Геншинские попаданцы

      Палящее пустынное солнце прогоняло оставшиеся капельки воды из тела, заставляя их испариться и обречь своего бывшего хозяина на мучительную гибель. Везет тем путникам, что заранее заботятся о себе и хранят один-другой кувшин на вьючном муле, но если говорить о ком-нибудь более беспечном, к примеру, о Суми, то ни на что хорошее надеяться не стоит. Путешественница уже давно опустошила маленькую фляжку и все еще шла лишь потому, что время от времени била сама себя током. Почему же она не переместится в какой-нибудь городишко в Ли Юэ или Мондштадте, дабы возобновить запасы? Девушка еле как заставила себя попытаться преодолеть пустыню, и она понимает, что, дав слабину, вернуться к переходу через пустошь уже не сможет. Да и маяковавшие вдалеке на фоне золотого песка здания маленького городка будто бы бросали вызов, подначивая продолжать пытаться достичь их. Вдруг до завянувших от жары ушей долетели зазывающие крики. Суми приободрилась, помотала головой и огляделась, осознав, что увидела растение под своими ногами. Попаданка сделала рывок вперед и тут же столкнулась с молодым юношей с табличкой из песчаника в руках.       — Молодая леди, вы выглядите просто замечательно сегодня, — игриво улыбнулся малец.       — Ну-ну, — скептично промычала Суми, осматривая свою пыльную одежду и слипшиеся от пота волосы.       — Такая прекрасная дама достойна лишь настолько же красивого жилья! Приходите в наш отель!       — Сколько за комнату? — не церемонясь, спросила Суми.       — Не знаю, — пробубнил сконфуженный юноша, — я читать не умею, но вроде берут немного.       Суми приподняла бровь, сдержанно хихикнула и попросила мальчика довести ее до этого отеля. Само здание оказалось в два этажа, при этом дом был очень длинным, чем создавал ощущение больше некоего барака, а не высококлассного жилья для туристов.       — Вас стало быть, привел мой хороший друг, — с мерзкой улыбкой поклонился девушке владелец заведения и незаметно передал пригоршню моры юноше.       — Сколько за комнату? — повторила свой вопрос Суми, почти падающая на пол от усталости.       — Прекрасная кровать, удобный ящичек, свой собственный санузел и шикарная занавеска на окне, — нахваливал он номер.       — А есть комната с душем?       — Да, — лукаво кивнул мужчина.       — Сколько?       — Но они уже забронированы другими.       — Есть комнаты с охлаждением?       — За дополнительную плату мы можем подселить к вам крио слайма.       — Сколько за одного?       — Их всех уже раскупили.       — Тогда, может быть, у вас есть гиды по достопримечательностям города?       — Есть.       — Дайте угадаю, их тоже всех раскупили?       — Абсолютно верно!       — В чем смысл быть богатой, если ничего не можешь купить, — цыкнула Суми.       — Ну как "ничего", — улыбнулся владелец, — для вас есть комнатка с прекрасной кроватью, удобными ящичками...       — Да-да, — прервала попаданка, доставая мешок с морой, — Сколько?       — Десять моры за ночь.       — Десять? — переспросила Суми. — Там точно будет комната, или вы мне просто на улице место для сна расчертите?       — Точно-точно, — закивал мужчина.       Суми отдала десять монет и прошла по длинному пустому коридору к комнате, которая, как назло, оказалась у самой крайней части здания. Девушка отперла дверь и увидела свою каморку.       Попаданка осмотрелась, нервно усмехнулась и широко расставила руки, чтобы убедиться в своем предположении. Ожидания оправдались — номер оказался не шире его владелицы. Шаг в сторону, и она споткнулась о маленький ящик, еле достававший до ее колена. Кровать оказалась жестким ковриком с обрывком тряпки на нем — скорее всего, это было одеяло. Ну а обещанный санузел, как не трудно догадаться — обычная дырка в незанятом углу комнаты.       — Ну, даже это стоит дороже десяти моры, — недоверчиво вздохнула Суми и бухнулась на "кровать", ударившись о твердый ковер головой.       Суми не заметила, как уснула. Очнулась девушка лишь через часа два, закашлявшись от сухости во рту. На ватных руках она еле как смогла подняться, расправить плечи, ударившись пару раз рукой об узкие стены, и вышла к владельцу мотеля. Владелец усердно делал вид, что не замечал постояльца и был занят протиранием и так чистого стола. Суми ударила по стойке кулаком, из-за чего заставила мужчину испуганно подпрыгнуть на месте.       — Мне бы воды, я не пила почти сутки.       — Воду всю выпили, простите, — незаметно скорчив рожицу, пролепетал владелец. — Вы можете постетить замечательную кофейню — гордость нашего города!       — Тогда, я могу нанять гида, чтобы он провел меня к ней?       — Ах, — театрально стукнул себя по лбу ладонью мужчина, — вспомнил, у нас же нет свободных гидов. Боюсь, вам придется поспрашивать горожан, но предупреждаю: сумерцы — народ молчаливый.       Суми раздраженно вышла из мотеля, подошла к первому встречному, чтобы спросить об этой кофейне, но на ответный вопрос "А как эта кофейня называется?" тут же опешила: владелец не сказал ей названия. Суми кинулась обратно в мотель, но обнаружила, что стойка администрации уже пустует. Выругавшись под нос, попаданка топнула ногой, снова вышла из здания и направилась куда глаза глядят.       Каким-то волшебным образом иссушающие пески пустынь не коснулись этого городка, он, будто огромный оазис, стоит посредине Сумеру, служа временным домом для проходящих мимо торговцев, гонцов и обычных путников. Отдающие явной бедностью одноэтажные дома теснились друг с другом, уступая место для комплекса особняков, совсем не вписавшихся в антураж города. Суми потупила взгляд на внезапно появившуюся роскошь и с безразличием пошла по улицам дальше, пока ее не остановил встревоженный ропот.       — Говорят, это уже третий чиновник на этой неделе, — вздохнула какая-то старая женщина.       — А ведь он был хорошим человеком, почти все свои средства вкладывал в развитие науки, — с ужасом шептала другая старуха.       Суми пошла на голоса, оказавшись у толпы зевак, полусидя вставших перед одним из выбивавшихся богатым видом особняков. Вышедший из порога констебль принялся разгонять прохожих. Вслед за ним показалась невысокая девушка, поправившая небольшую шляпку и похлопавшая по Дендро Глазу Бога не ней. Девушка бросила взгляд на горожан, остановив глаза на Суми, явно не узнав попаданку.       — Добрый день, — приветливо улыбнулась она, — вы в городе недавно?       — Буквально часа три назад пришла, — сделала шаг к незнакомке Суми.       — Как замечательно, что в этом поселке появляются туристы, — поправила кудрявую прядь она. — Я, по правде говоря, тоже неместная. Ева, прокурор-стажер из Фонтейна. Приехала сюда сегодня из Ли Юэ.       — А что произошло-то? Кто помер?       — Важное государственное лицо, — неожиданно нахмурилась Ева. — Задушен в собственном доме. Не думала, что на меня свалится дело сразу же по прибытии в Сумеру, но ради повышения я обязана не ударить в грязь лицом, поэтому, прошу прощения, но я вынуждена поторопиться.       Ева поклонилась Суми и отправилась вслед за констеблем. Суми невольно потерла горло пальцами, прокашлялась и даже как-то забыла о жажде, мучавшей ее. Попаданка поторопилась вернуться в номер. В голове возникла мысль переместиться в Ли Юэ, но Суми тут же ее пресекла: в этом городе нет точек телепортации, чтобы вернуться, ей придется снова проходить ту пустыню пешком. Попаданка снова легла в постель, надеясь прийти в себя. Жажда вернулась, пришло и чувство голода. Суми сжала кулаки и тяжело вздохнула:       — Чего тебе бояться, мать? — обратилась она сама к себе. — Ты столько за эти месяцы пережила, что уже ко всему готова.       Суми рывком вскочила на ноги и подошла к двери, но сразу же отпрянула от нее после громкого стука с другой стороны.       — Кто? — выпалила, вздрогнув Суми.       — К вам письмо пришло, госпожа Суми, — послышался мягкий девичий голос.       — От кого?       — Не знаю имени адресанта — мне запрещено распечатывать письмо, но его передал мужчина, высокий такой, в черном костюме.       Суми радостно распахнула дверь и выхватила письмо, не обращая внимания на почтальона. Тем временем курьер поклонилась девушке и, пробубнив о том, что доставку уже оплатили, поспешила удалиться.       Попаданка радостно запрыгала на месте, ударившись пару раз головой о низкий потолок комнаты и сразу же открыла конверт. Почерк на бумаге был элегантным и плавным, будто бы автор не писал, а вырисовывал каждый иероглиф.       "Дорогая Суми, — прочла шепотом девушка, — я спешу обрадовать тебя замечательным известием: я наконец-то смог закончить свои дела в Ли Юэ и готов встретиться с тобой. Сегодняшний вечер прекрасен для совместной прогулки, на которую я тебя с охотой приглашаю. Буду ждать тебя у главных ворот города.                                                 —Чжун Ли".       Суми еще долго перечитывала строчки, крепко держа в руках бумагу, уже предвкушая, как кинется в объятия Моракса. Девушка закружилась на месте, сдерживая счастливый смех. Успокоившись, она отложила письмо, отряхнулась и взялась за ручку двери, но поворачивать ее не решалась.       — А откуда он узнал, где я? — нахмурилась Суми.       — Да не, — помотала девушка головой, — он же Архонт, да еще и самый старый, какими-нибудь своими связями воспользовался.       — Тогда, почему он не пригласил меня лично?       — Хотел устроить сюрприз! — умильнулась попаданка.       — Но, — неуверенно протянула она, — откуда у него мора на отправку письма? Точно, курьер сказала, что уже все оплачено.       Суми обернулась на лежавший конверт, снова посмотрела на дверь, отпустила ручку и попятилась назад.       — Да и к тому же, — продолжила ее скептическая сторона, — я никогда не видела почерка Чжун Ли, было ли у него так много времени, чтобы вырисовывать каждую черточку?       Суми заперлась на засов, села на ковер, приобняв колени. Вдруг резко вскочила, вспоминая, что окна ее каморки должны выходить как раз на ворота, так как мотель стоял прямо возле него. Отдергивает занавески — за ними стена.       — Блять! — заорала Суми, — Кому пришло в голову занавешивать кирпичную кладку?       Девушка без сил упала на ковер, свернувшись комочком, окончательно сдавшись и надеясь хотя бы выспаться, чтобы на следующий день уже решить, как поступить в дальнейшем. Но Суми оказалась лишена и сна: ее насторожил странный шелест прямо над ухом. Откуда ему взяться, ведь она совсем одна. Попаданка медленно повернулась на звук. Над ящичком аккуратно парил конверт, качаясь вправо-влево.       — А вот и глюки пошли, — забормотала Суми, собираясь проигнорировать галлюцинацию.       Но в тот же момент ей пришлось осознать, что это не было видением или иллюзией. Бумага резко повернулась острым уголком к попаданке и, разрезая ветер перед собой, полетела прямо на бедняжку. Суми вскрикнула, выставила руку вперед и утопила конверт в фиолетовых искрах, облаком вылетевших из ладони. Обгоревшие клочки медленно упали на шершавый ковер. Всю эту ночь Суми, почти не моргая, смотрела на запертую засовом дверь, так и не уснув.