Россию Рампо не понять, но полюбить возможно.

— Ну почему я? — ныл Рампо на весь аэропорт. — Зачем я вам там нужен? Не хочуу! Эдогава капризничал, как маленький ребенок, то и дело топая ногой в туфле, уже порядком всем поднадоев. — Потому что так сказал директор, — уже в седьмой раз говорил ему Куникида. — И это не обсуждается! Прекрати вести себя как малолетка и жди посадки. — Не хочууу! В этот день Эдогава капризничал из-за того, что никто не учёл его мнения. Он чуть ли не плевался кислотой, и все боялись к нему подходить, потому что не видели его таким никогда. Ещё и ненавистный детективом рейс задерживался на полчаса, а гильдия и мафия давно разлетелись другими рейсами. Сладости закончились, и делать сладкоежке стало окончательно нечего. Рампо даже не подумал успокаиваться, и уже хотел начать всё по новой, но его прервал Фукудзава: — Рампо, прекрати, пожалуйста, и сядь на своё место, — как всегда строго сказал директор. Детектив послушался его и сел, обиженно надув щёки и размышляя о том, как он вообще здесь оказался.

***

После того, как Рампо с блеском раскрыл местоположение Достоевского, который затаился где-то в глуши южного Урала, все в экстренном порядке начали паковать чемоданы, а детектив сидел и поедал сладости. Ну а что? Свою работу он выполнил, можно и отдохнуть. Как же он ошибался. — Ты тоже собирайся, понадобится твоя помощь, — сказал Куникида, сортируя какие-то вещи. — Мне не интересно, — детектив даже не думал сходить с насиженного места. — Это приказ директора, — Доппо был явно раздражён подобным поведением Рампо. — И что? — Эдогаву, кажется, это ничуть не волновало. — Я ничего делать не буду! Детектива ещё долго уговаривали лететь, но он, на удивление, был непреклонен. Даже директора не слушал! Что только не пробовали члены агентства, чтобы уговорить Рампо: подкупали сладостями, рассказывали о сложности преступлений, которые он мог там раскрыть, давили на жалость, обещали много похвалы от Фукудзавы, но всё было тщетно. Детектив оставался при своём мнении, пропуская мимо ушей слова своих коллег, и продолжал мотать ногами, поедая любимые сладости. Не помог даже сам директор, слова которого обычно значили многое для Рампо. Каким-то чудом Фукудзаве всё-таки удалось уговорить Эдогаву на эту поездку. Никто из агентства не знал, что там пообещал детективу директор, но точно видели, как он нехотя пошёл в свою комнату общежития собирать вещи. На поиски чемодана не ушло много времени из-за расторопности Йосано, которая купила их сразу же, как объявили о поездке, при этом изрядно помотав Ацуши по магазинам. Увидев свой чемодан (который, между прочим, был самым элегантным и удобным из всех), Рампо хотел категорически отказаться от такого «подарочка», но вовремя вспомнил, что Акико никуда без собственного тесака не выходит, и, просчитав всё варианты развития событий, решил промолчать. Проглотив собственные возражения с ноткой истерии, он взял ненавистный чемодан и ушёл в свою комнату. Складывать вещи оказалось нетрудно, особенно если над этим не заморачиваться. Рампо просто накидал в чемодан пару брюк, запасную рубашку и пижаму. Бросив напоследок ещё парочку личных вещей и несколько пакетов печенья, детектив закрыл чемодан и поставил его к двери. В аэропорт они приехали почти без приключений, если не считать приключениями попытку Дазая броситься под поезд, желание Кёки выпороть ножом горло таможеннику за его попытку досмотреть сумку на предмет оружия и запретных веществ и бурный порыв Йосано «вылечить» мужчину, который начал к ней приставать. Впрочем, всё это было обычным явлением, поэтому агентство не слишком заостряло внимание на подобных инцидентах. Но всё же от этого устаёшь, и сейчас слушать капризы Рампо никому не хотелось. Детектив, обидевшийся на недостаток внимания, уже собрался прогуляться по аэропорту, зная, что он наверняка потеряется, но когда он отходил от своих коллег, объявили посадку. Эдогаве ничего не оставалось, кроме как идти на борт самолёта, еле перебирая ногами (за что в последствии получил от Йосано), и занять своё место. В самолёте было комфортно. Удобные сиденья с голубой обивкой и белые потолки создавали лёгкую атмосферу. А если ещё учитывать и приятную температуру в салоне, было просто прекрасно. Кроме перечисленных удобств был ещё один плюс: пассажирам, в качестве извинений за задержку рейса, разрешили заказать еду за счёт авиакомпании. Рампо не упустил возможности воспользоваться этим предложением, и заказал себе всё десертное меню. Его заказ принесли на белоснежном подносе и настроение разозлённого детектива наконец-то стало подниматься. С каждой съеденной сладостью раздражённость всё уменьшалась, уступая место привычному приподнятому расположению духа Рампо. Когда Эдогава расправился с вкусностями, то всё же решил посмотреть в окно, возле которого сидел. Не увидев ничего интересного, детектив стал осматриваться по сторонам. Повернув голову вправо, он увидел Ацуши, который оказался его соседом по путешествию и, кажется, боялся летать. Накаджима сильно сжимал подлокотники своего кресла, которые каким-то чудом, учитывая его способность, всё ещё были целы. На специальном столике тигра стояло его любимое блюдо — рис с чаем, который всё ещё отдавал приятным жаром, дурманя своим чудесным запахом. Но Ацуши не спешил отрывать руки от столь полюбившихся ему подлокотников, поэтому бедному тигру только и оставалось, что смотреть на то, как вкуснейшее блюдо остывает. Наконец, Накаджима поборол свой страх и приступил к трапезе, но Рампо, наблюдавший со стороны за этим противостоянием, уже не обращал на него внимания. Эдогава не знает, сколько они уже летели. Знает только, что ему было чертовски скучно. За это время он успел прочитать какой-то скучный детектив, сразу же вычислив главного злодея, съесть все сладости, которые он заказал повторно, немного поспать и достать Ацуши. Делать было совершено нечего. За своеобразным «окном» самолёта тоже не было ничего особенного — только облака и небо, что было совершено не интересно для великого детектива. Дошло до того, что Рампо, да, тот самый великий и неподражаемый Рампо, начал завидовать Куникиде, который сидел рядом с Дазаем и терпел его бесконечные выходки. Эдогава помучился от скуки ещё минут пятнадцать, и пилот объявил о посадке, попросив пристегнуть ремни безопасности.