Пойдем со мной

      Фокс открыл глаза. Он находился в состоянии, подобному сну: только без сновидений и чувства отдыха. Для мутанта это было скорее привычкой из прошлой жизни, когда он был заточен в крохотной камере, один на один с собою и терминалом: так время пролетало быстрее. Из «сна» его вытаскивал либо шум, либо он сам просыпался с потоком мыслей. Сейчас его разбудило шевеление в руках, и Фокс посмотрел на Харона, который напряженно поджал губы во сне. Неужели опять кошмар? Взяв руку гуля, Фокс начал успокаивающе гладить большим пальцем запястье, поудобней устроив на себе напарника. В ночной тишине до слуха разумного супермутанта доносилась стрельба, происходившая чуть дальше от их места пребывания. По крайней мере, он надеялся, что они находятся на безопасном расстоянии.       Внезапно раздался громкий хлопок, отчего Фокс дернулся, несильно сжав запястье спящего. Однако тут же последний с ворчанием пытался вырвать его из хватки мутанта, и тот отпустил, посмотрев на него. В эту секунду Фокс ощутил в левой руке острую боль, из-за чего он ее отдернул и отпустил гуля-наемника. Мета-хомо, закрывая рану на предплечье, ошарашенно и испугано смотрел на откатившегося назад Харона, который, с бешеным и отстраненным взглядом глядя на него, держал боевой нож. Оскалившись и поверхностно дыша, наемник перехватил нож, в любую минуту готовившийся напасть. — Х-Харон? — Гуль пронзил взглядом позвавшего его разумного супермутанта, и тот вздрогнул от смотрящих на него стеклянных глаз. — Это я, Фокс. Я твой др…работодатель.       После услышанного Харон моргнул, теперь осознанно смотря на мутанта. Бегло осматривая Фокса, он заметил нанесенную им рану. Гуль-наемник приоткрыл рот, уронив из внезапно ослабившейся руки нож, и перевел тревожный взгляд на мета-хомо. Мутант обеспокоено посмотрел на напарника, медленно и как можно плавнее вставая. Но на лице Харона появилась настоящая паника, заставившая его отползать назад. — Харон, стой. — Мягко приказал Фокс (по-другому тот просто не остановился бы). Он медленно к нему подходил, приговаривая. — Все хорошо. Это просто царапина. Я не собираюсь с тобой ничего делать.       Где-то внутри Фокс догадывался, что такой испуг из-за его раны связан с контрактом: нельзя наносить вред работнику, но и работник не должен применять насилие по отношению к работодателю. И, следовательно, нарушение могло привести к аннулированию договора, однако для контрактника, видимо, ждало совсем иное, чем это. Иначе Харон не смотрел на него вот так. Фокс остановился, кратко взглянув на левое предплечье, из которого перестала сочиться кровь. На месте раны чувствовалась пульсирующая боль, злобно напоминающая о внезапном агрессивном порыве напарника. Он перевел взгляд на ладонь, закрывшую ранее рану, разглядывая на ней кровь. — Я ранил Вас. — Захрипел Харон, нервно смотря на остановившегося мета- хомо. Тот, посмотрев на наемника, внутренне сжавшегося, грустно выдохнул, подошел ближе и опустился на колени. — Все порядке, жить буду. — Фокс поднял уголки губ, надеясь расслабить напряжение, но опустил их, когда гуль твердо продолжил: — Я Вас ранил. Это нарушение контракта. И… — Он вздрогнул, когда разумный супермутант нежно взял его за руку. — Вы имеете право наказать меня или аннулировать контракт. — Нет, Харон. — Фокс аккуратно поглаживал напряженную ладонь, смотря в опустошенные глаза. — Ты нанес мне несерьезное ранение. Это не угрожает моей жизни. Ты сделал это не целенаправленно, а значит я не могу тебя наказать или прогнать.       Харон опустил голову, не пытаясь возразить мутанту, пока тот успокаивал его. Через какое-то время он посмотрел на ласкающую руку, почувствовав смутно знакомое поглаживание. Гуль-наемник зачаровано смотрел, как большой палец невесомо, медленно гладил по отслоенной, с виднеющиеся венами коже запястья. Слова мутанта — Фокса, подправил он себя, — имели смысл, да и тон, каким он говорил, был искренним; но Харона не покидало тревожное подозрение по поводу целей работодателя. Какая-то часть его сознания кричала, чтобы он убрал (!) руку от работодателя (!!!), но он продолжал смотреть и находил в этом жесте что-то…убаюкивающее. Успокаивающее. И непривычное.       Вскоре Фокс отпустил запястье, обратив внимание на долгий взгляд напарника. Битва вдалеке давно закончилась, возвращая к ночной и, можно сказать, мертвой тишине. Разумный супермутант смотрел на гуля-наемника несколько минут, прежде чем сказать: — Давай-ка ты сейчас вернешься в постель, хорошо?       Харон нечитаемым взглядом посмотрел на него, вставшего и протягивающего ему большую руку, затем он без помощи мутанта встал. Неустойчиво державшие ноги в придачу с затемнением перед глазами подкосили его, и он едва не упал: к счастью, его поймал Фокс. Придерживая здоровой рукой за плечи, он подвел наемника к подстилке: — Ну все, ложись. — Харон пустым взглядом посмотрел на него, и Фокс добавил. — Как тебе удобно.       Гуль опустился на подстилку, ложась на бок. Почувствовав, что его накрыли одеялом, он сказал мутанту: — Я не буду спать.       «Опять та же самая песня» — проворчал демон, но Фокс понимал, почему Харон отказывается идти спать. — Я и не заставляю. Харон, — Гуль посмотрел на него. — Ты часто просыпаешься от взрывов?       Фокс заинтересовался психическим состоянием Харона еще с «знакомства», а события этой ночи особо сильно увеличили его интерес. Следя за поведением напарника и анализируя его, мета-хомо искал в своей памяти по признакам подходящий для него диагноз: раздражимость, кошмары… — Ты думаешь, я раньше часто спал. — Харон пожал плечами, отвернувшись и смотря в одну точку.       Нависло недолгое молчание: Фокс раздумывал что-то, поглядывая на наемника, который неподвижно лежал. Мутант вспомнил о первом неловком разговоре с Хароном, и, переведя взгляд на него, заговорил: — Харон, ты сказал ранее, что служил до падения бомб. Ты участвовал в боевых действиях?       Гуль-наемник нахмурился и ответил: — Тебе это зачем? — Он посмотрел на Фокса, все еще смотрящего на него. — Да, участвовал, и что с того? — Война — это травмирующее для психики событие, Харон. Это отражается на твоей жизни. — И что? — С сарказмом начал наемник. — Как я должен избавиться от травмы? Построить дом, жениться и завести детей? — Мой друг, я серьезно… — С каких это пор мы друзья? — Не переводи тему, Харон. — Когда хочу, тогда и перевожу. Твой приказ «делать все на свое усмотрение» ещё в силе. — На раздраженный выдох Фокса, закрывшего руками лицо, гуль скривил губы в мрачную полуулыбку, которая быстро исчезла. — Можешь отменить, если моя свобода тебе надоела.       Отняв руки от лица, разумный супермутант посмотрел на Харона. — Я понимаю, ты не желаешь об этом говорить. Но, — Фокс протянул руку, положив на напряженное плечо напарника. — Я могу тебе помочь. — Мне не нужна твоя помощь. — Харон скривился и сбросил с себя руку мутанта. — И твоя жалость тоже.       Фокс ничего на это не сказал. Вместо того, чтобы убрать сброшенную руку, он взял запястье наёмника, но тот его выдернул с рычанием, прижав к груди: — Я же сказал: мне не нужна твоя жалость.       Через какое-то время Харон резко повернул голову в сторону разумного супермутанта, приподнявшись: — А что я делал у тебя на руках?!       Увидев сведенные брови напарника, Фокс смущено опустил глаза: — Тебе снился кошмар, и я пытался тебя успокоить всеми способами. Я хотел тебя положить обратно, но… — Мета-хомо не знал, как продолжить: не будет же он говорить гулю, что ему просто хотелось…обниматься? Держать и ощущать кого-то теплого, живого в своих больших руках? — Сам заснул.       Харон поднял бровь. — Заснул?       М-да, сомнительный ответ. Но Фокс смог объяснить, как у него проходит процесс сна. Харон недоверчиво окинул его взглядом, потом что-то проворчал, но обратно не лег. — Харон, я долгое время желал у тебя спросить. — Мутант обратился к гулю-наемнику, обернувшись к нему. — Ты всегда в бою вспоминаешь войну? Что ты чувствуешь в эти моменты?       Харон сощурено покосился на задающего вопросы мета-хомо, и тот уже примирился, что не получит ответов от напарника, но вопреки его мыслям гуль хрипло, подбирая слова, заговорил: — Временами. Когда бой проходит быстро, для меня это обычное дело. Но стоит ему затянуться, я начинаю чувствовать холод. И… — Взгляд становился отрешенными, смотрящим куда-то вдаль, а сам Харон, положив руки на согнутые колени, едва заметно покачивался. — Я среди людей. У всех одна и та же броня с утепленными повязками на лицах. Они кричат, что-то показывают жестами. Недалеко пролетает снаряд (от гранатомета или от тяжелой артиллерии, не помню). Я смотрю под ноги и вижу труп. У него нет ног, и маска сгорела, а за нею — нет пол-лица…       Рассказывая, гуль-наемник полностью погрузился в прошлое, не замечая ничего. Забыв, кому он это говорит, Харон вспоминал военные годы: первая боевая задача, ожесточенные битвы, смерть боевых товарищей, расстрел пленных и другие ужасы войны. Фокс выслушивал напарника, иногда сглатывая ком в горле, который образовывался из-за «историй». Одно воспоминание заставило безэмоционального гуля мелко задрожать, а глаза метались, пытаясь смотреть куда угодно: — У меня был напарник. По приказу нам нужно было…что-то обезвредить или…я не помню… Только помню, как голова моего напарника разлетелась на куски. Я убежал и закончил задание до конца. Потом там вроде был штурм…мы взяли в плен снайпера, который убил моего напарника. Наверно. Ночью я пробрался и…зарезал его. — Харон глубоко вдохнул, прижав поближе колени к груди. — Я…это был не я… Я смотрел со стороны, пока кто-то другой с яростью бил ножом в него, слабого и беспомощного. Если это был не я… — Он посмотрел на свои руки. — То почему мои руки в крови? Почему после убийства наказали меня?       Харон замолчал, глядя на свои руки, будто в них был ответ на его вопрос. Теперь он сидел неподвижно, впиваясь взглядом в ладони, полностью оторванный от нынешней реальности. Фокс, слушающий напарника, обеспокоился замерзшим состоянием гуля-наемника. Он мягко взял запястье друга, наблюдая, как тот сначала вздрогнул, потом медленно моргнул и равнодушно посмотрел на него, не пытаясь вырвать свою руку из хватки. Фокс опустил взгляд на запястье, медленно поглаживая, чувствуя неровность отслоенной кожи и замедленный пульс. Мутант рассматривал слезшую тыльную сторону ладони, на которой давно стерлись рисунки и отпечатки, обнажая мышцы и мелкие сосуды. Он вел пальцем по виднеющиеся вене, желая успокоить Харона. Фокс раньше читал мемуары о войне, но сейчас он услышал о ней из уст живого, истерзанного временем солдата, и это пробрало его намного сильнее. Он по-другому посмотрел на гуля-наёмника, постоянно настороженного и подозрительного. «А ведь война так и продолжается внутри него…» — У тебя нет необходимости меня трогать. — Скрипучий голос вернул Фокса из его мыслей.       Он посмотрел на хмурого Харона. Мета-хомо ответил: — Мне ведь как-то надо было тебя привести в чувство. — Фокс думал, как перевести тему. — Слушай. Я понимаю, тебе не нравится, когда я подхожу близко или контактирую физически с тобой, но ты, мой друг, можешь не отшатываться, если я буду рядом? — Так ты не будь рядом. — Харон закатил глаза. — Харон, я на полном серьёзе… — Тише заговорил мутант, смотря в глаза гуля. — Я тоже. — Напарник будто вглядывался в его взгляд. — Тебе не комфортно, когда я слишком близко, а мне не приятно, когда от меня отшатываются, смотрят, как на монстра. — Фокс тяжело выдохнул, и Харон внимательно слушал его. — Понимаешь, я провел в Убежище 87 почти всю сознательную жизнь, и я мечтал, что появится у меня друг и близкий человек. Сейчас у меня никого нет, кроме тебя, и то невольно.       Он крепче сжал чужую ладонь, не прерывая зрительный контакт. Харон смотрел на него нечитаемым взглядом, видимо, обдумывая, что на это ответить. — Ладно. Только не прикасайся ко мне без необходимости. Меня это нервирует. — Хорошо. — Фокс разжал ладонь, спросив наемника. — Если мы…подружимся, мне все равно нельзя будет положить руку даже на твое плечо?       Харон сощурено посмотрел на мутанта, ответив: — Посмотрим. Но тебе на шею кидаться не собираюсь.       Фокс удивленно посмотрел на напарника, прежде чем засмеялся. — Не, кидаться на мою шею не стоит: это даже мне не понравиться.       Харон усмехнулся, затем обернулся, наклонив голову набок: — А где наше снаряжение? — Осталось возле костра. Костер, если что, я потушил.       Фокс посмотрел на небо, которое начало светлеть. Тьма постепенно рассеивалась, а серые стены погибших домов заимствовали от заката бледные оттенки. Где-то вдалеке слышался говор и смех торговцев, по непонятным причинам не спавших в это ранее утро. На горизонте виднелись темные тучи, и Фокс спросил Харона, может ли пойти дождь, на что тот ответил: «Не знаю, сотню лет не видел». Разумного супермутанта эта новость огорчила: не видать, наверно, ему такой погоды. Напарники сидели в молчании, пока гуль-наемник не встал, разминая длинные конечности. — Куда дальше идем? — Вопросительно обратился к мутанту он.       Тот опустил взгляд, нахмурившись. Черты его лица расслабились, когда вновь посмотрел на Харона: — Ты, случаем, не знаешь, где находится Республика Дейва?       Харон отрицательно покачал головой: — Нет. Наверно, где-то далеко.       Фокс разочаровано выдохнул, сказав напарнику собираться, и пошел следом за ним. Разумный супермутант извинился за взятый без разрешения фонарик, передавая наемнику, последний закатил глаза, говоря, что ему не стоило из-за этого переживать. Готовые, товарищи отправились на пустоши. Путешествие обещало быть долгим.