Путь к выздоровлению (The road to recovery)

Остаток ночи прошел без каких-либо других неприятностей. Техноблэйд, например, спал довольно крепко. Возможно, даже лучше, чем обычно. Томми действительно занялся чтением во время бессонницы: когда Техно спустился по лестнице ранним утром, в его руках была книга о чарах. Они обменялись несколькими словами, никто из них не упомянул о том, что произошло поздно ночью, просто утренняя болтовня. Техно проснулся с уже готовым планом, поэтому после их разговора он снова отправился на кухню. Завтрак сам себя не приготовит, в конце концов. Разве это не удобно. — Иди завтракать, — через некоторое время позвал Техно из другой комнаты. Томми подчиняется, хотя и со стоном, проходит и садится за кухонный стол. Он видит обычный кусок хлеба, а также яблоко. Он смотрит на Техно, который стоит со скрещенными руками. — Ешь как можно больше. Тебе понадобится энергия, — говорит он. Томми вздергивает бровь. — Зачем она мне нужна? — спрашивает он. — Мы идем на охоту. Свежий воздух будет тебе полезен, и ты должен попрактиковаться в стрельбе из лука. Я не могу придумать лучшего способа убить двух зайцев одним выстрелом, — Он берет миску и садится напротив Томми, который откусывает маленькие кусочки от предложенного ему хлеба, не торопясь отрывая куски один за другим. — Завтра мы отправимся на поиски ягод, так что готовься к долгому походу, — продолжает он. Томми откусывает еще кусочек хлеба. — Похоже, ты используешь меня для ручного труда. Я как обязательный работник. Р-а-б, если хочешь. Техно коротко рассмеялся, вспоминая время, проведенное за «мягким принуждением» людей к добыче булыжника для еще одной из печально известных и ужасно уродливых башен мальчика. Судя по игривой ухмылке на лице Томми, он, несомненно, думает о том же. — Я тот, кому придется тащить все, что ты поймаешь, обратно и снимать с него шкуру, не говоря уже о потрошении. У нас кончается мясо, — говорит он. Томми, похоже, не нравится идея есть мясо в данный момент, что видно по плохо замаскированной гримасе. — Не волнуйся, я не собираюсь заставлять тебя есть целый стейк, если ты об этом беспокоишься. Но введение в твой рацион мяса принесет больше пользы, чем вреда, — говорит Техно. Томми понимает, что он, вероятно, прав, но одной мысли о виде мяса достаточно, чтобы его затошнило. Томми продолжает уплетать свой скудный завтрак, чувствуя некоторую гордость за то, что доел кусок хлеба, но ноющий голос в затылке напомнил ему, что он не должен гордиться тем, что выполнил такое посредственное задание, особенно когда рядом есть яблоко. Он потянулся за яблоком с хмурым выражением на губах, откусил большой кусок и стал агрессивно жевать. Ему удается доесть и этот кусок фрукта. Получите это, назойливая интернализация каждой манипулятивной и пугающей речи, когда-либо сказанной ему. Напротив него стоит Техно, его стул отодвигается назад. — Я пойду вперед, мне нужно кое-что взять и позаботиться о некоторых вещах. Я буду ждать тебя снаружи, — объявляет он, обходя стол и направляясь к главному входу в дом, а затем стремительно выходит на улицу. Томми не спеша собирается и через несколько минут выходит на улицу, чтобы увидеть Техно, стоящего возле дома, который он построил так давно, и в котором теперь жили его оставшиеся гончие. Тот факт, что их осталось так много даже после войны, где многие из них, несомненно, были убиты Сапнапом, слегка настораживал. Он старается не думать о том дне, прогоняя воспоминания. Кстати, о гончих — две послушно сидят рядом с Техноблэйдом. Прежде чем он успевает открыть рот, чтобы задать вопрос, ему вручают колчан со стрелами и лук. Он закрепляет колчан на поясе и перекидывает лук через плечо. Вдвоем, вчетвером, если считать гончих, они без слов отправились в густой таежный лес неподалеку, чтобы поискать кого-нибудь для охоты. Они отправились пешком, Техно утверждал, что так будет лучше, а лошади в густом лесу — плохая идея. Томми не мог ничего возразить, но это не означало, что его это забавляло. Пешая прогулка отнимает много сил. Они шли бок о бок в комфортной тишине, единственными звуками были хруст снега под их сапогами и пыхтение гончих у их ног. — Зачем ты взял собак? — Томми нарушает молчание, не в силах удержаться от вопросов. Он старается не думать о словах Уилбура: «Никогда нельзя принимать вещи такими, какие они есть, не так ли. Ты всегда должен задавать вопросы, парень». Он энергично трясет головой, но коротко, чтобы не встревожить всегда бдительного человека рядом с ним. — Подумал, что запасной вариант не помешает, — Техно пожимает плечами, к счастью, не наблюдая за поведением Томми с того небольшого расстояния между ними. Молчание больше не комфортно, не при воспоминании о том, как его псевдо-брат неожиданно появился после того ужасного дня, поэтому он игнорирует голос Уилбура и спрашивает Техноблэйда еще раз. — Как ты их тренировал? — спрашивает он. — Так же, как я тренирую всех остальных. Строго и с терпением. Все просто хотят, чтобы их уважали, и, в свою очередь, они будут уважать тебя. Это так просто, — Техно с юмором относится к его расспросам, считая справедливым, что он отвечает на вопросы Томми, причем действительно на все, что он ему задавал. Вопросы, которые были гораздо более сложными и болезненными, чем вопрос о том, как дрессировать гончую. Око за око, значит. — Думаешь, они меня послушают? Или ты просто дрессируешь их, чтобы они были верны только тебе? — спрашивает Томми, глядя на гончих, а затем снова обращаясь к Техно. — Может быть. Зависит от твоего поведения, — пожимает он плечами. Томми закатывает глаза. — Ладно, засранец, как мне правильно себя вести? — проворчал он, засовывая руки в карманы брюк. — Выражай уверенность. Будь терпелив. Одно из них должно быть для тебя легким, другое — не очень, — Томми делает обиженное лицо, выпячивает грудь, пытаясь казаться больше. — Я могу быть терпеливым, если захочу, сука, — Техно даже не собирается пытаться спорить с ним по этому поводу. — Ты ведь хочешь попробовать погладить их, не так ли? — говорит он, хотя на его губах появляется намек на улыбку. — Нет. Может быть, — Томми отнекивается, избегая взгляда Техно. — Давай, попробуй. Оба они прекращают свой путь по снегу и замирают, собаки следуют их примеру и останавливаются, чтобы выжидательно посмотреть на дуэт. Томми снова смотрит на Техно, получая в ответ ободряющий кивок, затем смотрит на чуть меньшую гончую из пары. Вдохнув, он пытается дать волю сомнениям, как и дыханию. Он смотрит на собаку и произносит простую команду, чтобы она подошла. Гончая послушно подходит и садится у его ног. Томми мгновенно оборачивается к Техно, и ни один из них не может скрыть улыбку. Томми осторожно снимает перчатку и осторожно подносит раскрытую ладонь к морде гончей. Гончая на мгновение с любопытством принюхивается, а затем утыкается мокрым носом в ладонь Томми. Томми не подавляет возбужденного звука, бурлящего в его горле, нежно гладит собаку по голове и чешет ее за ухом. Другая гончая, стоявшая на некотором расстоянии, тоже внезапно подбегает, тявкая, словно лиса, и создается впечатление, что она ревнует из-за того, что ей не уделяют внимания. Томми, не умеющий отказывать, на мгновение прекращает свои ласки, чтобы снять другую перчатку, а затем кладет обе руки на головы каждой из собак соответственно. Вскоре он уже сидит на корточках, широко расставив ноги, чтобы его не опрокинули огромные гончие, борющиеся за его внимание. Он счастливо хихикает, улыбка постоянно украшает его губы. В прошлом Техноблэйд пожаловался бы, что они теряют дневной свет и время. Но сейчас? Он не может представить себя более счастливым от звуков, исходящих от мальчика, которого он взял под свою опеку. Однако через некоторое время им действительно пора двигаться дальше, поэтому, к сожалению, ему пришлось прервать этот счастливый момент. — Ладно, пошли. На сегодня хватит ласкаться. Мы пришли на охоту, помнишь? Томми, не оправдывая ожиданий, просто встает и надевает перчатки. Это действие вызывает вой гончих, которым теперь придется обходиться без своих обожаемых ласок. Однако один опровергающий и строгий окрик со стороны Техноблэйда, и они сразу затихли. Без ведома Томми, Техноблэйд специально выбрал двух самых послушных собак. Послушность в данном случае означала скорее открытость к другим людям, чем покорность. Более социальные, если не сказать больше. В глубине души он надеялся, что собаки могут стать своего рода животными-утешителями. В конце концов, людей, не любящих собак, трудно найти. Он постарается не хвастаться, что его план сработал. С собаками на буксире они продолжают свой поход через заснеженную тайгу. — Ты ведь помнишь, как стрелять из лука, не так ли? — Техноблэйд нарушает молчание. — Да, я знаю, как стрелять из гребаного лука, — Томми ворчит, пиная немного снега. — Ты уже выходил на охоту? — спрашивает Техно. — Не совсем, — честно признается Томми. — Это очень похоже на стрельбу в человека, что, я подозреваю, ты уже делал. Просто нужно быть тише. Люди реже убегают от шума, но животные легко пугаются. Нужно быть хитрее, — Техно объясняет тонкие нюансы охоты так просто, как только может. — Я могу быть хитрым. Я как ниндзя, — отвечает Томми. — С этого момента нам придется вести себя тихо. Здесь наверняка есть добыча, — Техно не утруждает себя хвастовством Томми. Он должен научиться охотиться, если не ради самого навыка, то ради дисциплины, которая приходит с практикой. Томми послушно не произносит больше ни слова, просто пытается копировать расчетливый поиск Техноблэйда по местности, в которой они находятся. Там, впереди, он замечает одного зайца приличного размера. Заяц, хотя теоретически его легче поймать, является гораздо меньшей целью, чем, скажем, олень или коза. Тем не менее, возможно, Техноблэйд будет впечатлен тем, что ему удалось поразить такую сложную цель. Итак, медленно и бесшумно, насколько это возможно, он отстегивает лук от плеча и достает стрелу из колчана. Техноблэйд следит за зайцем, но больше ничего не делает, а просто крадется вместе с Томми, который шагает так ровно и бесшумно, как только может. Его руки липкие и влажные, хватка на луке ослабла. Он делает усилие, чтобы ухватиться за него покрепче, выбивает стрелу и натягивает тетиву. Это требует огромной силы, но ему удается сделать так, чтобы это выглядело легко. Он должен произвести впечатление на Техноблэйда. Однако, когда он пытается прицелиться, его тело, похоже, не хочет подчиняться дальше, не говоря уже о разуме. Слишком много всего промелькнуло перед его глазами одновременно. Дуэль, которая, кажется, была целую жизнь назад. Бой, который кажется вчерашним. Он роняет лук на землю, и стрела, наложенная в лук, летит, не попадая в цель. Он делает несколько быстрых шагов назад, едва не падая с холма, но его спасают крепкие руки Техно на его спине. Инстинктивно он отпрыгивает в сторону, спотыкаясь, но теперь уже в противоположном направлении. Техно поднимает руки вверх в примирительном жесте, глаза расчетливые, выражение лица тщательно подобрано. — Ты в порядке, — говорит он. Эти слова воспламеняют что-то внутри Томми, чего он давно не чувствовал, горячее разочарование шипит под кожей. — В порядке? Не смеши меня, мать твою, — насмехается он. — Я даже не могу выстрелить из лука, не сходя с ума! Я не понимаю, я… я стрелял всего несколько недель назад, почему я не могу просто… — он выругался, пытаясь выровнять дыхание. — Ты всегда дрался, Томми. Тогда все было по-другому. Чистый инстинкт выживания. Сейчас нет ни борьбы, ни бегства, ни адреналина, чтобы держать зверей на расстоянии, — Техно отвечает за него, делая медленный шаг вперед. — Зачем ты вообще это делаешь? Почему ты берешь меня на охоту, позволяешь мне спать на твоем диване, кормишь меня своей едой — почему… почему… почему тебя это волнует? — Томми язвит, встречая наступление Техно отступлением. — Я… — Техноблэйд запнулся, пытаясь подобрать наилучшую формулировку и замедляя шаг. — В прошлый раз я не позаботился о тебе должным образом. Я пытаюсь сделать это лучше, — отвечает он. — Я не ребенок! Ты не должен меня опекать! Мне не нужно, чтобы ты обо мне заботился! Я не ребенок! — кричит Томми, вновь обретенная искра горит, как угли костра. — Дети — не единственные, кто нуждается в заботе, — пытается убедить Техно, что-то в его позе меняется. Временная искра, которая вспыхнула в Томми, гаснет, словно кто-то вылил на нее воду, чтобы погасить пламя. Теперь остался только дым, который грозит заполнить его легкие и задушить его при вдохе. — Я ожидал слишком многого, когда было очень рано. Это было неподходящее время, чтобы попробовать, — Техно тщательно подбирает слова, намеренно оставляя другие слова за рамками своего заявления. Энергия заметно вытекает из Томми, который сгорбился и свернулся калачиком. — Пойдем домой, — вздыхает Техно. Томми выпрямляется. — Но мы ничего не поймали, — заявляет он. — Это неважно. У нас есть много другой еды, которая тебе все равно понравится больше, и мы можем потренироваться в другой раз, — вместо этого Техно добавляет, — когда ты будешь готов. Они молча идут обратно в хижину. Техно подобрал лук перед тем, как они ушли, а стрелу забыл где-то в снегу. Краем глаза он смотрит на Томми, который смотрит на гончих, следующих на буксире за ним. Одна из них задевает ногу Томми и слегка подпрыгивает, ударяясь головой о тыльную сторону его руки. Томми улыбается, из его горла вырываются довольные смешки, когда он наклоняется, чтобы почесать ей голову во время ходьбы. Гончая радостно попискивает, довольная тем, что ей уделяют внимание. Техно улыбается, возможно, немного гордясь тем, что, несмотря на огромный провал охоты, хотя бы часть его плана сработала. Когда они добираются до хижины, Техно ведет гончих обратно в их убежище. Томми обменивается с ними взглядом, прежде чем дверь закрылась. — У меня такое чувство, будто меня заменили, — шутит он. — Ты незаменим, Техно, — отвечает Томми, ухмылка расползается по его губам. — По крайней мере, как человек. Хотя собаки намного лучше людей, — шутит он в ответ, беспечно пожимая плечами, чтобы казалось, что он просто констатирует общеизвестный факт. — С этим не поспоришь, — говорит Техно, не пытаясь скрыть улыбку, украшающую его губы. Вскоре они снова сидят за кухонным столом, где Техно бросает ему небольшой сверток и просит Томми открыть его. Ослабив веревку, Томми обнаруживает внутри несколько шоколадных печений. Он недоуменно смотрит на Техно, приглашая его рассказать поподробнее. — Я подумал, что немного сахара пойдет тебе на пользу, — пожимает он плечами. Томми поднимает бровь. — Это ты сделал? — спрашивает он. — Разве я похож на того, кто умеет печь? Нет, я выменял их в соседней деревне, — объясняет он. Томми хмурится. Техно потратил драгоценные ресурсы, изумруды, скорее всего, жители деревни еще более худшие мошенники, чем он, чтобы достать ему угощения, которые он, скорее всего, даже не сможет доесть. Однако было бы невежливо не взять одно после того, как он проделал всю работу, чтобы достать их для него, поэтому он нерешительно потянулся в маленький мешочек и достал одно. — Ты тоже должен взять одну, — говорит он, протягивая сверток через стол в сторону Техно, который тут же протягивает его обратно, качая головой. — Я купил их для тебя. Кроме того, я не очень люблю сладкое, — говорит он. Томми хмурится и берет печенье, затем протягивает руку и держит его прямо перед Техно. — Если ты не ешь, то и я тоже, — заявляет он. Техно почти забыл, каким сложным и упрямым может быть Томми. У него нет сил спорить по такому пустяковому поводу, поэтому он и не спорит. Он вздыхает и берет печенье, но останавливается, увидев красное на ладони Томми. Он кладет лакомство на стол и пытается схватить Томми за запястье, но останавливается, когда видит, как подросток напрягается при этом движении. — Томми, не мог бы ты позволить мне посмотреть на твои руки? — просит он, стараясь сохранить нейтральное выражение лица, несмотря на беспокойство, которое он чувствует. Томми колеблется, сбитый с толку, но подчиняется, потому что не может придумать причину, по которой ему это было бы неприятно. Если вспомнить о его руках, то ладони немного жжет. Он неуверенно протягивает руки через стол и кладет тыльные стороны своих ладоней в ждущие ладони Техно. Техно держит их нежно, но крепко, глядя на красный цвет его ладоней. О, — наконец осознает Томми, — это кровь. Красные, раздраженные следы в виде полумесяцев, нарисованные неровной линией, несколько засохших пятен крови, шелушащихся, но все еще заметных. Томми хмурится, не помня, откуда они у него. Техно медленно двигается, вытаскивая свои руки из-под рук Томми, и встает. Томми смотрит на него, ища хоть какой-то намек на то, о чем он думает. Неужели Техно разочаровался в нем из-за того, что он пострадал? — Я сейчас вернусь, — объявляет вместо этого Техно, его лицо совершенно ничего не выражает. Значит, не разочарован, это определенно было бы видно. Он возвращается с мокрой тряпкой в руке. Он садится обратно, кладет свободную руку на стол ладонью вверх и выжидающе смотрит на Томми. Томми ломает голову, как правильно поступить, но потом вспоминает, что они делали раньше. Он кладет одну из своих рук на руку Техно и сидит так, пока кровь отмывали. Немного жжет, но он старается не кривить лицо и не втягивать воздух, вместо этого беспокойно постукивая пальцами свободной руки по столу. Техноблэйд, всегда наблюдательный, замечает, несмотря на его усилия. — Я знаю, что это немного больно. Скоро все пройдет, — успокаивает он, смотря на Томми таким мягким взглядом, в котором не было ни беспокойства, ни тревоги, на сколько это было возможно в данный момент. Томми молчит, но через некоторое время заметно расслабляется. Когда Техно перестает вытирать ладонь, он без слов меняет руку на другую. — Ты сильно поранился, эти раны довольно глубокие, — говорит Техно через некоторое время, когда заканчивает вытирать вторую руку, откладывая мокрую, теперь уже слегка окровавленную тряпку в сторону. — Извини, — бормочет Томми, опустив глаза. — Тебе не нужно извиняться, — уверяет Техно. Он заметил покраснение и небольшие синяки на его руках, видел, как он резко сжимал их, когда был немного не в себе. Но это немного серьезнее и требует внимания. — Часто ли такое случается? — спрашивает он, глядя на Томми, который успешно избегает его взгляда. В ответ он получает лишь покачивание головой. Это, по крайней мере, хорошо. Техно рассеянно кивает, в его голове крутятся шестеренки. Томми не убирает руку, даже после того, как Техно перестал держать ее, чтобы удержать на месте. Он не видит вреда в том, что можно описать только как держание за руки, поэтому он зацепляет большим пальцем ладонь Томми и держит ее так. Когда он поднимает взгляд, глаза Томми кажутся затуманенными, поэтому он слегка сжимает руку в своей ладони, надеясь, что это привлечет его внимание. Это действует, глаза Томми поднимаются и встречаются с его взглядом, хотя он все еще выглядит немного ошеломленным. — Ты в порядке? — осторожно спрашивает Техно. — Да. Нет. Я не знаю, — Томми хмурится, снова отводит взгляд и качает головой. — Это просто… расстраивает. Я даже не могу стрелять из гребаного лука, не выходя из себя. Это раздражает, — ворчит он, неосознанно двигая рукой так, чтобы она обхватила руку Техно, а не просто лежала в ней — Никто не восстанавливается за день. Я уже говорил это раньше. Исцеление — это долгий процесс, — говорит Техно. Оба они вспоминают тот день в туннелях, когда они прошли через последнюю комнату управления. Техно думает о том, как Томми был напуган. Как он сильно трясся, застыв на месте, а через секунду после этого сорвался с места и убежал так быстро, как только могли нести его длинные ноги. Он хотел бы спросить об этом сейчас, но знал, что не должен. Не ему лезть не в свое дело, а Томми и так был очень уязвим. Он не мог рисковать. Если Томми захочет рассказать ему, он расскажет. В свое время. — Ты знаешь, кто такой Эрет? — внезапно спросил Томми. — Король? — спрашивает Техно. — Да, — подтверждает Томми, слегка кивнув. — Как много ты знаешь об истории Л’Манберга? Точнее, о первой революции, — задает он следующий вопрос. Техно ломает голову в поисках ответа, поскольку, честно говоря, он знает не так уж много. — Не очень много. Вы, ребята, боролись за независимость и проиграли, у тебя с Дримом была дуэль, ты проиграл и обменялся дисками, — отвечает Техно. Томми кивает головой. — Да, только мы, вроде как, победили, поначалу. Нам удалось заставить их отступить, и мы вернулись, чтобы отпраздновать, но потом Эрет завел нас в туннель, который они сделали. Он был сделан из черного камня, в нем были сундуки с нашими именами, а на полу лежала кнопка, — объясняет он. Хватка на руке Техно крепнет, и Техно хватается в ответ, надеясь, что это хотя бы в какой-то степени держит парня на плаву. — Я… это я нажал на эту чертову штуку… Звук движущихся поршней был единственным, что мы успели зарегистрировать, прежде чем стены разверзлись и нас там зарезали, — Томми громко сглатывает. Брови Техно нахмурились. Томми втягивает воздух. — Они заключили сделку. Они получили бы королевский титул, если бы предали нас и помогли Дриму в его попытках победить. Так они получили свой трон, — говорит он, слегка вздрагивая. — И это была комната, в которой ты впервые умер, — подтверждает Техно, больше для себя. Томми только кивает. — Возвращение туда принесло много чувств и воспоминаний, с которыми я еще не был готов столкнуться. Черт, я даже не знаю, готов ли я встретиться с ними сейчас, но тогда я точно не был готов. Эрет — замечательный человек, и хотя я не полностью простил их за то, что они сделали, они загладили свою вину. Их сожаления не могут отменить то, что уже сделано, но это имеет значение, — говорит он. — Стоя в той комнате, я снова вспомнил предательство, и… и смерть, и другие смерти, и мою роль в них… — Томми прерывает свой бред, чтобы резко вдохнуть. В голове Техно вдруг что-то щелкнуло. — Ты ведь не винишь себя за то, что произошло? — спрашивает он. Томми молчит. — Это была не твоя вина, ты же знаешь, да? Если бы ты не нажал на кнопку, это сделал бы кто-то другой. Ты не виноват в их смерти. Если кто и виноват, так это Дрим и его лакеи, — Техно пытается быть убедительным, обнадеживающим, но, судя по выражению лица Томми, ему это не удалось. — Конечно. Да, хорошо, — пробормотал Томми. Лучше просто согласиться, чем долго вспоминать об этом и спорить с тем, с кем он, скорее всего, не выиграет спор. Дальше Техноблэйд вздыхает, но останавливается, когда видит, как напрягается парень напротив него. Споры ни к чему хорошему не приведут. Томми еще не в том состоянии, и, скорее всего, еще долго не будет в нужном. — Надеюсь, однажды ты сможешь в это поверить, — вот и все, что говорит Техно. Томми послушно отводит взгляд и больше ничего не говорит. — Ты хорошо справился. Несмотря на то, что мы ничего не поймали, ты хорошо справился, — Томми встречает его взгляд, смятение ясно видно в этих посеревших голубых радужках. — Не жди от меня подробностей. На самом деле мне нечего сказать. Ты хорошо справился с гончими, шел без жалоб, и, несмотря на твой промах, ты, кажется, умеешь обращаться с луком. Ему действительно трудно избегать конфронтационных формулировок. Это трудно, но он сделает над собой усилие. Томми, кажется, немного выпрямляется, его взгляд становятся мягче. — Спасибо, — тихо говорит он, на его губах появляется призрак улыбки. И снова, обычно похвалы и комплименты попадали Томми прямо в голову. Он хвастался, бахвалился и надувал грудь, почти отвергая их, потому что, конечно, он был великолепен и, очевидно, не нуждался в том, чтобы вы говорили ему об этом. Вместо этого Техно получает искреннюю благодарность. Кто бы мог подумать, что они доживут до этого дня. В ответ Техно мягко сжимает руку Томми. Техно расслабленно вздыхает, позволяя напряжению, накопившемуся в нем, выйти вместе с ним. — Хорошо. Ну, весь день прошел, и если ты не хочешь готовить, мне лучше начать готовить обед, — говорит он, вставая и молча оплакивая потерю возможности держать Томми за руку. Похоже, это был один из самых простых методов заземления, и, если быть честным, он и сам испытывал некоторый комфорт. Но если бы вы спросили его об этом, он бы все отрицал. Слишком много хорошего — это все равно слишком много. — Если ты не хочешь, чтобы твой обед был отравлен, то да, тебе лучше оставить эту работу себе, — говорит Томми. Техно сдерживает ухмылку, быстро отворачиваясь, пока она не стала заметной. — Я не думаю, что даже ты сможешь испортить предварительную работу. Ты мог бы помочь, если великий Томмииннит не слишком занят, — полушутя говорит он. Томми хмыкает позади него, преувеличенно громко рыча. — Я мог бы. Но зачем мне это? — говорит он. — Ты приобретешь ценный жизненный навык, — неодобрительный шум. — И это все? Ты должен дать мне что-нибудь получше, — Техно задорно смеется. — Ты можешь съесть настоящий обед вместо яблока, которое я дам тебе в противном случае, — отвечает он. — Неважно. Я помогу тебе, потому что я хороший, — Томми стонет, скребет стулом по полу, когда обходит стол, чтобы встать рядом со своим соседом. — Как удачно, что я удостоился твоей милости, — шутит Техно. — Я рад, что ты понимаешь, как тебе чертовски повезло, — Томми шутит в ответ. Они провели так некоторое время. Просто пререкались и обменивались шутками, одновременно готовя обед, который они позже съедят вместе. Оба они пришли к выводу, что, несмотря на промах, день прошел хорошо. Даже очень хорошо. Чудесным образом обед, который они приготовили, оказался вполне съедобным. Они даже сказали бы, что это было вкусно, и что, возможно, из них получилась неплохая команда. Ни одна из этих мыслей не была высказана вслух, кроме, может быть, их общего успеха от хорошо приготовленного обеда. Остаток вечера прошел в разговорах обо всем и ни о чем одновременно, а после наступления темноты оба разошлись в разные стороны. В эту ночь сон не был проблемой ни для одного из них. Это было приятное изменение в ритме жизни. Может быть, все так и останется.