Ты же меня знаешь!

— Что? Глаза Вики де Анжелис расширились, — что случилось? Люба рассказала ей о своем телефонном разговоре с Нико, их ссоре и его чрезмерной реакции. Когда она закончила, Вики выглядела виноватой. — Прости, я не знала, что твое имя будет упомянуто во всей этой истории, — сказала Вики, — я поговорю с Итаном о том, чтобы впредь держать тебя подальше от прессы. — Это не твоя вина, — сказала Люба. — Нет. Но это не нормально, что он использовал тебя, чтобы раскрутить эту историю. — Да, — согласилась Люба, — но ущерб уже нанесен. — Ну, Нико слишком остро отреагировал. Он должен знать, что ты не собираешься обманывать его или что он там тебе предъявлял еще? Я имею в виду, что единственные парни, с которыми мы тут общались — это всегда были только Итан и Дамиано. Не похоже, что ты собираешься влюбиться в кого-то из них. Люба смущенно рассмеялась и кивнула. — Да, я имею в виду, что Итан иногда похож на 60-летнего мужчину со своей правильностью и педантизмом, а Дамиано… — она с трудом подбирала слова. — Ужасный. Пьющий. Мудак, — Вики подытожила, — и это только три факта о нем. Она снова кивнула и сделала глоток кофе, чтобы не продолжать разговор о Дамиано. У Вики зазвонил телефон, она вытащила его из заднего кармана джинсов, поморщившись, при виде имени на экране. — Кто это? — спросила Люба. — Никто, — сказала Вики, убирая телефон обратно в карман, — просто Рома Архипов. Вики отпила глоток кофе, ее глаза метнулись в сторону. Люба внимательно посмотрела на нее. Что-то показалось ей подозрительным. — Почему брат твоего бывшего парня звонит тебе? Вики пожала плечами, и телефон зазвонил снова. На этот раз она вытащила его из кармана и сразу же отклонила звонок, отправив Романа на голосовую почту. Она выключила телефон и положила его обратно в карман. — Он очень настойчив, — заметила Люба. — ты уверена, что это не чрезвычайная ситуация? — Это не чрезвычайная ситуация. — Ну, я просто не могу придумать другой причины для этого. — Мы целовались! — воскликнула Вики. Люба чуть не подавилась кофе во второй раз за это утро. — Вы… что?! Когда?.. Вики что-то проворчала и приложила руку ко лбу, — около года назад. — Что? Около года назад? Наверное, это был просто поцелуй, ничего не значащий, — пробормотала Люба. Она быстро подсчитала в уме, — подожди, разве ты не была с Арсением Бородиным около года назад? Вики медленно кивнула, и у Любы отвисла челюсть. — Ладно, рассказывай. Вики вздохнула, зная, что теперь ей уже не уйти от разговора. — Арсений и я просто так много ссорились, и он ушел, занимался все время своими делами, музыкой, и мы с Ромой начали больше общаться. Он ходил со мной на мероприятия, на которых вообще-то меня должен был сопровождать Сеня. И вот однажды ночью мы поцеловались. — А… вы …? — Нет! Нет, — быстро ответила она, — только позже. Мы с Арсением расстались вскоре после этого, а затем я начала встречаться с Ромой. — Почему я ничего этого не знала? — Люба была немного обижена. Они знали друг о друге все. Между ней, Вики и Эфенди никогда не было никаких секретов. Они знали все грязные подробности жизни друг друга с первого дня детского сада. По крайней мере, так думала Люба. Но, с другой стороны, она не должна выносить суждения о чужих тайнах. — Мы держали это в секрете. Мы не хотели ранить чувства Арсения. Не говоря уже о том, чтобы иметь дело со сплетнями в сми и по всему Подмосковью. Люба кивнула. Она уже сама столкнулась с желтушными сплетнями в сми и интернете. И понимала, почему Вики решила сохранить все в тайне. — Так почему же вы двое не остались вместе? — Я порвала с ним. Рома постоянно был очень напряженным и контролирующим. И я просто не могла смириться с тем, что Арсений узнает и пострадает еще больше. — Но он все еще звонит тебе? — До прошлой недели он этого не делал. Я думаю, он услышал о Дамиано. Он всегда надеялся, что после некоторого времени, проведенного в одиночестве я захочу вернуться к нему. — А ты не хочешь? Вики отрицательно покачала головой. — Нет. Я чувствую себя плохо. Я знаю, что мне нужно было порвать с Арсением, и сейчас оглядываясь назад, я осознаю, что просто согласилась быть с Романом, потому что мне было скучно. Я хотела внимания, которое Сеня больше не уделял мне. И в конечном итоге я причинила боль еще большему количеству людей из-за этого. Я должна была быть честной с Арсением и не втягивать в это Рому. Люба сделала еще один глоток кофе, размышляя о словах Вики. Для Любы в них было больше смысла, чем могла подумать ее подруга. Их ситуации были настолько похожи. Вики было скучно в Зеленограде, с парнем оттуда. А Люба не понимала, что ей тоже скучно, пока не отправилась в это путешествие. И хотя мысль о том, чтобы навсегда покинуть Зеленоград, приводила ее в ужас, она все еще не хотела упускать шанс начать другую жизнь. Нико этого не понимал. Вот из-за чего вся эта ситуация, верно? Он не понимал, что она хочет попробовать что-то еще. Он был не слишком обеспокоен тем, что Любе хотелось большего. Расширять горизонты, исследовать жизнь, танцевать эту жизнь! * Его все итак устраивало. Но когда она задумалась об этом, то не была уверена, что так оно и будет. Она попыталась представить себе, как он путешествует с ней по Европе, но не смогла. Она не могла видеть, как он ходит с ней в музеи и осматривает достопримечательности. Ему станет так же скучно, как и ей, и он позволит ей уйти. Он не станет бросать ей вызов. Он не мотивировал ее. Не то чтобы ей было скучно с самим Нико, ей просто нужно было… больше. ************************ — Итан, это что-то не характерное для тебя, брат. Итан захлопнул ноутбук и увидел Дамиано, стоящего перед столиком кафе. Он снисходительно посмотрел на брата в ответ на его угрожающую ухмылку. -Я удивлен, что ты проснулся так рано, Дамиано. Пожалуйста, присядь, брат, и скажи мне, что я сделал, что так обидело тебя, — Итан указал на свободный стул напротив него. Дамиано дернул деревянный стул, его ножки заскрежетали по полу, и этот звук нарушил утреннюю тишину кафе. — Ты обидел не меня, — ответил Дамиано, садясь, — а Любу. При этих словах выражение лица Итана сменилось с раздраженного на озабоченное, — я не уверен, что понимаю о чем ты говоришь. — История о ситуации в баре и о том, что ее чуть не накачали наркотиками. Освещение всех подробностей для сми. Это твоих рук дело. Ты хотел прикрыть меня, но навредил Любе. — Уверяю тебя, ее имя не упоминалось. — Об этом узнали ее знакомые из родного города. Она поссорилась из-за этого со своим парнем. — Понятно, — сказал Итан, — я поговорю с Джорджией о том, чтобы впредь имя Любы не попадало в прессу. — Дело не в этом, Итан. Эта история вообще не должна была просочиться в интернет. Итан отодвинул ноутбук и положил руки на стол, — мне жаль, что ты обижен Дамиано, и я сожалею, что Люба пострадала от всей этой истории, но моя работа-беспокоиться О ТЕБЕ, и прикрывать ТВОЮ задницу. Иногда мне приходится принимать жесткие меры, чтобы защитить то, что мы с тобой построили. Дамиано сердито посмотрел на брата, но знал, что тот прав. Он просто ненавидел даже саму мысль, что все это как-то касалось Любы. По факту, она попала под перекрестный огонь. — Кроме того, — съязвил Итан, — разве тебе не на руку то, что она ссорится со своим парнем? Сердитое выражение лица Дамиано немного смягчилось, — я думал, ты этого не одобряешь. — А я и не одобряю, — сказал Итан, поднося к губам изящную чашку с эспрессо, — ты занят, и она слишком хороша для тебя. Дамиано усмехнулся. Даже незначительные оскорбления Итана не могли задеть его в то утро. Он был в слишком хорошем настроении с прошлой ночи. Он лег спать, поглощенный мыслями о Любе и их ночной беседе в банкетном зале. То, как она целовала его. То, как ее белая кожа светилась в темноте. То, как ее тело ощущалось в его руках в течение этих нескольких коротких прикосновений. Даже холодный душ, который он принял, вернувшись в свою комнату, не развеял его мыслей и легкого сожаления о том, что не последовал за ее желаниями, когда она предложила ему то, чего он ждал уже несколько последних недель. Однако во всем этом было что-то хорошее. Он знал, что дальше с Любой все пойдет более гладко. Она больше не могла отрицать, что ее влечет к нему. Ему просто нужно было, чтобы она призналась в этом, когда не будет пьяна. Ее попытка соблазнить его раскрыла ее истинные желания. И ей бы удалось задуманное, если бы в этот момент он не почувствовал необходимость поступить по совести. Господи, да что с ним происходит? Прямо праведник во плоти. — У меня есть хорошие новости, — сказал Итан, отрывая Дамиано от его размышлений. — Наши представления о хороших новостях обычно расходятся, — пробормотал Дамиано, заказывая себе Эспрессо, когда официантка поспешила к их столику. — Мы немного изменили наш график поездок. Завтра мы едем в Рим, — сказал ему Итан. Дамиано склонил голову набок, — в Рим? — Да. Я пригласил Вики и остальных пожить у нас дома, вместе с нами. Дамиано улыбнулся. — И мы увидим Викторию? -И мы увидим Викторию, — ответил Итанс улыбкой, которая была зеркальным отражением улыбки Дамиано. Настроение Дамиано поднялось еще выше. Он не мог дождаться, когда увидит свою младшую сестренку. Уже несколько месяцев они общались только по средствам телефонных звонков и электронных писем. Без сомнения, она даст ему пощечину, как только увидит его, в знак мести за то, что он пропустил ее последнее шоу в Вест-Энде. Но выпросить прощение у нее было всегда просто. Нужно было несколько улыбок и подарков. — Ладно, я ухожу, через пятнадцать минут у меня совещание с Джорджией, — сказал Итан, вставая и бросая на стол несколько банкнот. — Вы двое так это называете? — язвительно заметил Дамиано, зная, что Итан терпеть не может, когда его дразнят, особенно по поводу секса. Итан только усмехнулся и покачал головой, — скажи, Любе понравился вчерашний фортепианный концерт? Итан с ухмылкой порадовался своей остроумной маленькой подколке, а закатывание глаз Дамиано подтвердили, что он этого не ожидал. Конечно, Итан уже знал: он всегда все знал. ************************ Стараясь избегать встречи с Дамиано, Люба целый день проводила вне отеля, осматривая достопримечательности Мадрида. Одним из последних к посещению мест был замок Мансанарес-эль-Реал. она никогда раньше не бывыла в замке. Люба заплатила за экскурсию и внимательно слушала, как гид водит их из комнаты в комнату, рассказывая об истории Испании и замка. В глубине души она не могла не думать о том, что сказал бы Дамиано обо всем этом. Он, наверное, нашептывал бы ей на ухо, какой идиот этот экскурсовод и что из него получится гораздо лучший гид. Потом он бы, вероятно, прибегнул к какому-нибудь сексуальному намеку насчет того, чтобы устроить ей частную экскурсию или что-то в этом роде. Она хихикнула вслух при этой мысли, как будто он был рядом с ней. Женщина рядом с ней нахмурилась, и Люба пробормотала извинения. Незадолго до заката она добралась до собора Альмудена. Это была церковь, но Люба уже начинала ценить готическую красоту соборов. Она бродила между скамьями, слушая музыку и историю этого места в наушниках, глядя на массивные картины, висевшие в воздухе под потолком. Она поднялась на крышу Кафедрального собора. Это было что-то, о чем она читала в своем путеводителе. Она прогуливалась по крыше, музыка плыла через наушники, создавая идеальный саундтрек к этому моменту. Вид между огромными шпилями был туманным, как далекий сон, но она все еще могла видеть огромное пространство города с того места, где стояла. Темно-синее небо, пурпурный закат, а внизу здания светились желтым. Это была захватывающая дух цветовая гамма, такая ослепительная и яркая. Наверху, на крыше, с ветром в волосах и городом внизу, Люба чувствовала, что этот момент был нарисован только для нее; все это было действительно удивительно, и она никогда не увидит ничего подобного больше нигде на планете. Она зевнула и поняла, что ей, наверное, пора возвращаться. Вики упомянула, что на следующий день они отправятся в Рим, что несколько изменило первоначальные планы. Это означало, что они проведут меньше времени в Париже, который должен был стать их следующей остановкой, но Люба была очень счастлива, что получится еще увидеть и Рим. *********************** Люба подавила очередной зевок и открыла дверь своего номера. Что-то хрустнуло под ее ногой, когда она вошла в дверь, и, бросив взгляд вниз, она заметила сложенный листок бумаги на полу под своим кроссовком. Закрыв за собой дверь, она взяла сверток и бросила рюкзак на кровать. В кремовом листке бумаги, который она держала в руке, было что-то очень знакомое. Что-то, что заставляло ее не хотеть открывать его и смотреть на то, что было внутри. Но она все равно открыла его, и это было именно то, что она ожидала. Еще один рисунок. На этот раз рояль, который выглядел точно так же, как и тот, перед которым она сидела прошлой ночью. В верхней части рисунка были нарисованы только ее глаза, выглядывающие из-под длинных густых ресниц. Глаза были прищурены и чувственны. Она снова уставилась на свое отражение, не в силах поверить, что выглядит именно так. Что кто-то может видеть ее такой. Под рисунком была надпись. «Ты не можешь избегать меня вечно, bambino carino». Ну, формально он был прав, подумала она. Она не могла избегать его вечно, потому что они не собирались жить вечно. Она улыбнулась собственной шутке и сунула листок в сумку, положив его между страницами путеводителя, чтобы он не помялся. Точно так же, как она поступила с другим рисунком, который он ей подарил. ************************ — Братья! — воскликнула рыжеволосая девушка, обнимая Итана и Дамиано. Они вдвоем прижали ее к себе, Дамиано слегка приподнял ее над землей и обнял в ответ. Люба и Вики смотрели, как они стоят на ступеньках огромного дома. Они с Любой переминались с ноги на ногу, и Вики посмотрела на свой телефон, как будто там было что-то важное, но на самом деле нет. Обе девочки чувствовали себя немного неловко, как будто они вторглись во что-то семейно-интимное. Люба воспользовалась моментом, чтобы взглянуть на дом, осматривая его снаружи. Он был очень большой. Больше, чем старые, неуклюжие особняки в Зеленограде и даже на Рублевке. Виктория жила в этом доме одна, с тех пор, как их родители умерли. Это была еще одна вещь, которую Люба узнала по дороге в Рим. Она болтала с Вики, которая узнала от Итана кое-что из их семейной истории. Их мать Кьяра умерла от рака, а отец Алонзо скончался несколько лет назад. И Виктория теперь жила в их семейном доме, который принадлежал их роду на протяжении многих поколений. Он выглядел старым. Люба представила себе, как Джейн Остин использовала этот дом в качестве источника вдохновения для одного из своих романов. — Мне следовало бы на тебя злиться. На вас обоих, — сказала Виктория, когда они вошли в дом. Они прошли через фойе, где их ждала величественная лестница. Люба изумленно уставилась на громаду дома. Казалось, что здесь слишком много места для одной девушки. — Ты полностью пропустил мое последнее шоу, — продолжала она упрекать, — даже после того, как оно было продлено еще на два месяца. — Прошу прощения, сестра, — ответил Дамиано, — я уверен, что смогу загладить свою вину. — Ты можешь попробовать, — сказала она, — хотя я слышала, что ты выбил зубы Томасу Раджи в Испании. — Нууу, — вмешался Итан, — это не совсем так. — Жаль, что меня не было рядом, — сказала Виктория, — я хотела бы сделать это сама. — Виктория встречалась с Томасом почти два года. Они были практически помолвлены, пока она не порвала с ним, потому что узнала, что он спит с поклонницами, — сказал Итан. Люба и Вики задумчиво переглядывались над комментариями Виктории, когда она наконец заметила их присутствие позади своих братьев. — Я вижу, вы привезли…компанию, — ее слова были пропитаны явным презрением, холодный взгляд наполнил теплую семейную атмосферу, которая окружала их минуту назад, льдом. Вики откашлялась, шагнула вперед первой, протянув руку, — привет, мы с тобой почти тезки Я Вики де А… — Я знаю, кто ты, — ответила Виктория с сахарной улыбкой, — а ты? — обращение было направлено Любе. -Люба. Терлецкая. — Кажется, я никогда о тебе не слышала, — сказала Виктория. Либо Виктория была не очень хорошей актрисой, либо она даже не пыталась притворяться вежливой с ними обеими. — М-м-м, я не знаю, с чего бы ты могла слышать обо мне, — пожала плечами Люба, по крайней мере, стараясь, снять напряжение своим дружелюбным настроем. — Люба, ты актриса? Или может певица? — Как насчет того, чтобы отложить допрос на потом, — перебил Дамиано, вставая перед сестрой, — по крайней мере, дай нам хотя бы время чтобы разместиться по комнатам. Вики и Люба сидели у бассейна, наслаждаясь днем в итальянском особняке семьи Давид. Как оказалось, Виктория жила там не одна. Не совсем. Она жила с небольшим штатом горничных и дворецкого, один из которых подавал девочкам лимонад и закуски, пока они грелись на шезлонгах. Люба улыбнулась и поблагодарила пожилого мужчину. Она не привыкла, чтобы ей прислуживали вот так, буквально порхая вокруг. Это даже казалось ей странным. Прошло довольно много времени с тех пор, как она получила возможность расслабиться и посплетничать с Вики, это был хороший перерыв от шума и звездной суеты. Итан рассказал ей несколько очень пикантных семейных историй. Например, вся эта грязная история между Викторией и Томасом Раджи. Это был настоящий скандал, Томас пытался жениться на Виктория из-за ее денег, это все было похоже на бразильскую мыльную оперу в реальности. Когда они расстались, Виктория почувствовала, что ее репутация настолько запятнана, что она сбежала на юг Франции и пробыла там три месяца, пока не появился новый источник позора, и все забыли о ее несчастье. — Никогда не думала, что Итан такой король сплетен, — пошутила Люба, делая глоток розового лимонада. Он был свежим и прекрасным, наполовину сладким, наполовину кислым. — С ним легко разговаривать, когда узнаешь его получше, — ответила Вики, — ты разговаривал с Нико после той ночи? Люба вздохнула. Нет. Если быть честной, то звонок Нико вылетел у нее из головы. — Не знаю, прав ли он. Может, он и прав. Может быть, мне стоит просто повидаться с ним, когда я вернусь в Подмосковье. Я не знаю, можно ли решить этот вопрос по телефону, — уклончиво ответила Люба. — Нико любит тебя, — заверила ее Вики, — на эмоциях он мог сказать, что не будет ждать тебя, но мы же все знаем — он будет ждать. — Может быть, -пробормотала Люба, — будучи подростком он был настоящим кобелем, если ты помнишь, — она рассмеялась. Он охотился за чем угодно с сиськами. Но к тому времени, когда Люба начала встречаться с ним, она уже не беспокоилась о том, что Нико ей изменит. Она доверяла ему. Жаль, что она не заслужила такого доверия. Это Люба целовалась с другим, пока ее парень был далеко. Или бывший парень. Технически. — Эй, — сказала Вики, заметив, что подруга нахмурилась, — тебе не о чем беспокоиться, я обещаю. Вы двое справитесь. Люба слабо улыбнулась ей. Вики все еще не знала о Дамиано. Люба хотела ей рассказать. Ей нужен был совет подруги. Любе удавалось успешно избегать его в течение большей части двух дней, но она знала, что время идет. Он не отпустит ее надолго. Накануне, оставшись одна, она как влюбленная школьница, безостановочно думала о нем, прокручивая в голове раз за разом все, что он делал и говорил. Но это означало только одно, что внутри ей было очень плохо. Она не хотела, чтобы так было. Но по какой-то причине она не могла избавиться от ощущения, что ее чувства к Дамиано могут закончиться только разбитым сердцем. Люба откашлялась. — Вик…