Всё началось с клубники

      Утро встретило их яркими солнечными лучами, бьющими прямо в глаза, приятным теплом рядом лежащего чужого тела и громким дребезжанием звонящего откуда-то снизу телефона. Эрен заставил себя слезть с кровати, оставив на ней ноги и опираясь на локти, но всё же дотянулся до телефона. Парень пару секунд вглядывался в экран, пытаясь разглядеть имя звонящего, а когда разобрал кто звонит, сразу же проснулся. И, запутавшись в простыне, рванулся будить наконец-то нормально спящего Аккермана. — Леви, просыпайся, Эрвин звонит. Леви только сонно отмахнулся от парня рукой и перевернулся на другой бок, еле разборчиво бормоча: — Да пошёл он к чёрту, я сплю. Сам ответь. — Я не могу. — Почему? Боишься? — Да! Леви, сонно моргая, перевёл на него хмурый взгляд, широко зевнул и забрал всё ещё звонящий телефон из рук парня, привычно недовольно щурясь. Мужчина около секунды смотрел на экран, затем провел по нему пальцем и быстро ответил: — Всё потом, когда вернусь. И отключился. Под недоумевающий взгляд Эрена, который до этого успел довольно окинуть взглядом следы, оставленные его руками и губами на теле Леви. — Хватит уже пялиться. Если так будет каждый раз, запрещу тебе оставлять засосы. — Мне просто хотелось просмотреть на свои труды. — Ладно, трудяга, — Леви встал с кровати и пошел в сторону выхода из спальни, — вставай, сделай нам кофе. — С превеликим удовольствием. Парень уже последовал за ним, когда обратил внимание на кровать и, смеясь, позвал мужчину: — Вот чёрт. Леви, мы даже постельное бельё ночью не поменяли. — Уже неважно. Надо завтракать и ехать домой. Но сперва дождёмся Хисторию. Через полчаса после вынужденного пробуждения Леви обнаружил на своем телефоне сообщение от девушки, где она говорила, что уже уехала на встречу с Эрвином и переживать за неё не надо.

***

Пока Эрен готовил кофе, Леви сходил в душ, по пути прихватив грязное постельное белье, за которое потом собирался надавать кое-кому по голове. На обратном пути он остановился около зеркала в коридоре и почувствовал, как задёргался глаз — на талии и бёдрах сине-фиолетовыми пятнами цвели синяки, повторяющие по форме пальцы Эрена. И ладно если бы такое «украшение» было только на нижней половине тела, все равно никто бы не увидел, а раздеваться прилюдно Аккерман не собирался. Больше всего его смущали красноватые и такие же фиолетовые, как на талии, засосы, словно кричащие обо всём, что случилось ночью. Особенно тот под ключицей. Леви практически слышал, как Ханджи весёлым тоном спрашивала его о том, на какой пылесос он упал. Леви быстро прошёл на кухню, шлёпая босыми ногами по полу, чем привлек внимание парня, задрал голову вверх, встав рядом с ним, и злобно прошипел: — Мелкий паршивец, я тебя прибью. Сегодня же. Но сначала мы вернёмся домой и объясним всё Эрвину, а уже потом я прибью тебя. Но угрозам сбыться было не суждено — Эрен приготовил удивительно хороший кофе. Леви такое ценил — страдающий хроническим недосыпом организм вечно требовал новую порцию кофеина каждый раз, как только появлялась возможность. Поэтому из-за загруженности рабочего дня, длящегося двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю, пришлось променять самый лучший чай на бесконечные, вечно пополняемые запасы кофе. После первого же глотка Леви почувствовал на себе выжидающий взгляд и, самым равнодушным тоном, на который способен, ровно сказал: — Ладно, сегодня можешь спать спокойно и не бояться, что я тебя убью. А потом, когда мыл чашки, почувствовал, что на него снова пялятся. Парень откровенно любовался следами на теле Аккермана. Засос под ключицей, который он рассмотрел уже давно, пестрел красно-фиолетовым пятном на светлом полотне кожи, вызывая желание зацеловать это место, зализать, извиняясь. Почему-то, глядя на него, где-то внутри зарождалась глупая, даже детская, гордость. Мозг радостно пищал: «Смотри, это мы сделали!», а Эрен только радовался. И не мог контролировать себя, поэтому не заметил момент, когда подошел к Леви и обнял его со спины, припадая легким поцелуем к коже на шее. Ответом на такое бесстыдство послужило раздражённое шипение: — Эрен, что ты делаешь? — Леви, давай попробуем на столе. — Совсем рехнулся? Это — для дураков объясняю, — больно, вообще-то. И неудобно. — Тебе надо только принимать и получать удовольствие. Пожалуйста. Давай сделаем это. Сопротивляться умоляющему тону становилось слишком сложно. Леви, решив, что вот и пришла его старость, развернулся к нему лицом и сказал в самые губы: — Только принеси мне телефон и не забудь про смазку. — Сейчас вернусь. Эрен невесомо целует его где-то в области засоса на ключице и уходит. Через пару минут возвращается, глупо улыбаясь, отдаёт Леви телефон и ждёт его действий. Аккерман отправляет Эрвину сообщение, что они приедут следующим утром из-за сотрясения мозга у Эрена, которому нужно отдохнуть, получает ответ с пожеланиями хорошего времяпрепровождения и выключает телефон, чтобы не доставали. Манит Эрена к себе пальцем. Тот быстро оказывается рядом, подхватывает под ягодицы и садит на стол. Целоваться в таком положении удобнее, хоть и не особо, но все отходит на задний план, когда чужие руки ложатся на талию.

***

Прохладный, сладкопахнущий цветами и травами, летний воздух бодрил, сильнее самого лучшего кофе. Тёплый ветер приятно трепал волосы. Время неумолимо близилось к десяти часам утра, а их уже ждал Эрвин. Ждал объяснений о том, как его план — очень хороший план, никто не спорил — пошёл коту под хвост, Хистория убила своего отца, а бальный зал особняка Рейсса оказался полон трупов. Вода в реке темно-синей лентой вилась меж берегов, отливая свинцовым блеском. Особняк был виден издалека, озарённый яркими солнечными лучами. Эрен ровно вёл машину по дороге, пока Леви невольно любовался видом. Над рекой летела чайка, и её пронзительный крик немного раздражал, но полёт завораживал и вдруг захотелось говорить о всякой ерунде. И Леви поддался порыву. — Знаешь, а это было умно. — Ты о чем? — То, что ты вспомнил про азбуку Морзе и передал мне свою догадку. — На самом деле было умно со стороны Эрвина и Ханджи убедить тебя обучить всех нас азбуке Морзе. — Надо же, какие они умные. Немного неловкая тишина повисла в машине, и лишь крик чайки и шорох шин о дорожное покрытие мягко вклинивались в неё. — Леви, нам надо поговорить. О том, что было ночью и вчера днём. — А о чем тут говорить? Это не просто трах на пару раз, если ты об этом. Ты уже не ребёнок, Эрвин поймёт. Ханджи, конечно, будет долго шутить, но я заставлю её драить полы в лаборатории и она всё забудет. — Так значит, я могу сделать так? Парень робко коснулся его руки своей и положил на тыльную сторону ладони Аккермана. — Так и будешь просто держать руку вот так? Будь уже смелее, Эрен, ты же взрослый человек. Эрен улыбнулся и с удовольствием переплёл пальцы их рук. Чайка наконец перестала кричать и просто летела над рекой. Ветер трепал волосы. Солнце ярко слепило глаза. И Леви, недолго подумав, спросил: — Эрен, когда ты осознал свои… Чувства. — мужчина закрыл глаза свободной рукой — Господи, звучу, как глупая школьница перед парнем, который ей нравится. Парень улыбнулся и уверенно сказал, чуть склонившись к нему: — Всё началось с клубники.