Mirror Mirror — Зеркальное Отражение

— …отключите его, — прохрипел Фьюри, после, казалось, года, не меньше. Хотя на деле прошло не более минуты, однако она будто была снята для Nat Geo, в замедленной съёмке, или же как те убийства, что излишне подробно запечатлевают для Animal Planet. Шестьдесят кадров ежесекундно. Триста шестьдесят пять дней. В итоге, выходит около двух миллиардов кадров, плюс-минус сто тысяч или что-то типа того•. И все эти два миллиарда пронеслись в промежутке между приветствием Эванса и тем моментом, когда у Фьюри хватило ума отдать приказ об отключении связи с их стороны, к выполнению которого сразу же приступили ответственные за подобные вопросы агенты. И да... это было невероятно долго. — Сэр? — позвала его Джо, видя онемевшего от шока директора. — Я сказал, — повторил он более уверенно, крепко сжимая пальцы на жучке-коммуникаторе. Он уже отключил его, чтобы его приказы не были слышны врагу, который находится по другую сторону, однако взгляд этого человека... пришельца... человека по ту сторону камеры заставлял его судорожно проверять отключение, — отключите его. Основной канал связи. Вторичную, третичную и резервные каналы связи. Связь со спутниковой сетью. Вырубите электричество. Перейдите в автономный режим. Отключите всё, что является более продвинутым, чем Bluetooth на ваших смартфонах. Выполнять приказ! Иначе именно ваши задницы завтра утром, ровно на восходе солнца, будут украшать Монумент Вашингтона, — это был лишь стандартный протокол на всякий случай. На тот самый «всякий» случай, если частоту их каналов перехватят и взломают. Ну или... отберут коммуникатор у одного из лучших их агентов... да. Не многие действуют столь... в лоб. Хотя этот протокол и был задуман, как противодействие угрозы с Земли, сейчас он обратился против... инопланетной сущности. Эта конкретная сеть стоила пять миллиардов. И это один лишь дизайн, плюс ещё десять на, собственно, сам выпуск в единственном экземпляре. Он гарантировал практически полную непроницаемость против всех, кроме, разве что, крупнейших и лучших отделов кибербезопасности. Сейчас ничего подобного и близко не было доступно на рынке. Но против неизвестной величины, коей в данный момент был Джеймс Эванс, проверять его желания не было. — Да, сэр! — агент неуверенно отдал честь, что в данной ситуации было абсолютно не нужно, и убежал исполнять приказ. Ник бросил взгляд на человека... пришельца на другой стороне экрана. Тот просто стоял у неподвижно лежащего тела Наташи Романовой. — Запустите анализаторы. По записи камеры агента Романофф предоставьте мне максимально возможное количество информации, — произнося это, Фьюри не отводил взгляда с Джеймса Эванса, со всех сторон слышалось «Да, сэр». В следующую же секунду несколько программ начали свою работу параллельно с видеопотоком на экране. Одна записывала потоковое видео на свои каналы, вторая же в режиме максимальной производительности запускала алгоритмы распознавания лиц, языка тела и окружающей среды. Взгляд Ника упал на Наташу. Та лежала неподвижно, однако продолжала дышать, её грудь ритмично опускалась и поднималась примерно с минутными интервалами. Этой информации Фьюри было достаточно. Его взгляд вернулся к главной цели, которая в данный момент играла с микрофоном Наташи. — Мне нужны результаты! Сейчас же! — приказал он. Обычно операции ЩИТ были не столь... пассивны. Однако именно сейчас они столкнулись с такой целью, к встрече с которой они не были готовы. Ему нужна информация, прежде чем можно будет отдавать новые распоряжения. Ответ, который он получил, разбил все его чаянья. — Отрицательно, сэр. Результаты крайне... плохи. Наши программные обеспечения заблокированы, — отчитался его главный помощник. Долгую секунду Фьюри боролся с непреодолимым желанием отдать приказ «объяснись» помощнику, однако на данный момент он успел поучаствовать в достаточном количестве операций, связанных с людьми, обладающими исключительными способностями, чтобы понимать, что всё это бесполезно и драгоценное время будет потрачено впустую. Именно сейчас пришло осознание, насколько уникальна способность Джеймса Эванса. Разрушение любых технологий. Да, это не единственная его способность, однако в современном мире она невероятно опасна. К тому же, никто не знал, как далеко та простирается и насколько тонким может быть воздействие. Когда мониторы всё ещё работали, а не были поджарены до состояния хрустящих чипсов, когда встроенные микрочипы Райаны Вулф и Матиаса Гивасье, двух свидетелей, подтвердивших способность Эванса стирать память, ещё не вышли из строя, он думал, что аппаратное и программное обеспечение ЩИТ находится в полной безопасности. Ну, видимо, это предположение и поставило их в столь... неоднозначную ситуацию. В это время инопланетянин по другую сторону экрана терпеливо ожидал, под сотнями рассматривающих его глаз, и делал вид, будто ничего необычного не происходит. — У вас есть что мне сказать? – спросил он, нажав на своём коммуникаторе ближнего действия. Да, из всех средств связи работали только те, у которых был ближний тип соединения. Всё остальное было отключено. Всё остальное — это, иными словами, всё, что связано с центральной системой ЩИТ, мозгом их работы. Хотя намерения Эванса всё ещё оставались полной загадкой, Ник пока не рисковал его попаданием на основной канал. — Эм... да. Сковорода китайская, — вновь подал голос главный помощник и повернул экран своего компьютера так, чтобы Фьюри был виден увеличенный снимок сковороды в действии. На ручке, прямо у руки Эванса была крошечная надпись. «Сделано в Китае – около 2012». Фьюри поддался порыву, резко развернулся и встретился взглядом с помощником. Прошло две секунды абсолютной тишины. Для кого-то, вроде Ника, это было действительно продолжительным отрезком времени. — Что-то ещё? — наконец спросил он, настойчиво игнорируя иную реплику, так и крутившуюся в его голове. У меня есть дробовик, и сейчас я чертовски напряжён. — Этот... фартук сделан во Вьетнаме? И окрашен камбоджийским промышленным красителем? — смиренно предположила одна из агентов. Лишь спустя долгие две секунды Фьюри отвернулся, ведь в ином случае мог и сорваться. Он включил свой коммуникатор, пытаясь отогнать мысли о помещении главного помощника в комнату пыток с семидесятичасовым цикличным воспроизведением Рапунцель. А ещё... Резервный канал связи ожил электронным гудением. — Это Ник Фьюри, — сказал он в коммуникатор, ни на миг не отрывая глаз от Джеймса Эванса. Судя по всему, инопланетянин ничего не услышал. Он не должен был ничего слышать. Коммуникатор Наташи был отключён от этого канала. Сразу после этого послышалось множество ответов от его агентов, которые спешили подтвердить свой действующий статус. — Ну наконец-то! — закричал Старк, перекрывая всех. — Я уж было подумал, что остался один. Думал, он окончательно вырубил вас всех своими трюками да абракадаброй. Я был на волоске от того, чтобы вмешаться. — Стой, где стоишь, Старк. Сила Эванса — технологически отрицательная, что делает твой костюм не просто бесполезным, а попросту опасным. — Нет нужды повторять дважды. — Агенты, — обратился он через коммуникатор. Тут же какофония звуков умолкла, — сохраняйте позиции. Отряд «Цербер» к зданию А105, по правую сторону от входа. Только транквилизаторы, — «Цербер» — единственный отряд, вооружённый дальнобойным оружием. Ну... не считая Наташу. Конечно, винтовка Романофф выигрывала по всем показателям, однако и того, что было у них вполне достаточно для работы. Как показала практика, метачеловеческие способности, достаточно тонкие для такого рода тонкой саботажной работы, требовали необычайного внимания от владельца. «Цербер» собирался пустить стрелу со столь высокодозированным бензодиазепином, что его было бы достаточно, чтобы нокаутировать слона. Ну, или двух. — Чего мы ждём? — грохочущий голос Тора прозвучал необычайно громко. — Этот человек — единственный наш шанс схватить моего брата и вернуть его туда, где его место! — Стой на месте, Тор, — прорычал Ник в микрофон. Его пальцы нервно подрагивали, — это не та цель, где необходима грубая сила. Где подобный подход гарантирует победу. ЩИТ позаботится об этом. К тебе мы... Он тут же замолчал. Всё его внимание было обращено на экран. Цель двигалась. Расхаживала по комнате, глядя в окна. Нехорошо. Цель в движении — плохая цель. И, как будто этого было мало, произошло ещё кое-что. В той комнате всего находилось одиннадцать различных камер и тепловизоров для наблюдения. Проходя, Эванс взглянул на один из них. Один из экранов перед Ником погас. Лишь периферийный. Главный оставался в строю, однако сообщение было ясно и без слов. У меня нет времени на твои игры. Ответь мне. Сейчас же. Ник заколебался на долю секунды. Его глаза остановились на одном из экранов с красными движущимися точками. Отряд «Цербер». Те всё ещё были на лестнице. Двигались вверх. Всё ещё не на месте. После Ник ввёл главный ключ безопасности, записанный на его имя, и временно снял блокировку с основного коммуникационного канала. Связь между ним и коммуникатором агента Романофф была установлена. Гул, раздававшийся с той стороны не передавал фонового шума, который обычно сопровождал каждую реплику через главный канал связи. — Добрый вечер, доктор Эванс, — начал он. В голове беспрестанно звучала лишь одна мысль. «Выиграй время. Ещё немного времени». По другую сторону экрана Джеймс Эванс замер, глядя прямо на скрытую камеру, транслирующую отснятый материал на главный экран Ника. Сукин сын точно знал, где они. Несмотря на все их попытки остаться в тени. Не менее минуты прошло в молчании, пока Эванс смотрел в камеру и лениво крутил по кругу сковородой, Фьюри же всё это время наблюдал за подъёмом отряда «Цербер». Почти на месте, однако всё ещё не там. Протоколы быстрого реагирования приводились в действие на поле боя всего за несколько минут, однако и этой скорости было недостаточно. Наконец, Эванс нарушил тишину. — Я удивлён, — ещё одна пауза. Эванс перевёл взгляд на открытые окна, потом вернул обратно на камеру, создавая впечатление личного разговора. Ник нервно дёрнулся, — я не думал, что вы открыты к диалогу. — Тогда зачем вышли на связь, доктор Эванс? — Не знаю, на самом-то деле. Думаю, мне стало... любопытно. Попытка не пытка, так ведь? — Эванс развёл руками в стороны, в то время как его ноги ни на миг не останавливали своё движение, кружа по комнате. — Подобное повторяется уже не первый раз, но я предпринял множество мер, чтобы избежать этого. И, похоже, вас это совсем не смутило. И... я не имею ни малейшего понятия, кто же вы такие. Так что... мне просто стало любопытно. Ему стало любопытно! Ему стало любопытно, и именно поэтому он убил одного из их лучших агентов и успешно парализовал операцию, пусть и ненадолго. — Как Наташа? — спросил Ник, отчасти для того, чтобы потянуть время, отчасти для того, чтобы вбить тонкий мысленный клин в голову Эванса. Джеймс взглянул на неподвижную Наташу на полу, затем снова перевёл взгляд на камеру. — Она в порядке. Жить будет, — спокойно ответил он, — знаете, обычно подобные вопросы задаёт ФБР. — Почему именно они? — Да. Очевидно, они очень серьёзно относятся к своему имиджу. В поп-культуре, в частности. По типу, подходит ли их обувь к костюмам, — Джеймс улыбнулся. — Хотя, я сомневаюсь, что в ближайшее время увижу значок, так ведь? — Именно. Нет, я не из ФБР. — И не из ЦРУ. — Нет, и не оттуда. — Определённо не АНБ. — Нет. Эванс замолчал. Он вновь устремил взгляд куда-то за окна и остановился. За чем он следит? Окна выходили параллельно зданию на противоположной стороне. — Никаких догадок? — подтолкнул его Фьюри, не желая раскрывать свой план. — Ага, — небрежно кивнул тот, повернувшись обратно к камере, — существует не так уж и много военных организаций, которым разрешено проводить операции подобного толка на территории Соединённых Штатов. Я, конечно, могу вспомнить ещё несколько, однако ни у одной из них не будет возможностей пронести такое количество огнестрельного оружия через центр Нью-Йорка... да и Манхэттен отключить от сети за столь короткое времени не получится, — он на секунду замолчал и улыбнулся, — но это всё не имеет значения, так ведь? Кто и как, я имею в виду. — Тогда что же имеет значение? — То, — начал Эванс, — почему... Почему вы здесь? — он сделал шаг на встречу камере. — Чего вы хотите? — пристальный взгляд в одну из скрытых камер. — Чего хотите вы, хм... мистер Фьюри? Ник замер... и в этот миг через окно в комнату наконец влетел залп с иглами, обработанными сильным транквилизатором. Резкий треск, схожий с звуком ударов металлических пуль о пуленепробиваемое стекло. Эванс поднял взгляд. Пять игл•• парило в воздухе, пойманные неким невидимым пузырём. Вокруг каждой иглы Ник заметил тонкие трещинки, похожие на световой след от петарды. — Да, мне было интересно, когда же они наконец доберутся на место, — пробормотал Эванс. Он всё ещё улыбался, хотя его взгляд был направлен не в камеры главного компьютера. В любом случае, сейчас Фьюри не оставалось ничего, кроме как смотреть на лицо, озаряемое улыбкой, сбоку. Видимо, Эванс изучал как раз таки одну из игл, — как по учебнику. Идеальное знание теории. Когда лобовая атака с близкого расстояния невозможна, атакуйте издалека. Парализуйте мозг, а тело само последует за ним. Я думаю, это даже могло бы сработать... в теории, — при последней фразе улыбка превратилась в ухмылку. Ник слышал вокруг себя тихие проклятия, бормотание и вздохи, полные обречённости, издаваемые его помощниками и техническими специалистами. Вдруг Эванс нахмурился. Иглы задрожали, их металлические оболочки нагревались по неизвестной причине, загорались красным и зелёным, трещали. На лице Эванса мимолётно промелькнуло узнавание. Он вскинул руку как раз вовремя, чтобы защитить себя от взрыва. — Полониевые патроны, доктор Эванс, — усмехнулся в микрофон Фьюри, наблюдая, как мощный взрыв отравляет воздух высоколетучим концентрированным бензодиазепином•••. Тот за считанные мгновения из жидкого состояния перешёл в газообразное, — созданы, чтобы взрываться от различных неорганических воздействий. Как вам такое? — Чёрт. А это и вправду круто, Ник, — пробормотал в общий канал Старк, ровно как и остальные сто четыре агента ЩИТ, находящиеся на канале. Слова разные, суть та же. Но это был далеко не конец. Когда дым рассеялся, все присутствующие смогли увидеть твёрдо стоящего на ногах Эванса. Тот поднял одну руку, его сковорода с невероятной скоростью кружилась в другой. Первый пузырь, защитивший Эванса от залпа транквилизатора теперь был ясно виден, внутри же сиял бледно-жёлтым ещё один, расходившийся от поднятой свободной руки мага. Именно он стоял между Эвансом и пропитанной бензодиазепином атмосферой. — Умно, — кивнул Джеймс под нестройный хор раздавшихся в коммуникаторе проклятий агентов ЩИТ, — однако абсолютно не оригинально, — он только вновь открыл рот, собираясь сказать что-то ещё, когда произошло нечто, выходящее за рамки любого из планов Фьюри. Одна из стен комнаты, в которой стоял Джеймс Эванс, разлетелась на куски, оставляя после себя лишь обломки да облако пыли. Эванса и обезвреженную Наташу отбросило в сторону. Ревущий голос Тора раздался из только что появившегося «окна» во всю стену. От пола до потолка. — Эванс! — загудел он, размахивая молотом. — Ничей сын! — если бы Ник закрыл глаза, он был уверен, что увидел бы, как Капитан Америка уткнулся лицом в ближайшую доступную твёрдую поверхность. Не слишком живая фантазия как никогда ярко нарисовала эту картину. — У асгардцев определённо какие-то проблемы с родителями, — сухо обронил Старк, когда молот бога стремительно был брошен в Джеймса Эванса... и столкнулся с тем самым внешним полупрозрачным пузырём. Свет залил комнату, повсюду был слышен грохот и треск. Грянул гром. Экраны перед Фьюри мигали, грозя и вовсе погаснуть. Многие были выведены из строя окончательно. Фьюри буквально закипел. — Кто, черти вас всех дери, дал этому болвану координаты Эванса?! — не дожидаясь ответа, он направился прямо к командному центру, где экстренно набирал строки кода, не ослабляя наблюдения за единственным уцелевшим экраном. На этом самом экране отражалась абсолютно тупиковая ситуация. Эванс на земле, окружённый своими пузырями. Тор прямо впереди него, направляющий всю мощь Мьёльнира на то, чтобы эти пузыри уничтожить. И последний явно выигрывал, поскольку даже на том единственном экране чётко были видны трещины, появляющиеся на внешнем пузыре. — Капитан Америка отправляется на точку, — обнадёживающе сообщил один из полевых агентов. Оказалось, что в этом нет необходимости, ведь уже в следующий миг Джеймс Эванс направил свою сковороду прямо Тору в лицо. Свет резко погас, гром затих, а сам Тор с глухим стуком упал на землю. Вот так просто. Ник замер, перестав вбивать бесконечные команды в командный центр. Его глаза неотрывно следили за единственным экраном. Эванс поднял свою сковороду. Тор упал. Никаких криков. Никакого пафоса. Никакой сверкающей радуги или же зловещих порывов ветра. Обычная сковорода. Бессознательный асгардский тупица. Джеймс Эванс остался на экране в полной тишине. Замолчали все находящиеся в комнате, ровно как и все, подключённые к каналу. Китайская сковорода. Бессознательный асгардец. Всё предельно просто. Одна сковорода, сделанная в Китае сильнее, чем асгардский бог грома. Теперь уже бессознательный. — Что происходит в китайском отделе исследований и разработок? — заскулил один из его помощников. — Я считал, что мы — лучшие. Да мы изобрели Робокопа! — другой же в это время обречённо бормотал. — Я сдаюсь. Даже посуда из Китая знает кунг-фу... Однако Тор оказался не столь неподвижен, как изначально посчитал Ник. На глазах у более чем сотни агентов ЩИТ, подключённых к системе наблюдения, бог грома боролся. Мышцы на его руках и спине судорожно напрягались настолько сильно, что это было заметно даже через броню. Однако что-то удерживало его на полу. По предположениям Фьюри, это была та самая сила, которая превратила Наташу буквально в безвольную куклу с человеческим телом. — Мы ведь это записываем? — крикнул он ближайшему помощнику. Сигнал от отряда «Цербер» затих вот уже минуту как. Видимо, их вырубили ровно в тот момент, когда они осуществили свой первый и единственный залп. — Так точно, сэр. — Упрямое дитя... — пробормотал Джеймс Эванс. Он говорил тихо. Не желал быть услышанным. Однако его бормотание, усиленное системой звуковой фильтрации ЩИТ, услышал каждый, подключённый к основному каналу. Будто жидкий лёд, эти слова охладили Ника изнутри. — Как же я ненавижу драки с детьми. Выглядит как издевательство... — он остановился, оглядел комнату. Стены были разрушены. Ровно как и бетонный пол, который отныне был усеян паутиной трещин, в центре которой лежал содрогающийся Тор. Сковорода вновь пришла в движение, закружившись в руке Эванса, а затем на его лице мелькнуло нечто. Точно. Он принял решение. Повесив сковороду на свой розовый фартук «Поцелуй Повара», он обошёл безуспешно пытающегося противостоять давящей на него силе бога грома и остановился перед Наташей Романовой. Эванс поднял её на манер невесты. Её голова лежала на его правой руке. — Увидимся, — подмигнув последнему жучку, сказал напоследок он, после чего просто... исчез.

~ o ~

Последний экран также погас, но перед выключением успел показать Фьюри последнее изображение Тора, вырвавшегося наконец на свободу, теперь, когда Эванс ушёл. — Мы ведь засняли это всё? — спросил Ник после целой минуты простоя у погасшего экрана. — Да, сэр! — Хорошо. Отправьте все доступные записи команде психологического анализа. Сообщите им, что я ожидаю результатов в кратчайшие сроки, — Фьюри уже сейчас мог представить некоторые выводы команды. Телепортация. Возможно, во время дальнейших операций им понадобится больше бойцов дальнего типа угрозы. И что-то, имеющее парализующие способности, что можно использовать в качестве оружия, не техническое, не химическое. Возможно, псионическое. Возможно, применимое лишь на близком расстоянии. Далее, способности. Слабенькое чтение мыслей? Потому что будь у Джеймса Эванса полностью развитый дар подобного направления, вроде инвазивной эмпатии, Ник не остался бы невредим. Да и вся эта операция не продолжалась бы столь долгое время. Точного понимания, как профессор антропологии узнал, что ЩИТ придёт за ним, не было. Это могло быть ясновиденье, основанное на ранее продемонстрированной телепатии, однако подобных возможностей всё ещё было слишком много. Необходимо было продолжать наблюдение за способностями Джеймса Эванса. На данный момент данных слишком мало. То, что уже успел продемонстрировать бессмертный пришелец, противоречило всем известным им моделям сверхспособностей. Было бы глупо относить их к тому, что было им знакомо. — Подайте сигнал команде зачистки. Скажите им, чтобы они приготовились к нападкам на эту ситуацию СМИ и прибрались в той комнате. Переходим на мобильную связь, раз ей более ничего не угрожает, — чётно раздавал он приказы, — приоритет — Эванс. Миссия оказалась хуже, чем он ожидал. Она фактически была провалена из-за отсутствия даже основной информации о цели. Но её всё ещё можно было спасти, или же его зовут не Ник, мать вашу, Фьюри. Он открыл дверь передвижной штаб-квартиры, когда агенты, рассыпавшиеся по всем углам улицы Хьюит-Купер, поспешили мобилизоваться. Вошёл Капитан Америка. Он был одним из немногих членов Мстителей, допущенных к этом миссии. Остальные, как например Брюс Беннер и Соколиный Глаз, ранее были скомпрометированы и, следовательно, непригодны для полевых операций. Один физически, другой умственно. — Где Старк? — Летит над нами. — Вы услышали всё? — спросил он Стива, имея ввиду те указания, которые он только что озвучил. — Да. Но как нам за ним проследить? Мы не оставили ни одного жучка на нём. Да даже если бы оставили, те не продержались бы долго. Капитан был прав. Способность Эванса уничтожать любые технологии вокруг себя приводила Фьюри в тихое бешенство. Это было крайне неудобно. Особенно для такой организации, как ЩИТ, в значительной степени полагающейся на свои технологические способности и резервы. Он жестом пригласил Стива войти и закрыл дверь сразу же после того, как тот вошёл. Внутри штаб-квартиры гудело, будто в пчелином улье. Вид снаружи также начал меняться. То, что ранее выглядело невзрачным, достаточно большим грузовиком с едой, сбросило маскировку, запустило ракетные и полную авиационную установки для передвижения. С парой рокочущих звуков они взлетели, воспарив в ночном небе Нью-Йорка. — Джеймс Эванс оставляет за собой уникальный след, — ответил Ник, когда они подошли к голографической карте Нью-Йорка. Город сиял бесчисленными точками синего цвета, — это Нью-Йорк. Здесь нет ни одного клочка земли, не покрытого чем-то, стоящим на техническом уровне выше одночастотного радио. Куда бы он не пошёл, цифровой сигнал в том месте будет прерван... как это и произошло ранее с камерами на операции. Мы с лёгкостью его вычислим. — Но что будет, если он выйдет за черту города? Или даже уедет в другой город? Что, если он уедет и никогда более не вернётся? — Такого не случится, — уверенно сказал Ник. В его голосе не было и тени сомнения, — с ним уже случалось подобное ранее. Его уже навещало ФБР. Ровно как и ЦРУ с АНБ. Возможно, что и некоторые другие также приходили. Однако у нас нет ни единой записи о нём. И это может значить лишь то, что он стёр их с лица Земли. Он стёр их воспоминания и информацию из баз данных, бесспорно. Однако он не стёр наши. У него не было и шанса. И именно поэтому он вернётся... вернётся, чтобы завершить работу. Иначе мы будем продолжать охотиться за ним, пока кто-то из нас не прекратит своё существование. Я считаю, что для бессмертного постоянно сидящая на хвосте организация, полная различного рода вооружения в течении неопределённого времени, будет весьма раздражающим фактором, — да и в том случае, если Эванс уйдёт и более не вернётся... ну это бы весьма огорчило Ника, ведь тогда у них пропадёт возможность исследовать его способности и их возможное применение. Однако, учитывая нынешнюю ситуацию, когда сбежавший асгардский бог на свободе, предпочтительнее было бы, чтобы Эванс всё-таки ушёл и более не возвращался, ведь в таком случае ЩИТ сможет сосредоточиться на потенциальной угрозе, которая станет ещё более масштабной в том случае, если эти два мага объединятся. Но вот сама ситуация была чертовски обидной. Ник просто хотел мирно познакомиться с бессмертным инопланетянином. Он послал только двух агентов в качестве лица и голоса ЩИТ. Двух безоружных агентов! Однако ситуация, видимо, не располагала к столь широким жестам. Все они были втянуты в сценарий «с нами или против нас». Но Ник держал это при себе. Директор милитаристской шпионской организации всегда должен быть невозмутим и абсолютно уверен во всех своих решениях. Как только Ник закончил, на западной стороне Нью-Йорка появилась чёрная точка. — Обнаружено внезапное отключение электричества в Квинсе, — объявил технический специалист, хотя в этом и не было надобности. — А вот и наша цель, — сказал Ник, — передайте его координаты всем мобильным агентам... кроме Тора. Я не желаю, чтобы он вновь напал на нашу цель. Очертите периметр. Но не приближайтесь к нему, пока я не дам дальнейших указаний. — Но каков план? Как нам с ним справиться? Грубая сила, очевидно, не вариант... если вы не готовы использовать против него более серьёзное оружие, — тут Стив остановился, в глазах скользнула настороженность, — однако в таком случае я буду протестовать. Это достаточно густозаселённый город, — и Ник понимал, что он имеет ввиду. Большие пушки. Они были реконструированы ЩИТ, опираясь на технологии Асгарда. Каждая из них была способна стать мини-ядерной пусковой установкой. Да, идея поразвлечься таким образом в городе с населением в восемь миллионов человек — не лучшая. Хотя не то, чтобы Ник и об этом варианте не задумывался. Задумывался. В конце концов, это его работа... думать обо всём том, о чём другие и не вспомнят. Или же вспомнят, но и не подумают рассмотреть, либо из-за недостатка храбрости... либо же из-за чрезмерно раздутой морали. — Сохрани хоть немного веры в нас, кэп, — сказал он мягко, — это же наш народ. Конечная цель ЩИТ — мир и защита для всех тех, кто населяет Землю, а вовсе не бессмысленные разрушения, — однако для общего блага иногда необходимо совершать не самые этичные действия. Впрочем, сейчас это не то, о чём стоит думать Стиву, — а сейчас мы перейдём к плану «Б». — Плану «Б»? На этот раз Ник позволил улыбке расплыться на своем лице. Он был сама жестокость, воплощённая во плоти. — Транквилизаторы были выпущены не для Эванса, Стив. Транквилизаторы были выпущены для Наташи. Улыбка оставалась на его лице ровно двадцать секунд. На двадцать первой грохот разорвал тишину центральную сеть связи, которую восстановили буквально несколько минут назад. — Что это было? — Сэр... — вызвался один из полевых агентов. Тот не смог сдержать в голосе панику, — это Тор. Он ушёл. Направляется по координатам. Координатам Бессмертного. Дерьмо. Опять?! Это происходит уже во второй раз за последние пятнадцать минут. Вновь произошла утечка. — Отследите... — начал он, но был остановлен треском статического электричества в гарнитуре, а затем — голосом Тони Старка. — Я на пути к вам. Это программа слежки Тома, затерявшаяся в программном обеспечении. Я отследил её до объекта в Германии и склада к югу от Нью-Йорка, — сказал он с нотками беспокойства в голосе, — и я его уже видел, когда было засечено проникновение в Хелькарриер. Это он, Ник... … это Локи.