Gone with the leaves

Саске рядом с этим сосудом чувствовал себя как-то странно, будто находился в душной тесной комнате, наполненной людьми, хотя пространство было гигантским, и было их здесь всего четверо. Хината рядом пихнула мужчину ногой и жестами начала объяснять, что видела. Однако, так как язык жестов среди шиноби был не в ходу, Учиха ничего не понял. Хьюга, закатила глаза и, отвернувшись, продолжила наблюдать. — Слишком много людей, да, Рио-сан? — спросил Покупатель, Хината слишком отвлеклась, объясняя на пальцах Саске, что представлял из себя сосуд, поэтому не понимала, о чем говорит старик. Он стоял к ним с Учихой лицом, тогда как Гото она видела только со спины. Рио долго не отвечал на этот вопрос, он, видимо, как и Хината не понимал, о чем шла речь. Зато, кажется, понял Саске. Девушка почувствовала, как он рядом весь напрягся, как хищник перед прыжком, а рука легла на бедро с прикрепленным кунаем. Старик одними глазами кивнул в сторону бочки с саке, за которой скрывались шпионы. Хьюга нахмурилась. Он их нашел? Но как? Даже опытный сенсор не смог бы определить их присутствие. — Сейчас! — твердым приказным тоном сказал Учиха, и они вдвоем одновременно выпрыгнули из укрытия. Покупатель ухмыльнулся, его старческий, морщинистый рот, как у жабы, растянулся, однако глаза оставались смертельно холодными. Однако с Саске в холодности взгляда не мог соревноваться никто из ныне живущих. Рио же, итак нервный из-за предстоящей миссии по устранению Хокаге, совсем растерялся, когда увидел сверкнувшие учиховские глаза. — Ты бери старика, а я разберусь с этим. У каждого были свои счеты с врагами. Хината уже два года мучилась от сжигаемого чувства мести за смерть своего отца. Да, она убила тех, кто сумел сразить самого Хиаши, грозного главу клана Хьюга. Но девушка мечтала видеть, как сам заказчик его глаз, сам Покупатель захлебывается своей кровью. Что до Саске, он просто хотел прикончить того, кто обращался с его девушкой, как с животным. Как только Учиха заглянул в глаза Хинаты в той разрушенной деревне, чтобы посмотреть, где она была все эти месяцы (в рассказы про добровольное присоединение к Молнии он, конечно, не поверил), в его сознание помимо прочего врезалось воспоминание химе о том, как Гото запихивал ей в горло еду, пропитанную веществами. И как только он увидел Рио этим вечером на приеме у дайме, мечтал точно также накормить ублюдка его же зубами. Хьюга немедля атаковала Покупателя. Она помнила, как на месте покупки глаз ее отца его увели от битвы, поэтому все это время Хината думала, что он не шиноби, просто чокнутый ученый. Однако он резво, будто ему и не было сто с лишним лет, отбивался от всех ее атак, и очень умело нападал в ответ. — Я все знаю о вас, дорогая Хьюга-сан! — говорил он, когда девушка клинками чакры, окутанными молнией, пыталась достать его. — Все ваши приемы, все ваши техники! Этим временем не менее активное сражение шло между Саске и Рио. Гото, как только его начали атаковать, сразу же сбросил с себя оцепенение. Его взгляд стал серьезным, тело покрыло какое-то странное липкое вещество. В таком обличие Рио напоминал Учихе Суйгецу. Тот тоже любил таять, будто восковая свеча. Однако в отличие от бывшего товарища, этот, вместо воды, трансформировал те части тела, куда приходился его, Саске, удар в газообразное. То в дым, с резким запахом жженого мяса, будто плоть сгорела дотла, то в воздух, потому как неожиданно становился невидимым, и даже шаринган не мог просчитать с какой стороны придется удар. Учиха не концентрировался на бое. Для него самым главным было отобрать у Рио сосуд, который мог, со слов Покупателя, нейтрализовать его и Наруто, и при этом не уничтожить половину дворца. Техники Саске были далеко не деликатными, он не мог так же незаметно, как Хьюга расправляться с противниками, ведь она взмахнет ручкой, высвободив иглы чакры, и все враги падают без сознания. Он так не умел, его бои всегда были масштабными и очень эффектными. В этом же случае, нельзя было создавать слишком много шума. Да к тому же приходилось постоянно наблюдать за Хинатой. Саске, конечно, верил в силы девушки, но не очень доверял ее платью и туфлям, что сковывали движения. Да и старик оказался не так прост. Не так прост это было слабо сказано. Он отбивал все ее техники, не моргнув и глазом, будто они были для него насмешкой. Ни одна техника Хинаты не смогла не то что задеть Покупателя, сбить его дыхание. — Это все? — ухмыльнулся он, когда девушка послала в него очередную сеть молнии, она даже не достала кончиков его ботинок. Хьюга вымоталась, чакра была на исходе. — Тогда мой черед! Его насмешливый тон резко сменился на угрожающий. Покупатель встал в стойку и глубоко, жадно вдохнул, увеличившись в размерах, словно с воздухом в его организм попадала и чакра. Грудная клетка старика становилась все больше и больше, пока черный, как траурный, костюм не затрещал по швам. Кожа стала темно красной, на ней выступили голубые вены, а торчащие во все стороны седые волосы встали дыбом. Покупатель издал нечеловеческий рев, больше напоминавший звук, который издают его птички, и сложил руки в нескольких печатях. Из его рта высвободился шар пламени, прожигающий всю ткань в округе: занавески на дверях, тканевые нашивки с названиями на бочках с саке и вином. Покупатель изрыгал огонь очень долго, наполняя все пространство жаром. Может, старик и знал про техники Хьюга все, но чего он не знал, так это то, что девушка тренировалась с Саске в использовании катона, и была резистентна к такого рода атакам. Хината, покрыв чакрой кожу, пробежала сквозь огонь, задержав дыхание (покров позволял девушке не обжечься, но не защищал от жара внутренние органы). Она выхватила из набедренного чехла кунай и, покрыв его чакрой, накинулась на Покупателя сверху, ударив прямо по его левому глазу. Он вскрикнул, и по его щеке потекла кровь. Удивительно, но за этот же глаз схватился Рио. Неужели Саске удалось ранить его в то же самое место? Хината отвлеклась, с удовлетворением наблюдая, как Гото держится за вытекающий глаз. — Берегись! — Хьюга не успела даже обернуться на Покупателя, как Саске сшиб ее с ног, а над их головами пролетел поток лавы. — А дед в ударе, да? — усмехнулась Хината. Ей вдруг стало очень смешно. Она смотрела на лицо Учихи, и оно так забавно менялось, как в комнате кривых зеркал. Сначала его раздуло, затем оно стало очень худым. Его взгляд тоже затуманился, голова зашаталась, как после нескольких минут на карусели. Волнами пошли предметы вокруг, и Покупатель, и Рио. Только взглянув на последнего, Хината поняла, что происходит. Гото стоял, одной рукой схватив сосуд, тогда как вторая рука отсутствовала. А если быть точнее, превратилась в газ и отравила Хьюга и Саске. *** Приходила в себя она очень долго и тяжело, во рту был горький привкус, и горло саднило. Когда она наконец-то открыла глаза, то единственное, что смогла увидеть — это темнота. Она на секунду даже решила, что ее все же решили прикончить, и перед этим забрали бьякуган. Однако, активировав додзюцу, Хината поняла, что кругом просто была темнота, а рядом с ней на боку без сознания лежал Саске. Она проверила, все его органы были целыми, он также, как и сама девушка, просто наглотался газа. — Саске, — слабость в теле еще была, но Хьюга смогла доползти до мужчины и начала его будить. Он долго не шевелился, как бы Хината не призывала к пробуждению. А потом резко открыл глаза и сел. — Что произошло? — Учиха шлепнул себя по щекам. Хината оглянулась. Ей стоило сделать это еще раньше, но весь фокус внимания девушки был на бессознательном Саске. — Я думаю, это тюрьма, снаружи висят чакропоглощатели, ниндзюцу и гендзюцу здесь не действуют, — на ее глаза это, конечно не распространялось, да и способности Саске, как она была уверена, не особо ущемлялись этими печатями. — Мы глубоко под землей, но я могу видеть, что происходит в зале. Наруто и Райкаге все еще в переговорной. Сколько времени прошло? Саске промолчал. Он поднялся на ноги и начал наощупь ходить по их маленькой клетке. — Рио и Покупатель… не вижу их, — продолжила наблюдение Хьюга, обшаривая каждую комнату. — Может, они изменили план? Одного не могу понять, почему они не разделались с тобой, пока ты был в отключке? Очевидно, что ты их враг-номер-два после Хокаге. — Наруто в режиме отшельника, если со мной что-то случится, он почувствует, и их эффект неожиданности пропадет, — рассуждал Саске, он ничего не видел, в отличие от Хинаты, его глаза были как у слепого, ни на чем не сфокусированы, мужчина продолжал прощупывать стены. — Либо они — просто идиоты — не додумались убить меня, пока была возможность. — Тебе не кажется, что твое преимущество риннегана можно использовать прямо сейчас? — Я чувствую чакру Рио, — Саске проигнорировал вопрос девушки, но думал о том же. Хината перевела бьякуган в режим полного обзора и заметила шагающего по лестнице Гото. На его глазу уже была марлевая повязка, пропитанная кровью, в руках он держал вазу, внутри которой хаотично двигались чакры, как маленькие фонарики. — Да, он приближается! — Хьюга взглянула на Саске не меняя положение головы, хотя он находился за спиной. — Надо убираться, пока он не вырубил нас газом снова. Девушка и сама была спокойна, так уж каждый раз происходило рядом с ним, но Учиха казался, будто все еще под действием газа, успокаивающего газа. Его сердце билось ровно, мышцы лица были расслаблены, словно они сидели у телевизора дома, а не находились перед лицом смертельной опасности. Наверное, подумала Хината, когда достигаешь уровня, что можешь победить Богиню, такого рода передряги кажутся лишь назойливыми мухами. — Где ты? — Саске махнул рукой, пытаясь зацепиться за Хьюга. Девушка подошла и коснулась его груди, так, зная, что он совсем рядом, ей стало вообще все равно и на приближающегося Гото, и на то, что может произойти, активируй он технику сосуда. Саске приобнял ее за талию, и Хината вцепилась обоими ладошками в рубашку, готовая к перемещению. Но вот привычных ощущений при телепортации все никак не было. Химе вновь активировала бьякуган и с непониманием уставилась на Саске. Он смотрел на нее, а точнее, сквозь нее, так как не видел ничего не то, что дальше своего носа, дальше своих ресниц. Теперь он показался ей наоборот, возбужденным. Она поняла, что что-то не так по его настороженному взгляду и тому, как быстро забилось сердце под ее ладонью. Учиха медлил, не переносился, хотя они стояли так, обнявшись, уже непростительно долгое время. Рио приближался. — Саске? — аккуратно спросила она. Может что-то не так с риннеганом? — Прости, — прошептал он, лицо его исказилось, как у нашкодившего ребенка. И Хината поняла, все с риннеганом в порядке, с ним самим что-то не так. — Нет! Девушка резко оттолкнула Учиху от себя, однако он никак не отреагировал на эту попытку отдалиться, Саске схватил ее за кисть и, резко дернув на себя, поцеловал, мягко и утешающе, насколько мог, чтобы сгладить захват руки, который причинял Хинате боль. Хьюга не ответила на поцелуй, более того, она укусила мужчину за нижнюю губу, и тут же почувствовала металлический привкус во рту. — Не смей говорить, что оставляешь меня здесь ради моей же собственной безопасности! — выплюнула она, предвидя его оправдания, все они так оправдывались. — Я оставляю тебя здесь, чтобы не мешалась под ногами, — сохраняя спокойствие ответил Саске и растворился в воздухе. А Хината так и осталась стоять, словно громом пораженная. Больше заботы и гиперопеки она ненавидела, когда ее считали слабой. Ведь Хьюга сразила не одного врага, чтобы доказать обратно. И самым главным ее врагом была она сама, ее слабость и нежный характер. Она сделала все, чтобы ее признали, но Саске вдруг решил, что этого мало. «Чтобы не мешалась под ногами» — для сражений его масштабов ей надо еще дорасти, вот, что она слышала в его словах. Химе металась в ярости по клетушке, пока Рио Гото не оказался совсем рядом. Вот его рука растворилась в воздухе, превращаясь в маленькие летящие клетки. Они проникли в ее тюремную камеру через щели в двери, начали распространяться по пространству, все приближаясь и приближаясь к девушке. Когда она почувствовала их прикосновение к своей щеке, Хината задержала дыхание. Сложно сказать, потеряла она сознание из-за газа, или из-за того, что сама перекрыла себе доступ к кислороду, но после этого Хьюга еще долго не приходила в себя. А когда приходила, трубка, всунутая ей в горло, наполнялась чем-то теплым, и она вновь проваливалась в темноту. Ей ничего не снилось, это был беспокойный сон, его поддерживали вещества, что поступали по теплой трубке, не давая девушке ни провалиться в глубокую фазу сна, ни прийти в себя. Вокруг постоянно были голоса, Хината не могла отличить, это в ее голове кто-то болтал, или там, где она находилась, привязанная к мягкой кровати. Девушка чувствовала ветер, чувствовала влажный воздух и росу по утрам, хотя, может ей просто снилось. Когда Хьюга окончательно пришла в себя, на ней не было ни трубок, ни ремней. И все это наверняка она видела во сне, как последствие отравления газом Рио. Но сейчас все было хорошо, ведь девушка открыла глаза в одной из палат госпиталя Конохи, той, чьи окна выходили на скалу Хокаге. Хината облегченно вздохнула. — Наконец-то дома. Она уже представила, как отправится в свою квартиру, после того, как ирьенины Листа перестанут тыкать в нее своими инструментами, чтобы узнать состояние ее организма, представила, как рухнет в теплую ванну и насладится сном в своей собственной большой кровати, и в уши ей не будут храпеть на тысячу ладов куча мужчин и женщин. А после сладкого сна она встретится с друзьями, и они расскажут (ведь Наруто постоянно занят, а на Саске девушка смотреть не хотела, до сих пор злилась), как удалось победить Покупателя, и с каким лицом сидел Райкаге, когда понял, что его грандиозным планам конец. Конечно, для Саске и Наруто это не было достижением, ведь им удалось в свое время победить не кого-нибудь, а Кагую. Хината лежала, чувствуя, как ком в груди, образовавшийся больше четырех месяцев назад, как она покинула родную деревню, рассосался. Она тосковала, как никогда, по родным местам, по своей крохотной квартирке, по родной Конохе, которая видела ее, как преступницу. Но, учитывая то, что химе лежала в VIP палате, а не в местной тюрьме, все ее грехи были прощены, так она, по крайней мере считала. В дверь кто-то настойчиво постучал. — Войдите, — радостно сказал Хината, воображая, кто это мог бы быть. Она обрадовалась бы сейчас любому лицу. Наруто, Сакура, Акира, Джун, ее овчарята, Саске, может даже сестра заглянула? Хината не угадала. Даже близко. — Как ты себя чувствуешь? На пороге ее палаты стоял Рио Гото и мерзко улыбался своей ослепительной улыбкой.