Блеск

Голова очередного демона отлетела в сторону. Их оказалось больше, чем ожидалось, но это никак не помешало выполнять свою задачу быстро и четко. Демоны прыгали со всех сторон, Сяо стоял на одном месте и умело вертел оружием, отбивая атаки или протыкая порчу насквозь. Под ногами от агрессивной схватки образовалась небольшая яма. Из темноты появилось двое очередных демонов, кинулись спереди, выставляя когти перед собой. Адепт изящно наклонился вперед, с одной ноги отпрыгнул назад, взмахом копья откинул нападавших, создав поток воздуха, не позволявший монстрам подходить ближе. Кажется, они последние. Поток рассеялся, первый прыгнул. Сяо сел и вскинул копье острием вверх, протыкая демона в самое сердце. Второй, не давая передышки, бросился прямо в лицо. Якса резким движением сорвал кинжал с пояса, замахнулся и со всей силы вонзил лезвие в голову демона. Послышался хруст костей, монстр тяжело упал на землю. Сяо упал на колени, нужно восстановить дыхание. Накрапывал мелкий дождь. Поднял лицо к небу, получая охлаждение. Сзади послышался бешеный рык и нарастающий топот. Сяо, даже не оглянувшись, движением руки направил магией копье в сторону звука, в ответ послышался скулеж и скрип. Этот точно последний. Якса медленно встал на первую ногу, потом на вторую. Нужно убрать трупы. Он неторопливо, по вспаханному когтями полю битвы, рассеивал порчу Анемо стихией. На следующую ночь нужно наведаться в руины возле Разлома… Сяо максимально старался не думать о произошедшем в пещере. Он действительно не понял мотивов Итэра, зачем тот полез к нему и делал странные… вещи. Но хоть он и не разбирался в человеческих взаимоотношениях, но было несложно понять, что это было сделано не просто так, для чего-то это было предпринято специально. Но Сяо не знал, для чего. Он часто видел, как люди обнимаются во время встречи или во время совместного времяпровождения, и этот жест обычно сопровождался светящейся широкой улыбкой. Но этот жест имел так много значений. Он также видел, как люди могут плакать после объятий. Непонятно. Сяо тогда хотел спросить напрямую, не усложняя ситуацию, но посмотрев тогда на выражение лица Итэра… Даже до Адепта дошло, что лучше не спрашивать, все равно не ответит. Якса не почувствовал отвращения или приятных ощущений, он, можно сказать, испугался — к нему так никто никогда не прикасался. Это было очень смешно на самом деле. Адепт столько раз был на волоске от гибели, но в те разы он не чувствовал страха. Столько раз получал бессмысленные и жестокие наказания, но и в те моменты страха не было. Потому что было понятно, что происходит, что предположительно должно произойти дальше. А здесь… Сяо решил не думать об этом и не разбираться с этой ситуацией сейчас. Какая разница, что хотел от него смертный? Сейчас есть только одна задача — нужно избавиться от злосчастной энергии, не больше. Дождь усиливался, намачивая только-только подсохшую одежду.

***

На следующий день Итэр чуть ли не буквально потащил Сяо к мадам Пин, приговаривая, что та — старый и мудрый Адепт, которая обязательно поможет им с их ситуацией. Сяо только фыркал в ответ, но в конце концов согласился. Может, у нее действительно будет полезная информация. После небольшого ночного дождя небо затянулось светло-серыми облаками. Итэр выглядел как обычно — дружелюбным и спокойным. Может, только, стал реже смотреть в лицо и глаза Сяо при диалоге. Сейчас они прогуливались по порту, шли сюда вместе от самой главной площади, Путешественник почему-то захотел пройтись здесь вдвоем. Благо, сегодня людей было немного и в основном взрослые. Некоторые удивленно оборачивались, но с сомнением на лице возвращались к своим делам. Сяо начинал потихоньку "привыкать" к энергии Итэра. Он никогда не сможет справиться с дрожью, тошнотой и тяжестью, но на расстоянии в два шага от Путешественника чувствовал себя сносно. Итэр что-то рассказывал про свои приключения, про неудачный поход с Беннетом в руины, про выслеживание «привидения» с Чунь Юнем, про встречу с огромным белым волком в Вольфендоме. Во время рассказов тот много смеялся и прикрывал рот рукой. Сяо слушал, не перебивая и ничего не говоря в ответ, лишь иногда хмыкая про себя и оглядываясь по сторонам. Ведь перебивать считалось невежливым. — О, смотри, там мороженное! Ты когда-нибудь ел мороженое? Оно похоже чем-то на миндальный тофу. Путешественник целенаправленно направился к ларьку с мороженым. Якса молча и неспешно последовал за ним, все равно время еще есть. И в конце концов, сравнение с миндальным тофу все-таки немного заинтриговало. Пока парень что-то обсуждал с продавцом, Сяо расслабленно стоял в стороне в тени от высокого ларька. Прикрыв глаза, слушал мерный шелест морских волн и крик птиц. Все-таки в порту спокойнее, чем в центре… — Обычно его едят в солнечную погоду, но сейчас тоже подойдет, — Итэр протянул Сяо мороженное бежевого цвета на палочке. У него было такое же. — Оно со вкусом миндаля, ха-ха. — Широко улыбнулся. Якса неуверенно взял из рук угощение, они двинулись дальше, сохраняя расстояние. Сяо не понимал, как это есть, и какое-то время просто смотрел на морозные узоры, уссеивающее угощение. — Ты почему не ешь? Слишком холодное? Его нужно просто откусывать маленькими кусочками. Смотри, а то растает, — Итэр снова включил режим няньки. Мороженное действительно начало таять, холодные струйки потекли по руке Адепта, создавая неприятные ощущения и мурашки. Сяо откусил, на губах осталась освежающая влага. Да, Итэр был прав, напоминает миндальный тофу, только холоднее и тверже. Еда как еда. Но помогает нормализовать температуру тела во время жаркой погоды. Удобно. Но не более. Так они и шли до бабушки-адепта, уничтожая сладость. Итэр также рассказывал что-то забавное и совсем не смущался молчанию «собеседника». Раз Сяо не возражал и не просил замолчать, то почему бы и не поделиться опытом. — Здравствуйте, Мадам Пин! Мы к вам за советом, — приветственно улыбнулся Итэр и с почтением поклонился. — Здравствуй, сыночек, а кто это с тобой? Неужто Алатус? — старушка выглядела очень располагающе. — Кто? — Итэр стал недоуменно оглядываться по сторонам. — Я — Сяо, — Адепт стоял немного в отдалении и не собирался активно участвовать в диалоге. — А-а, прости мне мою старую голову, Ся-яо. С какими вестями пришли? — старушка повернулась к Путешественнику, правильно предположив, что он будет вести диалог. — Мадам Пин, вы разве не видите, — Итэр отошел на шаг и раскинул руки, демонстрируя себя. Старушка прищурилась и поправила очки. — О-о-о, давненько я такого не видела. Это энергия Двалина, пораженная порчей. Но сейчас наш дракоша в добром здравии, так откуда это на тебе? — Ох, долгая история, Мадам Пин. Лучше скажите, можно ли это как-то убрать, — почесал затылок и опустил взгляд Итэр. — Пожалуйста. Сяо молча наблюдал за диалогом, как вдруг голоса отошли на второй план. В голове все поплыло, в желудке начало мутить, ногам стало тяжело держать вес Адепта. Но почему? Итэр на нормальном от него расстоянии. Так что происх… Вдруг Сяо увидел Иваныча. Тот спокойно проходил мимо, держа в руках стопку бумаг в руках. И все бы ничего, только… От Иваныча тоже исходила энергия. Она была явно слабже и ощущалась слабже. Но она ЕСТЬ, и это, мягко говоря, реальная проблема. Это ужасно, мягко говоря! Сяо видел, как Итэр вчера пожимал руку Иванычу в знак завершенного контракта. Значит, энергия распространяется через обычное касание? А вдруг еще кто-то заразился? Все закружилось и поплыло. — Сяо, ты в порядке? — будто из под водной глади донесся знакомый голос. Он вздрогнул и повернулся к мадам Пин. Та тоже заметила явление, которое так напрягло Яксу и нахмурилась. — Эй, что происходит? Объясните — Итэр начал паниковать, не понимая, что так взволновало Адептов. Этого еще не хватало. — Как бы сказать, дорогуша… — заколебалась старушка, стараясь сформировать объяснение как можно мягче. — Ты кого-то еще касался кроме меня и Иваныча? — Итэр смутился на такой прямой вопрос от Адепта, но отрицательно покачал головой. — Иваныч заразился энергией от тебя. — Ч-что?! — зрачки Итэра сузились до точки, он схватился руками за голову и неверяще, с надеждой, посмотрел на старушку. Та только грустно вздохнула и покачала головой. Сяо сжал руки в кулаки так, что те заболели. Надо срочно убрать эту заразу. Даже если придется убить Итэра. Ибо это уже действительно не смешно. Его кто-то мог коснуться и в толпе… Да он тут весь город под землю положит. — Дорогуша, возьми себя в руки. Ситуация не воодушевляющая, но у меня есть одна идея. Попробуй сейчас сконцентрироваться на своей стихии Гео и высвободить ее. Еще раз — максимально сконцентрируйся на Гео. Надо понять, как сейчас работают твои элементы. Кисти рук человека мелко подрагивали, в уголках глаз скопилась влага, но все-таки он согласно и твердо кивнул. Сяо подошел ближе, чтобы лучше видеть процесс и потоки энергии в Путешественнике, стараясь игнорировать дрожь в теле. Итэр повернулся лицом к Яксе и старушке, выставил перед собой руки ладонями вверх, напряг их. Но ничего не произошло. Молчание. — Ох, попробуй еще раз, сыночек. Итэр снова кивнул, закусил в волнении губу. Впился взглядом в свои ладони, покрытые тканью перчаток, в их текстуру. Полная концентрация. Регулирование потоков. Камень, камень, камень… Нужно просто создать камушек, он это делал сто раз и до этого. И… В воздух взмыл жар птицей огромный поток огня, обдавая всех пеклом и страхом. Троица перепугалась и попятилась назад каждый в свою сторону. Итэр от неожиданности вскрикнул, где-то послышался плач ребенка. Огонь продолжал валить, вся площадка стала постепенно наполняться черным дымом. Языки пламени, как хлыстом, обжарили руку Сяо, которую тот выдвинул перед собой для защиты лица. Больно. — Стой, стой, обратно! Уйди! — Путешественник в панике стал дуть на руки, трясти ими. Огонь начал ослабевать, повинуясь воле хозяина, пока совсем не исчез. — Что это было?! Мадам Пин, Сяо, вы в порядке? Я не специально, честно! — Ох, дорогуша, ну ты и отжарил… Благо, со мной все в порядке. — Ответила она, отряхиваясь. — А С-сяо? Дым чуть развеялся, и Итэр увидел, как Адепт наполненными ненавистью глазами смотрит на свою изуродованную руку. Кроме руки почти вся правая щека также была обожжена, кожа обуглилась, покрылась волдырями, она будто еще шипела. — С-Сяо! — Путешественник побежал к раненному, из глаз полились неконтролируемые слезы. Но тот гневно посмотрел на виновника и прыгнул куда-то ввысь диким зверем. Итэр проследил взглядом, но солнце ударило в глаза, он зажмурился и упустил темную фигуру из вида. Сяо исчез. Прошло несколько тяжелых секунд. Итэр в голове активно составлял картину происходящего, и она совсем не радовала. Он повернулся к Мадам Пин. — С вами точно все в порядке? — Нет, нет, обо мне не беспокойся. Лучше позаботься о своем дружке. Я видела, как он в последний момент успел создать защитный поток воздуха, но он вышел не крепкий. Но он поправится, обещаю, и не такое переживал, но это было действительно невероятно! У меня есть идейка как вернуть тебя в норму, но лучше поговори об этом со своим дружком, будет повод для разговора и извинишься заодно. Думаю, он сам догадался, как исправить твою ситуацию. Только если вековая злость не поглотила его… — старушка поправила ожерелье на шее. Выглядела она абсолютно спокойно. Итэр с пустым взглядом кивнул, даже не поняв смысла последних слов старушки и пошел, сам не зная куда. Куда-то. Он даже не поблагодарил Мадам Пин, настолько он был сейчас шокирован. Опять. Опять он навредил Сяо. Он постоянно ему вредит. На плечах лежал огромный груз чувства вины, переплетенный с сокрытыми и непонятными никому другими сложными чувствами без названия. Он постоянно лажает перед ним, путается под ногами и приносит одни проблемы. Почему он ошибается только перед тем единственным, от кого хочет получить искреннее одобрение? Впереди показалась Паймон которая ждала его возвращения возле входа в гостиную, ее лицо при виде друга стало обеспокоенным: — Итэр! Все прошло удачно? — Паймон сопроводила взглядом друга, который проигнорировал ее и прошел мимо. Фея уже хотела возмутиться и окрикнуть, но Путешественник остановился сам, сказал, что с ним все в порядке, но эксперимент прошел не очень удачно и сейчас ему нужно отдохнуть. Подруга удивленно наклонила голову набок, но ничего не сказала. Ей не нравилось, что ее друг выглядел все хуже и хуже после каждой встречи с Сяо.

***

Архонты, он и не помнил, когда в последний раз получал такие ожоги. Благо задело только руку и немного щеку. Но шрамы останутся надолго… Стояла ночь. Сяо в укромной пещере, шипя сквозь зубы, наносил на раны крем собственного приготовления, запасенный на подобные случаи. Поврежденные щека и левая рука в месте, где не покрывала перчатка, излучали жар и неистово ныли. Броня на руке была повреждена, пришлось ее снять. Цвет кожи пугал. Ранивший огонь был необычен, непохожим на огонь костра, более ядовитый. Сяо знал, что Путешественник сделал это не специально. Но это уже никуда не лезло, нужно было убить носителя порчи прямо сегодня и прямо сейчас, без размышлений, так будет проще. Итэр уже не человек, в нем практически нет энергии, нормальной для человека. Аккуратно перевязав руку бинтами и наложив на щеку повязку, он уверенно вышел из пещеры и растворился в темном небе. Найти гостиницу Итэра и окна его комнаты было несложно, нужно было просто следовать по следам темной энергии. Рука болела, что могло помешать осуществлению плана. На улице никого не было, дул прохладный ветер. Небо было абсолютно черным. Сяо бесшумно распахнул нужное окно в спальню. Лучше сделать это во время сна, быстро и без мучений. Окно было на третьем этаже, приоткрыто для проветривания. Адепт змеей заполз внутрь темного помещения. Это был стандартный трехкомнатный номер, комнаты были очень маленькими. Напротив стены с окном лежала кровать со спящим смертным. Якса коснулся рукой поврежденной щеки. На языке еще оставался привкус миндального мороженого. В памяти всплыл момент в пещере; тот день, когда Итэр помогал ему попасть в сон мошенника; как они бились плечом к плечу. Нет, сомнения сейчас не должны мешать, ведь он проделывал это уже тысячу раз. Убийство во благо городу. Он подошел вплотную к кровати. Паймон, похоже, спала в другой комнате. Чем она будет заниматься без своего Путешественника? Без разницы. Он в последний раз оглянулся и посмотрел на полную луну, которая скоро должна окраситься в красный. В какой-то книге он прочел про эту метафору. Еще раз с ног до головы осмотрел Итэра. Тот беспокойно спал в обнимку с подушкой, съежившись в комок. Был одет в желтую пижаму. Волосы были распущены — выглядело очень непривычно, но, наверное, его волосы, раскинувшиеся как волны моря из порта, можно было назвать красивыми. Хватит колебаться. Прощай, нянька-Итэр. Сяо залез на кровать, встал над спящим, как Смерть С Косой из детских книжек. Дрожащими руками поднял копье. Резко и решительно его опустил. Сопротивление. Щит? Нет. Энергия. Энергия защищала своего носителя, образовав вокруг того защитный купол. Опять все пошло не по плану. Сяо ударил еще раз, раздался только глухой звук. Твердая поверхность не позволила навредить, темная аура витала вокруг человека, как барьер. Итэр проснулся из-за шума, сонно открыл глаза, но при виде нависшего над ним разъяренного Яксы дернулся и в шоке осмотрел гостя. Тот ударил еще раз, прямо туда, где должно быть сердце. Бесполезно. Человек в страхе и от неожиданности вскрикнул из-за близкого удара, сел на кровати. Быстро понял, что к чему, и запаниковал: — Сяо, прекрати! Нужно было закончить начатое. Он разобьет этот несчастный щит! Якса начал хлестать короткими и сильными ударами в место возле сердца. Итэр чувствовал волны силы на своем теле от ударов. Было очень страшно, мозг не мог понять, что нужно предпринять. — Сяо! Не надо! — Итэр поднял руки, направляя их в сторону раздосадованного Адепта. — Мы сможем все уладить, но не так. Я хочу жить, пожалуйста, — голос Путешественника дрогнул, из глаз полились крупные слезы, они блестели на свете луны. Еще один точный удар. Бесполезно. Итэр сел, выставил руки за пределы барьера и поймал ладонями острие копья, когда то на секунду остановилось в воздухе. Руки без перчаток мгновенно обагровели, на белоснежное одеяло начала капать темная жидкость. — Перестань, — Итэр широко и грустно улыбнулся, слезы продолжали лить, некоторые слова были неразборчивы из-за всхлипов. — Даже если я и позволю себя убить, то это не позволит сделать энергия. Пожалуйста… Сяо остановил серию ударов. Отрубать руки было бессмысленно. Либо убить, либо оставить в живых, калечить было бы глупым поступком. Он отозвал оружие, упал на колени на кровать, ссутулился. Он чувствовал себя ужасно, чувство провала медленно затапливало. — С-сяо… Итэр аккуратно подполз к Адепту. Его волосы растеклись по всей кровати пшеничным полем. Еще хныкающий и не отошедший от шока, взял руки Адепта в свои. Порезы к счастью были неглубокими и должны были уже скоро начать заживать, но теперь у обоих руки были перепачканы. — Сяо, поверь, я сделаю все возможное, чтобы… Я не буду ни к кому прикасаться, я прочту всю литературу со всех уголков Моншдата и Ли Юэ в поисках информации. Честно. Итэр переплел свои ноги с ногами Сяо, они сидели практически вплотную друг к другу. Единственным освещением служила луна, которая теперь ни в коем случае не должна окраситься в красный. Было жарко из-за закрытого окна и множества одеял и подушек. Волосы липли к шее, оба глубоко дышали через нос после физической и моральной усталости. — Я хочу жить, Сяо. Мне еще нужно столько всего сделать, понимаешь? А ты чуть не оборвал все мои планы, ха-ха… — Кажется, у него начинается истерика. Сердце громко стучало, кажется, ее стук был слышен во всей комнате. Итэр чувствовал, что задыхается от переполняемой тревоги. Его только что чуть не убили, но волновало почему-то совсем не это. Он легонько взял и положил холодные ладони Сяо на свои влажные щеки. Тот не реагировал на прикосновения, только пристально смотрел в глаза Путешественника, тело было напряжено. Взгляд был уже без былой решительности и ярости, но в то же время они не были наполнены чистым спокойствием, как обычно. Взгляд Итэра лег на забинтованную руку и щеку. — Да, я не успел извиниться за тот раз. Но мои извинения не помогут, так? Тебе они не помогут… — Итэр в отчаянии сгорбился и положил лоб на плечо Сяо. — О, Архонты, прости меня, пожалуйста. Я все же должен извиниться. Люди всегда извиняются за свои плохие поступки. Прости, я ужасный человек, и, возможно, заслужил твоей кары, но... Он повозил лбом по плечу, ища более удобное положение. Свои руки положил на его плечи. Сгорбленная поза кричала о смирении и усталости.  — Можешь не отвечать. Я действительно виноват перед тобой и Иванычем, и понимаю свои ошибки. Но я должен искупить их. И я чувствую, как ты сейчас дрожишь из-за моей ужасной энергии. Прости за это тоже, тебе сейчас, должно быть, отвратительно находиться рядом со мной. Но я не хочу тебя отпускать сейчас, извини, извини… Глаза снова налились влагой, он продолжал свой монолог. Хотелось выговориться, прояснить свои чувства, объяснить их, как-то заполнить напряженную тишину. И извиниться. Никто не понимал толком, что происходит у обоих в сжавшихся сердцах. Голова кружится, непонятно от чего конкретно. В глазах танцевали черные звездочки. Неожиданно Итэр почувствовал касание в области спины и вздрогнул. Неужели… Сяо неуверенно обнял парня, обмотав руками, как веревкой, но стараясь не прикасаться больной рукой. — Так должны отвечать люди на извинения? — уже будто родным хриплым и не совсем ровным голосом спросил Адепт. Слезы полились с новой силой. — Ха-ха, да, так гораздо лучше. И прости, что залил всю твою одежду своими соплями, а-ха-хах… Сяо ничего не ответил. Так они просидели очень долго, не сказав ни слова. За это время никто из них не переставал дрожать.