related.

Солнце. Ярко светящая звезда в небе, что поддерживает жизнь на планете. Но работают ли законы физики в этом месте? Никто этого не знал, даже наши тихие боги, что сейчас только должны были проснуться от светящих в глаза лучей этого небесного тела. И первым проснулся Чарльз, что почти сразу заметил, что, видимо, от холода, юноши ночью прижались друг к другу. Хоть его лицо и приобрело красные оттенки, но ничего такого удивительного в этом и не было. Медленно поднявшись, брюнет вдохнул полной грудью, набирая в лёгкие побольше свежего воздуха. Свежего, холодного и бодрящего воздуха, что заставлял всё тело вздрогнуть от утренней прохлады. Эта будоражащая прохлада и вынудила проснутся уже другого, тихого бога. Видимо, если не солнечными лучами, это место придумает, как разбудить его другим способом. Было ощущение, что вся эта «обитель» - отдельный единый живой организм. Ветер был его дыханием, солнце – единственным глазом, а непроглядная водяная бездна – ртом, что проглотит и не подавится. Тихо зевая и медленно поднимаясь, юноша с сероватыми волосами подошёл к Эйлеру сзади, кладя руку на его плечо и заставляя того обернуться. - Доброе утро, Чарльз, - сказал тот со спокойной улыбкой. Стоит подметить, что он совсем не выглядел сонным, будто и вовсе не спал. - Д-да, доброе утро, - его голос слегка подрагивал от холода, а сам брюнет всё ещё имел лёгкий румянец на собственных щеках. Тем не менее, он спокойно улыбнулся. - Ты немного… красный, - подметил сероглазый, смотря на того даже с неким беспокойством в глазах. - Не беспокойся. Просто так солнце отсвечивает, - Эйлер наконец согнал румянец со своего лица. – Как спалось? Рука Чарльза коснулась руки Винсента, проверяя, холодная ли она. И она правда была немного холодной, поэтому тот принял решение согреть их, последствием лёгкого сжатия и тёплого дыхания. - Очень даже неплохо, а тебе как? – послышался наконец ответ на выше заданный вопрос, за которым послышался встречный. - Отлично. Я бы даже сказал, что прекрасно. Кажется, всё вчерашнее смущение и недоверие, наконец, отступило и позволило старым друзьям говорить более чем нормально, как раньше, до всех этих происшествий. Тихий бог же лишь улыбнулся, садясь на край крыши и устремляя свой взгляд вдаль, его примеру же последовал Чарльз. Только вот взгляд второго был направлен не вдаль, а вниз, в бездну этого места. Понимание, что спрыгнуть всё же придётся, вызывало слегка нарастающую панику, хотя Винсенту, вроде как, было всё равно, либо же своё волнение он предпочитал не показывать. - Что же, и как мы начнём создавать наш новый мир? – напрягающую тишину разорвал тихий и спокойный голос Винсента. - Вниз. Кратко и ясно. Всё лёгкое отчаяние и паника отражались в одном слове. По голосу можно было определить, насколько тот, на самом деле, побаивается это делать. Прямо как в тот раз. - Мы не знаем, что произойдёт, да и это может очень плохо кончиться… - улыбки на лице сероволосого уже не было. - Боишься? - Сложно сказать. Эйлер встал, побуждая Винсента сделать то же самое. Сердце стучало в висках, дыхание было учащённым, а руки дрожали, что было заметно невооружённым взглядом. Эти же руки вскоре почувствовали лёгкое касание. А вскоре их просто сжали, в попытке унять дрожь. - Твои руки дрожат. - Я знаю… Тихий вздох, затем спадающая с лица улыбка, а потом приближение двух лиц. - Раз уж мы не знаем, что там… Мы можем и исчезнуть навсегда… И, если такая вероятность существует, то я бы хотел кое-что сделать. Можешь пообещать, что никак не осудишь мои дальнейшие действия? – к концу голос брюнета немного дрогнул. - За что конкрет-… - но тот замолчал, понимая, к чему это ведёт. - Пообещай. - Ладно. Обещаю. Нетрудно догадаться, что за этим последовало. Мягкий, короткий и неуверенный поцелуй, что длился всего несколько секунд, после которого юноша, который был инициатором сего действия, отстранился, разворачиваясь к краю, отпуская одну руку Винсента, но крепче сжимая другую. Мысли будто очистились после этого. Уже не было страха перед неизвестностью. Не было ничего. Одна минута, вторая. Послышался выдох, и, с улыбкой на лицах, боги шагнули в неизвестность. Навстречу чему-то ещё. Неведомому никому из известных существ. Всё пропало. Не было чувства удушения, вода не заполнила лёгкие. Воздуха просто не стало. Не стало и потребности дышать. Ничего не стало.