкидывал, он позвал меня в пустой корпус… Я думал поговорить, но… Они лишь хотели поглумиться.       Повисла неловкая пауза, которая оборвалась лёгким похлопыванием по мальчишескому плечику. Уильям, слушавший его с серьёзным, слегка сожалеющим лицом, снова заулыбался, желая разрядить напрягающую атмосферу.       — Ну и идиот. Такое солнышко упустил…       Адель в мгновение раскраснелся, опустив голову, чтобы не выдать смущения. Но от Уильяма, кажется, ничего скрыться не могло. Он усмехнулся и привычно уже коснулся пушистых волос мальчишки, просто положив ладонь на макушку и не пытаясь растрепать локоны. Ру потёр щёки и снова поднял взгляд, игриво скидывая руку парня со своей головы.       Вскоре они приблизились к частному сектору. Практически идентичные коттеджи стояли рядочками, огороженные невысокими заборчиками. Этот район считался одним из тех, в котором жили состоятельные и обеспеченные люди со своими семьями. К ним относились и Ру. Оставалось не так много, поэтому юнец остановился, собираясь прощаться с Уильямом и дойти до своего дома уже самостоятельно. Андерсон тоже встал на месте, грустно улыбался — видимо, тоже не хотел прощаться.       — Ну, я пошёл, — с наигранным оптимизмом уведомил Адель.       — Ага. Завтра обязательно встретимся, друг.       — Друг? — удивлённо переспросил мальчик.       — Ну, да. Мы же теперь друзья, верно?       Ру замер, но буквально через пару мгновений оттаял, искренне и широко улыбнувшись, демонстрируя незаметную до этого ямочку на правой щеке.       — Да! Конечно!       Уильям заулыбался в ответ и внезапно распахнул руки. Этот жест был ранее незнаком юнцу, но он не отпрянул, а лишь недоумевающе пялился. Андерсон же усмехнулся и поспешил объяснить смысл этого действия:       — Обнимемся на прощание?       Младший ещё секунду помедлил, а потом всё-таки шагнул навстречу и обхватил чужой торс, чувствуя, как на его спине ответно смыкаются руки. Мальчишка уткнулся в грудь юноши лицом, вдыхая аромат какого-то сладкого парфюма, исходящий от его толстовки. Приятное чувство наполнило Аделя с макушки до пят. Эта приятная нега разливалась по всему телу, принося удовлетворение. Неужели это только от запаха? Тёплое объятие приносило покой, расслабляло, заставляя забыть о том, что его ждёт в собственном доме.       Уилл отпустил первый. Он отстранился, ещё раз взглянул на порозовевшее личико Аделя и издал смешок.       — Такой обнимательный… Как плюшевый медвежонок, — прокомментировал старший и снова потрепал юнца по голове. — Ну, до встречи.       — До встречи, — произнёс мальчишка на выдохе и поспешил вперёд по тротуару.       Стоило ему переступить порог и закрыть за собой дверь, как в него прилетел ботинок. Точнее, туфель мачехи, который та незабвенно швырнула в пасынка. И теперь стояла перед ним, хмуря брови и стряхивая пепел с недавно закуренной сигареты прямо на пол.       — Мелкий говнюк, мне долго, блять, ждать?! За мной с минуты на минуту заедут, а каблуки всё ещё не сверкают!       Адель выдохнул спёртый, пропахший дорогим никотином воздух и поднял чужую обувь, направляясь с ней в ванную комнату.