_Dance till you're..._

Чимин решает, что дождётся Юнги в любом случае. Он правда старается есть и поправляется ещё и ещё. За две недели ожидания у него появляются милые щечки, доктор Чон хвалит его. Пак надеется, что старший придёт однажды, а ещё врач говорит, что скоро модель выпишут. Решение младший уже принял, и оно останется неизменным, а значит, хён скоро придёт. Так младший хочет думать, и это позволяет ему не раскисать. Странно, но сейчас хочется верить в лучшее, ведь Юнги обещал. Чимин верит ему бесприкословно, каждому его слову, поэтому ждёт. Возможно, старый Пак Чимин не стал бы этого делать, не позволял бы кому-то приблизиться хоть на немного и узнать всю правду, только вот теперь, именно сейчас, парень изменился. Он открывается старшему с лёгкостью, видя, как тот делает то же самое. Пока Чимин спит, к нему приходит хён, садясь на корточки возле изголовья кровати. Что он делал эти две недели, известно только ему одному, но сейчас он здесь. Это время было для него непростым, и он постоянно хотел прийти сюда, только вот не разрешал себе. Он считал, что нужно действовать резко, радикально, и только тогда младший послушает его. Мин жутко ненавидел себя, ведь не давал младшему право выбора, решив все за него, но в то же время ему казалось, что он действует только из лучших побуждений. Просто старшему очень хочется, чтобы Чимин, наконец, был счастлив, а для этого нужно убрать из его жизни весь стресс. — Чимин-и, — шепчет Мин, улыбаясь, его руки лежат на кровати, а голова на них самих. Он стоит на коленях, на полу, находясь близко-близко от лица Пака. Чимин шевелится немного, но глаз не открывает. — Эй, Чимин-и... — снова шепчет Юнги. Модель морщит носик, после чего медленно открывает глаза и видит перед собой старшего. Чимин улыбается, он, несмотря ни на что, не злится, а понимает, что все сделано как раз для него самого. — Как ты? — шёпотом спрашивает Юнги, его голос звучит очень сладко, обволакивающе, так, по чему младший безумно скучал. — Хорошо, — шепчет в ответ Пак, мягко улыбаясь. — Я скучал... — Я тоже очень скучал, хён... — Подумал, что двух недель тебе будет достаточно, чтобы подумать. — Они тянулись для меня вечность... — младший вздыхает, но потом снова улыбается, — но я подумал и решил кое-что. — Что? — Юнги ждёт. От этого решения зависит вся его жизнь. — Я ухожу из агентства. Мин выдыхает, улыбаясь, а затем садится на кровать, что делает и младший. — Я очень рад, потому что так тебе больше не будет плохо, — говорит Юнги, а затем обнимает Чимина. Парень напротив утыкается ему куда-то в шею, вдыхая пряный парфюм. — Я тоже рад. Доктор сказал, что скоро меня выписывают. Боже, я просто счастлив! — Пак улыбается, носом потираюсь о нежную шею хёна. Юнги довольно улыбается, поглаживая спину младшего. — Хён? — Мм? — Ты же не перестанешь со мной общаться, когда меня выпишут? — Что? С чего бы это? — старший находится в недоумении. — Просто... — Чимин отстраняется, обратно садясь на свое место и опуская голову вниз, — Я же, кажется, теперь здоров. Почти, я даже поправился, видишь? — Молодец, — Юнги гладит младшего рукой по мягким волосам, нежно улыбаясь ему, — Скажи, неужели ты думаешь, что я так просто отпущу тебя от себя, а? Пак смущённо мотает головой в разные стороны, а затем вдруг резко обнимает старшего за шею, прикрывая глаза и улыбаясь. Юнги делает то же самое, сцепляя свои руки у него на талии, по прежнему очень тонкой. — Хён? — неуверенно зовёт младший. — Мм? — Я люблю тебя... — шепчет Чимин. Юнги отстраняет его от себя, смотря ему прямо в глаза. — Что ты сейчас сказал? — спрашивает Мин. — Что люблю тебя... Прости, я понимаю, что, может, тебе нравится кто-то другой, но... Юнги не даёт ему договорить, целуя. Сминая губы очень мягко и плавно, прикрывая глаза и отдавая все свои чувства. Чимин сразу же отвечает, делая это так же осторожно, словно пробует старшего на вкус, как мороженое. Пак чувствует невероятное спокойствие, счастье, что-то ужасно личное и интимное, скрытое от всех остальных. Они друг в друга по уши, уже давно. Младший проходится пальцами по волосам на чужом затылке, а Мин обнимает за талию, держа крепко-крепко. Звуки оторванных друг от друга и вновь соединенных губ слышатся в абсолютной тишине. А ещё, возможно, стук сердца один на двоих и бесконечная любовь, разливающаяся в груди. Старший углубляет поцелуй, языком лаская чужой рот и забирая из него выдохи. Чимин, наверное, сейчас расплавится, превратясь в лужу, ведь этого он ждал очень давно. Они оба ждали этого очень давно. Намджун берет вибрирующий на столе телефон в руки и видит контакт "Юнги". Он отвечает, сразу же слыша голос Чимина: — Директор, — так официально, словно между этими двумя не было всех тех жарких ночей, проведённых вместе, — Я хочу прекратить работу моделью. — У тебя контракт... — сказать, что Ким в шоке - ничего не сказать. — Понимаю. Я приду за вещами на днях. Всего хорошего! В трубке раздаются частые гудки. Пак, кажется, сказал все, что хотел. Директор не знает, как рассказать обо всем Джину. Он будет рассержен, а видеть его в гневе не особо хочется. Самому директору все равно, кто будет главной моделью, и только один Сокджин настаивает на том, что это должен быть Чимин. Придётся убедить его назначить кого-то другого, тем более, выбора у них все равно нет. — Поздравляю с новой должностью, — произносит Джин словно сквозь зубы. Непонимающий Тэхён переводит взгляд с него на директора. Сказать ничего не получается. — С какой? — произнести это у Кима-младшего выходит очень хрипло и тихо. — Теперь ты главная модель, — произносит Намджун, — Ты рад? Тэхён сейчас реально в шоке. Он просто стоит и хлопает глазами. Это и есть то, чего он мечтал добиться всю свою жизнь? — Д-да... — говорит модель. Неужели теперь он действительно главная модель? У него, наконец, получилось? — Замечательно, — Джун улыбается, после чего жмёт младшему руку, — на выходных устроим праздник в твою честь. Ну же, веселее! И Тэхён бы хотел запрыгать от счастья, если бы не этот ступор, когда он не знает, что ему теперь со всем этим делать. У него есть новая должность, титул, звание, но как ему с этим справляться? Парень лишь кивает двум старшим в след, медленно чувствуя эйфорию в своём теле. Тэхён ногой резко притягивает стул к себе, широко расставляя ноги. Парень медленно встаёт со стула, подходя ближе и устраиваясь у него между ног. — Такой красивый, — щеку модели оглаживают тыльной стороной руки, и Ким прикрывает глаза. Его длинные ресницы подрагивают. — Сделаешь это со мной? — шепчет модель. Парень резко подхватывает модель на руки, прижимая к ближайшей стене. Тэхён обхватывает ногами стройное тело в области талии, а на его собственной заднице размещаются горячие ладони. Губы, достаточно пухлые, мажут по длинной изящной шее, которую Тэхён открывает для поцелуев. Он ухмыляется и прикрывает глаза, чувствуя чужой язык на своей коже. Это приятно до ужаса. Его быстро освобождают от штанов и входят резко, мокро, сразу же ускоряя темп, и парень постанывает хриплым голосом, чувствуя инородное тело в себе. В него вбиваются ритмично, быстро, выбивая все чувства и доставляя только лишь удовольствие. Спина то и дело ударяется о стену, а в квартире слышатся непристойные звуки и хриплые выдохи. Ким расплывается в наслаждении, закатывая глаза и постанывая, не сдерживаясь. Его тело в сильных руках, что приятно оглаживают ягодицы. Одна рука отрывается от них и упирается в стену, Тэхён же своими руками оттягивает чужие волосы назад, а затем губами впивается в другие губы, языком проникая в рот. Это не похоже на поцелуй, скорее, они просто лениво соприкасаются губами и водят языками по небу, очерчивая зубы и внутреннюю сторону щёк. Ким начинает мычать, когда его простаты вдруг дотрагиваются, повторяя это снова и снова, и отрывается от чужих губ, запрокидывая собственную голову назад. За старания положена награда.