_Dance till you're..._

Дача Юнги - это огромный коттедж в триста квадратов. Снаружи стоят большие качели и пустой бассейн, в который летом наберётся вода. Чуть дальше расположен гамак и место для гриля с деревянным столом и удобными стульями-креслами. Периметр частично уделан плиточкой, а также здесь очень много зелени и даже пара деревьев. Наверное, летом здесь действительно красиво, когда все кругом расцветает. Намджун припарковывается, и они с Чимином выходят из машины. По дороге сюда они заехали в продуктовый, купив мяса и овощей, а также белых свежеиспеченных булочек. Ким взял свой дорогой алкоголь, решив, что сегодня к мясу хорошо подойдёт красное вино. С каждым шагом Пак все больше чувствовал, что сердце его бьётся быстро-быстро, и от этого было так страшно, что постоянно хотелось сбежать отсюда. Но Чимин внушал себе, что все будет хорошо, и у него, впервые за долгое время, было не настолько плохое настроение. Подходя к высокому забору, Чимин выдохнул, а затем пошёл за Намджуном, который свободно передвигался на чужой территории, словно на своей собственной. Юнги они нашли разжигающим костёр для мангала. Он был одет так по-домашнему: обычные синие джинсы и бежевый пуловер. Так с виду и не скажешь, что у него свой собственный ночной клуб в Милане. — Дружище! — крикнул Ким, ставя бумажный пакет с продуктами на стол. — Вы уже здесь?! — радостно воскликнул Мин, — Замечательно! Привет! Намджун подошёл к Юнги и пожал ему руку, а потом по-дружески обнял. Затем все внимание Мина упало на Пака, что стоял в стороне, держа бутылку вина, и немного улыбался. Друзья отпустили друг друга из крепких объятий, а затем Намджун отошёл чуть в сторону. Радостная улыбка с лица Мина исчезла, превратившись в интерес и ещё кое-что. Уголки губ Юнги были слегка приподняты, что напоминало нежную улыбку. Чимин смотрел на старшего, чувствуя как сердце выпрыгивает из груди, а когда тот оторвался с места и начал подходить, то вообще замер. Тот был все ближе, и Пак все же сделал пару шагов вперёд. — Привет, — говорит Юнги едва слышно, мягко улыбнувшись. Казалось, это приветствие должен был услышать только Чимин. Они смотрят друг на друга и кажется, этот зрительный контакт длится намного дольше, чем нужно. — Привет... — отвечает старшему так же мягко. Пак даже опускает глаза, чувствуя некоторое стеснение. — Я бы подал тебе руку, но я запачкался в угле, — говорит Мин, все ещё нежно улыбаясь. Чимин улыбается ему в ответ, но сейчас его улыбка - искренняя, что для него слишком странно. — Вот, класс! Мне так, значит, пожал и ничего! — возмущается Намджун, прерывая эту идиллию и тем самым заставляя двух парней обратить внимание на себя. — Ты - это другое. Тебя-то я знаю очень давно, ты меня и не такого повидать успел, — Мин снова смеётся, а Пак ловит себя на мысли, что слушал бы этот смех целыми днями. Стоп, что? Когда это Чимин стал таким сентиментальным? — Ну ладно, не так много я уж и видел. Они оба смеются, а Пак, такое ощущение, чувствует себя третьим лишним. Но ненадолго, потому что хозяин приглашает гостей за стол помогать ему насаживать мясо на шпажки. Чимин не привык к такой работе, поэтому он лишь наблюдает за всем этим процессом, параллельно слушая истории двух друзей и чувствуя себя так, словно он - дома. Это приятно и очень тепло. Только почему-то сам сюда совсем не подходит, приходится вновь давить из себя улыбку. — Мне нравится здесь, — говорит Джун. — Намджун, ты же знаешь, твоя дача намного богаче. Зачем ты меня подкалываешь? — дружелюбно смеётся Юнги. — И в мыслях такого не было, дружище! — Ким тоже смеётся, а модель улыбается сквозь силу, таким образом пытаясь хоть как-то участвовать в разговоре. — Ты всегда был богаче и успешнее меня, наверное, поэтому тебе так везёт с друзьями и знакомыми. — Да, повезло, — Намджун улыбается, приобнимая модель за плечи и улыбаясь. Показуха. Юнги смотрит на парней, которые ему улыбаются и тоже растягивает губы. Только его улыбка кажется действительно искренней и настоящей. — Как вы познакомились? — спрашивает он вдруг. — Оу, — Намджун улыбается, — Чимин был на показе в Милане и его выход был просто неотразим. Я сразу же почувствовал, что влюбился, — и все трое знают, что это - ложь, но не подают виду. — Здорово, — кивает Мин, — а ты, Чимин? Пак, словно выпавший из реальности, услышав свое имя, поднимает глаза на Юнги, переспрашивая: — Что? — Ты тоже сразу же влюбился в Намджуна? И это так тяжело, когда хочется ответить "нет", но привычка отвечать "да" на такие вопросы слишком въелась под кожу. — Да. — спокойно отвечает Чимин, а внутри у него взрываются вулканы, потому что хочется кричать старшему: "Пожалуйста, не верь мне!" — Вы красиво смотритесь... — Мин кивает с серьёзным лицом, словно он сам уверен в своих словах, — ...вместе. — Спасибо, — благодарит Пак, и на автомате хочется добавить: "Я со всеми красиво смотрюсь." — И как Намджун? Он не обижает тебя? — спрашивает Юнги как бы в шутку, но так, словно он это и имеет в виду в прямом смысле. Словно ждёт ответа, а этот вопрос - их тайное общение. Моргнуть два раза, если нужна помощь. — Он очень добр ко мне, — Пак растягивает улыбку. — И в сексе он - самый лучший парень в мире, — говорит Ким Чимину в ухо, тоже шутя, но довольно громко, так, что все это слышат. Юнги смеётся, а Чимин чувствует, как ему срочно нужна новая доза, чтобы немного успокоиться. Слишком много стресса в последнее время. — Я отойду на секундочку? — спрашивает модель, покидая стол. — Надеюсь, к твоему приходу мясо уже пожарится, — кидает в след Намджун. Оставшись наедине с собой, модель выдавливает себе ровно две таблетки из блистера. Во-первых, ему очень плохо от запаха грильного мяса, во-вторых, каждый раз, когда хозяин дачи смотрит на него, он забывает, как дышать, а в-третьих, парень боится, что директор его агентства расскажет о нем что-то не то. Таблетки растворяются на языке довольно быстро, а затем наступает резкая эйфория, счастье, хочется петь и танцевать. Может ему в этом состоянии даже удастся поесть, чтобы не обижать повара? Юнги наблюдает за Чимином до тех пор, пока тот не приземляется обратно на свое место. Он сидит специально на той стороне, где может видеть дом, Намджун же сидит к дому спиной, располагаясь напротив Мина. — Думаю, схожу тоже, — говорит Намджун, — куда мне идти, я забыл? — Заходишь в дом и там вывеска. — отвечает Юнги. — Прямо как в ресторане, — хмыкает Ким. Затем парень встаёт и уходит, оставляя двоих наедине. Сначала они молчат, лишь иногда смотря по сторонам, но потом Юнги вдруг решается первым: — Я очень рад, что ты пришёл. Чимин чувствует как сердце замирает. Тело прошибает током, как в последнюю их встречу, а разум затуманивается. И виноват в этом не только наркотик. Только вот начинается что-то совсем другое, не то, что нужно. Но то, чего парень так боялся. Он понимает, что Юнги ему нравится, и это, словно удар, оглушает. Проблема в том, что модели никогда не хотелось влюбляться. У него было много мужчин, даже слишком, но все они были временными и полезными. Он ни к кому из них не привязывался и использовал лишь для того, чтобы скрыть свое одиночество от самого себя. И так бы могло продолжаться ещё долго, если бы не Юнги. Модель улыбается наигранно, а затем идёт к парню, садясь рядом. Тот ему улыбается. Чимину страшно хочется избавиться от этого чувства влюблённости и глупой надежды. Он просто хочет, чтобы его возненавидели. Срабатывает старый механизм. И парень шепчет прямо в ухо, в глубине души крича этого не делать: — Я могу сделать все, что захочешь и как захочешь. — модель подцепляет мочку уха сидящего рядом парня и вбирает её в рот, немного посасывая. Нужно избавляться от никому ненужных чувств ещё в самом начале, потому что тогда не будет так больно в конце. А боли ему уже достаточно. Парень целует шею, облизывая её и мыча, но его отстраняют. Лицо Юнги серьёзное, в нем есть что-то странное, словно он переживает. Парень шепчет Чимину: — Побудь собой хоть немного... Юнги видел, каким ненастоящим был младший временами, когда смеялся и улыбался, когда говорил о Намджуне, но после этой последней фразы что-то изменилось. На секундочку показалось, что он в этих глазах напротив увидел что-то другое. Совсем не то, что Пак ему показывал, а настоящее, что ни одной фальшивой улыбкой не скроешь. Но это было лишь одно мгновение, миллисекунда, а после Чимин снова растянул губы в улыбке и начал смотреть на него каким-то совсем безумным взглядом. — Я могу сделать тебе приятно, — шептал он как в бреду, но Мин не хотел, только не с ним и только не так. — Мне ничего от тебя не нужно.