related.

      Утро субботы начинается со звука уведомления, что разрывает тишину комнаты брюнета, заставляя приоткрыть янтарные глаза, хоть и с трудом. Подумать только, с ноября, с возобновления его общения с Винсентом прошло уже больше полугода. Начало мая. Деревья на улице уже успели покрыться листьями, из окна по утру несло какой-то приятной свежестью, повсюду разливался запах весенних цветов. Солнце вставало раньше, садилось позже, от чего складывалось ощущение, что день намного длиннее, хоть и пробегал так же незаметно мимо, как и было ранее.       Чарльз, наконец, выбравшись из утренних раздумий, принимает сидячее положение на кровати и лениво тянется к телефону, что лежит на столе. Разблокировав его, он читает сообщение:

"Эйлер, ебан ты эдакий, хорош спать, ты сегодня идёшь со мной на свидание. Отказы не принимаю, надо выбираться из дома, хикка"

      Парень лениво потягивается, отвечая краткое "Хорошо", и спрашивая, во сколько и где нарушительница покоя хочет встретиться. За этим следуют обычные утренние процедуры — умывание, чистка зубов, уборка комнаты, которая и так была чересчур уж чистой... После чего Эйлер читает ответ:

"Зайди за мной часов в 12, не опаздывай только"

      И снова такой же шаблонный ответ: "Как скажешь". Если честно, не особо он любил высовываться из дома, тем более в выходные. Была бы возможность, возможно, он просидел бы дома всю жизнь. Хотя, конечно, вряд ли Генриетта дала бы ему это сделать, что, отчасти, даже и к лучшему. В глубине души и сам Эйлер понимал, что должен быть безмерно благодарен девушке за это. Определенно стоит сказать ей "Спасибо" при встрече.       Основательно осознав эти мысли в голове, обладатель янтарных глаз перевел взгляд на электронные часы телефона, подмечая, что стоило бы ему уже собираться. Погода на улице была теплой, да и прогноз на день был вполне удовлетворительным, по сему, юноша оделся лишь в рубашку и кардиган с брюками. Так же он ходил и в школу, так как это можно было назвать его повседневной одеждой, а с отсутствием правил о дресс-коде ему просто повезло. . . .       На улицах было всё как и всегда, разве что, людей прибавилось из-за хорошей погоды и, вероятно, из-за дня недели, в который все выбираются поделать свои дела, либо отдохнуть. По дороге юноша, завидев небольшое кафе, в котором продавали напитки на вынос, начал шарить в своих карманах, и, найдя удовлетворяющее требованиям количество денег, собрался с духом и зашёл в него, беря два стакана латте для себя и для своей будущей спутницы. Все же, одних слов благодарности немного мало. По крайней мере, так казалось Эйлеру, который со временем привык, что с ним хотят дружить именно когда он покупает людям что-либо. Правда, со временем с подобной "дружбой" он завязал, и этот поступок с каждым днём казался всё правильнее. . . .       Встав около подъезда, брюнет достал из кармана телефон, печатая сообщение:

"Давай выходи, жду тебя"

      И, не дожидаясь ответа, он убрал телефон обратно. Оставалось лишь ждать торопливых шагов спутницы, что спускалась по лестнице, а затем пикания домофона, сигнализирующего о том, что пора бы Эйлеру выбраться из собственных мыслей.       — Я уж думала ты опять будешь капризничать и не хотеть никуда идти, как обычно. Но ты меня приятно удивил, - говорит она, даже слегка улыбаясь брюнету, а затем переводя взгляд на то, что он держал в руках. — Что это?       — Да так, я подумал, что... на самом деле, крайне благодарен тебе за то, что ты, так или иначе, вытаскиваешь меня на улицу, чего я бы со своей силой воли вряд ли смог бы сделать. Поэтому я решил по дороге сюда взять нам кофе, а также... Хочу сказать тебе спасибо. Правда спасибо. Мне стоило бы больше ценить то, что ты для меня делаешь, - Эйлер задумчиво почесал затылок, неловко протягивая один из стаканов Анри. — Извини, возможно, пока я шел, он уже осты-...       Юноша не успевает договорить, как его чуть не сбивают с ног, обнимая. Хорошо, что ничего не пролилось, но данное действие со стороны собеседницы даже ошеломило брюнета.       — Вот умеешь же ценить меня, когда хочешь. Знаешь, как отстойно постоянно чувствовать, что тебя задолбали все мои добрые намерения, начиная с лечения прыщей и заканчивая такими вылазками? Я рада, что ты хотя бы осознал это, - сказав это, Генриетта запрокидывает голову, часто моргая, а затем слегка дуется и щипает Чарльза за нос. — Дурак ты, Эйлер. Пошли, пока у меня от твоих внезапных слов тушь не потекла.       Девушка хихикает, всё же, убирая с лица надутость и забирая свой стакан с латте. Видимо, благодарность, вопреки словам, была принята, что принесло брюнету несказанное облегчение. На самом деле, по дороге сюда он довольно сильно нервничал, подбирая слова. Редко приходится говорить условно "по душам" с мисс Уорхол. И тем не менее, тема сменилась достаточно быстро, чтобы это перестало его гложить, что не могло не радовать.       — Так, стоп, а куда мы идём? - опомнившись от ступора, спрашивает юноша, делая глоток кофе и поспевая за спутницей.       — В парк. Подышим свежим воздухом, ты хоть на весну поглядишь. А то сидишь в четырех стенах. Даже твой ненаглядный Винсент ходит на прогулки, разве нет? Он не зовёт тебя? - обладательница серых глаз склоняет голову в бок после того, как задаёт данные вопросы и начинает разглядывать лицо Эйлера.       — Он не мой и не ненаглядный. Не называй его так. Думаю, он если и любит прогулки, то предпочитает гулять в одиночестве. Я всё ещё не уверен, подходящая ли я для него компания, да и... - Чарльз запинается и не решается размышлять об этом вслух дальше, что, пожалуй, является правильным решением в данной ситуации.       — К слову, как у тебя дела с той красной нитью? Она всё ещё на твоём пальце? Ты вроде говорил, что в один момент она просто появилась и всё. Должна же она что-то значить, правильно? - тут и сама Уорхол задумалась, прикладывая к подбородку указательный и большой палец с серьёзным выражением лица.       — Я периодически про нее забываю. Она не такая заметная, как можно подумать. Даже приток крови не перекрывает, хотя по виду затянута довольно туго. Но, может, это из-за не совсем естественного происхождения... Кто знает, может, существуют всё же соулмейты, - Эйлер пожимает плечами и поправляет перчатки, пока вскоре они проходят в ворота парка.       Встречает посетителей красивая аллея деревьев, судя по всему, акаций. Пение птиц раздается из самых разных углов, оказывая успокаивающий эффект и вызывая непроизвольную улыбку. Красивые теневые силуэты отображаются на асфальте, а журчание воды искусственного пруда и фонтанов будто разливается по округе, заполняя всё. Кажется, некую магию ощущают и Эйлер, и Уорхол, что, держась за руки, зачарованно оглядываются по сторонам, особенно первый, который бывает здесь относительно редко.       — Давай покормим уток? Вон там можно купить корм, я была здесь недавно, - улыбаясь, прерывает относительную тишину между ними Анри, сжимая руку юноши и направляясь к тому месту, куда она только что указала пальцем, на что тот лишь слегка улыбается и молча кивает, покорно следуя за девушкой сначала к киоску, а затем к пруду, в котором и плескались белые крякающие птицы.       — Они такие беззаботные. Плескаются себе в водичке, их кормят какие-то зеваки по типу нас... не жизнь, а сказка, - бормочет девушка, присаживаясь на корточки перед прудом и кидая утиный корм в него, а затем наблюдая, как птицы спешат к заветной еде.       — Если подумать, у них так же есть свои заботы. Утиные какие-нибудь... - говорит, вздыхая, брюнет, присаживаясь рядом. — Скажи, у тебя бывают какие-то мысли, которые в упор не могут вылезти из твоей головы и возвращаются снова и снова?       — Странно ты перевел тему, но мысли мои озвучил, отчасти... - задумчиво произносит она. — На самом деле, с тех пор, как мы начали встречаться, меня мучают мысли о том, что это всё ненастоящее. Я понимаю, я сама предложила и так далее, меня устраивает нынешний расклад наших отношений, но я понимаю, что тебе они просто... Не нужны. И мой собственный эгоизм меня угнетает.       Чарльз на это задумывается, наблюдая, как Уорхол выводит пальцем на водной глади сердце, которое затем же перечёркивает, и ее движения расходятся мягкими кругами по всему пруду, колыша плавающие на поверхности кувшинки и цветы лотоса.       — Знаешь, все люди в той или иной степени эгоистичны. Ты уж точно не плохой человек, поверь. Если тебя заставляет кто-то так думать, этих людей явно лучше отправить куда подальше. Вопреки впечатлению, ты мне дорога, в первую очередь как подруга. Извини, что не могу принять тебя как свою девушку, у меня просто... Нет таких чувств, которые я мог бы отнести к романтике. Иногда мне стыдно за то, что я не могу тебе дать то, чего ты хочешь, - лицо Эйлера мрачнеет, сам он тоже начинает выводить в пруду какие-то узоры.       — Всё нормально. Ты и не обязан. Ну нет и нет... Я, конечно, кажусь злой и очень настойчивой, но на деле-то, я вовсе не хочу тебя заставлять что-либо делать. Понимаешь, с этими отношениями мне больше просто... спокойно. Есть ощущение гарантии, что меня не бросят, - проговаривает Генриетта и приподнимается, делая глоток кофе, а затем трепля брюнета по голове. — Ну-ну, выше нос! Я тебя вытащила из дома не чтобы над утками и нашей судьбой грустить, а чтобы погулять и отвлечься от всего этого. Давай, поднимайся, пошли дальше.       Юноша молча повинуется той, хоть и, признаться честно, удивляется, как та может резко сменить тему и вернуться в реальность без всяких проблем, так ещё и его вернуть. И тем не менее, этот разговор по душам дал новое представление о личности девушки и ее внутренних переживаниях, что даже радовало. Всё же, когда ты лучше понимаешь человека, с ним и общаться проще, верно? . . .       — К слову, помнишь, что мы перед выпускным поедем куда-то с классом? Будет весело, я думаю. Только не проводи время лишь с Феннелом, я в твоей жизни, всё же, тоже существую, ладно? - Генриетта заглядывает в лицо Эйлера. Кажется, прошло всего ничего, а время уже близится к вечеру. Они успели пройтись по парку, потом погулять по городу... Так и пролетело время. Поэтому сейчас Чарльз провожал ту до дома. — Он мне вообще не очень нравится. Ты с ним поаккуратнее. Он странный какой-то, неестественный. Никогда не знаешь, что у него на уме.       — Хорошо, как скажешь. Поделю между вами время поровну, - с улыбкой произносит тот, останавливаясь вместе с девушкой около подъезда и целуя ее в щёку на прощание, за чем следуют длительные объятия, дольше, чем обычно. — Что ж, ещё раз спасибо тебе, мисс Уорхол, за то, что вытащила меня погулять. Впервые за долгое время мне правда понравилось время, проведённое на улице. До свидания.       — Вот и отлично! Ты выглядишь даже не таким усталым, как обычно бывает после наших прогулок. Я считаю, что это успех. Пока! - за этим следует звон ключей, пикание домофона, и девушка исчезает из виду так же, как и появилась, а брюнет направляется домой под аккомпанемент собственных мыслей.       Солнце начинает прятаться за горизонт, сменяя свой цвет на оранжевые оттенки, людей становится больше, как и машин, проезжающих по дороге. Все они спешат куда-то, у них своя жизнь. Это осознание иногда ломает мозг, хотя оно очень даже логичное. Если бы лица этих людей не были заражены паразитами, может, Эйлер и продолжил бы глядеть в них, но мизофобия, всё же, мешала. Приходилось тащиться в стороне, чтобы, не дай бог, не подхватить эту заразу, к чему, тем не менее, Чарльз привык уже довольно давно. Все же, сколько лет у него уже это? Наверное, 10 как минимум, а то и больше. Он даже вряд ли сможет вспомнить, с чего это всё началось. От общей мерзости мира иногда хотелось блевать не менее мерзкой жижей. Сможет ли он когда-нибудь вообще избавиться от ощущения этой грязи? Вряд ли. Даже сейчас он думал лишь о том, как бы побыстрее добраться до дома и помыть собственные руки и лицо. Поцелуй в щёку около подъезда девушки был и необходимостью, и некой ошибкой, что заставляла сейчас паниковать. Однако, панической атаке на улице не было места, от чего, пытаясь дышать глубже, вскоре Эйлер протиснулся к дворам, откуда быстро добрался и до дома, наконец, оставляя позади сегодняшний день посредством погружения в что-то запредельное окончательно. . . .       Стоя в ванной, брюнет пристально рассматривал собственные руки и лицо в зеркало, снова и снова касаясь воды, не в силах себя остановить. Вода смывает всё лишь на пару мгновений, а затем паразиты снова налипают, занимая свои прежние места. В тусклом свете лампы, Эйлер начинает пристально глядеть в свои глаза и через некоторое время появляется ощущение, что перед ним стоит некто другой, незнакомый, а затем голова начинает жутко болеть от давящих мыслей и тревоги. И два человека в бесконечной темноте предстают лучами солнца, позволяя спокойно выдохнуть. Две руки, не запятнанные паразитами, два лица, не мерзких и не заразных. Сегодня брюнет решил лечь пораньше, хоть и засыпание его проходило крайне долго...

Майский день откровений наконец закончился, давая надежду на светлое будущее.