Секрет

Слова врача неумолимо пульсировали в голове приговором. «Узумаки Наруто в бессознательном состоянии, дело чуть не дошло до комы». Это навсегда останется на подкорке сознания, угнетая, кажется, даже подталкивая всё ближе и ближе к концу. Были же до этого случаи его избиения, но так далеко всё никогда не заходило. У Узумаки получалось всегда убегать, скрываться. Этот Хитрый Лис каждый раз спасался, а сейчас не смог. Даже не верится... Наруто же каждый чёртов раз утверждал, что всё будет хорошо. Утверждал, смотря своими чистыми голубыми честными-честными глазами. И ему верили. Все его друзья верили. Понимали, что ему опасно даже просто жить в этом городе, но слепо верили, что побоев со временем становится меньше, и люди стали забывать тот случай. А Узумаки скрывал. Скрывал большую часть избиений, скрывал то, как ему тяжело. Скрывал, что больно. На этот раз у него это скрыть не получилось. Хотя друзья уверены, что если бы ему сделали хотя бы на пару ударов меньше, он бы собрал последние силы и продолжил бы звонить каждый вечер, чтобы успокаивать друзей. Когда его нашли, рядом с Наруто лежал его телефон. И там, на экране, был не номер скорой, не попытка поисков помощи. Там было почти до конца набранное сообщение Кибе, о том, что всё хорошо. — Всё, чёрт возьми, хорошо, — обречённо повторила шёпотом сама себе склонившаяся к своим коленям Сакура. — Узумаки, ты дурак. Она, как и остальные друзья Наруто, сидела в холле больницы. Скоро они уедут, как только из кабинета Цунаде выйдет Итачи. Он обещал всех развезти по домам. Харуно и правда дорожила Наруто. Била его в шутку, иногда они гуляли вместе, переписывалась часами. Хотя со стороны некоторым и казалось, что она ненавидит его. В общем-то, раньше так и было. В младшей школе Узумаки любил её, в то время, когда Сакура считала его полным придурком. Постепенно их отношения начали налаживаться: Сакура усмотрела в Наруто прекрасного человека, а сам Узумаки стал относиться к ней только как к хорошей подруге. Кто сказал, что дружбы между парнем и девушкой не существует? Вроде как что-то подобное утверждали Оскар Уайльд и Де Мопассан... В любом случае, Сакура и Наруто с радостью опровергают этот факт. Им понадобилось много времени, чтобы этого достичь, но сейчас они действительно хорошо дружат. Лишь в этом году Узумаки стал больше скрываться, его нельзя было найти в школе. Возможно, его даже больше стали доставать, но он скрывал. Всё скрывал. Всё. «Да ладно вам, всё будет хорошо» – говорил он.

* *

Сквозь ткань, из окна, проникало немного света, освещая золотые волосы. Даже сейчас, без сознания, он выглядел донельзя живым и чистым. И как этот человек мог... ...убить? Саске стоял перед ним, таким побитым, больным, но всё ещё светлым. От парня так и веяло честностью, доброй. Но у Узумаки есть свои секреты. Много секретов. И он мало кому их доверяет. Наверное все в этом городе слышали о том, какой же он плохой. Он убийца. Но никто, кроме нескольких, самых близких людей не знает подробностей. Саске в этот круг лучших друзей, увы, не входил. Он знал лишь то, что сказал ему Шикамару. И это ему очень не понравилось. Нара не тот человек, который будет врать или шутить на эту тему, значит Узумаки и правда, по сути, преступник. Учиха резко развернулся и пошёл в сторону выхода из палаты. Уже когда рука потянулась к дверной ручке, он развернулся и внимательно посмотрел на блондина. Потом фыркнул и пошёл прочь. Если бы остался на большее количество времени, то поверил бы... Поверил тому, что всё это ложь, и на самом деле этот идиот ничего плохого не сделал. Но если Саске будет так думать, то ни к чему хорошему это не приведёт. Чем больше доверие к человеку, тем больше боли тебе могут принести. Он прошёл по пустому коридору. Как бы чисты и светлы ни были подоконники и диванчики там, всё равно атмосфера Саске не нравилась. Он не любил больницы и всё, что с ними связано. Это те места, где не только лечатся, но и часто умирают люди. Нельзя сказать, что он боялся смерти. Он не боялся. Не боялся своей смерти. Но боялся смерти близких ему людей. Сейчас это был только Итачи, но оно и к лучшему. Связи, не важно какие, семейные или дружеские, причиняют боль. Конечно, это можно считать эгоизмом, но так же легче. Каждый из нас немного эгоист. Да, Саске, возможно, боится, что с Итачи что-то случиться в какой-то мере из-за того, что сам потом будет страдать, но сейчас это не так важно. После пяти минут ожидания он всё же зашёл в кабинет главврача. Без стука, Саске резко открыл дверь. Плевать на мнение этой Цунаде. Сейчас он устал для манер приличия. Нормы общества и принципы Учиха отошли на второй план. — Итачи, ты скоро? — даже не удосужившись посмотреть на блондинку, с ходу спросил Саске. Та, видимо, привыкшая к такому поведению родственников и знакомых своих пациентов не особо обратила внимание на это невежество. — Саске, верно? Ты друг Наруто? — она подняла на него взгляд. — Хн. Возможно. — Насколько хороший? Так скажем, контрольный вопрос: знаешь его вторичный пол? — Омега, — пофигистично пожал плечами брюнет. — Нет, — насмешливо. На это Саске лишь выгнул бровь, но решил не комментировать. — А... — Можете считать, что я просто его одноклассник. По-крайней мере, теперь я уж точно не хочу с ним иметь что-то общее, — раздражённо перебил Учиха. — Узнал, из-за чего к нему такое отношение? — Да. — И что же ты именно знаешь? Наверняка, только поверхностно. — Знаю, что он убил человека. Не удивлюсь, если не одного, — на эти слова в сердце что-то болезненно шевельнулось. Мысленно Саске уже принял Наруто как близкого человека, а сейчас всё кануло в пропасть. Говорить это было неприятно, будто это ложь, льющаяся изо рта кислотой, раздражая все органы чувств. — Чтож, жаль. Не всё ты знаешь... — Мне не особо и интересно. Хотелось услышать опровержение словам Шикамару, но навряд ли сейчас он услышит какое-то стоящее оправдание. Эта Цунаде, вроде, относилась к Узумаки как к сыну. Конечно она захочет его выгородить. — Прошу простить нас, но мне пора. Сегодня собрание в клане Учиха, и, конечно же, я должен там быть, — Итачи слегка поклонился и пошёл к двери, услышав взаимное прощание. Как только они ушли, Цунаде тяжко вздохнула. Было сложно со спокойным лицом смотреть на друзей Наруто и успокаивать их, когда сама чуть ли не билась в истерике. А потом этот маленький Учиха со своей озлобленностью на Узумаки... Если бы он знал... Если бы все жители этого района знали, что Наруто пережил... И Сенджу было сложно. Каждый раз было больно слышать о том, какой Наруто монстр, что его нужно убить. Она теряла всех, и, наверное, продолжит терять. Только вчера ей сообщили одну весьма не радостную новость, о чём она не успела сказать Наруто. День назад ей сказали, что близкий им с Узумаки человек умер. Цунаде только-только свыклась с этой мыслью, а тут ещё и Наруто в больницу попал... По щеке скатилась слеза. Её взгляд поднялся на фотографии, стоящие в рамках на столе. Вот она обнимает Наваки. Тогда она только-только подарила ему свою подвеску. Он был так рад... Как давно это было... А потом он попал в больницу. Всё было очень серьёзно. Он гулял с друзьями и решил рассмотреть поближе горящее здание, после чего то взорвалось. Зрелище ужасало. Наваки не довезли даже до операционной. Вот они стоят вместе с Даном. Тогда они шли с работы её дедушки. На следующий день они начали встречаться. Дан тоже умер. Заказное убийство. А вот фотография с командой номер 7, как они любили себя называть. Орочимару и Джирайя... Они были хорошими друзьями. Орочимару постепенно стал отдаляться, пока, после одного случая, вообще не уехал. А Джирайя... Голова безвольно упала на сложенные на столе руки. Тело начала пробивать дрожь. Тихие всхлипы пронеслись по помещению. Состояние Наруто было нестабильным, высока вероятность смерти. Если и он умрёт, она не выдержит. — Цунаде-сама! — в кабинет залетела Шизуне. — Там Наруто... А в палате Узумаки на приборе была почти ровная линия.