Дождь в Запретном лесу.

Туземец подошёл почти вплотную и обошёл волшебников вокруг. — Вы говорите по-английски? — без надежды спросил его Снейп, тот бросил в ответ что-то нечленораздельное и быстро заговорил на своём языке с остальными участниками группы. Он приблизился к Гермионе, смерил её взглядом и потянул из её рук мантию, но девушка не отдала. Северус подвинул студентку и встал между ней и туземцем. Свою мантию он вообще оставил в палатке, и весь багаж сводился к сложенному куску серебристой ткани, висевшему на поясе. Туземец внимательно смотрел на Снейпа, зельевар был выше больше чем на голову. Северус помолчал, потом снова спросил: — Кто из вас может говорить с нами? Теперь в группе стоявших поодаль местных жителей начались переговоры. Стоявший возле волшебников показал на ожерелье из клыков у себя на шее, видимо, оно указывало на его статус, и резко дёрнул за ворот рубашку Снейпа. Не увидев ничего на его шее, он махнул остальным. — Чего вам нужно? — опомнилась Гермиона. — Мы не понимаем вас, нам нужен кто-то, кто сможет перевести! Девушка вышла вперёд, туземец заинтересованно её оглядывал. Он снова попытался отобрать мантию. — Нет, — медленно и твёрдо произнёс Снейп, взгляд его был очень выразительным, и Гермиона подумала о невербальной магии. Но на туземца это не подействовало. Он взял Гермиону за руку и потянул к своим. — Нет, — повторил Снейп громче, он подошёл, африканец отпустил девушку, и профессор сразу задвинул её себе за спину. Он как можно выразительнее показал на Гермиону, потом на себя. Жестами он попробовал показать, что они направляются в деревню, Гермиона снова вышла вперёд. — Мисс Грэйнджер, — тихо пояснил Снейп для неё, — у таких народов не принято, чтобы женщины вообще имели голос… Ей пришлось снова встать чуть поодаль. Туземец показал на копьё, потом на Снейпа. Кажется, он спрашивал, нет ли у профессора оружия. Снейп вывернул пустой карман брюк. Африканцы пошли впереди, громко и непонятно переговариваясь, но следили, чтобы их случайные гости не отставали, махали руками, показывая на деревню. — Как вы думаете, они хотят взять нас в плен? — поморщилась Гермиона, поймав на себе очередной взгляд туземца. — Надеюсь, они не каннибалы? — Здесь это не должно быть распространено. Скорее, нас ведут к вождю, чтобы там уже разобраться. Может, он и язык знает. — И всё-таки, они слегка… дикие. — Если это магическая часть страны, тогда здесь может быть всё, как в древности. Или просто глухая местность, — Северус видел, что впереди им навстречу уже собралось, наверно, всё население. — Мантию наденьте, чтобы не отняли, — сказал он девушке. Гермиона остановилась рядом с профессором, они ждали, пока пришедшие с ними охотники расскажут всё остальным, ловили на себе удивлённые изучающие взгляды, потом, как и сказал Снейп, вышел старейшина. Щуплый старичок с длинной узкой бородкой, испачканной в глине, на гладком загорелом лице; в набедренной повязке из листьев, начинавшейся не на поясе, а сразу под рёбрами. Покрытую глубокими шрамами грудь украшали три ряда ожерелья из клыков и когтей, длинные волосы были замазаны белой глиной и связаны в хвост на затылке. Он посмотрел на путников и произнёс целую речь. — Печально, — в пустоту ответил Снейп. — Цивилизация в виде английского языка сюда не дошла. Зельевар чуть поклонился. Предположив, что это было приветствие, старейшина указал ему на большое кострище в стороне. — Может, раз делать здесь нечего, просто пойдём дальше? — спросил Снейп у Гермионы. — Можно, конечно, — но в словах девушки сквозило робкое сожаление и интерес к местным жителям. — А может, у них есть буйволы? — Интересная мысль, — Северус присел и пальцем нарисовал на песке быка. Охотники сразу оживились и заговорили на своём наречии. Главный из них подошёл к старейшине, долго говорил с ним, показывая на Снейпа, поднимая своё ожерелье. Другие снова попытались снять с Гермионы мантию. Один, самый решительный, потащил девушку в сторону хижин, Гермиона вырвалась и быстро вернулась к Снейпу. — Наверно, лучше и правда уйти, — голос её чуть дрогнул. Снейп снова показал туземцам на девушку, потом на себя. Он застегнул на ней мантию, чтобы было ясно, что снять её не получится. Они показали на рукав его рубашки. — Может, им просто захотелось гардероб пополнить? — фыркнул Снейп, снимая одеяние. — Пусть оставят на память. Он бросил рубашку самому настойчивому туземцу, но их взгляды уже были прикованы к его чёрной метке. Главный охотник схватил руку Снейпа, вглядываясь в рисунок, потом отошёл, почти с трепетом говоря что-то соплеменникам. Старейшина прищурился. Он подошёл к Снейпу и поднял вверх его левую руку. Племя неожиданно поклонилось гостям, Гермиона только сейчас заметила женщин с детьми разного возраста — они стояли группой за ближней хижиной и старались не показываться оттуда. Туземцы внимательно оглядели шрамы Снейпа, охотник протянул ему копьё, профессор взял оружие. Но другой охотник опять потащил Гермиону к хижинам, Снейп встал между ними, взглядом обратившись к старейшине. Тот указал на дальнюю небольшую хижину, расположенную прямо у кромки редкого леса. Охотники повели Снейпа к хижине, а Гермиону снова отдельно — к остальным женщинам. Но Снейп, устав объясняться жестами, поднял девушку и закинул себе на плечо. — Надеюсь, вы не возражаете, мисс Грэйнджер, — с насмешкой уточнил он. — Иначе до них не доходит. В хижине не было двери, круглое глиняное строение с накрытой тростником крышей имело земляной пол. Внутри с одной стороны кучей лежали пальмовые листья, над ними квадратное окошко открывало обзор деревни. Дверной проём выходил к лесу. Охотники показали Снейпу на листья, следом за ними старая женщина принесла большую деревянную миску с водой. Она протянула её Снейпу, но его руки были заняты. Женщина поставила миску на землю и ушла. Волшебники обратили внимание и на её наряд — набедренная повязка из тех же листьев, но достающая ниже коленей, нескончаемые цепочки бус, и… ничего больше. Тело женщины покрывали угольные узоры, нанесённые поверх слоя высохшей белой глины, только глина прикрывала немаленькую обвисшую грудь. Туземцы совещались о чём-то, косясь на волшебников, и вернулись к старейшине. Северус поставил Гермиону на землю, но она не спешила отойти. — Мы же не в плену? — Не знаю, — он пристально посмотрел в её глаза. — Вы хотите остаться? — Ваша метка… она что-то значит для них. — Кажется, мне предложили пойти охотиться с ними, — Снейп осмотрел простое копьё, гладкое дерево с заточенным и зазубренным плоским концом. — Если это не было приглашением сразиться. — Они не кажутся враждебными, — девушка теперь смотрела на профессорские шрамы, покрывающие бледное тощее тело. — Это всё от непонимания. Миску с водой они занесли внутрь хижины, но пили не из неё, только с помощью заклинания. — Пойдёмте дальше изучать быт местного населения? — предложил зельевар. — А у вас есть что-нибудь от солнца? — Где-то в аптечке, — и Гермиона нырнула в проём сложенной палатки. С помощью акцио она достала всю аптечку, Снейп настороженно выглянул из хижины, чтобы их действия никто не заметил. Раздобыв нужную баночку, волшебница намазала уже покрасневшее лицо и руки. Рубашка Снейпа и его брюки, переделанные в летние, неплохо скрывали остальные части тела. Снейп тоже замазал лицо, мантию Гермионы убрали в палатку. Пока они возвращались к другой окраине деревни, Снейп заметил, что из углей в кострище уже развели костёр, старейшина держит руки над пламенем и читает вслух какой-то текст. Пламя поднималось порой выше старичка, но в лучах палящего солнца это было не слишком впечатляюще. — Какой-то обряд? — тихо спросила Гермиона. — Без понятия, — Северус поправил за поясом палочку. Они подошли, старейшина вышел вперёд, к ним, и пристально посмотрел на зельевара. Он приблизился и потрогал профессорскую метку. Северус принёс выданное копьё и протянул его обратно старейшине, но тот покачал головой, уже изучая взглядом Гермиону. Он взял её руку, коснулся предплечья, и девушка подняла рукав, чтобы показать — у неё метки нет. Старейшина махнул ей в сторону женщин, девушка непонимающе замерла рядом со Снейпом. Один из охотников отделился от своей группы, чтобы проводить её, тогда она повернулась к Снейпу и по латыни сообщила ему: — Думаю, ничего страшного со мной не произойдёт, если они настаивают. У меня с собой палочка. — Почему латынь? — кивнул ей Снейп. — На всякий случай, — но к девушке уже приближалась старшая из женщин, та, что приносила воду. Гермиона ушла вместе с остальными, к Снейпу вышли охотники. Старейшина поставил Снейпа с ними в одном ряду, задумчиво посмотрел на его шрамы, бледную кожу мужчины, длинные чёрные волосы. Туземцы были низкорослые, мускулистые, но тощие, их короткие волосы мелко вились. — Салазар? — спросил старейшина. — Что? — вздрогнул Снейп, внезапно услышав имя одного из основателей, с факультетом которого была связана вся его жизнь. Туземец показал на его предплечье и повторил: — Салазар? — Салазар — Слизерин? — удивлённо переспросил профессор. — Я не понимаю, что вы хотите сказать, — мастер зелий задумался, но ему прямо в руки протянули копьё. Старейшина взял копьё у одного из охотников и метнул в растущую поодаль пальму. — Неплохо, — машинально прокомментировал Снейп, коснувшись пальцами деревянного острия своего оружия. Старейшина снял с пояса небольшой кинжал и метнул следом за копьём, расколов его ручку пополам. Клинок так и остался в ней. Жестом туземец показал гостю, что он должен сделать то же самое. Северус примерился и метнул копьё, конечно, ему пришлось применить кое-какие магические ресурсы, но острие воткнулось в ту же пальму буквально в сантиметре от копья старейшины. Охотники переглянулись между собой, один дружески хлопнул Снейпа по плечу и показал на ещё не стёршееся в песке схематичное изображение буйвола. Все разошлись, вместе со старейшиной, оставив профессора в некотором непонимании, но из-за хижин уже шла Гермиона. — Профессор Снейп! — она радостно улыбалась, прямо светилась счастьем. — Они говорят по-английски! И я знаю, где мы! — Вы шутите? Тогда что здесь была за пантомима? Почему никто и слова не произнёс? — Просто… просто старейшина обиделся, когда вы сказали, что до них ещё не дошла цивилизация. В виде английской речи, — девушка хитро прищурилась. — Может, они ещё хотели проверить вас. Вы же пойдёте с ними охотиться? Снейп сел на бревно возле костра и тяжело вздохнул. На деревню уже медленно спускались сумерки, профессор только сейчас вспомнил, что они за день ничего не ели. — Нам даже палатку при них не поставить, и не достать из неё ничего, — снова вздохнул он. — Вы уверены, что хотите остаться? — У нас же есть немного времени? И… вы же хотите поймать буйвола. Сэр, — Гермиона опустилась рядом с ним. — Может, вам не стоит осваивать анимагию? А здесь просто очень интересно… И мы действительно в Кении. На юге Кении, и… это магический регион. — Уходим отсюда, — моментально отреагировал Снейп и поднялся. — Когда-то Кения была британской колонией, если здесь и магические власти сохранились, нам конец. Нас депортируют. А дальше вам известен сценарий. Этот странный старец изучал мою метку. Он даже сказал «Салазар». Идёмте, мисс Грэйнджер, — профессор призывно протянул руку для трансгрессии. — Мы успеем, они не контактируют с магическими властями. Английский язык знает только старейшина, вам нужно поговорить с ним! И его жена, та женщина, которая приносила воду. Её зовут Лима. — И как я с ним поговорю? — фыркнул Снейп, он обернулся на пальму и заклинанием призвал к себе копья и клинок. — Какого чёрта вы придумали? — Просто поговорите. Он поймёт вас. Тут к ним снова вышла Лима, она несла какую-то еду. Северус обратился к ней. — Вы правда говорите по-английски? — Ты не сказала ему? — спросила женщина у Гермионы. — Твой муж не может меня спрашивать. — Муж? Я не… — Давайте не будем спорить, — быстро перебила Гермиона по-латыни, она посмотрела на Снейпа осторожно, но так же на латыни добавила: — я не хочу, чтобы ко мне приставали их мужчины. И уходить пока не хочу. — Вы мне расскажете, почему? — уточнил Снейп на том же древнем языке, пожилая женщина внимательно смотрела на них, но этот язык был ей неведом. Гермиона вернулась к разговору с ней. — Мы хотели бы знать, что для вас значит его метка. Вы же можете рассказать подробнее? — Ганджу расскажет тебе, — женщина отдала Гермионе деревянную миску и ушла. — Ганджу — это их старейшина, вождь, — пояснила Гермиона, — его так зовут. Попробуйте, это вкусно, — девушка отдала миску профессору, он съел оттуда хорошо прожаренный кусочек. — И… что это было? — Она мне многое рассказала, пока я была среди женщин, но им нельзя говорить с чужими мужчинами. Ганджу — их вождь, их с Лимой сын сейчас в городе, он учит язык и разбирается с властями, а когда он вернётся, тоже станет вождём. Остальным нельзя говорить на чужих языках. Они могут знать, но им нельзя говорить, только вождю, главному шаману, и ещё у них может быть переводчик. — Я про еду, мисс Грэйнджер… Про шаманов успеется. — Вы лучше не думайте, ешьте. — Грэйнджер? — Ну… это крокодил, сэр. — Кхм, ну ладно, не лягушки же. А что магического в этом регионе? — О, у них много магии, они общаются с духами природы, пытаются приручить стихию. В основном все обряды выполняются коллективом, поэтому считается, что магия есть у каждого, но есть разные ритуалы, которые делают шаманы… — И вы всё это узнали за каких-то полчаса? За которые я только кинул копьё в пальму? — Северус рассеянно продолжал есть мясо. — Такая магия есть, наверно, в любом регионе Африки… — Я мало узнала. Но я бы пообщалась с ними ещё. Давайте останемся, пока вы не поймаете буйвола? Тогда мы сможем узнать, какое животное вы сможете выбрать. — Да, хорошо, — согласился профессор. Сумерки уже превратились в густую тьму, и у костра появился Ганджу. Снейп встал. — Извините меня, — внезапно сказал он почтительным тоном. — Я не должен был говорить то, что сказал. Туземец хитро прищурился и погладил свою узкую жидкую бородку, напомнив волшебникам директора Хогвартса. — После дождей того года к нам приходил человек, — начал он на чистом английском. — Он был моложе тебя. Он говорил, что собирает армию. Магическую армию. — После каких дождей? — совсем непочтительно перебил Снейп, Ганджу опять прищурился. — В году у нас есть сезон дождей, — поучительно начал он. — То есть в том году? — прикидывал Снейп. Что-то не сходилось, ведь лорд был гораздо старше его самого. — Да, год и несколько месяцев назад. У него чёрные волосы как у тебя, и такая же татуировка. Он говорил, что последние два года она почти постоянно болит. Что это знак, он должен собрать армию и отправиться в Англию. — И он собрал? — Мои люди не учат ваш язык, чтобы их не использовали как рабов. Это моя идея. А я не могу покинуть племя. Ему пришлось уйти ни с чем. Возможно, в других племенах встали на его сторону. — Вы сказали татуировка? — вставила Гермиона, старейшина смерил её взглядом. — Твоя жена не должна говорить в моём присутствии, — кивнул он Снейпу. — Вы и ему уже сказали? — насмешливо спросил Снейп девушку на латыни. — Нет, наверно это Лима. — Хорошо, только раз вы сами это придумали, то и ведите себя, как положено, — фыркнул Снейп и продолжил разговор с вождём. — Я немногое могу сказать о нём, — начал вождь. — Его глаза горят, но он потерян, он уже не мальчик, его возраст как твой, но он похож на щенка. — А что с меткой? — В городе есть люди, которые считают, что это знак могущества. Особой силы. Никто из них не может сказать, как у них появилась такая метка. — Профессор, — Гермиона долго подбирала латинские слова, — а что если… когда здесь был ваш Лестрейндж, он применил забвение? — В городе говорят, это наследие тёмной силы. — Силы? Или человека? — Я не ездил за ним, чтобы это выяснить. Я должен только сказать вам: если вы связаны с ним, то не ждите здесь помощи. Мои воины поклонились тебе, потому что слухи о могуществе этого знака дошли и до них. Но я не допущу смуты среди моих людей. Я вхожу в число старейшин всего нашего округа, и все мы против таких новшеств. Двадцать лет назад здесь уже была революция. — А у нас война, — добавил Снейп. — Я не собираю армию и не ищу сторонников. Но если здесь были люди с таким знаком, мне лучше найти их. И ещё, не бывала ли здесь женщина, которую превратили в змею или кто-то, кто знал её? — Такого я не слышал. Мои шаманы слышат духов любых существ, это могут быть и змеи. Но их тело и во время ритуала остаётся здесь, их тело принадлежит землям племени, а они явились в эти земли людьми и уйти смогут тоже только людьми. — Я понял, — Снейп решил, что распространяться про анимагию и проклятия смысла мало. — А этот знак лишь клеймо. Знак одного волшебника. Тёмная сила в чистом виде, но не для отмеченных. А какая здесь магия, Ганджу? — Наша магия закрыта для чужаков, — он покачал своей маленькой бородатой головой и удалился. — Вы бы ещё сказали, что в рабстве у этого ублюдка с тёмной силой, — бросила Гермиона, уставившись в костёр. — Теперь он ничего не расскажет. — Мне бы он и так ничего не сказал. Может, вы узнаете больше? Доедайте своего крокодила, — Северус протянул ей миску, — и идите спать. К костру подтянулись охотники, волшебники отправились в свою хижину. Снейп разжёг маленький костерок у входа, чтобы не применять люмос, и уселся на земле. Гермиона постелила на листья свою мантию, потом подняла её, перебрала листья, и снова накрыла мантией. — Профессор… а здесь не водятся скорпионы или что-то ещё? — Ляжете и узнаете, — мрачно ответил он. Девушка кое-как умылась снаружи за хижиной, оставила на входе обувь — песок уже остыл и позволял ходить по нему, — потом очертила круг заклинаний и следящих чар, чтобы знать о приближении туземцев. — Думаете, вас захотят навестить ночью? — Это и от животных тоже, если вдруг… — Ложитесь уже, Грэйнджер. Завтра мы постараемся покинуть это место. — Уже завтра? — Вы боитесь чего-то не успеть? — Нет, но вдруг… нам же нужен буйвол… Северус поправил костёр и кивнул. — Кажется, нам нужен не буйвол, а некий гость их деревни. Признаться, чёрные метки в глубинке чёрного континента стали для меня неожиданностью. Что, если здесь филиал лордовой власти? — скептически начал профессор. — А вы собираетесь спать? — не в тему спросила Гермиона, и он обернулся. — Не с вами же. Листья я уступаю вам. Когда Гермиона проснулась ночью, Снейп так и сидел у затухающего костерка, прислонившись к стене. Он дремал, по крайней мере, глаза его были закрыты, и девушка робко дотронулась до его руки. — Сэр, я поставила чары вокруг хижины, вам незачем дежурить, и вы можете забрать часть листьев или даже мою мантию, её можно заколдовать так, что никто не заметит, и спать почти как на диване. — А вам-то чего не спится? — сонно промычал Снейп. — Мне стало холодно, по сравнению с днём сейчас очень холодно. — Вы просто перегрелись. — А вы? — Немного. — Вы поэтому не можете уснуть? Может, проще выпить снотворного? — Грэйнджер, я не могу уснуть, потому что думаю про этих чёртовых туземцев, а ещё потому, что я в кенийской хижине вместе с вами, и я уже совершенно не знаю, зачем я сюда прибыл. Как-то это даже… в нынешнем свете показалось мне малодушным. — Но… как же дочь Тёмного лорда? — В Лондоне я не нашёл ни одного подтверждения, я искал, перерыл все архивы, я даже пробрался в отдел тайн в Министерстве. — Тогда… зачем? — Он отправил меня, я не стал спорить. Неплохое местечко для отпуска, не правда ли? Пальмы, солнце, жареный крокодил… Море бы ещё сюда. — Мерлин… Вы ведь шутите? Северус подумал. — К сожалению. Спите, мисс Грэйнджер. А я ещё не ответил на вопрос, какого чёрта остался в этой хижине. — Нет. Можно я теперь посижу у костра и подумаю? А вы ложитесь спать. Он отдал ей мантию, устраиваясь на листьях, но едва лёг и отвернулся к стене, Гермиона коснулась его плеча. — Извините, профессор, а что если… у Тёмного лорда не дочь, а сын? Тот, о ком они упоминали? — И сын темнейшества не знает, откуда и зачем у него метка? — буркнул Снейп, но всё же повернулся, размышляя и глядя в огонь. — Мысль, конечно, интересная. Спокойной ночи. — И ещё, у вас обгорели плечи… если их не намазать сейчас, то завтра они сразу покраснеют, потом покроются волдырями и облезут, — подробно рассказала девушка, доставая из кармана мантии банку мази. Она уже собралась было сама намазать профессорские ожоги, но смутилась и протянула ему баночку. Которую он, естественно, не взял. Девушка постелила мантию рядом, но легла на самый краешек возле костра. Огонь вскоре погас, в хижине стало прохладней, и Снейп осторожно укрыл Гермиону оставшимся краем. Он надеялся, что девушка уже уснула, но пока он слишком медленно поправлял ткань, его руку робко накрыла её ладонь, словно призывая задержаться на её талии. Девушка ничего не сказала, Снейп замер, но лишь на мгновение, также медленно убрал руку и отвернулся. — Доброе утро, мисс Грэйнджер, — тихо произнёс он, когда Гермиона проснулась. В хижине царил полумрак, перед входом нависала тень их домика, но дальше, за тенью, палящее солнце жгло сухую безжизненную землю. Снейп сидел на входе, без рубашки, и ел тушёнку из банки. — Д-доброе, — Гермиона сразу смутилась, отсела к стене и быстро набросила на плечи запылившуюся мантию. Она была в рубашке и штанах, и когда поняла это, сразу успокоилась. — Понимаете, сэр… мне снился очень странный сон. — Вы не поверите, мисс Грэйнджер, — ещё тише, мрачно ответил профессор, — мне тоже снился странный сон, — он повернулся к девушке в пол-оборота, показав на раскрасневшейся после солнечных ванн лопатке два больших свежих шрама.