related.

Чарльз быстрым шагом шёл домой, ступая ботинками по холодным лужам, на которых после прикосновения в сторону расплывались несколько мелких окружностей, исчезая при прикосновении к краю. Руки спокойно грелись в карманах, взгляд был направлен вниз, на мокрый асфальт. Уши наполняли звуки проезжающих машин, мигающих светофоров и людских шагов, своей монотонностью погружая в мысли настолько, что, как только юноша дошёл до дома, он даже не сразу понял, что ему делать дальше, стоя перед подъездной дверью. Но затем, достав ключи из кармана, от открыл дверь, поднимаясь вверх по шести ступенькам и поворачивая в сторону, к лифту, на котором было быстрее добраться до нужного этажа. Лифт приехал быстро, и Чарльз был довольно рад, что он был пуст. Ехать с кем-то сейчас вообще не хотелось. Но вот вскоре он очутился на пороге квартиры, закрывая входную дверь и выдыхая. Будто он только сейчас смог хоть немного расслабиться. Тишина дома не пугала, скорее умировторяла и успокаивала, но во время панических атак она превращалась в какого-то монстра, который давит звоном в ушах, сжимает грудную клетку и пытается свести с ума любыми способами. Переодевшись, парень вошёл в свою комнату, осматривая её. Надо бы хоть как-то приготовиться, а то на подготовку оставался лишь час. С другой стороны, а как готовиться? Найти подходящие книги и всё? Видимо, да. Поэтому, приподнявшись на носки, Чарльз стал перебирать множество книг на полках, выделяя из них те, что могут понадобиться. Несмотря на развитие технологий, для Эйлера было что-то прекрасное в настоящих книгах, которые можно было подержать в руках, вдохнуть их аромат и провести рукой по страницам, ощущая шершавую бумагу, как правило, старую и пожелтевшую. Стопка была готова через минут 10. Чарльз расставил справочный материал по размеру, в основании книжной пирамиды была самая широкая и толстая книга, а далее они всё уменьшались и уменьшались. Конечно, будет трудно всё это изучить за один раз, но, вспоминая, что почти все из них брюнет читал буквально несколько месяцев назад, работы становится чуть меньше. Написав Винсенту, у которого он прямо перед выходом из школы успел взять телефон, адрес, тот принялся ждать, на время ложась на кровать и смотря в потолок, пока голову обволакивали различные мысли. Но эту своеобразную идиллию через неопределённый для Чарльза период времени прервал звонок в дверь. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы подняться с кровати и подойти к двери, спокойно её открывая и слегка улыбаясь. — Здравствуй, Винсент, - сказал он, отходя от двери и впуская друга, а затем закрывая за ним дверь и спокойно становясь перед ним, спрятав руки за спину. — Здравствуй, Чарльз, - Феннел даже слегка помахал рукой, снимая с себя серое пальто, шарф и разуваясь, а затем смотря на вещи в руках. — Не подскажешь...? — Ах, секунду, сейчас уберу, - Эйлер улыбнулся немного шире, убирая верхнюю одежду юноши в шкаф, что с неприятным скрипом открылся и затем так же был закрыт. — Можешь проходить в комнату. Только в неё открыта дверь, поэтому не заблудишься. Винсент прошёл в комнату, за ним же последовал и Чарльз. Комната была идеально чистой, даже чересчур. Из чистоты полок и книг, поставленных строго по алфавиту, выделялась лишь кровать, на которой только что лежал Эйлер, но и она быстро была приведена в порядочный вид. — Я тут подобрал нам различной литературы. Думаю, по крайней мере, некоторые из этих книг должны быть тебе знакомы, - Чарльз чуть нервно хихикнул, мягко стуча пальцами по стопке книг на столе и переводя взгляд с них на Винсента. — Я знаю большинство из них. Поэтому, думаю, проблем не возникнет, - Феннел пожал плечами, рассматривая книги, а затем переключаясь на Чарльза. Ладно книги, неодушевлённые предметы, но такое открытое рассматривание человека могло тоже напрячь, а может и смутить. Особенно с учётом того, что в итоге юноша зациклился на глазах. Серые, с зеленоватым отливом глаза впились в янтарные, будто сверля их чем-то незримым. После нескольких секунд такого, брюнету пришлось отвести взгляд и слегка отвернуть лицо в сторону, от чего его глаза слегка прикрыли чёрные пряди волос, которые так красиво смотрелись в сочетании. Эйлер какое-то время продолжал смотреть в сторону, понимая, что его всё ещё изучают, будто под микроскопом, но затем почувствовал прикосновение к своему лицу. Ненарочное наверняка, так как рука, видимо, хотела лишь открыть лицо, позволяя её хозяину продолжить осмотр. Но странное чувств на щеке как-то... Напрягло. Прикоснувшись к ней уже собственноручно, Чарльз нервно хихикнул, ведь это оказалось именно тем, чего он боялся. Грязь. Дыхание медленно начало учащаться, сердце ускорило свой темп, будто решило убежать куда-то подальше из тела, а глаза нервно забегали по комнате, после чего юноше пришлось поспешно отвернуться в сторону, прикрывая одной, дрожащей рукой своё лицо, которой дрожало явно не в меньшей степени, как и всё остальное тело. Наверняка он сейчас покажется таким странным, отвратительным, мерзотным... Почему это должно было произойти сейчас? — Чарльз?.. - на Эйлера смотрели серые глаза, но теперь было заметно какое-то лёгкое, практически неуловимое волнение. — Ты... Мизофоб? У меня был немного испачкан рукав, я даже и не заметил... — Ничего, ничего. Всё в п-порядке... - прозвучало от него, хотя было явно ничего не в порядке. Паническая атака усиливалась, так, что он переставал понимать, что происходит вокруг. Вот он стоит в комнате и скрывает лицо рукой, а вот он уже перед раковиной смотрит на Винсента, который влажным полотенцем вытирает грязь с его лица, свободной рукой держа его за руку. Такое перемещение, спустя недолгий период замешательства, заставило юношу всё же слегка улыбнуться. — Благодарю. Сожалею, что тебе пришлось это увидеть в первый день встречи спустя так много времени... — Всё в порядке, но, думаю, после такого вряд ли можно будет спокойно начать работу. Или ты всё же хочешь ею заняться? - сероволосый склонил голову набок, отпуская руку парня и смотря на него, пока тот не помотал головой, давая ответ на вопрос. — Ну, ты же не зря сюда шёл, так что... Хоть я и не смогу нормально читать, порассуждать с тобой на эту тему я всё ещё смогу. Хоть и не знаю, с чего начать... - Чарльз улыбнулся чуть шире, уже самостоятельно беря за руку Винсента и направляясь обратно в комнату, где сел на кровать и похлопал рядом с собой. — Как насчёт самой концепции альтернативных вселенных? Как ты их видишь? - Феннел склонил голову в бок, сев рядом и уставляясь на Чарльза. —Хм... - Чарльзу всё же пришлось задуматься, даже учитывая, что он не мало размышлял на эту тему. — Для меня альтернативные вселенные это очень абстрактное понятие... Думаю, они могут состоять из одного разума, или их слияния. При этом, может, даже сам создатель или создатели вселенной могут не подозревать, кто они такие, и жить обычной жизнью, не задумываясь о таких абстрактных вещах. Это интересная концепция... Так же, думаю, во снах мы тоже можем видеть альтернативные реальности. Я в последнее время часто вижу один и тот же сон, как я падаю в бескрайний океан, похожий на чёрную дыру и чувствую чьё-то присутствие. Может, у тебя тоже есть подобные сны? И что насчёт твоей концепции альтернативных вселенных? — Я... Думаю, у меня есть один такой сон. Но там я помню только воду и здание без окон и дверей. И тоже чувствую чьё-то присутствие... - после этого юноша на время замолк, а затем начал отвечать на следующий вопрос. — Наши понимания альтернативных вселенных совпадают, Чарльз. Для других эти идеи могут казаться бредовыми, но я рад, что могу их обсудить с тобой. В конце концов, кто знает, может, и мы с тобой являемся богами этого мира, которые ничего об этом не подозревают? Хотя, ладно уж, звучит слишком фантастично. — Кто знает. Возможно, мы никогда этого не поймём, а может, узнаем прямо на этой неделе. Никак не угадаешь, в конце концов. Мы слишком многого не знаем о нашем мире, - сказав это, брюнет уставился в окно. — Уже темнеет. Но, судя по стуку капель, там уже целый ливень начался. — Видимо. Ладно, надеюсь, через час он утихнет, всё же, неприятно будет идти под дождём без зонта, - Винсент слегка улыбнулся, но при этом улыбка казалась будто немного неестественной. — Если, конечно, моё присутствие не неприятно тебе. — Всё в порядке. Если не закончится, я возьму зонт и провожу тебя, при твоём желании, конечно же, - Чарльз тоже улыбнулся, но его улыбка была более... естественной, хоть и нервной. Наверное, он редко мог улыбаться нормально, от искреннего счастья, а не так странно стоять с кривой улыбкой... — Пока что мы можем посмотреть что-нибудь. Может, какой-то фильм наведёт нас на новые мысли по поводу проекта? — Хм... У тебя есть что-нибудь на примете? Я давно не смотрел фильмов, поэтому... Выбирай ты, - было заметно, что после этих слов Феннел погрузился в какие-то запредельные мысли, оторванные от реальности. Его взгляд направился в потолок, в его серую пустоту, а тело застыло, как и выражение лица. Увидев такое состояние, Эйлер решил не тревожить друга какое-то время, включая компьютер, дожидаясь его загрузки, а затем заходя на какой-то сайт с фильмами. Листать пришлось долго, так как все произведения киноиндустрии казались какими-то пресными, неинтересными. Брюнета не интересовали очередные боевики, любовные дравмы, интриги, детективы... А вот жанром психологии и арт-хауса он увлекался в намного большей степени. И вскоре на глаза попалось что-то, подходящее по критериям, что юноша и включил, переводя взгляд на Винсента и замечая, что тот уже успел сесть на диван напротив компьютера, пока Чарльз искал, что посмотреть. Снова неловко и нервно улыбнувшись, он сел рядом с ним, уставляясь на монитор и пытаясь сконцентрироваться на произведении. — . . . У тебя не возникает странного чувства дежавю? - Винсент склонил голову в бок, а глаза с зеленоватым отливом впились в Эйлера, будто продвигая в нём дыру. От такого Чарльз даже вздрогнул. — А? Ну, есть такое, я думаю. Это даже напрягает немного. Может, это потому что там есть два друга с нашими именами? Правда, учитывая конец одного из них, это немного... Заставляет задуматься, - юноша уставился в окно, где капли уже не били так агрессивно по стеклу, а лишь сползали по нему, будто играя в догонялки, но начавшуюся было задумчивость прервал скрип дивана и звуки шагов. Винсент удалился из комнаты, видимо, из-за того, что шла уже концовка фильма, а час уже давно прошёл. Это даже немного заставляло грустить. Всё же, Феннел чуть ли не единственный человек с которым Эйлер, несмотря ни на что, чувствует себя комфортно. Но через несколько минут Чарльз последовал за ним. Всё же, даже с учётом того, что дождь немного стих, ему хотелось проводить парня. Если подумать, со стороны он казался... Хрупким. И таким чистым, что на фоне грязи улиц и осенней погоды будет странно выделяться. . . . Но это ощущение прошло уже на улице. В руке сжималась ручка зонта, защищающего от дождя. Вся погода была пропитана странной атмосферой грусти и тоски, которая с Феннелом ощущалась как-то, всё же, комфортнее. Разноцветные вывески магазинов тоже превносили чего-то сказочного и хорошего в осеннюю грусть серых оттенков. — Не хочешь выпить кофе? - вопрос был услышан и осознан не сразу за счёт погружения в мысли брюнета, но, опомнившись и быстро поморгав глазами, будто это бы помогло вернуться в реальность, Эйлер лишь ответил утвердительно, подходя к небольшой кафешке, где как раз можно было взять кофе на вынос. Заказ Винсента Эйлер снова прослушал в своих мыслях, но, как оказалось позже, по итогу брюнет заказал то же самое и отошёл в сторону вместе с Феннелом, дабы дождаться напитка. — . . . Чарльз, ты когда-нибудь задумывался о концепции соулмейтов? Красная нить, что ведёт тебя к родному человеку, с которым тебе суждено быть. С которым у тебя родственная душа, - Винсент снова прервал своей речью мысли юноши, но это прерывание вовсе не раздражало. Скорее даже каждый раз радовало... — Ну... Не совсем. Я знаю о таком, но ни разу всерьёз не думал. А что? - Эйлер заметил, как Винсент мельком посмотрел вниз, видимо, на собственную руку, но сам разглядеть то, что заинтересовало юношу, не успел, так как ему пришлось подойти и забрать кофе. Пластиковый стаканчик неприятно обжигал подушечки пальцев даже с учётом общего холода. Но вскоре пришлось продолжить свой путь навстречу сырости, хоть теперь и попивая горячий, согревающий латте, заставляющий ёжиться из-за некого контраста между температурами. В уши вливалась мелодия шлепков ботинков по лужам, шума капель дождя, журчание этих луж под колёсами машин, собственное дыхание, чужое дыхание... Мысли убаюкивались, снова приводились в порядок, пока в голову не приходила очередная, выделяющаяся. Например, сосредоточившись на своих ощущениях, он понял, что чувствует что-то странное вокруг своего пальца под перчаткой. Это "что-то" заставляло палец слегка неметь, но в целом не так сильно мешало, так как Чарльз это даже не сразу заметил. Может, очередные фантомные ощущения, кто знает? Серые дворы, освещённые тусклым светом фонарей, заставляли чувствовать себя даже безопаснее, чем обычно. Наверное, так было из-за компании Винсента. Они так гуляли уже с мисс Уорхол, но ощущения были всё же другими, хоть и не сказать, что негативными. — Мы пришли. Спасибо за то, что проводил. Увидимся завтра, я попытаюсь ещё подумать над проектом, - Винсент лишь слабо помахал рукой на прощание, на пару секунд улыбаясь, а затем отворачиваясь и скрываясь в подъезде пятиэтажного дома, за массивной железной дверью, что со скрипом закрылась. Путь назад был полон размышлений. В основном теперь юноша думал о своём друге. Он только сейчас почувствовал, как комфортно с ним было на самом деле и как весь этот комфорт будто в миг испарился при их расставании, возвращая все чувства и мысли в привычное, не самое позитивное русло. Теперь тёмные улицы больше вызывали тревогу, нежели трепет, что выражалось в нервном сжатии ручки зонта всё сильнее, более быстром шаге и бегающим по асфальту взглядом, который никак не мог нормально остановиться на месте. Так продолжалось вплоть до того, как он пришёл домой, где сразу как только снял верхнюю одежду переоделся в пижаму и направился в комнату, где уже, включив лампу и тихую музыку, принялся за занятие учёбой. Формулы бегали в глазах, перемещаясь в разум, а затем устраивая там хаос из множества понятий, который снова приходилось разгребать, музыка иногда заставляла отключаться от мира и заново перечитывать только что прочитанные абзацы. При воспоминаниях о Винсенте становилось всё же комфортнее учиться. Когда есть человек, который тебя действительно понимает, разве тебе не будет от мысли о нём комфортнее? Наверное, это правда так. Ручка плыла по бумаге, выводя цифры, буквы и знаки. На самом деле, Чарльз не до конца понимал их смысла. Нужны ли они ему? Пригодятся ли в жизни? Это было интересно решать, но больше как... Своеобразную игру, нежели действительно что-то важное. Подперев рукой голову, брюнет иногда переводил взгляд на рабочий стол компьютера, смотря больше в пустоту и вновь отвлекаясь на свои мысли. . . . Сколько времени прошло Эйлер узнал лишь когда посмотрел на электронные часы компьютера, в целом у него ушло три часа. Он знал, что мог бы потратить, наверное, в два раза меньше времени, если бы не так часто задумывался. Эти мысли иногда начинали надоедать и откровенно раздражать, сводить с ума, но, видимо, с ними ничего нельзя было поделать. Так же, наверное, у всех людей? Сложив все принадлежности в рюкзак и оставив его рядом со столом, брюнет встал и пошёл в ванную где, прерывисто выдохнув, снял перчатки, моя свои руки. Один раз, не больше... Ладно, два... Три... В итоге Эйлер помыл руки раз 5, прежде чем остановился и заметил на руке красную, тонкую и тусклую нить, конец которой слегка развевался, как от дуновения ветерка. Неужели это... Ах. Чарльз издал тихий смешок и, рассматривая загадочную нить, направился в комнату, где, уже лёжа в кровати, разглядывал её со всех сторон. Выходит, это заметил Феннел на своей руке и выдвинул теорию про соулмейтов? Ситуация принимала довольно... Интересные обороты. А что, если Винсент и есть его соулмейт? Конечно, поспешных выводов делать не стоило. В конце концов, может, он просто так сказал о соулмейтах, чтобы просто начать разговор, а смотрел вообще не на руку. Взгляд перевёлся в стену, рука легла на постель, слегка дрожа, а глаза сами собой закрылись, заключая чувства и панику на время в глубине души, до наступления следующего дня, которое всегда перед тем, как уснуть, начинало так сильно пугать...

— И что будем делать?

— Вниз.

Бескрайний океан обволакивал тело, доступ воздуха прекращался, заставляя захлёбываться в пучине чёрной дыры, и крепче держаться за бледную, холодную руку безликого, но смутно знакомого человека.