Гарри Поттер и Серебряный Ворон.

Полупрозрачный тюль струился перед открытой балконной дверью, подхватываемый редкими порывами ветра. Опираясь на косяк, там же стоял Гарри, наслаждаясь пением птиц и крепким кофе в своей чашке. Его любовник лежал на постели, приподнявшись на локтях и лаская Поттера взглядом. Тот, с одним полотенцем на бёдрах после утреннего душа, старательно этот факт игнорировал. Проведённая ночь была... полной нового опыта. Мёфиус хмыкнул в чашку. Как бы он ни старался, скрыть от Севестина то, что Поттер не имел никакого сексуального опыта, не удалось, что было в определённой доле смущающим фактором. Но, проявив невероятную чуткость и понимание, Севестин взял на себя весь первый заход, на второй же Гарри легко показал своё умение усваивать новые знания. — Какие планы на день? — поинтересовался у Поттера тот. Гарри приподнял брови в вежливом недоумении. — Я не планирую свои дни. — кратко оповестил парень, отставляя чашку на прозрачный столик. — Везёт. Я так не могу. К сожалению, палата Лордов не располагает к дармоедству. — и даже вспыхнувшая было злость на невежливый намёк не перебила хищное выражение лица Мёфиуса, когда тот услышал о палате. — Состоишь в палате Лордов? — Севестин снисходительно глянул на него и важно поправил складочку простыни на своём бедре. — Конечно. Я уже принял род. — Поттер задумчиво нахмурился. — У вас принимают с одним родом? — тут нахмурился уже Севестин, в чёрных глазах мелькнуло раздражение. — Да, если есть связи. — Мёфиус скривился, как от зубной боли и перебрался на кровать. — Блэки состоят в палате? — Севестин практически отшатнулся от него. — Шутишь? Благодаря Блэкам Рим так славится изысканными проклятиями, их тут каждый знает, они не нуждаются в палате, у них денег столько, что они могут всю палату купить! Тем более, в Риме они практически никогда не появляются. — глаза Гарри вспыхнули изумрудами, и губы сами растянулись в улыбке. — Значит-с... скоро вступят. — его любовник нахмурился. — О чём ты? — усмехнулся он. Мёфиус прикинул, и понял, что тот всё равно узнает, раз является частью политической стороны Италии. — Лорд Блэк, приятно познакомиться. — язвительно поклонился Поттер, смотря как собеседник заходится хохотом. Гарри отстранённо-вежливо поднял бровь. — Ну и шутник. Где же твой перстень, Блэк? — движением фокусника Мёфиус снял чары невидимости с нужного перстня. Чужие глаза распахнулись в немом страхе и почтении. — Лорд Блэк... — сдавленно прошептало недоразумение. — Пора идти. — чары вновь легли на кольцо, а Гарри потёр переносицу пальцами. Встав, он без стеснения откинул полотенце, начав одеваться. — Мы ещё встретимся? — Мёфиус недоумённо воззрился на него, полагая, что оппонент сам догадается о глупости своего вопроса. — Для чего это? Всё, что надо, я получил, Севестин. — затягивая ремень на штанах, он проверил палочку. — И не старайся использовать что-либо против или в сторону меня. Может, я, по-твоему, и неуч, только как неучем может быть Лорд? – и, мило улыбнувшись, Поттер с силой захлопнул за собой дверь. Всё это требовало плана, чёткого и безошибочного. Поттер должен учесть даже то, что в процесс может вмешаться Орион или какие-то дальние родственники. Всё было сложно и запутанно, а действовать было необходимо как на операционном столе со скальпелем ─ быстро и точно, потому что малейшая ошибка могла привести к тому, что последствий Гарри огребёт по самое не балуйся. Но он явно недостаточно разбирался в политике, чтобы лезть туда со шпагой наголо. Политические дебри были скорее сильной стороной представителей Слизерина, и хоть шляпа и намекала ему о его амбивалентности, Мёфиус относился к этому весьма и весьма скептически. Мало ли что может сказать кусок старой кожи! Да и к тому же, он вот уже как шесть лет просиживает пятую точку под алым знаменем, сильные черты его факультета буквально вживались под кожу. Будь он на иной стороне, может сейчас и было бы легче. Честность и благородство, несомненно, замечательные черты, но в жизни они вносили едва ли полезную лепту. Впрочем, к чему сокрушения, да и подумать так, у него есть Геллерт, вот уж точно всему голова. А Поттер годится для интуитивного сражения, где он всегда выходил победителем. То ли судьба благоволила, то ли у Гарри удача была вторым именем. Им нужен был план. Возможно, будь тут Снейп, было бы намного проще. Истинный слизеринец с недюжинным интеллектом явно смог бы перевернуть весь мир так, как ему надо, имея определённые возможности и связи. Разве что, они ведь и были, вспомнить хотя бы то, что профессор из рода Принцев. И почему интересно он не носит фамилию Принц? Поттер за раздумьями не заметил, как проехал уже полпути. Он старался изо всех сил, и это могли подтвердить оба учителя, но Гарри казалось это недостаточным. Только осознав, сколько знаний в этом мире было заложено, в нём проснулась жажда такой силы, что он вряд ли смог её когда-нибудь умерить. Он понимал ─ у него ещё вся жизнь впереди, но это не давало того облегчения, которого ожидалось. Так подумать, это вообще ничего не давало. Кроме, разве что, бешенной энергии, благодаря которой он учился и днём и ночью, листая научные труды в библиотеке Макото. Очень обширной библиотеке. Конечно, она не сравнилась бы с книгами Блэков, но те ждали его так же верно, как Тёмный Лорд в будущем. За эти месяцы Мёфиус достиг невероятных успехов в ЗОТИ и рунах. Даже нумерология, так сильно связанная с проклятыми вычислениями, перестала вызывать головную боль. Она ему нужна была ─ артефакты зачастую были подвязаны на расчётах вместимости магии, на её соотношении с предметной величиной, это не упоминая трансфигурацию и аппарацию. О последней и думать не хотелось. Поттер пытался, но перемещался слишком далеко от того места, где была назначена финишная точка. Геллерт говорил, что почему-то магия Гарри растёт, отчего тот, пытаясь научиться её контролировать, всегда запаздывал с объёмом. Рассчитывая на определённый объем магии и тщательно процеживая его для конкретного результата, после оказывалось, что магия вновь увеличилась в нём и то, что избежало его контроля, выплеснулось в аппарацию, из-за чего он стабильно промазывал километра на два-три от пункта назначения. Это отвратительно сказывалось и на заклинаниях ─ те выходили рванными и мощными, снося учителей и принося ужасающий эффект. Попробовав как-то обезоружить Геллерта, Поттер вырвал у него палочку вместе с кожей пальцев, что её держали. Это с учётом того, что учитель выставил щит. Не было ничего положительного в таком количестве силы, Магия не слушалась, и так и норовила поступить по-своему, словно воюя за свою свободу. Грин-де-Вальд говорил, что всё в порядке, но Мёфиус видел порой, как мрачнеет тот после очередного всплеска магии. Это было похоже на стихийные выбросы, присущие детям, когда Магия повиновалась их желаниям, но делала максимально так, как считала нужным сама. Что делать с таким феноменом взрослому волшебнику, держащему палочку ─ никто не знал. Старший учитель тоже сидел подолгу в библиотеке, постукивая ногтем по губам ─ он взял эту привычку от Гарри, который обрёл её, как только впервые засиделся в библиотеке больше часа. Отчего-то так было легче усваивать информацию. Конечно, всплески не мешали обучению и редко выдавали себя на заклинаниях, но вот аппарация, которая требовала большой концентрации, чёткого объёма сил и энергии давала сбои почти всегда. Боясь, что Поттера может просто-напросто однажды расщепить, либо же унести куда-то на середину океана, Геллерт приостановил уроки, сказав, что к трансгрессии они вернутся тогда, когда они со старшим учителем решат эту неприятную проблему. Удивительно, но магическая нестабильность не сказывалась ни на зельях, чувствительных к магическому фону, ни на артефактах, настолько же капризных. Всё это было удивительным и, как Гарри мог предположить, касалось его путешествия во времени. Но дальше этого догадки не заходили. Да и в общем-то ему не до размышлений было совсем, в голове теснились руны, вычисления и множество теорий Магии. Говоря уж о теориях Магии, грех было не вспомнить о Чарах. С учителями он зашёл немного дальше школьной программы. По обыкновению в академиях Чар изучалась структура заклинаний, их создание. Это, несомненно, был талант, потому что со всей кипой теоретического материала, создать что-то новое не выходило ни у Мёфиуса, ни у Геллерта, ни даже у Макото. По теории всё сходилось до мельчайших подробностей, но видимо всё же либо движение палочкой было не тем, либо само заклинание, либо они резонировали друг с другом. В итоге, результата не удалось добиться никому, что очень разочаровывало Поттера, заинтересовавшегося этой стороной науки. Наверное, поэтому были лишь единицы учёных, выпускавших в свет новые заклинания. Многие, как сказал старший учитель, и вовсе не выносили на свет плоды своего таланта, передавая свои труды или по наследству, или унося их с собой в могилу. Возвращаясь к мыслям о том, почему его Магия стала совсем бесконтрольной, Поттер едва не въехал в дерево, в последний момент объезжая его. Ему казалось, что ответ где-то близко, он на поверхности. Но ему, по всей видимости, не хватало или знаний, или логики. Ни одно, ни второе особого восхищения не приносили. Не успел Гарри удариться в глубокую меланхолию по этому поводу, как его озарила мысль, яркая, словно Хогвартс в Рождество. Правда, вместе с этой мыслью по ушам ударил голос, напугавший Поттера до усрачки. ─ Гарри, тебя не учили предупреждать, когда ты пропадаешь на ночь? Мы думали, что тебя уже прокляли африканские вуду. ─ недовольно и громко возмутился Грин-де-Вальд, а Мёфиус, оглушённый своей мыслью, неожиданностью и ещё чем-то, смачно врезался таки в дерево. Вставал он с перекорёженного велосипеда под хохот учителя, да такой издевательский, что у Поттера руки чесались проверить парочку местных проклятий, даром, что на Геллерта мало что подействует. ─ Я вам припомню! ─ рявкнул он, подходя ближе. Макото, стоявший неподалеку, ухмылялся себе в бороду. ─ Боюсь-боюсь. ─ хмыкнул Грин-де-Вальд. ─ Мне кажется, я нашёл причину моей магической нестабильности. ─ огорошил их парень, проигнорировав слова учителя. Макото на его заявление пригладил бороду, а Геллерт задумчиво на него уставился, ожидая продолжения. ─ Вы не знали этот факт, скорее всего, поэтому не смогли догадаться о первопричине. Тем не менее, это единственное среди всех предположений, что звучит здраво. Когда я... ─ Гарри запнулся, но заставил себя твёрдо продолжить. ─ Попал сюда, моё тело сильно изменилось. Это был побочный эффект, Магии надо платить за такие шутки, правильно? Плата была моими годами. На вскидку лет десять. Из того, что мы изучили, я могу предположить, что тело, которое обычно формируется с магическим ядром вместе, стало катализатором. Моё ядро резонирует с телом. Я не знаю как сделать так, чтобы в кратчайшие сроки моё ядро догнало тело. ─ Грин-де-Вальд поднял руку, останавливая его. Он нахмурился и задумался. ─ Единственная наука, так мало изученная, касается магических ядер. ─ подал голос Макото. Мёфиус перевёл на него взгляд. ─ Вся загвоздка состоит в том, что магическое ядро для магов приравнивается к мозговой деятельности маглов. Так же, как в их мире запрещают исследования мозга на практике живого человека, так и у нас запрещены любые исследования магического ядра. Только вот, если у маглов мозг после смерти остаётся, и ещё даже работоспособен пять минут, то наше ядро разрушается мгновенно. Я бы предположил, что душа мага и есть его ядро, однако, это опровергается тут же, потому что, когда разрушается ядро, волшебник не умирает. ─ Кому-то разрушали ядро? ─ тут же перебил Поттер. Макото недовольно на него посмотрел. ─ Записан один случай в истории. Тёмный маг создал проклятье, разрушающее магическое ядро, и применил его к противнику в 1349 году. ─ Геллерт начал ходить туда-сюда, но ни Макото, ни Гарри этого не заметили. ─ Где это проклятие? ─ вновь перебил парень, старший учитель лишь вздохнул на это. ─ Утеряно. ─ мрачно отрезал Геллерт. ─ Ну и бред. ─ заявил Поттер. ─ Что? ─ искренне возмутился он на укоризненные взгляды. ─ Где-то есть проклятие, оставляющее магов сквибами и его упустили? Серьёзно? Это даже звучит как хороший розыгрыш. Это был единственный тёмный маг? Если эта история коснулась ушей Министерства настолько, что попала в историю, то где доказательства? Не думали ли вы, что это красивая байка? Человек мог вывести мага сквибом, проведя с его помощью ритуал, плата за который стоил бы человеку Магии. Добраться до магического ядра волшебника не такая-то и простая задача. ─ Гарри потёр подбородок. ─ Возвращаясь к нашей теме, я примерно представляю, как тебе добиться равновесия. Думаю, нам поможет магическое истощение. Других вариантов растяжки ядра безболезненно я не вижу. Стоит попробовать. ─ Геллерт смотрел куда-то мимо собеседников. ─ Но вот вопрос. Как нам добиться твоего магического истощения? ─ Что, если сделать артефакт неправильно, чтобы он тянул магию? ─ тут же среагировал Поттер, а Грин-де-Вальд нахмурился, покачав головой. ─ Идея-то неплоха, но как мы остановим его после? ─ Макото что-то покряхтел и поманил Геллерта. Мёфиус не слышал, о чём они говорили и не стремился особо. Вскоре учитель повернулся к нему. ─ Мы с Макото начнём делать артефакт, а ты пока найди в моей комнате книги по Магическим ядрам, там немного информации, но она тебе пригодится. На том и разошлись. Поттер бодро проскакал наверх, напевая под нос гимн Хогвартса и вручную ища книги. Акцио к некоторым результатам эпистолярной диареи авторов было применять так же противопоказано, как к зельям, из-за их нежной магической структуры. Ну или слишком капризной. Нашлись книги очень быстро, поэтому нагруженный донельзя Гарри быстро направился к себе в комнату, с удовольствием растягиваясь на кровати и открывая самый толстый том с кучей змеившихся закладок. Основные тезисы и теории он знал ещё с первого вводного курса общей Магии в Хогвартсе. Удивительно было то, что эта книга была основой колдомедицины. "Магическое ядро напрямую связано с так называемым геном Магии, который определяет изначально, будут ли у ребёнка магические способности или нет. Это объясняет то, что в чистокровных семьях порой рождаются сквибы и наоборот ─ при зачатии могут проявиться гены предков. Вычислить заранее и тем более повлиять на магический ген волшебникам не под силу. Более того, любые исследования в этой области запрещены, если их необходимо подтверждать практикой. Мы имеем только догадки и уповаем на будущее, которое может преподнести нам озарение. Учёные задаются вопросом: можно ли разрушить или изменить этот ген, ведь он прописан в ДНК, а значит, введя геномные исследования, мы можем изменить магический ген так же, как мы изымаем у магов гены, предрасположенные к болезням. Однако, любая мутация гена ведёт к изменению структуры или количества белка, что подразумевает под собой возможную магическую мутацию. Помимо опасности, заложенной в магической мутации, мы можем спровоцировать откат у того, кто будет этот ген изменять, а значит, сознательно на это не решится ни один колдомедик. Выяснено, что так называемый ген Магии не видят маглы, что создаёт определённые вопросы. Статус Секретности сохраняется не только магами, но и самой Магией. Почему мы склонны утверждать о том, что магическое ядро напрямую связано с этим геном? Предполагается, что магическое ядро формируется как раз от гена, но через определённое количество времени "отрывается" и существует как самостоятельная единица. Вероятно, это происходит тогда, когда маг входит в магическое совершеннолетие, то есть, когда его магическое ядро останавливается в росте. Однако, это предположение может оказаться под сомнением, потому что в истории знают случаи формирования ядра и после совершеннолетия." ─ Вероятно, предполагается, а факты есть хоть какие-то? ─ Гарри от души проматерился. Мало того, что текст был тяжело понимаем из-за недостаточных знаний человеческой анатомии, которой уделялось внимание, видимо, только в учебной программе маглов (он помнил от Дадли), так ещё и эта непонятная туманность. Да, благодаря таким догадкам выстраивалась хоть какая-то картина, но если те окажутся ошибочны, кто знает, к какой катастрофе это в конечном итоге может привести? ─ Учёные просто фанатики. Волшебная генетика, как напыжено... ─ сплюнул Поттер, углубляясь дальше в чтение. Не сказать, что ему было это неинтересно, отнюдь, он всё больше погружался в текст, но он также понимал, что делать из этого выводы дело явно проигрышное или маловероятное на удачный исход. (Уповаю, что это оценят биологи) "Учёные выяснили, что ген волшебства является доминирующим. Довольно долгое время это не объясняло маглорождённых, сквибов или устойчивую схему наследования магических способностей. Магические способности могут быть объяснены одним аутосомно-доминантным геном, если они вызваны расширением тринуклеотидных повторов с неменделевскими коэффициентами наследования. Как мы все знаем, ДНК состоит из нуклеотидных оснований гуанина, цитозина, аденина и тимина. Последовательности этих оснований определяют, какие продукты транскрибируются. Тринуклеотидные повторы являются одной из таких возможных последовательностей. Болезнь Хантингтона - хорошо известное генетическое заболевание. Совместная исследовательская группа по болезни Хантингтона (1993) доказала, что заболевание вызывается тринуклеотидными повторами CAG (цитозин-аденин-гуанин). Ген Хантингтона является доминантным и аутосомным (не связан с половыми хромосомами). Обычно у человека от 11 до 34 повторов CAG в интересующем гене, который вызывает транскрипцию нормального белка хантингтина. К сожалению, когда у человека от 42 до более 66 CAG-повторов, аномальный транскрибируемый белок хантингтин вызывает серьезные симптомы в дальнейшей жизни. Ген хантингтина с ненормальным числом повторов демонстрирует доминирующие паттерны наследования по сравнению с геном хантингтина, содержащим нормальное количество повторов. Давайте постулируем, что ген, определяющий магические способности, содержит тринуклеотидные повторы. Тринуклеотидные повторы по своей природе нестабильны, поэтому более вероятно возникновение ошибок репликации ДНК, таких как проскальзывание. Повторяющаяся последовательность может удлиняться в последующих поколениях, потому что эти последовательности часто подвержены генетической экспансии, типу мутации, которая увеличивает количество повторов. Фенотипические эффекты экспансии тринуклеотидов можно предсказать по определённому пороговому количеству повторов. С геном хантингтина некоторые люди могут иметь аномально большое количество повторов, но при этом оставаться фенотипически нормальными. Пока существует менее 42 повторов, индивидуум обычно здоров. Если для того, чтобы ген принадлежал к разновидности доминантного аллеля магии, необходимо 100 повторов, то рецессивный немагический, или магловский, аллельный тип может содержать только около 50 повторов. Итак, в пределах диапазона у большинства маглов около 50 тринуклеотидных повторов, но, как и у любого другого признака, будут вариации, и у некоторых маглов может быть 90 повторов, и они всё еще фенотипически немагичны. Маглорождённые вызываются спонтанными мутациями. При исследовании двух случаев спонтанной мутации, вызывающей болезнь Хантингтона, исследовательская группа по изучению болезни Хантингтона обнаружила доказательства того, что родительская ДНК находилась на крайнем пределе фенотипически нормального диапазона, с 33 или 36 повторами. Следовательно, магл с примерно 90 повторами может путём генетической экспансии произвести на свет ребенка с не менее чем 100 повторами (маглорождённая ведьма/волшебник). Хотя у магла всё равно было бы больше шансов произвести на свет ребёнка, не обладающего магией, у него или неё было бы больше шансов преодолеть порог в 100 повторов, чем у двух маглов с обычными 50 повторами. Это означает, что у магла с 90 повторениями также будет больше шансов на повторение, чем у двух случайных маглов. Глядя на глобальную картину, такие редкости иногда случаются. Но на индивидуальной основе более вероятной причиной такого случая было бы ложное отцовство. Было бы два генетических объяснения сквибов. Либо индивидуум не унаследовал волшебный ген, несмотря на TRD (объясняется в следующем абзаце), либо у индивидуума редкая делеционная мутация, удаляющая серию тринуклеотидных повторов. Последняя причина объясняет случайное появление магического фенотипа у детей сквибов. Маловероятно, что будет удалено достаточное количество повторов, чтобы они были далеки от порога в 100 повторений, необходимого для магических способностей. На протяжении поколений экспансия тринуклеотидов может подтолкнуть потомство к превышению порога в 100 повторов. Обратите внимание, однако, что у сквиба было бы не больше шансов произвести волшебных детей, чем у магла с равным количеством повторов. Несмотря на их разное наследие, их мутации делают их генетически похожими. Это говорит о том, что их ограниченная способность взаимодействовать с магическим миром (видеть Хогвартс и дементоров) может быть обусловлена окружающей средой, а не генетикой. Перекрёстные исследования усыновления маглов-волшебников могли бы предоставить доказательства этой гипотезы. Если маглы, воспитанные волшебниками, обладают такими же ограниченными способностями или сквибы, выращенные маглами, не могут развить эти способности, это окажется фактором окружающей среды. Если исследования по усыновлению не дают никаких доказательств, мы должны помнить, что эти исследования не учитывают факторы окружающей среды в утробе матери. Если не будет каких-либо тематических исследований гестационного суррогатного материнства с ребёнком-магглом и матерью-ведьмой, данные будут неубедительными. Большинство ведьм и волшебников были бы гетерозиготными по этому волшебному гену, но, очевидно, это не влияет на наследуемость магических способностей. Менделевские закономерности наследования заставили бы вас ожидать, что две гетерозиготы произведут только 3 из 4 волшебных детей. Гетерозигота и магл (гомозиготный рецессивный) произведут только 2 из 4 детей-волшебников. Но это не то, что наблюдается в волшебных родословных. Существует много причин, по которым доминантные и рецессивные гены могут не показывать ожидаемые менделевские коэффициенты наследования. Квадраты Пеннетта хорошо показывают классическое менделевское наследование, но эта простая схема наследования применима не всегда. Даже если гаметы (половые клетки) расположены в таком соотношении после генетической рекомбинации, не обязательно, что все гаметы с одинаковой вероятностью оплодотворятся или будут оплодотворены. Искажение коэффициента передачи (TRD) является предпочтительным наследованием одного конкретного родительского аллеля. TRD может быть вызван различными механизмами. Койде и др. (2008), изучая этот вопрос у растений, резюмировали, что “неслучайное разделение хромосом во время мейоза, преимущественная дисфункция гамет у гибридов и преимущественный успех гамет в оплодотворении” - всё это возможные причины неменделевских моделей наследования. Гаметы подвержены определённым функциональным ошибкам, потому что они являются гаплоидными клетками, которые содержат только половину ДНК, как другие клетки человека. Мартин-Делеон и др. нашли доказательства отсутствия у них общей гипотезы, которая объясняла ТРД, вызванный аномальным развитием сперматозоидов млекопитающих. Обычно сперматоциты соединены цитоплазматическими мостиками, и продукты гена являются общими. Это позволяет всем мужским гаметам развиваться одинаково вместе, несмотря на их индивидуально неполные и уникальные геномы. При недостатке совместного использования сперматозоиды не будут развиваться должным образом и у них будет гораздо меньше шансов успешно оплодотворить яйцеклетку. Если определённый ген влияет на эти цитоплазматические мостики, это также повлияет на коэффициенты наследования. Не так много было окончательно доказано на людях, особенно в отношении того, как TRD применяется к яйцеклеткам или женским гаметам. Это и понятно, поскольку развитие яйцеклеток могло наблюдаться только у плода женского пола. Почему именно волшебный ген настолько проникающий, может навсегда остаться загадкой, но существуют рациональные научные объяснения предпочтительного наследования одного родительского аллеля перед другим. Тщательное изучение родословных волшебников, особенно в семьях со многими магловскими браками, может помочь объяснить механизм. Однако у нас есть ещё два возможных следствия. Иногда в последующих поколениях количество тринуклеотидных повторов, которое уже превысило порог, может стать экстремальным и вызвать более выраженный фенотип. Это явление называется генетическим ожиданием. Возможно, существует генетическое объяснение различий в силе между ведьмами и волшебниками. Симптомы болезни Хантингтона, вероятно, будут более серьёзными с более ранним началом, если ген хантингтина содержит количество повторов, значительно превышающее требуемый порог. Как и среди маглов, в волшебном сообществе будут различия в количестве тринуклеотидных повторов. Очевидно, что некоторые ведьмы и волшебники сильнее других, и не должно показаться абсурдным предположение, что, вероятно, существуют некоторые генетические факторы, которые способствуют этому явлению, подобные генетическим факторам спортивных способностей. Возможно, большее количество повторов соответствует большей магической способности, но для доказательства этого потребуется тщательный статистический анализ, который контролировал бы смешанные переменные. При рассмотрении эволюционной истории часто используется бритва Оккама. Биолог-эволюционист должен рассмотреть самый простой способ эволюции организма или признака, потому что так почти всегда работает эволюция. Независимо от генетической причины, наиболее логично, что все магические способности являются результатом мутаций в ДНК маглов. Если спонтанная мутация обычно способна вызвать наследуемые магические способности у ребёнка сегодня, зачем нужен более сложный метод для объяснения начала волшебных генеалогий? Первые “чистокровные” волшебники, должно быть, были маглорождёнными, чье магловское наследие будет забыто последующими поколениями. Этот логический вывод, очевидно, имеет несколько последствий для современной генеалогической мысли волшебников. Любая классификация чистокровных, полукровок или других смесей нелогична. Тех, кого обычно называют маглорождёнными, лучше было бы классифицировать как ведьм или волшебников, недавно полученных от маглов. Маглорождённых следует просто считать новыми, только начинающими волшебными линиями. Точно так же сквибов можно рассматривать как возвращение к наследственному фенотипу, что можно было бы назвать деволюцией. С другой стороны, если мои предыдущие предположения о чрезмерной экспансии тринуклеотидов, вызывающей усиление магических способностей, верны, то эти старые волшебные семьи могут точно гордиться своей уникальной генетикой, поскольку дальнейшие экспансии тринуклеотидов, вероятно, происходили на протяжении многих поколений. Любое увеличение магической силы в дальнейшем будет примером генетического предвидения." Гарри медленно закрыл книги и уставился на свои ладони. Примерное понимание однозначно присутствовало, но этого было уж очень недостаточно для того, чтобы сложить картину разом. ─ Как же, мать его, хорошо, что в Хогвартсе ничего, хоть отдалённо напоминающего эту информацию, нет. Иначе бы я не имел ничего выше "Удовлетворительно", да и то под вопросом. ─ медленно выговорил Поттер, просканировав открытый научный труд невидящим взглядом. ─ Учитель, интересно, читает это как лёгкое чтиво перед сном? Эдакий колдомедицинский бульварный роман с нотками детектива. ─ Мёфиус захлопнул книгу и потёр виски. Эта было очень далеко от информации, которая ему была нужна. Задумавшись, он открыл содержание и скривился. Если он хочет номинацию "самая скучная смерть на свете", то может дальше продолжать читать этот талмуд. Нет, здесь нужны были не такие труды. Не общедоступные, легальные. Тут нужно что-то, что кроется в библиотеках Тёмных родов, сохранённое веками, оберегаемое и опасное. Какой дурак будет искать информацию, способную привести к смерти мага без улик в книгах на десятки тысяч копий? Надо было написать Вал. Он бы попробовал отправить патронуса, да только тот скорее обеспечит его тройным магическим истощением, не проскакав даже половину пути. Значит, выход только послать ей сову. Впрочем, он что-то слышал о местном особняке Блэков. Тогда дело принимало интересный поворот.