Bending Light/Преломляя свет

Когда каблуки Драко со стуком коснулись знакомого полированного паркета, он крепко сжал палочку в своей скользкой ладони. Ужас окружил его, будто стал осязаем. Был какой-то звук, что-то, что отдалось в животе спазмом и вызвало отравляющую вены панику. Что это было? Откуда он доносится? Драко ускорил шаг, и портреты предков начали расплываться, когда он почти побежал по коридору. Он слышал голоса, мерзкое шипение, хохот. А потом крик. Кристально чистый, острый, словно безжалостно загнанный в мягкую кожу осколок стекла. Драко судорожно выдохнул и сорвался на бег. Вот этот звук. О господи, о господи, он должен добраться до нее. Он уже бежал на полной скорости, но дверь всегда была впереди. Недосягаемая. А крики умножались, один перекрывал другой безжалостной волной. Он чувствовал, как горячие слезы стекали по лицу. Его сердце сжалось. Он потянулся, пытаясь схватиться за дверной проем, рывками толкался вперед, но поскользнулся и упал. Упал вниз тогда, когда образ ее искаженных черт разорвал его разум. И столкнулся с полом в стремительном, резком ударе… …Драко сел, хватая ртом воздух, его глаза были широко распахнуты, а пальцы сжимали влажные простыни. Он дико огляделся вокруг, стараясь уловить звук, крики, но не было ничего. Все было тихо и спокойно. Он сидел в своей спальне, в квартире, в Сан Чиприано. Тео спал в соседней комнате. Драко заставил себя дышать, — вдох, выдох, — и всплыло воспоминание после перехватывающего дыхание ужасного кошмара. Вечеринка. Он слишком много выпил. Так много, что не позаботился принять зелье сна без сновидений, которое принес Блейз. Очевидная ошибка. Драко откинулся обратно на подушки и провел рукой по волосам. Тяжело сглотнув, он позволил разуму вернуться в окрестности сна, раз теперь прочно находился в реальности. Большинство оставалось знакомым: особняк, ужас, неспособность сделать что-либо с насилием, которое происходит вокруг. Но крики… и их владелец. Они были новыми. Гермиона. Блять. Драко провел руками по лицу, потерев глаза, а потом виски. О чем он только думал? Что делал? Он почти поцеловал ее сегодня вечером — на кухне и у двери, когда они прощались. И то, как он смотрел на нее, как говорил с ней… у всех на виду. Ебанное безумство. И опрометчивость. Так больше не может продолжаться. Эта мысль имела привкус окончательности, хоть и вызвала незамедлительную волну боли и отчаяния. Поддавшись импульсу, он перевернулся и схватил пузырек с тумбочки. Иначе ему никогда не удастся уснуть. Откупорив пробку, Драко осушил сосуд до того, как успел засомневаться в своем решении, и сладкий вкус бадьяна и мальвы спустился по горлу с обещанием забвения. Он вытер рот и едва успел лечь обратно до того, как черная волна накрыла его, и веки трепетно закрылись.

***

Драко проснулся поздним утром с раскалывающейся от боли головой и укоренившимся пониманием того, что прошлым вечером он зашел слишком далеко. Он молча лежал, анализируя кошмар и предшествовавшие ему события, сожаление и беспокойство нарастали, пока он резко не встал с кровати и не прошел по тихой квартире за водой и магловским обезболивающим. Опустившись в кресло, Драко невидящим взглядом уставился на бардак в гостиной: грязные стаканы, окурки и наполовину пустые бутылки располагались на каждой поверхности. Воспоминания о том, что произошло здесь прошлой ночью, вспышками озаряли его разум. Блять, блять, БЛЯТЬ. Что стало с дистанцией? С тем, чтобы защищать людей, держась, нахрен, подальше от них? Что стало с его знаменитой сдержанностью, тщательно (беспощадно) выстроенной Люциусом еще в детстве, и так хорошо отточенной за последний ужасный год? Почему он не мог включить выключатель? Почему он этого не сделал? Драко нетерпеливо поднялся и, сжимая пальцами виски, побрел по коридору к ванной, чтобы принять душ. Он включил кран, и раздражение вкупе со злостью на самого себя нарастало, пока вода становилась теплее. Он вел себя слишком расслабленно и свободно. И сон явился как какое-то темное предзнаменование, дабы напомнить ему о возможных последствиях. Драко зашел в кабину, разрешая воде накрыть себя, и подумал о последних неделях. Он слишком часто заходил в кофейню, и настало время перестать. Перестать искать поводы заговорить с ней, перестать искать время остаться с ней наедине. Теперь Блейз был рядом, так что ему просто стоило… сконцентрировать свою социальную жизнь на нем. Опустив голову, Драко позволил воде омыть заднюю сторону шеи и на пару мгновений остался в таком положении. Его кулаки сжались, уже скорбя о некой потере. Но потом он заставил себя выпрямиться. Он все еще мог включить выключатель, черт побери. Он увяз глубоко, да, слишком глубоко, но мог обратиться к своему воспитанию и внутреннему стержню. К своей холодной слизеринской натуре, — несмотря на страдальческие мысли, Драко почувствовал, как уголки губ приподнялись при воспоминании о ее «теории» и сердце загорелось при воспоминании о ее подарках, ее добрых словах и дразнящего выражения ее лица на протяжении всего вечера, — но потом он превратил свои черты в мрачные линии. Драко поднял голову, заставляя воду ударить себя прямо в лицо, и позволил ужасающей мысли об этом свете, ее свете, потускнеть и погаснуть под укреплением своей твердой решимости. Он мог сделать это. Он мог отстраниться и не оглядываться. Это будет к лучшему. Для всех. Но в особенности для нее. После чего он рухнул, протянув руку вперед, чтобы опереться на стену, позволяя воде потоком хлынуть на опущенную голову, разрешая себе один последний миг изнурительного сожаления и тоски, — почти детского недовольства несправедливостью всего. Но потом крик из кошмара эхом пронесся в сознании. Драко выпрямился и выключил душ, покачав головой. Он мог сделать это, и он сможет.

***

В течение следующих нескольких дней Драко оставался очень предан новому плану действий — избеганию кофейни и любых других ситуаций, где он мог взаимодействовать с Гермионой. Это было неприятно, но казалось правильным. И когда Блейз пришел и высказал ожидаемые комментарии касательно поведения Драко на вечеринке, это только укрепило клятву. Потому что, на удивление, слова Блейза оказались скорее спокойными, а не насмешливыми, и именно по этой причине гораздо более тревожными. — Грейнджер. Вот так сюрприз, — искоса взглянув на друга сказал Блейз, когда они расположились в креслах и посмотрели на потрясающий закат. Драко напрягся. — Да? — Да. На самом деле, мне понравилось тусоваться с ней, — Забини сделал глоток вина, глядя на розовые и оранжевые оттенки в небе. — Полагаю, война меняет всех нас. Последнее утверждение сопровождалось всей мощью темного взгляда на Драко. И тогда Драко понял, что его видели совершенно насквозь. Блейз не просто предполагал, он понимал, что все зашло дальше чего-то настолько простого как похоть, скука или взаимодействие. — Я отступаю, — сказал Драко после пары мгновений напряженной тишины. — Для любого будет слишком опасно связываться со мной так. В особенности для нее. — Хорошо, — после довольно продолжительной паузы ответил Блейз. — Но это может оказаться не так уж и просто. — Это должно! — Драко взорвался. — Я не знаю, почему она в принципе уделяет мне время. Она должна ненавидеть меня. Блейз издал звук раздражения и сочувствия. — Ты говорил с ней об этом? — Я извинился, — Драко откинулся головой на спинку. — Вкратце. Сказал ей, что уже давно меняю свои взгляды. — И? — Она поблагодарила меня за то, что я поделился. А потом стала самой собой. Хотел бы я, чтобы она накричала на меня или толкнула или что-то в этом роде. — Ей еще предоставится такая возможность, — Блейз ослепительно улыбнулся. Драко усмехнулся. — Ладно, серьезный вопрос, — Блейз повернулся, хотя Драко продолжал смотреть прямо. — Все потому, что ты не совсем можешь сделать это? Она маглорожденная, Драко. Не из статусной семьи, не полукровка. Маглорожденная. Я бы не стал винить тебя, если это просто… слишком. Слишком рано. Драко долгое время хранил молчание, вопрос крутился у него в голове, перебирая старые взгляды и предубеждения, вещи, в которые он верил на протяжении всей своей жизни, которых его семья придерживалась многими поколениями, — основы того, что означало быть тем, кем он являлся. Или был. Все дело в этом? Когда дело касалось сути, могло ли быть так, что он просто не мог принять ее происхождение? — Нет, — ответ почти непроизвольно вырвался из его рта. — Дело не в этом. — Ладно, — Блейз сделал обильный глоток вина. — Что ж, тогда готовься к небольшой борьбе. У меня сложилось впечатление, что она не сдается легко. Драко отмахнулся от него, но Блейз был прав, ведь даже вопреки тому, что он держался подальше, Грейнджер определенно придерживалась другой тактики. Однажды, когда он несколько дней не заходил в кофейню, она появилась в книжном, а потом в квартире со светящимися глазами и кучей интересных тем для разговора вместе с Тео после занятий. Драко вел себя холодно по отношению к ней, притворился, будто занят обслуживанием клиента в магазине, а позже нашел причину исчезнуть из квартиры, когда и пяти минут не прошло после прихода Тео и Гермионы. Он пытался не заботиться о том, что оставил их совершенно одних. Он даже пытался убедить себя, что мог бы просто оставить Гермиону Тео, если она его хотела. Пытался убедить себя, что это не имеет значения и она сама может позаботиться о себе. Гермиона слишком умна, чтобы не знать о склонностях Тео — если она что-то преследовала в общении с ним даже вопреки этому, ее право. Драко пришлось бесчисленное количество раз задавливать внутренний голос, который выл, протестуя этой мысли, и ему это удалось. Едва. Драко был уверен, что Гермиона в замешательстве, и, возможно, даже обижена. Ее выразительные черты не могли это скрыть. Тем не менее, он оставался настойчив, убежденный в своем плане действий. Однако Блейз был прав. Она была совершенно непреклонна, поэтому, в один прекрасный день, Драко оказался в кофейне, таким образом отвечая на подкинутую утром под дверь книжного магазина записку, в которой Гермиона сообщила, что нашла для него новую музыку, и он должен зайти и забрать кассеты, если хочет. Драко осторожно прошел внутрь, мысленно готовясь к встрече и клянясь себе, что она выйдет короткой. В одной руке он держал шлем, в надежде, что это станет очевидным намеком на то, что он направляется в другое место. Прозвенел колокольчик, и Гермиона подняла взгляд, сидя за краем стойки, склонившись над книгой. Она надела нежно-розовое платье с того дня на водоемах, а ее волосы были убраны, открывая взору красивую шею. Драко сглотнул. — Привет! — тепло поздоровалась она, подскочив с барного стула, и поторопилась выйти из-за стойки. Тревога. Драко был уверен, что она собирается обнять его, поэтому преобразовал черты лица в холодные линии и облокотился на стойку таким образом, чтобы объятье стало невозможным. Гермиона неловко остановилась на полушаге. — Привет, — сказал он. Его голос прозвучал жестко, и он почувствовал себя уродом. — Привет, — сказала она еще раз, еще мягче, чем до этого. — Ты получил мою записку? Пришел за кассетами? — Да, и кофе тоже возьму. С собой, — он опустил шлем на столешницу. — А, да, хорошо, — она вернулась обратно за стойку, двигаясь гораздо более сдержанно, чем ранее. Драко ощутил небольшой странный спазм в районе живота, но проигнорировал его. Гермиона молча работала с кофемашиной и в итоге повернулась к нему с кружкой. — Держи. Сейчас, я схожу в кладовую и принесу кассеты. — Спасибо. Пока она отсутствовала, колокольчик снова прозвенел, и, к удивлению Драко, Лаванда и Блейз, смеясь и держась за руки, вошли внутрь. Отношения между ними развивались быстро, и на одно мгновение Драко ощутил неимоверную зависть, желая, чтобы это было также просто и для него. Но этого никогда не будет, не так ли? Мысль укрепила его решимость, и он резко отодвинул свой кофе, твердо намеренный выбраться из кофейни как можно скорее. — Приве-е-ет, — поздоровался Блейз с ноткой удивления в тоне. — Какая неожиданная встреча, — одновременно с ним произнесла Лаванда, и в ее взгляде проскользнуло осуждение. Гермиона вышла из кладовой, ее взгляд был опущен, пока она не увидела новоприбывших, и ее черты не просветлели. — Эй, вы двое, — сказала она, легко помахав рукой. — Давно вас не видела. Всех, — пробормотала она, и ее взгляд коротко метнулся к Драко. Он почувствовал укол вины. Раз Лаванда проводила время с Блейзом, пока он держался подальше, у Гермионы, должно быть, отсутствовала компания. За исключением Тео. Не за что, Тео. Драко испепелил взглядом столешницу. — Мы здесь, чтобы исправить это! — сказала Лаванда. — Идем на дискотеку сегодня вечером. Все. Мы уже проезжали мимо твоей квартиры, и Тео согласился, — сказала она, глядя на Драко. Он открыл рот, чтобы возразить, но Грейнджер вмешалась. — О, это было бы весело, — она подняла голову, и ее взгляд остановился на нем. — Мы не ходили туда с того вечера. Я так и не показала тебе танцы восьмидесятых, — уголки ее губ приподнялись в осторожной улыбке. Эта был знак примирения, и Драко знал это. Знал, что она заметила его стремление держаться в стороне и не понимала причин, но была готова наладить отношения. Попробовать снова. Чертова гриффиндорская настойчивость. Все ждали его ответа, и он был уверен, что должен сказать «нет». Отказ зафиксирует это новое расстояние. Пусть Гермиона и упряма, но она уважала себя и оставила бы попытки по причине его безразличия. Драко сделал глубокий вдох, приказывая себе отказаться, но вместо этого сказал: — Хорошо. — Правда? — Лаванда улыбнулась, и взгляд Грейнджер задержался на нем. — Да, во сколько? — Встречаемся у вас в девять, — сказала Лаванда. — Можем поехать все вместе. — Отлично, — Драко снова опустил взгляд на стойку. Дерьмо. Его внезапно ставшая влажной ладонь соскользнула по шлему, и он вздрогнул. Поездка. Его отговорка. — Тогда я ухожу. Драко подхватил шлем и слегка махнул им, прежде чем положить оплаченный счет за кофе на стойку и отвернуться. — Подожди, твои кассеты! — воскликнула Грейнджер, снова выходя из-за барной стойки. Он остановился и повернулся, приказывая себе не замечать, как идеально розовое платье обтягивало ее тело. — Пошли слухи, что я в поисках новой музыки, и кто-то принес их, — сказала она, протягивая стопку кассет. Драко посмотрел на них, а потом снова на ее лицо, прочесть выражение черт которого казалось невозможным. — Они новее, — объяснила она. — За последние несколько лет. Radiohead, Blur и Pulp. Должно быть, кто-то узнал, что я англичанка, — она издала короткий смешок. — Это, м-м-м, все английские группы. Драко забрал кассеты из рук Грейнджер, но она вытащила одну и подняла. — Думаю, тебе особенно понравится эта. Radiohead. Они одни из моих самых любимых за последние годы. The Bends, — с нервной улыбкой она посмотрела на его лицо. — Я была очень рада, когда получила эти кассеты. Кто-то оставил их в хостеле в Аквино. Он не улыбнулся в ответ, и спустя мгновение Гермиона перевела взгляд в сторону. Хмурая тень исказила ее черты, и Драко почувствовал себя настоящим ублюдком. — Спасибо, — начал он, но Грейнджер оборвала его. Она отвернулась и ушла, быстро скрывшись за стойкой. Ее тон и манера поведения внезапно стали резкими. — В любом случае, надеюсь, они тебе понравятся, — Гермиона махнула рукой. — Значит, сегодня? — она переключила свое внимание на Лаванду. — Что наденешь? Драко ощутил отстранение, но в то же время от него не укрылись два красных пятна, горящих на щеках Грейнджер. Он вздохнул, и Блейз поднял на него бровь. Драко слегка пожал плечами. — Увидимся вечером, приятель, — сказал Забини, дернув подбородком. — Да, — ответил Драко, а потом заставил себя отойти и вышел из кофейни.

***

Гермиона сжала губы, когда они пришли на дискотеку. Очевидно, Драко опередил их. Она могла увидеть его через весь танцпол: уже с напитком в руке он общался с официантом из ресторана. Гермиона фыркнула. Добраться на байке вышло гораздо быстрее, чем на полностью забитой машине Тео. Они, конечно же, поняли, что все в нее не влезут, и как только начали обсуждать альтернативное решение, включающее в себя Гермиону на коленях Драко, тот сразу же ухватился за возможность уехать одному. Нет, было довольно очевидно, что Драко хотел отстраниться от нее. Гермиона начала задумываться об этом после многих дней, прошедших без его визитов в кофейню. А потом это его странное поведение, когда она зашла в книжный и в его квартиру. Сегодняшнее же утро стало вишенкой на торте. Он явно не хотел видеться с ней и почти пренебрежительно отнесся к новым кассетам. Что ж, ну и ладно. В любом случае, она не нуждалась в его дружбе. Гермиона прожила без нее больше семнадцати лет. И у нее была Лаванда, ну, какая-то ее часть. Той почти не было рядом. Однако Тео вел себя очень мило в последнее время. Кажется, он почувствовал отстраненность Драко и пытался это компенсировать. Никакого показного флирта или перехода за границы дозволенного, лишь простое и постоянное дружеское присутствие. Гермиона вздохнула, когда позволила Лаванде отвести их к большому свободному столику в углу. Ей хотелось узнать, что случилось с Драко. Они отлично провели время на вечеринке. Если уж на то пошло, Гермиона думала, что они начали сближаться. На самом деле, пару раз на кухне и прямо перед тем, как они ушли, она хотела… Но нет, должно быть, она неправильно поняла. Может, ее общение было слишком фамильярным тем вечером, и это был его способ справиться с ситуацией, поставить Гермиону на место. Она снова ощетинилась. Ну и хрен с ним. Она опустила взгляд и расправила белую кружевную юбку, нижнюю часть наряда, который она позаимствовала у Лаванды. Обе части скрывали чуть меньше, чем Гермиона привыкла, но сегодня вечером ей хотелось немного выделиться, выглядеть отлично. И нет, она не горела желанием слишком тщательно анализировать причины. Однако это было отчасти связано с тем, как глаза Драко расширились, когда он открыл дверь в квартиру ранее. Опять же, хрен с ним. Гермиона встряхнула свои распущенные кудрявые волосы, а потом приняла холодный стакан от Тео, который только что подошел к столику. Лаванда и Блейз уже танцевали на глазах у всех. — Вау, а она гибкая, — отметил Тео, приподняв бровь в направлении Лаванды. Гермиона засмеялась и стукнула его. — Прекрати! Она просто веселится. — Никакого осуждения! — Тео поднял руки. — На самом деле, не хочешь пойти туда? Гермиона была близка к тому, чтобы отказаться. Она ощутила небольшой дискомфорт от очень соблазнительных танцев, а потом ее взгляд наткнулся на любопытную сцену за плечом Тео. Это был Драко — все еще на другой стороне комнаты, — и он обнимал красивую темноволосую девушку из прошлого. Какого черта? Они что, уже знали друг друга? Мысли в голове Гермионы разогнались, когда она осушила стакан почти за один единственный глоток. Поэтому он ее избегал? Девушка потянулась к Драко и провела длинными ногтями по его волосам, взъерошивая их. Он отступил и с удивлением посмотрел на нее, рассмеявшись. Гермиона резко перевела взгляд обратно на Тео и взяла его за руку. — С удовольствием, — сказала она, подскочив с места. — Отлично! Тео повел ее к танцполу и сразу же притянул к себе. Тепло его тела и запах окружили Гермиону как и в прошлый раз, когда они танцевали. Она сконцентрировалась на этом, проводя руками вверх по его бицепсам и плечам, чтобы сплести пальцы за его шеей. Игривость его улыбки сменилась на нечто более серьезное. Тео притянул ее ближе, и Гермиона заставила себя расслабиться в объятии. Она также приложила большие усилия, чтобы забыть о сцене, разворачивающейся на другом конце комнаты. Ее взгляд столкнулся с глазами Тео. — Ты выглядишь особенно прекрасно сегодня, — сказал он низким голосом. — Люблю, когда твои волосы распущены вот так, — он легко провел рукой от ее талии вверх по спине и коснулся кудряшек. — Спасибо, ты тоже отлично выглядишь, — сказала она с улыбкой. Он выглядел невероятно привлекательно. На нем была ее любимая выцветшая джинсовая рубашка, из-за которой его глаза выглядели как летнее небо. Тео на мгновение задержал на ней светло-голубой взгляд, и ее дыхание участилось. Танцевальные движения были чувственными, а он был очень хорошим танцором. В качестве эксперимента, Гермиона слегка погладила заднюю сторону его шеи. Его взгляд мгновенно потемнел и опустился на ее губы. Ощутив небольшую волну, прошедшую через нее, Гермиона закусила губу. Тео склонил голову к ее уху и прошептал: — Тебе не стоило этого делать. Смесь улыбки в его словах с легким касанием губ напротив уха вызвала у нее дрожь внизу живота. Она удивленно выдохнула. Драко — кто? Он мог обнимать столько барных шлюх, сколько захочет. Как только эта мысль пронзила ее сознание, Тео отстранился, его серьезный взгляд стал игривым, а потом он развернул ее так, что она оказалась прижатой к нему спиной. Гермиона осознала, что песня сменилась на другую, очень смелую и сексуальную. Она онемела напротив него, неуверенная в том, что смогла бы провернуть такой вид танцев. — Расслабься, — прошептал Тео, скользя ладонью к ее оголенному животу и крепко притягивая Гермиону еще ближе к себе. Обычно у нее проявлялась довольно бурная реакция на такие слова, отголоски Рона, но тон голоса Тео был ласковым и игривым, нежели высокомерным, и она расслабилась. Гермиона легко усмехнулась и отклонилась на него, позволяя вести себя под ударный ритм песни. — Вот так, — Тео сжал другую руку на ее бедре и снова коснулся губами уха. Она почувствовала, как та же самая волна вновь накрывает тело, и как выпитый залпом коктейль расплывается по венам. Гермиона откинула голову ему на плечо, повела руку вверх, обвивая вокруг его шеи, и опустила ладонь на его затылок. Тео мягко посмеялся, склонился и прошептал: — Умница. Это весело, правда? И это было весело. Некоторое время они двигались вместе, и Гермиона расслаблялась с каждым тактом. Она не чувствовала себя напряженно, потому что почти все вокруг них танцевали гораздо более раскрепощенно: некоторые девушки почти согнулись вдвое, касаясь пола, пока их парни стояли сзади, хватая их за бедра. Лаванда хорошо использовала свою гибкость. Гермиона легко рассмеялась, а потом Тео сжал ее талию и развернул к себе. Она слегка покачнулась из-за неожиданного маневра и схватилась за него. Он тоже улыбнулся, но не дал ей отстраниться. Теперь они танцевали так же близко, но уже лицом друг к другу. Гермиона посмотрела на него из-под ресниц, и его улыбка рассеялась. — Вот и твой взгляд, — прошептал он. — Очень хороший, — его голос прозвучал легко, но глаза прожигали ее. Тео начал медленно кружить их, и Гермиона выдержала его пристальный взгляд, не отрывая свой, по-настоящему всматриваясь в него. Рассматривая его. Но когда они повернулись, она поймала вспышку платины через его плечо. Теперь Драко сидел один за их столом. Никакой темноволосой девушки. Он облокотился на колени, курил сигарету и наблюдал за тем, как они танцевали, так же, как и в прошлый раз. Было невозможно прочесть выражение его лица через тусклое освещение и дым, но вся его поза выдавала напряжение, плечи сгорбились, а нога медленно стучала по полу. Первой импульсивной реакцией Гермионы было разорвать объятие и отойти от Тео, что очень взбесило ее. И вместо этого она закрыла глаза и притянула его ближе. Она едва заметила, что песня изменилась, став медленной и романтичной. Гермиона опустила голову на плечо Тео и закрыла глаза, против образа Драко и чувств, которые шли вместе с ним. Она почувствовала, как Тео коснулся щекой ее волос и сделал глубокий вдох. Подняв голову, она собралась и улыбнулась ему. — Думаю, этот вид танцев мне нравится больше. — Он очень красивый, — пробормотал Тео, пока его пальцы медленно гладили оголенную кожу ее спины. Гермиона почувствовала, как сбивающее с толку тепло вновь нарастает, и опустила взгляд. Внезапно, Тео взял ее обвивающие его шею руки и закружил ее в медленном повороте. Она засмеялась, когда он сделал это, мысленно благодаря за перерыв в напряжении между ними. Он ответил ей улыбкой и снова притянул к себе. Они покачивались еще немного, пока ноты не стихли, и диджей не объявил перерыв. Все пары разъединились и начали уходить с танцпола. Тео легко держал Гермиону за руку, когда они повернулись к столику. Лаванда и Блейз сидели там, но Драко исчез, его пустой стакан стоял напротив его пустого стула. — Хочешь еще один напиток? — голос Тео прорвался сквозь внезапно завертевшиеся мысли Гермионы. — Да, — сказала она, мельком взглянув на него. — Еще один такой же. Спасибо. Он кивнул, отпустил ее руку и двинулся к бару, а она направилась к столику. Блейз встал, когда она подошла, и, прежде чем пойти за Тео, бросил на нее взгляд, который она не совсем смогла прочесть. — Веселишься? — дразнящим тоном спросила Лаванда, посмотрев в сторону Тео, когда Гермиона села. — Ага, — Гермиона улыбнулась и кивнула, но не удержалась и взглянула на пустой стул Драко. — Он ушел, — сказала Лаванда, ее губы поджались. — Мне жаль. — Что? — Гермиона преувеличенно пожала плечами. — Меня это не волнует. — Да-да, — Лаванда играла с соломинкой в своем пустом стакане. — Нет-нет! Я веселюсь! С Тео! — протестовала Гермиона. — Это я вижу, — брови Лаванды поднялись. — Помни, что я говорила тебе о нем. Гермиона прищурилась. — Он очень хорошо целуется, — сказала Лаванда, подмигнув с непристойной ухмылкой. Гермиона закатила глаза и покачала головой. — Спасибо, — мгновение они сидели в тишине, а потом Гермиона снова посмотрела на стакан Драко и внезапно спросила. — Ты видела, куда он ушел? Лаванда раздраженно выдохнула. — Ну что мне с тобой делать? Он ушел домой, и да, он был один. Несмотря на ее попытки, — она указала подбородком на угол комнаты, где темноволосая девушка смеялась с друзьями. Гермиона посмотрела на нее и почувствовала весьма отчетливое облегчение. А потом снова перевела взгляд на Лаванду, которая медленно качала головой. — Лав, — Блейз внезапно оказался у столика. — Они не могут сделать эту персиковую штуку, которую ты хочешь. Сходи, посмотри другие варианты. — Ох, ладно! — Лаванда вскочила и взяла Блейза под руку в тот момент, когда Тео обошел их с двумя напитками. Парочка направилась к бару, и Лаванда послала многозначительный взгляд в спину Тео, поиграв бровями Гермионе по пути. Гермиона тихо прыснула, пока Тео ставил напитки. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но вновь заиграла музыка. Громкая, бурная мелодия, из-за которой все закричали и побежали на танцпол. Гермиона вздрогнула и скривилась из-за шума. — Хочешь отнесем напитки к тем задним столикам? — прокричал Тео. — Да! — кивнула Гермиона, когда исключительно громкий визг гитары заполнил пространство. — Пойдем! Тео кивнул и взял ее за руку, прокладывая путь через толпу танцоров и заднюю дверь. Та закрылась за ними, и шум приятно стих. Днем эта часть клуба использовалась в качестве обеденной зоны, но вечером, казалось, имела предназначение для тихого неформального места. Там находились лишь несколько людей. Одна пара сидела на одном из маленьких квадратных столов, и две девушки курили под деревом в углу, оживленно болтая. Тео провел Гермиону к столику и запрыгнул на него, опустив ногу на один из стульев. Гермиона присоединилась к нему и проследила за девушками, которые потушили сигареты и двинулись к выходу. — Это было весело, — сказала она, чокнувшись с ним бокалом. — Спасибо, что вытерпел мои посредственные танцевальные навыки. Тео улыбнулся. — О чем ты? Ты была великолепна. Гермиона сделала обильный глоток своего напитка и стукнула Тео по плечу. — Да ладно тебе. — Как только ты расслабилась, ты была восхитительна, — решительно произнес он, стукнув ее в ответ. Мгновение они сидели в тишине, и Гермиона посмотрела на звездное небо через нависающие ветви дерева. Ночной воздух ощущался теплом на ее коже. Она оглянулась вокруг: должно быть, другая пара тоже ушла внутрь. — Здесь так красиво, — сказала Гермиона. — Иногда я не могу поверить, что это моя жизнь. — Да, — Тео мягко усмехнулся на выдохе. — То же самое, — он промолчал минуту, и она почувствовала, что он повернулся к ней. — Как ты справляешься? — спросил он. Гермиона вопросительно взглянула на него. Он говорил о Драко? — Я имею в виду, в целом, — объяснил Тео. — Со всем этим. Ах. — Думаю, хорошо? — ответила она, пожав плечами. — Я все время переживаю. Но стараюсь не показать свое волнение, если ты понимаешь о чем я. — Понимаю, — кивнул он. — А ты как? — спросила она. — Так же. Хорошо, но всегда слегка переживаю. Еще начинаю думать, чем все это закончится, — Тео махнул рукой. — Например, вернемся ли мы в школу? И когда вернемся, на что это будет похоже? — выражение его лица было серьезным. — Как думаешь, мы все еще будем друзьями? — мягко спросила Гермиона, озвучив вслух первые пришедшие на ум слова. — Конечно! — его ответ был незамедлительным, и что-то в этой быстроте и теплоте тронуло Гермиону. Она осознала, что какая-то ее часть волновалась, что осенью все они начнут притворяться, будто не знали друг друга. — Это делает меня очень счастливой, Тео. Поддавшись импульсу, она наклонилась, чтобы подчеркнуть свои слова быстрым поцелуем на его щеке прямо у ямочки. Но в то же мгновение он повернулся, чтобы посмотреть на нее и открыл рот, чтобы сказать что-то, и ее поцелуй приземлился ближе к его губам. Гермиона вздохнула от неожиданности, но не отпрянула, что-то заставило ее замереть. Одна или две секунды прошли, но Тео тоже не отстранился. Вместо этого, он немного склонился ближе и поцеловал ее снова, его губы были мягкими и нежными. Первой реакцией Гермионы стало удивление, и на одно очень короткое мгновение она подумала, что сейчас отстранится и сгладит ситуацию забавным комментарием и смехом. Но что-то внутри нее испытывало любопытство и оказалось застанным врасплох, поэтому вместо отступления, она поцеловала его в ответ, приоткрывая свои губы и исследуя его. Тео резко вдохнул, и его рука поднялась, обвиваясь вокруг ее шеи, зарываясь в ее волосы. Движения его пальцев были теплыми и уверенными, и она позволила себе раствориться в поцелуе, когда он углубил его, наклонив ее голову. Будто в фильме, Гермиона ощущала себя вне своего тела, покалывание тепла как-то незнакомо отдавалось в ее венах. В качестве эксперимента, она провела языком по его губам и рукой вверх по его груди, вокруг шеи, слегка сжимая ее. Почему нет? Мысль шепотом пронеслась в сознании. Привлекательный парень, романтичная ночь, и она хотела этого. Она никому ничего не должна. В действительности, совершенно не должна. Реакция Тео на ее прикосновения была мгновенной. Он шумно выдохнул, спрыгнул со стола, едва разрывая контакт с ее губами, и встал между ее ног, резко притянув ближе к себе. Его язык яростно коснулся ее, и Гермиона получила наглядное подтверждение слов Лаванды. Целовать Тео было все равно что рассекать воздух на быстрой машине или кружиться на аттракционе. Ее опыт с Адамом прошлой зимой мгновенно побледнел в сравнении. — Господи, — он выдохнул напротив ее губ спустя пару минут, слегка отстранившись, — Ты такая сладкая. — Ммм, — она невнятно промычала в ответ, наслаждаясь ощущениями, которые накрывали ее медленными волнами. Она держала его за плечи, но потом снова потянулась руками к его шее и погладила мягкую кожу. — Гермиона, — наполовину сказал, наполовину простонал он, и его губы оказались возле ее уха. — Ты сводишь меня с ума. Тео поцеловал ее снова, еще глубже, и его руки, запутавшиеся в ее волосах, опустились к бедрам и мягко сжали их, поднимаясь чуть выше. Его большие пальцы гладили ее кожу, медленно очерчивая круги. Что-то в этом жесте вызывало сомнения. У Гермионы сложилось впечатление, будто Тео спрашивал, хочет ли она зайти дальше или как далеко она хочет зайти. Она была признательна за немой вопрос и отстранилась от его губ, опустив свои руки на его. Прочистив горло, Гермиона тихо рассмеялась, опустив взгляд, а потом подняла его из-под ресниц на Тео. — Так, — сказала она, переводя дыхание. Он склонился к ней и уткнулся лбом напротив ее. — Да, — его дыхание сбилось, веки закрылись. Гермиона подняла руку и провела пальцем по его щеке. Он мягко улыбнулся, все еще не открывая глаза. — Прости, просто дай мне минуту, — его ямочка появилась и стала глубже, из-за чего Гермиона выдала еще один мягкий смешок. — Хорошо, — она опустила руки к его запястьям и слегка обхватила их. Тео отстранился и открыл глаза. Его зрачки были неимоверно расширены, а голубая радужка вокруг них заметно потемнела. Он сделал глубокий вдох и выпрямился, медленно покачав головой, когда ухмылка исказила черты его лица. — Я… — он снова покачал головой и повернул свои руки в ее ладонях, мягко обхватив ее запястья. Она застенчиво качнула его руки между ними. — Я бы очень хотел снова поцеловать тебя, — сказал Тео, и легкая ухмылка заиграла на уголке его губ, — но не думаю, что смогу вынести это здесь. Черт, как бы я хотел, чтобы мы могли аппарировать, — он слегка возбужденно оглянулся вокруг. Гермиона засмеялась, в душе радуясь тому, что они не находились в более уединенном месте. Она все еще не знала, как далеко когда-либо захочет зайти с Тео, и теперь не была уверена, с каким успехом смогла бы остановить себя, если бы они действительно были одни. — Пойдем обратно? — мягко предложила она. — Наверняка Лаванда и Блейз гадают, где мы. Он моргнул, глядя на нее сверху вниз, и вспышка разочарования промелькнула в его чертах так быстро, что Гермиона подумала, будто ей показалось. — Да, хорошо, — в конце концов ответил он, тон его голоса стал спокойнее, чем раньше. Тео взял ее за руку и помог спуститься со стола, отчасти оттягивая момент, а потом провел ее через дверь к тому, что ощущалось как совершенно другой мир. Музыка мгновенно стала громче, свет ярче и энергия больше. Оглядевшись, Гермиона моргнула, стараясь привыкнуть к переменам. Она заметила сидящую за барной стойкой Лаванду и Блейза за ее спиной, который что-то шептал той на ухо. Лаванда засмеялась и увидела Тео с Гермионой. Ее взгляд мгновенно вцепился в подругу, а брови поднялись почти до линии волос. Гермиона закатила глаза и послала ей быструю ухмылку. Лаванда снова засмеялась и показала Гермионе большой палец, а потом незаметно перевела жест во взмах, призывая друзей ближе. Они подошли к бару. Тео держал Гермиону за руку, пока она мягко не высвободила ее. Какая-то ее часть (которой она немного стыдилась) надеялась, что Блейз не заметил этого. Они обсудили возможность выпить еще, но вместо этого решили уйти. — Не хотите пойти к нам? Пропустить стаканчик перед сном? — спросил Тео девушек, когда они выехали с грязной стоянки на шоссе. Гермиона обернулась к Лаванде, меньше всего на свете желая идти в квартиру Тео и, возможно, увидеть Драко. Она просто хотела попасть домой, забраться в постель и обдумать случившееся. Вопросительно распахнутые глаза Лаванды слегка сузились. Внезапно, она широко зевнула. — Лично я просто измотана, — сказала она. — Думаю, я бы просто хотела поехать к себе и лечь спать, если никто не возражает, — Гермиона послала ей благодарный взгляд, прежде чем отвернуться и тоже зевнуть. — Звучит неплохо, на самом деле, я тоже устала, — сказала она, окинув Тео взглядом. Он смотрел на дорогу, его профиль был недостижим. — Ваше желание для меня закон, — мягко сказал он. — Забини, хочешь пойти ко мне и аппарировать оттуда? — Да, звучит отлично, приятель. Раз моя женщина не хочет меня, — в голосе Блейза звучала улыбка, и Гермиона увидела, как Лаванда склонилась к нему, когда тот поцеловал ее в висок. Остальная часть поездки по большей части прошла в тишине, и Гермиона обрадовалась, когда они подъехали к привычному месту высадки около центра города. Тео припарковал машину, и Лаванда с Блейзом вышли. — Скоро вернусь, — бросил Блейз. — Ты идешь? — спросила Лаванда Гермиону, когда они повернули, чтобы пойти к квартире за углом. — Да, минуту, — сказала Гермиона, взмахнув рукой. Она услышала, как Тео вышел из машины позади нее и повернулась к нему на полпути, не совсем уверенная в том, как хочет, чтобы закончилась эта ночь. Теперь луна висела высоко и ярко освещала их, но его лицо оставалось скрытым в тени, когда он подошел. — Значит, увижу тебя завтра, — мягко сказал он, подойдя ближе. Что? На мгновение она была в замешательстве. — Занятие, конечно! — сказала Гермиона. — Ох, совершенно забыла. Кстати об этом. Жан Карло попросил меня открыть кофейню завтра, поэтому я немного опоздаю. — Так тебя не нужно подвезти? — Тео потянулся к ней и коснулся одной из ее кудряшек, свободно накручивая ту на палец. — По крайней мере, не туда, — мягко ответила Гермиона. — Я подвезу тебя домой, — сказал он, внезапно оказавшись ближе. Гермиона непроизвольно напряглась, и ее взгляд дернулся в сторону улицы. Казалось, Тео почувствовал ее реакцию, потому что сразу отступил, отпустил ее прядь и взял ее за руку. — До скорого. Он оставил мягкий поцелуй на ее запястье, прежде чем уйти. — Хорошо, — сказала Гермиона, собираясь уходить. — Я чудесно провела время! — бросила она в самый последний момент, когда Блейз появился в поле зрения. Она увидела, как Тео помахал ей рукой из окна, и отвернулась.

***

— Ты правда устала? — Лаванда вышла из своей спальни в очень маленькой голубой пижаме. — Что думаешь об этой шляпе? — спросила она, по непонятной причине примеряя соломенную федору, глядя в зеркало. — Хм, она милая? — сказала Гермиона. Она села на стол и со вздохом бросила сумочку на пол. — И, нет, на самом деле, я немного на взводе. — Выпьем еще? — спросила Лаванда, направившись к холодильнику. — Да, давай. Гермиона осознала, что выпила всего два бокала за всю ночь. Значит, никаких оправданий. Лаванда достала две бутылки пива и передала одну Гермионе. — Слишком жарко для красного вина, а белое закончилось, — садясь рядом, сказала она. Гермиона кивнула и вытерла капли на стекле. — Так, — Лаванда уткнулась подбородком в ладонь и поиграла бровями. — Что случилось? — Мы поцеловались, — сказала Гермиона на большом выдохе. — И как это было? — Лаванда склонилась ближе. — Надеюсь, хорошо? — Очень хорошо. Восхитительно. Горячо. Просто я… Я не знаю. Я так запуталась! — простонала Гермиона. Лаванда отодвинулась обратно. — Из-за Драко. Гермиона уронила голову на руки. — Я не хочу, чтобы это было так, — сказала она сквозь пальцы. — Но это так, — сказала Лаванда, опустив бутылку на стол. — Это очень раздражает, — Гермиона подняла глаза к потолку. — Я ему даже не нравлюсь. Лаванда покачала головой. — Ммм, не знаю насчет этого. — Ну, он определенно избегал меня. С той вечеринки. Поэтому, может, я нравилась ему, но потом он остановился? Или он почувствовал мой интерес, и это вызвало в нем отвращение? Я не знаю! Глупо даже думать об этом. Он Драко Малфой! А прямо передо мной идеально милый, красивый парень. Что со мной не так? — Ох, нет, нет, нет. Тео не идеален. Не забывай об этом, — Лаванда покачала пальцем. — И никогда не был. Даже для Дафны Гринграсс. — Что ты имеешь ввиду? Еще один роман Хогвартса, о котором я совершенно не имела понятия? — Да, это были внутренние разборки факультета Слизерин, неважно. Но история распространилась. — Что случилось? — Она просто нравилась ему долгое время. Полагаю, они были друзьями с детства, а потом наконец начали встречаться в начале прошлого года. Счастливые и все такое. Идеальная пара. Бла-бла-бла. Пока он не поступил как Тео. Разбил ее сердце, разбил свое. — Ох, дерьмо. Ты ведь не… — Нет! На самом деле, думаю, я стала участницей его эпичной кампании по восстановлению. — А она? — Думаю, она начала встречаться с парнем постарше. С кем-то, кто выпустился пару лет назад. Основываясь на словах Блейза, она больше не говорит с Тео. — Господи, это так грустно. — Да, и не может быть такого, что он пережил это. Он любил ее на протяжении многих лет. Так что не привязывайся к нему слишком сильно, — Лаванда дважды стукнула по столу. — Плюс ко всему, мы знаем, что у него что-то есть с двумя местными девушками. Блейз намекнул, что это продолжается. — Хм, ладно, — Гермиона посмотрела вдаль. — С Тео буду начеку, определенно. — Я не говорю тебе ничего не делать! — воскликнула Лаванда. — Просто будь реалистом. — Да, я знаю. Но не позволю себе ввязаться в порочный круг чувства вины «бедный маленький Тео». — Именно, — сказала Лаванда. — Теперь вернемся к Драко, — Гермиона обреченно простонала. — Узнаю, если Блейзу известно что-нибудь. — НЕ говори об этом с Блейзом! — закричала Гермиона. — Я буду ОЧЕНЬ скрытна, — сказала Лаванда успокаивающим тоном. — Сделаю вид, будто что-то заметила и просто интересуюсь. Знаешь, на самом деле, я очень хороша в этом, — Гермиона издала скептический звук. — Потому что, — продолжила Лаванда, — если моя интуиция не ошибается, что случается очень редко, ты ему нравишься. Довольно сильно. Это было ясно как день на вечеринке в ту ночь. Но мне интересно, что же случилось после, — она потерла подбородок. — Что ж, если узнаешь, блять, скажи мне, — вздохнула Гермиона. — Или, — она выпрямилась, — может, мне, черт побери, просто стоит забыть о нем. Наверное, я начала ему нравиться, а потом он вспомнил, что я маглорожденная. Лаванда засмеялась. — Ауч. И если уж на то пошло, не думаю, что все дело в этом. Он определенно пытается держаться от тебя подальше, но не думаю, что по этой причине. В любом случае. — В любом случае, я иду спать, — Гермиона встала. — Спасибо, что выслушала мое нытье. — Конечно. И пусть тебе приснятся сладкие сны о том горячем поцелуе, — подмигнув, сказала Лаванда. Гермиона засмеялась, отвернулась и направилась вниз по коридору.