Звезда в тёмном небе

Несколько дней пролетели незаметно. Лёше сорвали клейкую ленту со рта, но парни почти не разговаривали. Кирилл чувствовал себя мудаком, но не собирался отступать или смягчаться, а Лёша не мог определиться, что бы он хотел сказать: послать Гречкина или объяснить ему что-то важное или откровенное. Через два дня примерно часов в восемь вечера блондин в официальном костюме через прутья просунул смокинг с белой рубашкой и галстуком. Лёша замер и с недоумением спросил: — Что это? — Мы едем развлекаться. — Чего? — Рот закрыл и ко мне подошёл, — быстрым движением рук Кирилл освободил запястья мальчика от наручников. — Одевайся, у тебя есть три минуты. Как только Макаров накинул пиджак, в комнату вошёл охранник. Гречкин открыл клетку, и амбал сразу же схватил брюнета за плечо. — Егор сегодня будет с тобой. Если ты решишь что-то выкинуть, то… Узнаешь сам. Миллиардер нагло ухмыльнулся, поправив воротник, и вальяжной походкой вышел. Мужчина толкнул Лёшу в спину по направлению за своим работодателем. В красном Ламборгини, сбившем Лизу, Макаров сидел плечом к плечу с блондином. Он чувствовал запах дорогого парфюма, из-за которого начала кружиться голова. — Куда мы едем? — снова поинтересовался мальчик, нервно постукивая пальцами по колену. — Не твоё дело. Для тебя самое важное — нормально себя вести. Но Егор за этим будет приглядывать. Кстати о каждом твоём слове я тоже узнаю, так что советую включить голову. Лёша грустно вздохнул, но больше ничего не говорил. Спустя полчаса они втроём вышли у огромного здания, которое кроме как дворцом не назовёшь. Это был четырёхэтажный памятник классической архитектуры с лепниной, колоннами и пятью лестницами. Лёша видел такое только раз в жизни — они с детским домом ездили в пригород Петербурга и видели подобное строение, в котором жил какой-то император. Но сейчас этот дворец был не просто памятником, а ожившим местом какой-то вечеринки: из него доносилась музыка, а раставленные цветные проекторы только добавляли клубную атмосферу. Кирилл совсем не выглядел удивлённым: он горделиво шёл, жуя жевательную резинку и с высокомерием поглядывая на проходящих в дом людей. По обе стороны от дорожки был раскинут парк: цветочные поляны притягивали взгляд, а их аромат доносился даже до Макарова. Пока мальчик восторгался этому великолепию, они подошли к двери. Гречкин перекинулся парой слов с охраной и их пропустили. Внутренняя отделка ничем не уступала внешней: просторный холл молочного цвета с фонтанами, официантами и статуями казался действительно необъятным. Люди неспешно ходили туда-сюда, иногда останавливаясь и начиная разговор. Лёша остановился, рассматривая то, что видел только в фильмах. Его толкнули, и он, чуть не упав, снова пошагал вперёд. Он оглянулся, чтоб увидеть Кирилла, но тот потерялся в толпе, оставляя его наедине с Егором. Тот схватил мальчика за руку и потянул в темноту одной из колонн. Гречкин поднялся по спиральной лестнице на второй этаж. Он хотел поскорее закончить с поручением отца и свалить отсюда. Он всю юность провел на таких мероприятиях, поэтому сейчас чувствовал только раздражение. Блондин всматривался в человеческие лица. Здесь было много его знакомых; они ходили, постоянно «случайно» натыкаясь на нужных им людей. Этот мир лести и лицемерия порядком надоел. — Вот мы и встретились, — холодный голос за спиной заставил Гречкина замереть. Вдохнув, он повернулся к молодому человеку, надев маску невозмутимости. — Роман, — протянул Кирилл, растягивая губы в улыбке. — Зачем этот официоз? Просто Рома, — статный брюнет протянул ладонь, которую пожал сын прокурора. — Просто Рома, пройдём в более… Надёжное место? — Я как раз все подготовил. Следуй за мной. Они прошли в закрытую темно-бордовую гостиную с приглушенным светом. Здесь уже стояло несколько человек — люди Сергея Юрьевича и противоположной стороны. Кирилл сел на кожанное кресло, закидывая ноги на стол. — Вы неплохо подготовились. Так нуждаетесь в новых рынках сбыта? — Гречкин показательно оглянул дорого уставленную комнату. — Я думаю, ты в курсе, что дела твоего папочки идут не совсем гладко. Он теряет клиентов, а его теневой бизнес рушится. Мы милостиво согласились на совместное ведение дел. Пока нам это будет выгодно, — Рома Данилин гнустно усмехнулся, отпивая какой-то тёмный напиток из своего бокала. — Вот как, — Кирилл сделал паузу, пытаясь понять, блефует ли парень. Решив, что это не его дело, он снова заговорил. — Я пришёл со своим… Другом. Он сейчас должен быть в китайской комнате. — Там находится мой… Мальчик, с которым я развлекаюсь. — Чего? — Гречкин замер, пытаясь понять, действительно ли это было сказано. — Один чувак задолжал мне слишком много денег. Я его использую, пока он не сможет найти, где их взять, чтоб мне вернуть. Странно притащить своего друга в такое место, — с подозрением смерил взглядом Данилин блондина. Тот пожал плечами. — У нас... Довольно странная дружба в принципе, но тебя это беспокоить не должно. Мы здесь все за одним, — процедил Гречкин, доставая бумажку, которую ему дал отец. Парень не хотел обсуждать Лёшу, это было слишком лично. Он привёл мальчика сюда, чтоб показать ему кусочек своей жизни, да и чтоб он не оставался без присмотра. Как думал миллионер, Лёша увидит, как ужасно жить на месте Кирилла. Увидит, что его жизнь как и этот особняк — нереально красивый снаружи, но наполненный мерзостью и отвратительными людьми. Гречкина не пугала возможность обнаружения мальчишки: тут вскрывались и не такие секреты, да и к тому же всё, что тут происходило, тут и оставалось. Глаза Ромы сверкнули, и он выхватил листик. — Прекрасно, — прошептал молодой человек, пряча пустой клочок в нагрудный карман. — Однако теперь ты нам не нужен. Раздался выстрел. Звон стекла. Кирилл вздрогнул, но мгновенно пришёл в себя и упал на пол. Между людьми двух группировок развязалась перестрелка. Блондин заметил, как Данилин выбежал из комнаты. В холле стихла музыка, зато стали слышны крики и звуки используемого оружия. Всех людей отца, находящихся в комнате, убили, а оставшиеся унеслись прочь, решив, что Кирилла тоже пристрелили. Блондин встал на четвереньки и пополз к двери, стараясь не обращать внимание на сильнейшую дрожь в конечностях и саднящие раны от разбитого стекла на лице. Нужно было срочно бежать. Их предали. Подставили. Они в опасности. С трудом поднявшись на ноги, он стёр слезы, смешавшиеся с кровью и, пригибаясь, побежал в сторону известной ему китайской комнаты. Егор затолкал Лёшу в небольшую комнату с панно с журавлями и иероглифами. Сначала Макаров подумал, что они тут одни, но вскоре убедился, что ошибался. В другом углу сидел рыжий мальчик, над которым возвышались два накаченных мужчины. Этот парень удивлённо воззрился на брюнета, после чего постарался подойти к нему, но его схватили и посадили назад. На лице рыжего юноши промелькнула досада с обидой. Он подмигнул Лёше, будто они были друзьями. Макаров вообще перестал понимать, что тут происходит. В голове возникла картинка из фильма, который они с Лизой смотрели пару месяцев назад. В нем рассказывали про Древний Египет, в котором стравливали рабов. Мальчику очень хотелось верить, что это лишь его больная фантазия, а не реальное положение дел. Они сидели в тишине минут десять, как вдруг за пределами комнаты что-то стало происходить. Крики, выстрелы, звон стекла и разбивающихся статуй наполнили образовавшуюся тишину. Трое грозных мужчин мигом подскочили и скрылись за дверью. Рыжий парень подбежал к Лёше и схватил его за запястье. Тот поморщился из-за боли мозолей от наручников. — Мы должны бежать, — кричал парень, пытаясь утянуть за собой Макарова. Последний не понимал, что происходит, поэтому молча сидел, стараясь привести мысли в порядок. — Ты кто? — Я Женя, но это не имеет значения. Тебя же тоже держит в заложниках какой-нибудь моральный урод? У нас есть шанс сбежать. Понимаешь? Мы можем сейчас скрыться в этой суматохе, и нас не найдут, — орал мальчик, с силой тряся руку брюнета. Сбежать? Лёша так давно об этом мечтал, что уже даже не понимал смысла этого слова. Сейчас он стоял, будто отгороженный от всего мира. Будто в тумане он слышал далёкий шум в коридоре и выкрики Жени. Видел мелькающие перед глазами медные кудри и карие радужки, сливающиеся в одну неразборчивую картинку. Он хрипло и часто дышал, стараясь успокоить прерывисто бьющееся сердце. Его паническая атака обострила все органы чувств, вот только мозг не мог их связать, поэтому Макаров просто сидел и смотрел в пол, пытаясь взять себя в руки. — У нас осталось буквально две минуты! Почему ты сидишь?! И тут Лёша смог собрать мысли. Охранников нет. Кирилла нет. Есть только этот рыжий Женя, который предлагает ему свободу. Но нужна ли ему эта свобода? Куда он пойдёт, если сейчас они выберутся? После того, что он наговорил Татьяне Михайловне, он не посмеет вернуться в детский дом, да и для него действительно там ничего не осталось. Идти ему некуда. Он никому не нужен. Только Гречкин о нем думает, только он его лечил и спас. Да, он просто невыносимый заносчивый мудак, но если бы Лёша его презирал и ненавидел, то сейчас о нем не думал. Однако мысли о том, что блондин может истекать кровью где-то там, в коридорах, заставляли сердце сжаться. — Иди без меня. — Что? — от шока хватка Жени ослабла, а он немного отпрянул, не ожидая подобного ответа. — Я с тобой не пойду. «Я не брошу Кирилла», — продолжил в уме Макаров. — Ну и дебил тогда. Сиди на жопе ровно и жди, пока тебя прикончат. Больной совсем, — крикнул на последок рыжий парень, выбегая из комнаты. Лёша остался один, сидя на полу и надеясь, что он не пожалеет о своём решении. Теперь он понял, что сейчас, в стрессовой ситуации, он принял решение, продиктованное ему подсознанием, а не голосом разума. Что все это значит, он будет разбираться потом, а пока нужно выбираться отсюда.