Часть 2
8 сентября 2021 г., 12:32
845 год. Стена Мария пала. Колоссальный и Бронированный титаны прорвали Сигансину. Выживших эвакуировали за Розу. Начинался голод. Несмотря на то, что Талия дважды в неделю отправлялась в Трост на заработки, а мы с Карлом всячески пытались помочь матери, цепляясь за любую шабашку, денег все равно катастрофически не хватало. Это время стало обострением наших и так не очень теплых отношений с моим новоиспеченным старшим «братом». Парень никогда не упускал возможности ткнуть мать в то, что наше положение столь плачевно именно из-за ее доброты и моего присутствия в доме. Признаюсь, несколько раз я и сама хотела сбежать, чтоб не доставлять неудобств, но Талия быстро успокаивала меня, уверяя, что я наоборот очень помогаю ей, ведь когда она уезжает в Трост, все женские обязанности и хозяйство ложатся именно на меня. Оставь она сыновей вдвоем, то домик давно бы сгорел, а сами они померли с голоду.
Несмотря на тяжелые времена, жизнь потихоньку налаживалась. По крайней мере, у меня был дом, «семья», появились друзья. Я пошла в местную школу. Талия достаточно быстро обучила меня основам грамоты и чтения, поэтому проблем с учебой не возникло, и я не выглядела такой уж «отсталой» в глазах других ребят. Тем более учитывая, что в своем мире я была прилежной ученицей, то здесь в каком-то смысле мне удалось стать одной из лучших, ведь уровень образования очень сильно уступал тому, к которому привыкла я у нас. Одно только мучало меня изо дня в день — ночные кошмары. Я часто видела во снах свою настоящую маму, раз за разом переживая ее смерть вновь. Я уже давно не помнила ее лица во всех деталях, но легче от этого не становилось. Помимо мамы мне иногда снились «псы»: как я убегала от них, как они пытали бабулю Ингу, жаждя выяснить, где старуха прячет «неправильного» ребенка, а потом ссылали ее в лагерь смерти, где она умирала вместе с другими заключенными, проклиная тот день, когда взяла опеку надо мной. Я просыпалась с криком, со слезами и в холодном поту. Когда Талия была дома, то всегда успокаивала меня, обнимая и гладя по голове, пока снова не засну. А когда женщина уезжала, то главным успокоителем было недовольное шиканье Карла, который обещал задушить меня подушкой, «чтоб хоть раз поспать спокойно».
Но изредка ночи проходили весьма мирно. Я видела смутную фигуру отца, которая просто стояла вдалеке и смотрела на меня. Я не помню его. Совсем. Лишь имя — Маркус Шмидт. Последний раз (их всего было ничтожно мало) мы виделись, когда мне было восемь. А потом он ушел на войну, чтоб уничтожать с другими монстрами «неправильных людей». Иронично, что его дочь была тем, кого он так ненавидел и убивал.
Мы с Владимиром пулей выбежали из дома, чтобы встретить Талию, вернувшуюся после четырех дней отсутствия. Я, как прилежная падчерица, подготовила все к приезду женщины: перестирала белье, отдраила дом, приготовила обед, зная, что мама очень устала. Благо вести хозяйство в свое время меня обучила бабуля Инга, так что за качество работы я не переживала. Талия спрыгнула с телеги, отблагодарив пожилого извозчика парой монеток, и с теплотой принялась приветствовать нас. Братик с невозмутимым видом вырвался из объятий матери и гордо начал взваливать на свои детские плечи тяжелые баулы с вещами, отказываясь от помощи, ведь он уже «достаточно взрослый». Пока младший занимался перемещением багажа с улицы в дом, я принялась разогревать еду и накрывать на стол, ведь мама уж очень устала с дороги. Да и вдобавок мы с Карлом затеяли достаточно тяжелый разговор, к которому надо было очень аккуратно подвести, заранее «задобрив» Талию.
Вся семья собралась за столом. Владимир с жадностью уплетал овощное месиво, которое я гордо звала «рагу», а вот мы со старшим братом лишь угрюмо ковыряли в тарелках, не решаясь завести разговор.
— Лия, Карл, вы чего такие вялые? — С удивлением спросила женщина, пристально всматриваясь в наши лица. — Что-то случилось? — Глубоко вздохнув, я бросила раздраженный взгляд на парня, понимая, что придется брать весь удар на себя.
— Ничего страшного не произошло, Тал… — Я запнулась. — Мама. Просто скоро будет набор в кадетский корпус, и мы с Карлом подумали… — Не успев договорить, меня тут же прервал угрожающий тон Талии.
— Нет. Это даже не обсуждается. Выкиньте из головы подобный бред, — Талия прикрыла глаза, пытаясь успокоиться, потому что невооруженным взглядом было видно, что она сердится. — Ладно Карл — он ведь мальчишка, и подобное свойственно в их возрасте. Но ты то куда, Лия? А кто будет помогать мне по хозяйству? Беда случилась, голод. Не о том вы думаете, — она старалась говорить спокойно. Но это спокойствие было лишь фальшивой маской, прикрывающей нарастающую бурю. Я нервно сглотнула, переводя взгляд на старшего, мысленно прося хоть какой-то поддержки.
— Ты не так поняла, мама, — спустя минутное молчание наконец-то присоединился к разговору Карл. — Мы с Лией думаем пойти в Военную Полицию, — он остановился, наблюдая за реакцией женщины. — Точнее, это придумал я, а она просто увязалась за мной. — Стараясь скрыть свое возмущение на лице, я просто со всей силы наступила на ногу парня под столом, от чего тот сморщился и злобно шикнул в мою сторону. — Платят там много. Намного больше, чем на твоих еженедельных вылазках в Трост! Тем более, нас двое! — Его голос задрожал. — Пожалуйста, мама… — Талия ничего не ответила, лишь томно вздохнула, продолжив свою трапезу. Карл посмотрел на меня и молча пожал плечами, повторяя за мамой и принимаясь за тарелку с овощами. В глазах неприятно защипало от наступающих слез. Я выскочила из-за стола и рванула прочь из дома, не желая более никого видеть. Неподалеку от нас протекала небольшая речушка. Я любила сидеть рядом с ней, когда хотелось подумать обо всяком и чтобы никто не мешал.
Я и не заметила, как добежала до нужного места. Вечерело. Из-за деревьев розовело небо. «Красиво» — пронеслось в голове. Я уселась на небольшой камень, предварительно скинув обувь, чтоб опустить ноги в воду. Это очень успокаивало. Сидишь, никто тебя не трогает, любуешься природой. Идиллия. Теплый осенний ветер обдувал лицо. Уже не стояла невыносимая жара, но еще не успело похолодать. Я очень любила подобную погоду. В моем родном мире в это время мы часто всем коллективным хозяйством отправлялись на поля собирать урожай к зиме. Или ходили в лес, чтоб собрать грибов. Мама их очень любила. Бабуля Инга же не была ярым лесником, поэтому после смерти матери подобные вылазки стали крайне редкими. К горлу подступил ком, а из глаз опять полились слезы. Так больно. Хоть порой я на дух не переносила старуху, но все же она заботилась обо мне. И все эти чертовы «косметические процедуры», от которых я плевалась, она заставляла делать тоже из-за заботы. Да и почему я сейчас продолжаю все это делать, если так ненавидела? Я схватила ближайший камушек и со злостным криком швырнула его в реку. Раз удар о водную гладь, два, три, четыре. Мы называли это блинчиками. Странно, когда я сознательно пыталась научиться это делать, то ничего не получалось, а тут сразу четыре…
— Кру-ууууу-то! А научишь меня? — Позади меня раздался восторженный крик. Я обернулась и увидела перед собой маленького мальчика. Низенький, подстриженный налысо он казался совсем-совсем ребенком. Я бы не дала ему больше семи лет.
— Да я и сама то не умею… Случайно получилось. — Немного растерянно пробормотала я, смахивая слезы. Не хотелось показывать кому-то свои эмоции. Паренька явно этот ответ не устроил. Его брови опустились к переносице, а тонкие губы сложились в недовольной ухмылке.
— А чего ты ревешь? — Подойдя поближе, он с интересом начал рассматривать меня. — Хотя, ты ж девчонка, а девчонки вечно рыдают по пустякам, — мальчик подобрал камень и попытался повторить мои движения, но у него ничего не получилось. — Эх, опять не вышло… Меня, кстати, Конни зовут. Конни Спрингер. А тебя? — Я еще раз провела рукавом по щекам, чтоб окончательно убрать дорожки от слез.
— Я не реву, — как можно тверже сказала я. — Просто брызги в глаза попали. Я — Лия Цим… — я осеклась, с ужасом покосившись на мальца. Не хотелось бы так тупо выдать свою маленькую тайну. — Гаммер. — Кажется, этот Конни даже и не заметил моей оговорки, потому что был занят поиском нового, более подходящего камушка. Паренек обернулся и радостно закричал.
— Ой, так это ты сестра Владимира? Мы часто с ним вместе гуляем! Что ж ты сразу не сказала то? Он часто мне рассказывал про тебя, — Конни весело запрыгал вокруг меня. — А это правда, что вы с Карлом скоро пойдете в кадетский корпус? Я тоже хочу, через год. А как закончу, то в Военную Полицию подамся, вместе с вами! — Он так тараторил, что у меня начала болеть голова. «Если бы все было так просто» — подумала я и горько усмехнулась собственной мысли.
Еще какое-то время мы сидели вдвоем у реки, болтая о перспективах стать солдатами. Оказалось, что ему не семь, а почти одиннадцать лет, просто из-за роста и худощавого телосложения выглядел младше своего возраста. Впрочем, никто из местной детворы не мог отличиться наличием лишнего веса. Голод сказался на всех. Я и сама не лучше. Из-за дефицита продуктов и болезней в моем мире, а потом схожей ситуации и здесь, мой рост еле-еле дотягивал до 150. Если вообще дотягивал. Вся худая, нескладная. Надежды оставались только на Военную полицию, а точнее на то, что я смогу там нормально отъесться и подрасти хоть на пару сантиметров. Если попаду, конечно.
На улице было уже совсем темно, когда Конни побежал домой, ссылаясь на то, что родители будут волноваться из-за его долгого отсутствия. Да и мне настала пора возвращаться. Скорее всего Талия места себе не находит. Странно, что я не подумала об этом раньше. Эгоистка. Собственные истерики ставлю выше чувств единственного в этом мире человека, кому не все равно на меня. Я брела медленно, оттягивая момент встречи с женщиной, потому что стыдно становилось лишь от одной мысли о ее возможных переживаниях. Я ведь понимаю, почему она так не хочет, чтобы мы с Карлом пошли служить. Все таки муж погиб на вылазке за стену. Только вот он был разведчиком, я же наоборот хочу в полицию. Там безопаснее, денег больше, да и в местной столице хотелось бы побывать. Интересно, как все тут устроено. А то деревни везде одинаковые. Что у нас, что у них. Странно, я уже год тут, но до сих пор отношу себя к другому миру, будто тут проездом. Но, по правде говоря, я не очень то и хочу обратно. Там война, там людей пачками убивают. Опять же, меня могут убить. А здесь я обрела какую-никакую, но семью. Талия женщина хорошая, понимающая. Думаю, что не стоит отчаиваться раньше времени. Поуговариваем, поуговариваем — она и сдастся. Тем более я буду под присмотром Карла. Хоть мне и не верится, что он вообще рад тому, что я решилась пойти с ним, ведь взаимоотношения у нас ни к черту. Вечно ругаемся, постоянно оскорбляем друг друга. Точнее, он первый оскорбляет, а я просто в ответ. Не понимаю, за что он так ненавидит меня? Да, я лишний рот. Да, чужая. Но я же не требую все внимание себе, а даже наоборот — хочу уйти, чтоб принести пользу. Вообще, если бы нас не связывали «семейные» узы, то он даже мог понравиться мне. Высокий, кареглазый, темноволосый. Бабушка Инга без раздумий бы меня сосватала ему, будь мы в том мире. Да и Владимир растет очень симпатичным. Тоже шатен, тоже с карими глазами. Они оба — копия матери. Я совсем не вписываюсь в эту семейку: мелкая, со светлыми волосами, светлыми тонкими бровями. Хотя, постойте. Если я перестану «скрывать» свою истинную внешность, то, в принципе, отдаленно, но смогу стать похожей на них. Но на подобное решиться я еще не могу. Слишком сильный страх. Та война сломала меня. Подобное нельзя перебороть даже за год.
Погрузившись в мысли, я и не заметила, как забрела в центр деревушки, свернув с изначального маршрута. Небо было уже совсем темным. Улицу освещало лишь несколько факелов, размещенных на высоких столбах. На первый взгляд людей не было, но немного сосредоточившись, я услышала приближающийся топот копыт. Не знаю, что двигало мной в тот момент, ведь это могли быть разбойники, о коих нас Талия предупреждала сотню раз, но я двинулась навстречу звуку. Передо мной на лошадях возвышались три фигуры в зеленых плащах. Один из них, заметив меня, спрыгнул с коня и стал приближаться. Я попятилась. Выйдя на свет, фигура оказалась молодой высокой женщиной с темными волосами и в очках. Она удивленно посмотрела на меня, а потом обернулась к своим товарищам:
— Эй, ребята, тут девчонка, — в ответ поступило короткое «Оставь ее», но женщина проигнорировала это, возвращая свое внимание ко мне. — А чего ты тут ночью забыла? Хочешь, чтоб тебя украли работорговцы, а потом продали на черном рынке какому-нибудь извращуге? — Немного фанатично произнесла она. В свете огня ее глаза выглядели немного безумно. Вернее, она вся выглядела безумно.
— Слишком мелкая и худая, — раздался из темноты мужской голос. — Такая их не заинтересует. — А вот это было обидно. Женщина лишь хмыкнула, сделав еще шаг навстречу ко мне, но тот человек снова заговорил, заставив ее остановиться. — Ханджи, хватит тратить время, поехали.
— Если верить твоей логике, — немного растягивая слова мрачно произнесла она и сделала короткую паузу. — То работорговцы обойдут и тебя стороной, — уже более энергично прыснула та самая Ханджи, посмеявшись над собственной шуткой. Если это была шутка, конечно. Ответа не последовало. Я недолго думая сорвалась с места и со всей дури рванула в противоположную от людей сторону. Несмотря на то, что это были солдаты из какого-то военного подразделения, доверия они мне не внушали. «Псы» же тоже военными были. Да и та женщина уж больно странная. Так что бежала я без оглядки и остановилась только уже на подходе к дому. В одном окне горел свет. «Талия не спит» — подумала я и, собравшись с силами, вошла внутрь. Женщина сидела за столом и вышивала. Ее руки тряслись, а ну лбу виднелись еле заметные капельки пота. Заметив меня, она тут же подорвалась со стула и подбежала. Я невольно сжалась, ожидая, что сейчас меня могут ударить, но этого не произошло. Гаммер просто обняла меня, поглаживая свободной рукой по голове. Она всхлипнула.
— Никогда больше так не делай, дорогая, — прошептала женщина. — Я чуть с ума не сошла.
***
С того разговора прошло больше полугода. Мы с Карлом не оставляли попыток уговорить маму отпустить нас в кадетский корпус, и в итоге она сдалась. Конечно, при условии, что мы пойдем либо в Военную полицию, либо вернемся домой. Такой расклад нас вполне устраивал. Отбор был назначен на весну 846 года, так что мы с братом решили посвятить оставшиеся месяцы тренировкам, чтоб хоть немного быть готовыми к тому, что будет с нами происходить. По утрам мы с первыми лучами солнца выходили на пробежку, а потом принимались за базовые упражнения по типу приседаний, отжиманий и планки. Точнее, мы старались так делать. Энтузиазма нам хватило на несколько дней, но дальше, на удивление, подключилась Талия, насильно поднимая двух горе-курсантов с кроватей. Когда же она уезжала, мы благополучно отлынивали, ссылаясь на усталость. Страшно представить, что с нами станет непосредственно в лагере. Вскоре мне исполнилось четырнадцать. А это значило только то, что призыв не за горами. Я частенько уходила к речке, чтоб повидаться со своим новым другом Конни, наблюдая, как мальчик с завистью уверяет меня, что через год и он пойдет по нашим с братом стопам. Время летело преступно быстро. Я и не заметила, как пролетел февраль, а за ним и март. Оставались считанные недели до отбытия. Талия с каждым днем становилась все мрачнее и нервознее. Ее поездки в Трост перестали приносить достаточный доход, так что положение семьи весьма ухудшилось. Надежда была только на нас с Карлом. Но и до этого момента надо дожить. Не сразу же мы служить пойдем. Однажды Владимир заявил, что тоже решил пойти в солдаты, за что получил неплохую оплеуху от матери, аргументированную тем, что еще одного такого удара она не переживет. Мальчик тогда очень обиделся на женщину, не понимая, почему нам с Карлом можно, а ему нет. Эх, знал бы он, насколько тяжелыми были уговоры и сколько обещаний мы дали в обмен на желаемое. Отношения со старшим все так же были натянутыми, но нас хотя бы немного сплотила общая цель. Да и следующие три года придется провести бок о бок, присматривая друг за другом, так что мы договорились о перемирии. Хотя вообще непонятно, с чего началась наша странная «война». И вот он — день икс. В то утро мной и Талией было пролито много слез, на что мальчишки лишь недовольно закатывали глаза, стараясь выглядеть серьезными и суровыми. Особенно Владимир суров, да. Снарядив нас всяческими баулами с вещами, мама раз за разом читала нотации, словно это была молитва. Перед самым отъездом, она тихо шепнула мне, что положила среди одежды необходимую мне смесь для волос. Я с облегчением поблагодарила ее, на что получила обещание делать подобные передачки всякий раз, как мне понадобится. Я ужасно засмущалась, понимая, что эта штука стоит совсем недешево, но Талия отказы не принимала. Ну вот и все. Деньги извозчику отданы, мы с Карлом уже в телеге, а на пороге стоит наша мама, совсем не скрывающая эмоций. Впереди ждал долгий путь, и я имею в виду не дорогу до кадетского корпуса.***
Мы ехали примерно полдня до Троста. В этом городе был объявлен сбор всех рекрутов с юга. Я и Карл не разговаривали. Давящую тишину прерывал лишь старый извозчик, который время от времени вспоминал истории из жизни. Полагаю, что примерно половина из них — выдумка. Карл почти все время молчал, лишь изредка прося передать что-нибудь из мешка с вещами. Он был так взволнован, что очень не свойственно его характеру: руки тряслись, лоб вспотел, глаза то и дело бегали из стороны в сторону. Но на удивление я совсем не боялась. В моей жизни было столько страха, что это казалось лишь забавным приключением. Приехав в город, мы впервые встретились с такими же ребятами. Большинство — дети лет двенадцати, тринадцати, так что сначала показалось, что я и Карл прям старики. Звучит смешно, ведь мне только исполнилось четырнадцать, а ему вот-вот должно было шестнадцать. Но мы же все равно старше, правильно? А вот и нет. Сидя в телеге и направляясь уже в сам лагерь, я попыталась познакомиться с ребятами, среди которых оказался даже один семнадцатилетний! А так нас было всего человек сорок, если не меньше. Большинство — сироты, лишившиеся семьи при падении Сигансины, которые не хотели пахать поля или идти на отвоевывание потерянных земель, что, в принципе, равнялось верной гибели. Я ехала, а на душе было так легко. Чувство, что вот-вот я наконец-то найду свою место, что все будет хорошо. Да, местные проклинают титанов, считают, что живут в адское время, но… В моем мире не было огромных монстров, стен и прочего. Технологии более развиты. Ну и что с того? Там люди убивали людей ради власти, богатства, господства над миром. Они убивали других просто из-за того, что те якобы «другой расы». Кто-то погибал из-за непринятия правящей верхушки, кто-то из-за куска хлеба. Я слышала истории, как людей из соседних деревень вагонами увозили на смерть. Моя участь должна была быть такой же… Так и что лучше? Огромные неразумные монстры, которые убивают, не отдавая отчет своим действиям, или когда люди уничтожают своих же осознано? Тогда я была наивным ребенком, не познавшим все тонкости нового мира. Человек везде остается таким же человеком…***
— Разгружайтесь быстрее! — Громко скомандовал нам невысокий парень в военной форме. — Ваши баулы не должны отнимать драгоценное время тренировок, — он был щуплым, смуглым и совсем еще молодым, но при этом старался казаться грозным «начальником». Мы с ребятами в спешке стали хватать свои вещи, толкая и пиная друг друга. Никому не хотелось бы в первый же день получить звание «капуши». — Сейчас вы идете переодеваться в форму. — Гаркнул парень. — Она будет лежать в казармах на полочках. С размерами разберетесь между собой, должно всем хватить. — Он хитро прищурился, отчего его глаз стало совсем не видно, а затем усмехнулся. — Да и больно мелкий в этом году набор. Вы даже не корм для титанов, а так, легкая закуска… — Дэрил, прекрати стращать новичков! — Позади него показалась высокая, худощавая девушка. Или женщина? Непонятно. Одно можно сказать — она куда приятнее выглядит, чем тот выскочка. — - Товарищи рекруты, простите моего напарника за столь нелестный прием, он полночи драил столовую, вот и злой, — она мило улыбнулась. — Это — Дэрил Хант, Ваш будущий инструктор по физической подготовке. Мое имя — Таисса Рамель. Я буду вести у Вас занятия по выживанию в дикой местности. — Женщина легонько ткнула парня в бок и кивнула в нашу сторону. — Женские казармы прямо и налево. Мужские — прямо и направо, — недовольно хмыкнул Дэрил. — Располагайтесь пока, приводите себя в должный вид, а через час жду всех на построении. Но если опоздаете… — Таиса не дала ему договорить, резко дернув за руку и потащив за собой. Мы все быстро побрели в сторону домиков, которые станут нашим домом на ближайшие три года. Если не вышвырнут. Я зашла в первый попавшийся дом, с открытым восхищением оценивая обстановку. Всего их было 4. Тот, в котором мне предстояло жить был рассчитан на 10 человек, а это значило, что наконец-то получится обзавестись большим количеством подруг. Наивная. Просто ни в одном из миров мне не удавалось завести дружбу с девчонками. И с мальчишками тоже. Ладно, у меня вообще никогда друзей то и не было. Разве что Конни. Но дружбой это можно было назвать с большой натяжкой. Кинув вещи на самую дальнюю кровать, я схватила комплект формы и принялась быстро переодеваться. Потихоньку комната начала заполняться другими девчонками. Они застенчиво отворачивались, стесняясь друг друга, снимая гражданскую одежду. Ко мне подошла невысокая милая блондинка с большими карими глазами, которые с неприкрытым удивлением рассматривали меня. Я застыла, не зная как на это реагировать. Она хитро улыбнулась и, наклонившись к уху, прошептала: — У тебя начали корни волос отрастать, советую побыстрее с этим разобраться, чтобы не выглядеть нелепо, — девочка слегка хихикнула. — Моя мама тоже такое делает… Делала. Могу помочь, если нужно! — Я вздрогнула. Неужели так заметно? А вдруг все и раньше замечали?! Я ужаснулась. Девочка обогнула меня и быстренько вскарабкалась на второй ярус ранее занятой мной кровати. — Меня Рия зовут, — прикрикнула она, — Будем знакомы. Ты же не против, чтобы я спала с тобой? То есть, конечно, не с тобой, а была сверху… Ой, ну ты поняла! — Я отрицательно покачала головой. — Ну и отлично! Я сама из Сигансины, потом в Трост попала. Одна, правда. Отца отправили на осваиваемые земли, а мама… Нет, я очень тоскую по ним, но ничего уже не поделаешь. Я верю, что однажды… — Мне стало очень неловко, но я совершенно не была настроена на душевные разговоры о семье. Да и что я ей отвечу? Что у меня все хорошо? Мама живая, двое братьев рядом. Потом как-нибудь само выяснится. Поэтому единственным верным решением стало тихо ретироваться, пока Рия была погружена в свою болтовню. Тем более она не выглядела грустно, а наоборот хихикала и создавалось ощущение, что речь идёт не о личном горе, не о всеобщей трагедии, а о каких-то простых бытовых вещах вроде недовольства кашей на завтрак. Я быстренько выскочила на улицу и отправилась на поиски Карла. Все таки нужно держаться вместе, несмотря на все разногласия и ссоры. Сейчас мы нужны друг другу. По крайней мере я так считала. Искать долго не пришлось. Я нашла «брата» в окружении нескольких парней. Их компания явно была погружена в активную беседу. Я аккуратно подошла сзади и дернула его за рукав куртки. Брюнет обернулся и недовольно цокнул языком. — Ну и что тебе надо? Не видишь, я разговариваю вообще-то, — на меня уставилось несколько пар мальчишечьих глаз. — Иди на место сбора и не мешайся под ногами, коротышка, — он демонстративно отвернулся и перестал обращать на меня внимание. Злобно стукнув его по спине, я развернулась и убежала. — Да это что-то вроде моей сестры, не обращайте внимание, — последнее, что услышала я. Вот и получилось так, что я осталась совсем одна. Опять. Впереди нас ждал общий сбор. Нас встретили уже знакомые Дэрил и Таисса. Рядом с ними стояло ещё несколько человек, а потом появился Он. Возрастной, лысый и очень неприятный мужчина. Он представился как Кис Шадис — главный инструктор кадетского училища, бывший главнокомандующий разведкорпуса и по совместительству наш личный дьявол на ближайшие три года (это уже добавил кто-то из толпы). Проведя перекличку и повторив несколько раз, что мы — дерьмо, которое пойдёт только на прикормку титанов, нас отпустили. Начинался новый этап жизни. Главное — не вылететь на следующий день, конечно же.
