Gone with the leaves

На утро глаза Хинаты были опухшие и красные, как будто она опять много часов использовала бьякуган, а не плакала на кухне возле Саске Учиха до глубокой ночи. Она больше не чувствовала себя слабой. Наоборот, в освобождении всего своего горя она нашла своего рода силу. Правда Учиху она так больше и не видела, даже отблагодарить не успела. Когда поздно ночью он привел ее изможденную в больницу, на Хинату тут же накинулась Сакура и увела в лабиринты госпиталя. Прошло две недели с того дня. Хьюга провела их почти без движения, смотря в потолок, пока в вены вливались литрами препараты, восстанавливающие ее каналы чакры. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Сакура, придя на финальный осмотр перед выпиской. — Как будто снова родилась! — Хината постаралась улыбнуться самой правдоподобной улыбкой, что были в ее арсенале. Ей в больнице не давали соскучится. Узнав, что любимая сокомандница наконец-то вернулась в Коноху, каждый день к ней приходили Киба и Шино, и, конечно же, Куренай-сенсей со своей дочкой. Они приносили ей фрукты, данго и свежую выпечку. На столе всегда стояли цветы от Ино. Она, так и не навестила ее, но постоянно отправляла красивые букеты вместе с одним из ее друзей. Бабуля Юи присылала Хинате записки, но открыто прийти и навестить бывшую наследницу не решилась. И несмотря на это, несмотря на то, что каждый ее день был расписан по минутам на процедуры, настольные игры с Мирай и задушевные разговоры с бывшей командой №8, Хината старалась побыстрее вылечится и сбежать на очередную миссию на месяц, а лучше на год. Поэтому она терпела все это ненужное, как ей казалось, лечение и кудахтанье медсестер. — Слушай, Хината, — неуверенно позвала ее Сакура после осмотра. — Давно хотела тебя спросить. Сакура крутила в руке ручку, которой только что в медицинскую карту Хьюга вносила последние показания ее чакры. Хината понимала, о чем будет их дальнейший разговор, на самом деле она ждала его с самого начала своего лечения. С тех пор, как Сакура встретила ее на пороге больницы рядом с Учиха, и смотрела, как их руки разъединяются при прощании. — Как там Саске? И все? Никаких: почему вы были вместе? Почему он привел тебя в больницу? Почему он держал тебя за руку? Видимо Сакура переросла такие вещи, в большей степени, чем Хината, раз для нее это перестало быть важным. — Что ты имеешь в виду? — Хината, все же немного ощетинилась, ожидая нападения в виде расспросов. — Если ты думаешь, что мы с ним стали друзьями только потому, что он дотащил меня до больницы после перемещения, ты ошибаешься. Мы с ним даже не разговаривали. — Вот как, — девушка снова взяла ручку и поставила подпись под листом выписки. — Ты все еще переживаешь за него? — Хината подошла к шкафу и начала переодеваться, не хотела она смотреть в лицо Сакуре при этой деликатной теме. — Я всегда буду за него переживать, — вздохнула она, но голос совсем не был грустным. — Но, я думаю, не больше, чем я всегда буду переживать за Наруто. Понимаешь? — Наверное, да. Также, как она всегда будет переживать за Кибу и Шино. Они были близки друг к другу, как никто, ведь провели вместе слишком много времени. Опасность сближает, а ее в их жизни было, хоть отбавляй. Теперь мальчишки команды №8 выросли в настоящих взрослых мужчин, они шли своей дорогой и сами могли о себе позаботится. Но Хината все равно переживала, сможет ли Шино найти новых друзей, ведь ему так тяжело открыться. И преуспеет ли в этом Киба, ведь он, наоборот, чересчур открыт, и это качество, если не узнать его поближе, можно спутать с нахальством. Она часто раздумывала, смогут ли они с их сложными характерами завести семью, тогда как о своей собственной она никогда не думала. — Кстати, Хината, — позвала ее Сакура, когда та уже почти вышла из палаты. — Наруто попросил тебя зайти к нему. Первой мыслью Хьюга было: «наверняка он попросит меня написать рапорт с миссии». Она тут же словила себя на этом и усмехнулась. А ведь было время, когда в каждом его действии Хината пыталась найти особенное к себе отношение. Теперь она выучилась во всем видеть подвох. Если что-то делают для нее, наверняка попросят услугу взамен. Делают комплимент? Чтобы расположить к себе на будущее, если что-то понадобится. Так всегда поступали в ее клане, и она начала замечать за собой, что стала превращаться в то, что всю жизнь ненавидела. Она даже с отвращением к самой себе отметила, что стала презрительно смотреть на слабых шиноби, которые были обузой для команды, хотя и сама всю жизнь была такой. Конечно, теперь она сильна, но одни Боги знают, сколько ей пришлось пережить, чтобы прийти к этому. 8 лет назад. Солнце светило высоко в небе, как какая-то насмешка, именно в этот день, день прощания с Неджи. Клан решил, что похоронит своего гения отдельно от всех остальных шиноби, что пали на войне, на следующий день. Он лежал теперь между своих родителей, и на их могильных плитах просматривалось, будто бы соревнование, у кого разница между цифрами меньше. У его отца – 30, у матери – 25, а у Неджи – 17. Все было не так без него, солнце не так светило, воздух по-другому вдыхался. По-другому вел себя отец. Конечно, Хината за столько лет своего существования привыкла к его холодности в свою сторону. Но как раз именно поэтому научилась чувствовать любые изменения в его настроении, чтобы лучше понимать, когда он раздражен, когда злится, а когда в ярости. Однако сейчас она никак не могла понять Хиаши. Сначала, девушка впервые увидела, как он плакал. Седзи его кабинета были приоткрыты. Когда Хината проходила мимо, через маленькую щелочку она разглядела, как грозный могучий глава клана сидит на краю своего письменного стола, сгорбившись, уронив лицо в руки. Хьюга подумала, что отцу стало нехорошо от июльской духоты, но тут он поднял голову и в его прозрачных глазах заблестели слезы. Хинате стало жутко неловко за то, что застала Хиаши в таком уязвленном положении, и поспешила уйти. Если раньше она страдала от того, что отец не замечает ее, то теперь понимала, что не ценила, что имела. С окончания войны прошло полгода, и все это время Хината терпела с его стороны постоянные едкие замечания, колкие комментарии в адрес того, как она ест, как она пьет, как она ходит, и как она дышит. Из-за непонимания, как дальше будет работать институт шиноби, миссий практически не было ни для кого рангом ниже джоунина кроме работы по восстановлению деревни. И Хината все свое свободное время посвящала госпиталю, академии, даже пыталась помогать восстанавливать некоторые разрушенные дома. Там она могла вдохнуть полной грудью, однако приходя домой чувствовала, что ходит по минному полю с завязанными глазами. — Для чего ты стараешься? Он окидывал ее презрительным взглядом сверху вниз, когда Хинату в очередной раз отбросило во время освоения техники вихря. Она лежала на татами в комнате, где с трех лет проливала пот, кровь и слезы, под наблюдением этих вечно холодных серых глаз. Хината ничего не ответила, но вновь встала, чтобы повторить технику, как вставала десятки раз до этого. Ее руки были избиты в кровь, все тело в синяках и кровоподтеках. Теперь, когда работа в деревне закончилась, она стала посвящать всю себя тренировкам. — Смирись, — сказал жестоко Хиаши, когда ей в очередной раз не удалась техника. — Ты никогда не сможешь догнать Неджи. Он еще раз кинул на свою дочь уничижающий взгляд и отвернулся прочь. — Почему ты так ненавидишь меня? — вскрикнула Хината, поддавшись эмоциям, что никогда не позволяла себе в присутствии отца. — Потому что он погиб из-за тебя. В этот же вечер Хината собрала все свои вещи. Их было немного, отец всегда приучал их жить налегке, в доме не было никаких предметов роскоши, в комнатах девочек допускался только один единственный вид аксессуара – оружие. Все свою жизнь Хьюга уместила в одну сумку, оставила записку на столе для сестры и навсегда покинула дом. — Хината? Заходи! Наруто сидел, как обычно, за никому ненужной отчетной писаниной. В который раз за эти месяцы он ловил себя на мысли, что точно не о такой жизни мечтал. — Извини, что вызвал тебя. Просто мне показалось, что скорее ты дойдешь до меня, чем я смогу к тебе вырваться. К тому же, я не знаю, где ты живешь, — он, улыбаясь во все зубы, заломил забинтованную руку за голову. Хината впервые смотрела на выращенный протез, потому что до этого всегда видела Наруто в одежде с длинным рукавом. Сейчас, поддавшись летней духоте, Хокаге сидел всего лишь в футболке и черных штанах. Сандалии были скинуты, и из-под стола торчали голые стопы. Этот вид необычайно умилил Хинату. Так сложно представить, что этот молодой мужчина с голыми пятками и остатками рамена на губах ответственен за всю деревню, и благодаря ему на планете держится мир. Она не смогла сдержать улыбку. — Здравствуй, — Хината не понимала, распространяется ли его просьба обращаться к нему, как раньше, и на кабинет Хокаге. — Слушай, — он встал из-за стола и облокотился бедром на его край. — Прости, что не был… — Все в порядке, — перебила его девушка. — Ты ведь ничего мне не должен! — она хотела добавить, что ее и самой-то не было на похоронах, но промолчала. Наруто смотрел на нее с минуту, будто оценивая, а потом шумно вздохнул и кивнул самому себе, как в подтверждение какой-то мысли. — Как ты себя чувствуешь? — Уже намного лучше, спасибо. Он снова поднял взгляд на Хинату и на этот раз смотрел слишком долго и пронзительно. А Хьюга, которая раньше отдала бы душу дьяволу за то, чтобы Наруто Узумаки так смотрел на нее, поежилась и начала искать пути отступления. Может сказать, что она торопится? Или снова упасть в обморок, как раньше? Что ему нужно от нее вообще? — Мне кажется, или тебе некомфортно? — Седьмой так серьезно смотрел на нее, что девушка была готова сквозь землю провалиться, еще и руки на груди скрестил. Наверняка тем, кто его не знал, Узумаки внушал страх не хуже Саске Учихи. — Я… я… — он что, смеется над ней, думала Хьюга, опять заставляет вспоминать старые привычки краснеть и заикаться. — Все-таки, Хината, —мужчина усмехнулся, наконец принимая более расслабленный вид. — Некоторые вещи не меняются. Хьюга нахмурилась, это что проверка была какая-то? — Это все? — неуверенно спросила Хината, ее руки, как раньше, начали подниматься, словно защищая тело, но девушка сбросила с себя оцепенение и выпрямилась. — Я хочу новую миссию. — Миссию? Сейчас? Ты буквально только что вышла из больницы, я не могу отпустить тебя, — Наруто спрятал улыбку и снова стал серьезным. — К тому же, подходящего твоему рангу все равно ничего нет. — Уверена, Шикамару что-нибудь мне отыщет, — он всегда находил ей что-нибудь, самые долгие и отдаленные миссии. Хинате иногда казалось, что Нара такой проницательный, потому что читает мысли, ведь она не говорила, что старается сбежать из Конохи, а он, как чувствовал. — Мне кажется, или ты сомневаешься в моей компетенции? — усмехнулся Хокаге. — Конечно, нет! — спохватилась Хината, от смущения или волнения, или всего вместе, совсем не поняв, что Наруто всего лишь поддразнивает ее. Седьмой снова обошел свой стол и опустился в огромное, под стать ему самому кресло. Он с минуту перебирал бумажки в зеленой папке, а Хината, надеясь, что сейчас он все-таки сжалится над ней и назначит работу, подошла поближе к столу. — Прости Хината, я не могу отправить тебя на миссию. Если вдруг это из-за денег, — он посмотрел на нее, немного смутившись из-за такой личной темы, — то ты можешь поработать здесь со мной, помочь с этим хламом. Дело было конечно не только в деньгах, но с тех пор, как она стала сама себя обеспечивать, Хината еле сводила концы с концами. Ее никогда не учили, как обращаться с финансами. За наследницу всегда покупали продукты, одежду, и всякий бытовой хлам. И девушке пришлось с нуля учиться управлять деньгами методом проб и ошибок, и даже сейчас, по прошествии стольких лет самостоятельной жизни, она не могла сказать, что научилась. Хината только в прошлом месяце смогла полностью выкупить свою крохотную квартирку. Еще одна причина, по которой Хьюга согласилась терпеть издевательства врачей, это то, что в больнице кормили. Если бы ее восстановление проходило дома, где из еды была, разве что, пророщенная картошка, она бы умерла скорее от голода, чем от поврежденных танкецу. Вспомнив свой скудный запас продуктов питания, Хината уже хотела было согласиться на эту скучную работу, как в кабинет не постучавшись, лениво зашел Шикамару. Он, заметив девушку, по-дружески ей подмигнул и отправил в руки Хокаге новую стопку бумажек. — Прочитай, это срочно. Наруто принялся всматриваться в исписанные листы, перелистывая их перебинтованной рукой. Это заняло какое-то время, в которое Шикамару и Хината перебросились ничего не значащими вежливыми фразочками. — Ясно, — заключил по итогу Хокаге и задумался, положив голову на замок из рук. — Хината, я все-таки назначаю тебя на миссию, будешь сопровождать меня в страну Молнии.