Как же здесь жарко

Просыпаться с утра было все еще и неприятно, и непривычно. В его комнате снова душно, хоть и открыто окно, и он не накрывался пледом. Может, извечная духота – это персональное проклятие второго этажа, от которого страдает, правда, почему-то только он. Как они живут здесь? В этом отвратительном климате, кошмар какой. Вся постель разворочена, словно он метался во сне. Ну, это может быть правдой, поэтому Джордж даже не удивляется, только зевает утомленно – состояние такое, словно и не спал вовсе. Сколько там времени? А, точно, он же так и не переставил часы на местное, оно у него все еще даже не домашнее, а континентальное. Забавно. Парень усердно тянется вверх, пока его кости не начинают трещать так, словно он их ломает, снова зевает и подходит к зеркалу в шкафу. А в отражении – он сам, но помятый, со следами от подушки на лице и встопорщенными волосами, с утомленным взглядом и диким желанием лечь спать дальше. Вот только не получится – спать при такой температуре он не может совсем. За окном – день, птицы щебечут, трава шелестит. Ни звуков завывания ветра, ни шепота леса он не слышит, и это удручает. За окном – отвратительная для его организма погода, но, кажется, он все же понемногу начал привыкать к ней. Когда он выходит из комнаты в ванную, на полу со стороны окна все еще лежит смятая толстовка, в одном рукаве которой спрятан складной нож, а в другом – смартфон с сотней взволнованных сообщений в беседе. Все же замаранные носки лежат там же. Но снимка полароида нет. Тень, обитающая под потолком, следит за парнем и делает свои выводы.

***

Спускается вниз Джордж с полным осознанием того, в какую ситуацию он попал, и того, что безумная идея Уила может и вылиться во что-то адекватное (в это даже не верится, это все кажется таким…сюрреалистичным), и даже того, что «Луна-сегодня-в-Раке-а-Рак-в-Козероге», и поэтому день будет удачным. (жаль, что насчет ночи нет такой же уверенности) Роджер, по словам Мюриэль, ушел куда-то в ближайшее село, она сама копается в огороде, с почти материнской любовью выдергивая сорняки и поливая и будущие продукты, и посаженные ближе к дому кустики с цветами. Джордж все еще ничего не делает по дому и вне его, предпочитая работать и сидеть в соц. сетях, и это, на его удивление, абсолютно всех устраивает. Этих людей устраивает кормить лишний рот бесплатно. Безумцы. А, впрочем, против конкретно этого он ничего не имеет, его устраивает. Окна кухни выходят как раз на огород, и поэтому как он видит свою тетушку, так и она его, но они не общаются, потому что она еще более ранним утром включила радио и, очевидно, ей хватало этого. Die a little to be free Of politics and mortal woes It feeds on unaffected souls Rub my eyes 'cause they're kinda fuzzy Crimson in your blood, poison in your brain I'll cleanse out all the rough, a shiny husk for the taking В такие моменты Джорджу казалось, что это кто-то сверху подает ему знаки, просто очень изощренно, надеясь на то, что он умный. Но это так не работает, и единственное, что ощущал парень – это недоумение и растерянность. Потому что страшно от происходящего в этом доме не было. Было интересно, почему именно он и именно сейчас. Come, step closer, hear its voice Tantalising, don't you fight The call of the Egg The call of the Egg Wrap its vines around your heart Diamonds, death, anything you want The call of the Egg The call of the Egg Hear the call of the—* Опять же, очень изощренная подсказка, которую сейчас Джордж понять не мог, но, если верить его интуиции, то скоро это все раскроется. Скоро станет понятнее. Ну, или он просто вскроет замок и спасет того парня, которого держали в подвале. Как вариант тоже неплохо, тем более, что именно так он и хочет поступить. Он старается даже не оглядываться на дверь подвала, заранее зная, что она заперта, и максимально спокойно пьет иван-чай с шарлоткой, читая беседу. Помимо этого на столе стоит тарелка с печеньем и вазочка с конфетами. И этот завтрак имел все шансы быть нормальным, если бы не ночь, предшествующая этому. Уил, помимо ругани на то, что он ночью так внезапно пропал, на трех языках, уже прислал то, что ему нужно найти в доме и как это все мешать, а после – как использовать, и, в теории, Джордж может заняться этим прямо сейчас, но какая-то часть его просто не хотела двигаться с места днем. Что-то искать в доме, хозяева которого бодрствуют? Если его спалят, то как он это объяснит? «Ой, ну, в общем, эта штука мне нужна для работы. Честно. Я проверяю на практике возможность создания опасного реагента в домашних условиях». Звучит не особо убедительно, даже если учитывать, что его родня не знает, что делает этот загадочный «фрилансер» (все делает, вообще-то, за что платят и чем заниматься можно из дома; именно поэтому Джорджу это и нравится). А они сегодня должны быть максимально спокойны и уверены в том, что их приезжий племянник (на самом деле он даже не уверен, что он именно племянник, а не кто-нибудь еще для них) все еще в блаженном неведении. Хорошо. Надо успокоиться и подумать, где могут быть все части этого химического пазла. Хотя, если верить списку, то проблемы могут быть только с электролитом. Потому что у них нет машины и, соответственно, зачем он им? Тогда придется или искать замену, или внезапно все же найти его. Ну, где-нибудь. Где вообще может быть эта штука? Джордж показательно зевнул, потирая глаза. Он действительно не выспался, но сейчас это было представление для Мюриэль, которая как раз в это время была достаточно близко к окну, чтобы услышать это. - Джордж, ты не выспался сегодня? – спросила она, заглядывая на кухню; ее тон даже мог быть действительно взволнованным и участливым, вот только парень этому уже не верил почему-то. – Все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? А, может, она боялась, что он что-то слышал. - Да, слишком непривычный климат, - он приторно вздохнул, мысленно ухмыляясь – и да прибудет с ним его актерское мастерство. – Сверху душно очень, и ветер этот противно воет. Пришлось спать в наушниках – раньше при бессоннице только они и спасали в итоге. Они за ночь сели, правда, да и я… не особо выспался. Он зевнул еще раз, стараясь сделать свое лицо максимально усталым (можно было даже не прилагать к этому усилий, оно у него всегда такое со слов абсолютно всех его знакомых). Мюриэль вроде прониклась. - Думаю, тебе нужно будет лечь раньше сегодня. Недосып – это плохо для молодого растущего организма. Можешь даже спать без одежды, если у тебя такие проблемы с температурой, уверяю, к тебе никто не зайдет, если ты стесняешься, - она хохотнула и, кивнув самой себе, поправила соломенную шляпку на голове и пошла дальше возиться в огороде. Джордж закатил глаза и, допив свой чай, убрал стакан в мойку и пошел в зал «за ноутбуком». По крайней мере, это была официальная версия. На самом же деле в зале была неприметная дверь, очень сильно сливающаяся со стеной, которая вполне могла оказаться кладовкой. В которой могло оказаться… ну, хоть что-нибудь. И да, судя по стеллажам, стоящим вдоль двух стен и заваленным всяким хламом, это и впрямь была кладовка. И именно отсюда, судя по всему, брали разные садовые и не только инструменты, потому что некоторые отсеки для них были пусты сейчас, но и осталось много другого интересного. Жаль, он взять не может. Не со стены, по крайней мере. Слишком заметно будет. Впрочем, на копания здесь у него не так много времени, буквально пару минут, поэтому Джордж, прислушиваясь к звукам снаружи, принялся методично просматривать полки на предмет того, что ему нужно, благо все бутылки здесь были подписаны чьим-то чертежным подчерком, четким даже в полутьме. - ...! – резкий выдох, и парень убирает в один из карманов небольшую бутыль, подписанную как «кислота для электролита», и это, если честно, решает одну из больших проблем, которую ему смог описать Уилбур. Емкость плотно закрыта, но все еще сделана из стекла, и поэтому идти нужно будет максимально аккуратно. Следующим он находит мешок с удобрениями, и он тоже подписан. И это тоже очень сильно упрощает работу, поэтому Джордж берет с одной из полок мешок и собирает в него некоторую массу, а после завязывает и убирает в другой карман, выходит из маленькой тесной комнатки и плотно закрывает за собой дверь. Парень забирает свой ноутбук вместе с зарядкой и поднимается наверх, аккуратно ступая по слишком узким ступенькам лестницы, абсолютно точно не привлекая ничьего внимания своими точно-ничем-не-занятыми карманами. По крайней мере, он уверен в том, что его сейчас не видят, и поэтому, все равно подозрительно оглядываясь на окна, быстро следует в свою комнату, чтобы убрать добытые вещи в чемодан. Помимо этого он начинает убираться в принципе, и только тогда, когда толстовка лежит на полке, нож убран в боковое отделение чемодана, а носки готовятся отправиться в корзину для стирки, парень замечает, что того странного снимка нет. По телу пробегает дрожь. Могут ли они уже знать? Или это все его паранойя, и он просто, например, упал за шкаф? За комод? Да куда угодно. Ладно, все нормально. Скорее всего, Мюриэль хотя бы спросила бы, откуда у него вообще такая штука, как старый порченный полароид, если бы знала о нем, так что причина для волнений причиной как таковой являться не может. Он выдыхает и осматривает комнату – чисто, и ни следа ночных похождений. Причем, буквально – последняя улика сейчас в его руках, и он планирует пойти и замочить ее, чтобы не было видно, что черные они не от кроссовок, которые были темными и очень сильно красили светлые носки, а от земли. Никаких улик, черт возьми. К тому же, именно в ванной, точнее, под ней, он находит предпоследний ингредиент в будущей «готовке» - еще одна бутыль с кислотой стоит в самом углу, скрытая другими баночками, банками и мешками с бытовой химией. Сначала он хотел спросить, зачем ее держать в доме, ведь она не имеет никакого практического применения. После он залез во всемирную сеть и преисполнился знанием о том, что домохозяйки могут быть очень опасными, если используют кислоту для прочистки труб. А ведь такую же бутыль он видел и дома. Он не будет об этом думать. Не-а. Фильмы ужасов, пожалуй, делают с его фантазией что-то совсем уж странное. В любом случае, переливать ему больше не во что, а потому он вновь просматривает содержимое пространства под ванной и уходит, все еще подозрительно прислушиваясь ко всем звукам в доме и боясь услышать шаги. (даже если бы они и были, он бы не услышал; так вот зачем здесь везде ковры, да? обоюдоострый меч какой-то, и на него работает, и на его родню…) Днем наверху еще жарче, чем на первом этаже и даже, как ему кажется, на улице, и пот льется градом, но он должен сделать это сейчас. Хотя они и планировали это ночью, чтобы Уил точно смог все проконтролировать (при недосыпе Уил теряет последние остатки чувства самосохранения и лезет туда, куда не надо, поэтому слушать его в такие моменты – себе вредить, знаем, проходили), ну, или хотя бы Сэм, который в химии (и не только) тоже хорошо разбирался, но, взвесив этот план сейчас, Джордж пришел к выводу, что ему может банально не хватить ночи. Да, сейчас это делать было страшно. Но где-то снизу был человек, которому точно нужна была помощь, и вытащить его он планировал максимально тихо и быстро. Поэтому ему нужна была специальная посуда, но откуда в доме сельчан найтись химическим колбам? Поэтому тут в дело вступает импровизация, ибо собирать это Джордж будет из того, что под руку подвернется, даже если придется весь день провести наверху, обливаясь потом. Это точно будет того стоить.

***

Либо это прошлый хозяин дома такой изворотливый, либо Джордж и в самом деле попал в какой-то странный survival-horror, но необходимую колбу он-таки находит. В той самой детской, в шкафу. Ага. Странно ли это? Безусловно, но помимо необходимой склянки там был еще с десяток других, поэтому исчезновение одной, скорее всего, не заметят. Зашел он туда просто чтобы проверить правило «ищи необходимые вещи там, где их точно быть не может», и да, оно подтверждается. Под немигающим взглядом страшных игрушек он проверяет ящички и ящики, открывает шкаф – и находит именно то, что нужно. Он, конечно, знал, что везучий, но не настолько же. Но доказывать, что химик из него абсолютно никудышный, он начинает только ближе к вечеру, потому что до этого напрашивается помочь с уборкой хоз. инвентаря (и забирает горелку, потому что нужно), а после они с Мюриэль вместе обедают, чтобы после она ушла в рощу, а Джордж все еще оставался дома, уделяя какое-то время своей работе. Вечером же, когда Роджер уже дома и они вновь сидят снизу и смотрят очередную серию того странного сериала, парень вновь показательно зевает, чуть ли не падая со стула на кухне от этого действия, и громко сообщает, что собирается спать. Мюриэль понятливо кивает, а ее муженек все еще никак на него не реагирует. Это все еще напрягает. Но наверху он запирается в комнате, подпирая дверь чемоданом, и раскладывает составные части своего пазла, перечитывая инструкцию, оставленную Уилом. По континентальным часам сейчас очень раннее утро, и никого все еще нет в сети. Что ж. Он прекрасно справится и сам. Не маленький, все-таки. Спустя час или около того он слышит голоса в коридоре, благо, удаляющиеся от него – к этому моменту жидкость в колбе стала уже отчетливо-желтой, и это, вроде как, говорит о готовности азотной кислоты к использованию. (стоит ли напоминать, что у него образование программиста, а не химика, и занимается всем этим едва ли не второй раз в жизни? Удивительно, но все разы это было именно с инициативы Уила) Ладно. Он просто сделает это, и будь что будет. Еще час Джордж залипает в ленту соц. сети. Не потому что делать нечего, а потому что адская смесь уже намешана (путем частичного сожжения футболки, теперь снизу ее украшают три великолепные дизайнерские дырки, ладно хоть на кожу не попало) и ждет своего часа. Уже стемнело, и хозяева дома должны спать. Должны, но так-то не обязаны, поэтому он все ждет, боясь выйти раньше и разбудить кого-нибудь. А он так и не придумал, куда же деть пленника. Опять действовать по ситуации? Преодолевает свой страх он в итоге еще через час, когда на улице уже вновь привычно завывает ветер, шепчет лес и скрипит калитка, а глаза, светящиеся во тьме ночного леса, отчетливо видны вдали. Парень экипируется той же толстовкой, ножом и баночкой с итогом своих экспериментов, подключает прямой эфир и цепляет смартфон на уровень груди на одежду (путем сложных махинаций, но что-то подсказывает, что его руки будут заняты чем-то другим, нежели чудом техники). В левом ухе попеременно слышны голоса его друзей, и когда он поворачивается к окну, Джек удивлено восклицает, от чего Джордж морщится: - Невероятно! Это что, демон! - Тише, я не хочу оглохнуть, - шипит парень тихо, но все слышат и комментируют его действия только по необходимости, даже извечно чрезмерно общительные Уил и Эрет. По крайней мере, теперь он знает, что это все ему не мерещится. Уже неплохо. Из чемодана он достает запасную пару кроссовок, обувается и принимается за повторный спуск вниз. На улице хорошо, намного лучше, чем в доме – воздух охладился, в лицо дует приятный ветер, и не жарко, и не душно. На улице его уже ждет тот подозрительный кот, а вдалеке, в лесу, белые светящиеся глаза неотрывно смотрят на него. Животное прожигает его странно-яркими голубыми глазами, словно ожидая хоть каких-то действий, и Джордж понимает, что да. Нужно сделать это быстро. Он аккуратно заходит в дом через главную дверь, прислушиваясь к обстановке. Не считая звуков с улицы, то все тихо, лишь иногда со второго этажа доносятся особо громкие похрапывания, да и только. «Нужно сделать это быстро и аккуратно», - думает Джордж, доставая из кармана найденную бутылочку из толстого стекла, откупоривает ее и аккуратно льет жидкость на дужку. Прожигает, конечно, не только металл замка, но и ковер под ним. Но это работает, и спустя пару минут* замок падает, не издавая ни единого звука. Ники тихо хвалит его, Уил довольно хмыкает. Но при этом все напряжены настолько, что парень это чувствует даже вдали от друзей. Он толкает дверь внутрь, и она легко поддается, даже без скрипа, являя его взору достаточно…необычную картину. Судя по гробовому молчанию, с ним все согласны. Первое, что бросается в глаза – какая-то странная штука, словно инопланетная, похожая на яйцо по своей форме. Оно все овито какими-то то ли щупальцами, то ли лианами, и все это пульсирует, распространяясь по всему подвалу, заходя даже на потолок. Пахнет гарью и каким-то разложением, и это Джорджу не нравится ни в коем разе, поэтому он внимательнее осматривает помещение, благо свет, исходящий от этого…чем бы оно там ни было, позволяет это сделать. Парень, израненный и не подающий признаков жизни, находится совсем рядом с этой штукой, у стены, овитый этими отростками, и он спускается вниз, благо хоть здесь лестница нормальная, чтобы несмело ступить на потрескавшийся бетонный пол, просто усеянный какими-то обрубками и камнями, тускло поблескивающими. Он быстро приближается к заложнику, ножом срезая с него все лишнее и водружая себе на спину. Он не думает о том, что на этом человеке растут настоящие камни. Тем более – о том, что есть места, где их нет, и они сопровождаются запекшейся кровью и дырами, через которые видно мясо. Все, о чем он думает – это скорее уйти. Потому что уходить не хочется, и это очень пугает. Он не знает как, но его друзья чувствуют, что что-то не так, и начинают говорить; много говорить. Он отвлекается на них, специально фокусируется и чуть ли не бежит вверх, на улицу, забывая закрыть за собой дверь в подвал. Плевать. Главное – избавиться от этого противного ощущения присутствия кого-то лишнего в его голове. На улице все еще прекрасно холодно, и это охлаждает его, успокаивает. Тяжесть чужого тела давит на спину, и он правда не знает, куда девать этого паренька, странного, конечно, но такого беззащитного сейчас. Не бросать же. Кот требовательно мяукает, привлекая к себе внимание, а после направляется в сторону леса. Простояв буквально пару мгновений на месте, Джордж идет следом за ним, и с ним в этом солидарны все – не будет же простой кот ждать, пока он это все провернет, чтобы потом просто так уйти в лес, верно?

Он же не совершает ошибку, идя буквально навстречу тому высокому силуэту с яркими белыми глазами?