(Не) твоя забота

«Одиночество либо ожесточает, либо учит независимости». Д. Фаулз

Вернувшись в общежитие в тот день, Чонгук сразу же рухнул на кровать и заснул. Проспал до самого вечера, потому что чувствовал себя просто отвратительно. Желудок не переставал бунтовать, прося нормальной еды; ещё чувствовалась слабость во всём теле, однако, несмотря на это, он начал напоминать живого человека. Требовалось время, чтобы восстановить силы и вернуться в обычное состояние. У каждого поступка есть последствия, и это следовало усвоить. В отражении зеркала на него смотрел уставший парень. Чёрные круги под глазами, бледная кожа, потухший взгляд, — Чонгук не мог узнать себя. Стоял около пятнадцати минут, разглядывал своё лицо и не понимал, почему постройка, в которую было вложено столько сил, развалилась в одно мгновение. Он много старался, чтобы поменять свою жизнь, стать лучше, продвинуться вперёд, а его снова откинуло назад, в самое начало. И причиной тому стала собственная наивность. Винить себя в произошедшем глупо. Поверил незнакомому человеку, поехал неизвестно куда, не желая смотреть правде в глаза. Стоило быть осмотрительнее. Кто же знал, что люди бывают такими жестокими. Говорят, на своих ошибках учатся. Так оно и есть. Чонгук, кажется, на всю жизнь запомнил жгучее чувство, заполонившее его сердце. Ему не просто было стыдно — он ощущал себя ничтожным, пока чужие взгляды скользили по его растерянному лицу. А после его настигло разочарование. Вязкое, мерзкое разочарование, от которого избавиться никак не получалось. Почему-то Чонгук до последнего надеялся, что Тэхён стал жертвой обстоятельств. Его заставили, уговорили, пригрозили, в конце концов. Но дни сменяли друг друга, а Чонгук всё возвращался в момент, когда у Тэхёна была возможность объясниться, а он ей не воспользовался. Не захотел или не смог подобрать нужные слова? Чонгук до сих пор не знает. Искал ему оправдания, а по итогу понял, что это неправильно. Неправильно наделять человека несуществующими качествами. Если бы Тэхён захотел, давно бы извинился и всё рассказал, хотя бы попытался это сделать. Никаких извинений Чонгук не получил, — следовательно, Тэхёну это и не надо было. Сложно признавать, что тот, кто тебе симпатичен, имеет недостатки. Влюблённость ослепляет, затмевает сознание, мы не замечаем минусов, напротив — наделяем понравившегося нам человека исключительно хорошими чертами. Вот и Чонгук считал Тэхёна идеальным, но на деле он совершенно ничего о нём не знает. Чужой образ, подобно стеклянному шару, который долгое время стоял на полке и радовал глаз, разбился на тысячи осколков, и те, кажется, вонзились прямиком в сердце. Конечно, ему больно. Эту боль не описать словами — её возможно лишь почувствовать. С ней нужно смириться. Мир не рухнул, планета не остановилась — всё шло своим чередом. События, кажущиеся нам целой трагедией, никак не влияют на жизнь других людей. Более того, со временем они перестанут иметь свою значимость и покажутся бессмысленными и нам. Сердце заживёт, шрамы затянутся, и всё обязательно наладится, — главное, верить в это. Чонгук старается вести себя как ни в чём не бывало. Слушает преподавателей, делая пометки в тетради, выполняет все указания Чимина, стараясь не пропускать тренировки; в свободное время приходит в кофейню к Юнги и Намджуну и занимается, — в общем, делает всё, что и делал раньше. Казалось бы, двигается в нужном направлении, а результата никакого. Что толку записывать каждое слово профессора Пака, если мыслями он находится не в аудитории, а за пределами города, в двухэтажном доме с Тэхёном? Снова прокручивает ту ситуацию в голове, мечтает вернуться, переиграть события, поступить по-другому. Никогда раньше не отвлекался на посторонние вещи, сосредотачивал всё внимание только на учёбе, а теперь вдруг стало неинтересно. Какая там математика? У него сердце болит, кровоточит из-за обиды, просит что-нибудь сделать. — Всё в порядке? — Чимин выглядит серьёзным. Убирая гантели на место, он смотрит на Чонгука. Всё не решался спросить, потому что не имеет права лезть не в своё дело, однако молчать тоже не может. — Что? — Чонгук даже не сразу понимает, что вопрос адресован ему. Он тяжело дышит после силовых упражнений. Серая толстовка пропиталась потом. Полтора часа, отведённые на тренировку, тянутся слишком долго. Чонгук уже успел устать, и это несмотря на то, что они только недавно начали. — Как ты себя чувствуешь? Чимин присаживается на корточки и упирается ладонью в тренажёр, заглядывая в глаза, которые тут же прячут. Чонгук не хочет смотреть, поэтому отводит взгляд, увиливая от ответа. Чимин это замечает, потому вздыхает. — Послушай, я всего лишь твой инструктор, но меня беспокоит то состояние, в котором ты сейчас находишься. Ты вялый в последнее время и быстро устаёшь. — Чонгуку становится стыдно. Он поджимает губы, чувствуя себя виноватым. — Эй, ты нормально питаешься? Чонгук качает головой. Смотрит в пол, — куда угодно, только не в глаза. Чимин кладёт пальцы на колено, надеется, что его послушают. — Чтобы был толк от тренировок, нужно сбалансированное питание. Если ты плохо или мало ешь, откуда взяться энергии? — Я знаю, — безэмоционально отзывается Чонгук. — В чём тогда проблема? — Всё нормально. Чимин вздыхает. Выпрямляется и наклоняется ближе, сбавляя громкость голоса. — Выглядишь неважно. Уверен, что чувствуешь себя хорошо? Чонгук медлит всего секунду, и этого хватает, чтобы Чимин всё понял и поджал губы. — Отдохни как следует и возвращайся с новыми силами. На сегодня закончим, не хватало ещё, чтобы ты мне тут в голодный обморок упал. — Я не голоден, — возражает Чонгук. Кого пытается обмануть? За целый день съел одно яблоко. Не себя наказывает, а организм. Если раньше он нарочно ничего не ел, то в этот раз потерял аппетит — не может думать ни о чём другом, кроме той ситуации. Чимин смотрит на него дольше обычного: о чём-то задумывается, будто сомневается в сказанном. Чонгуку кажется, что тот сейчас уйдёт, однако инструктор подходит к нему и предлагает вместе поужинать. Он теряет дар речи, на всякий случай переспрашивает, не послышалось ли ему. Чимин улыбается. — Не знаю, как ты, а я ужасно проголодался. Всё равно на сегодня ты последний мой подопечный, так что подожди меня, ладно? Чонгук заторможено кивает. Чимин и правда спускается на первый этаж через несколько минут. Переоделся в обычные джинсы, толстовку и куртку (так и не скажешь, что он здесь работает). В полосатой шапке он выглядит намного младше своего возраста. И если бы Чимин не подмигнул администратору на выходе и девушка в ответ не улыбнулась ему, пожелав хорошего вечера, Чонгук подумал бы, что тот ещё учится в старшей школе. — Пойдём? Встрепенувшись, Чонгук догоняет его в дверях. Как оказалось, Чимину всего двадцать шесть. Начал работать фитнес-тренером и инструктором в тренажёрном зале сразу после того, как получил необходимое образование. Парнем он был простым: своим идеальным телом не хвастался, говорил на различные темы — не только о фитнесе и здоровом питании, — да и был скромным по натуре. А ещё вежливым и весёлым. Поначалу Чонгук молчал и просто слушал, не зная, как вести себя с незнакомым человеком. Они ведь никогда толком не разговаривали дольше пяти минут. И пускай Чонгук уже успел привыкнуть к нему, было немного странно видеть Чимина вне стен зала. В повседневной обстановке парень выглядел совсем иначе, Чонгук даже усмехнулся своим мыслям, поняв, что Чимин — обычный человек, который тоже может позволить себе поужинать в ресторане. Он-то думал, что они закажут салаты из свежей зелени, курицу с овощами и всё в таком духе, но… — Я так давно не ел самгёпсаль! Или заказать пулькоги? Чонгук глупо моргает в ответ. Что? Они будут есть нормальную еду? — Не стесняйся, заказывай всё, что хочешь, — усмехается Чимин, заметив чужую неловкость. — А разве можно?.. — Чонгук даже договорить не успевает. — Нужно! Он ведь был уверен, что люди, которые посвятили свою жизнь спорту, не едят жирное и жареное, не позволяют себе сладкое, употребляют исключительно здоровую пищу и никак иначе. Но вот перед ним сидит его инструктор и с удовольствием уплетает свинину… Удивлён? Не то слово. Как теперь жить-то с этой информацией? — Организму нужны белки, жиры и углеводы. Это как строительный материал для него, понимаешь? Ему нужно запасаться энергией, а чтобы вкусный ужин не сказался на фигуре, эту самую энергию надо потратить. А я, между прочим, люблю вкусно поесть, — рассказывает Чимин с ухмылкой. — Я достаточно двигаюсь в течение дня, так что могу себе позволить съесть что угодно. Я тебе больше скажу, — он сбавляет голос и наклоняется к удивлённому Чонгуку, — по утрам я съедаю маленькую шоколадку. Как видишь, ещё не растолстел, — Чимин, приложив ладонь к животу, смеётся. Чонгук переваривает не только еду, но и чужие слова. Слушать Чимина не только приятно, но и любопытно. — А алкоголь? Тоже употребляешь? — уж слишком интересно. Чимин мотает головой. — Очень редко. В последний раз пил на свадьбе сестры. — Он поднимает голову вверх и задумчиво щурит глаза. — Почти год пролетел. И то — меня заставили. — Чимин мягко улыбается. — Спиртное плохо сказывается на здоровье. А вредные привычки для меня — табу. Чонгук понимающе кивает. — Наверное, сложно так жить. — На самом деле нет. — Тот, пожав плечами, на минуту замолкает. — Мне нравится то, чем я занимаюсь. Конечно, некоторые знакомые меня не понимают, когда я отказываюсь выпить вместе с ними. Говорят, я не уважаю свои традиции, но знаешь, каждый человек волен поступать так, как считает нужным. Вот хочется тебе порадовать себя мороженым после трудного дня, порадуй и даже не смей себя за это ругать. Как думаешь, по какой причине люди не хотят начинать правильно питаться? — Потому что это сложно? — предполагает Чонгук. — В этом-то и проблема. Многие считают, что здоровый образ жизни — это потеть на тренажёрах и сидеть на жёсткой диете. Кому захочется поменять свою привычную жизнь, полную радостей в виде любимой еды? Нельзя себя в чём-то ограничивать. Когда начинаешь делать это, рано или поздно срываешься. — Но ведь нельзя есть всё подряд и при этом быть стройным, — хмурится Чонгук, а Чимин по-доброму улыбается. — Открою тебе секрет. Можно. Просто нужно соблюдать меру. Конечно, если ты будешь набивать желудок и день, и ночь, лишний вес не заставит себя ждать. Существует норма калорий, для каждого человека она разная в зависимости от возраста, пола и особенностей организма, ну и состояния здоровья, конечно же. Наверняка хоть раз в жизни ты завидовал другу, который ел за двоих и при этом не толстел. — Чимин дожидается, пока Чонгук согласно кивнёт, и продолжает: — Скорее всего, у твоего друга хороший метаболизм. Обмен веществ по-простому. Еда быстро переваривается, расщепляясь на белки, жиры и углеводы, а те в свою очередь обеспечивают организм энергией, витаминами и необходимыми минералами. Вообще, если правильно рассчитывать БЖУ, то всё будет замечательно. Главное — не сходить с ума. — А как это делать? — Лучше обратиться к диетологу. Всё индивидуально. Если хочешь, могу помочь с этим, я как-никак фитнес-тренер по образованию. — Спасибо, тренер! — Чонгук впервые за вечер улыбается. — Можешь называть меня хёном. — Чужие уголки губ тоже ползут вверх. — А вообще, не стесняйся спрашивать. За любопытство тебя никто не побьёт, моя работа — сделать тебя красивым и здоровым. — Чимин серьёзничает. — И, пожалуйста, не мори себя голодом, ладно? Может, ты этого не понимаешь, но к питанию нужно относиться ответственно — велика вероятность обзавестись болячками, а они ой как тяжело лечатся. Уж поверь мне на слово. Здоровье нужно ставить превыше всего. Чонгук перестаёт улыбаться. Опустив голову, он поджимает губы. — Я всё понял. — Вот и славно. — Чимин хлопает в ладоши. — Закажем добавки?

***

После того вечера Чонгук чётко для себя решил, что начнёт питаться правильно. Закупился свежими овощами, фруктами, не забыл про продукты с высоким содержанием белка (ему нужно набрать мышечную массу), а в качестве вкусностей купил свои любимые молочные коктейли. Впервые его маленький холодильник оказался забит под завязку. Приходилось уговаривать себя не пропускать приёмы пищи. Чимин, как и пообещал, выслал рекомендации, в конце добавил: не забывай, что ты растущий организм! Чонгук постарался следовать всем указаниям. Конец осени выдался холодным. Грузные облака лениво плыли по небу, не позволяя солнечным лучам добраться до земли и прогреть её как следует. Лёгкие куртки сменились тёплой одеждой, а именно: шарфами, перчатками и шапками. Прохожие сливались в одно сплошное чёрное пятно и привлекали меньше внимания, чем обычно. Руки постоянно мёрзли, — Чонгук держал их в карманах и шевелил пальцами, чтобы те окончательно не окоченели. Зима стояла на пороге, стучалась в двери, и, если честно, он не мог дождаться, когда можно будет гулять и дышать морозным воздухом. А если повезёт — выпадет снег и добавит атмосфере волшебства. Так и пролетали дни. Как ни странно, ему не было скучно. Чонгуку нравилась своя размеренная жизнь. Нравилось оставаться в библиотеке и грызть гранит науки, ходить в тренажёрный зал три раза в неделю, болтать с Чимином, обсуждая свой рацион питания; нравилось приходить к Юнги и Намджуну и слушать забавные истории. Про случившееся в доме Чана он рассказал только спустя неделю, — не хотел делиться подобным, но заботливые хёны его разговорили. Смотреть на поникшего Чонгука было выше их сил. Может, они и не общались близко, однако искренне переживали за младшенького. Ему стало приятно от этой мысли: о нём беспокоились по-настоящему, пытались поддержать, отвлечь. Чонгук был безмерно благодарен за это. — Да уж, мне этот тип сразу не понравился, — буркнул Юнги. — Я, конечно, могу сказать, что предупреждал тебя, но это бесполезно. Ладно, будет тебе опытом. Чонгук покачал головой. — Ага. — Выше нос! — Намджун даже в этой ситуации искал плюсы. Подбодрил, похлопал по плечу, попросил сделать Юнги что-нибудь вкусненькое. Чонгук довольно улыбнулся и с удовольствием съел клубничный чизкейк. И настроение поднялось, и жизнь показалась не такой уж и несправедливой. А самое главное — он не чувствовал угрызения совести, пока доедал десерт. Стоило отдать должное Чимину. — Не хочу показаться занудным, но знаешь, ты встретишь ещё много людей на своём пути. Хороших и не очень, адекватных и странных, добрых или, наоборот, жестоких. Кто-то будет общаться с тобой ради выгоды, другие посчитают тебя интересным, захотят узнать поближе, третьи — разобьют тебе сердце. Возможно, ты снова влюбишься, найдёшь любовь всей жизни, а может, разочаруешься в лучшем друге. Это нормально. Нужно научиться отпускать людей, даже если ты успел к ним привязаться. Жизнь состоит из сотни знакомств, каждый человек — это определённый опыт, так что не смей грустить. Они шли втроём по пустой дороге. После прошедшего дождя от асфальта тянуло сыростью. Юнги внезапно остановился и, задрав голову, посмотрел на тёмное небо. Никто не спешил нарушать образовавшуюся тишину. Чонгук хорошо запомнил каждое слово — те отпечатались в памяти на долгое время. Юнги говорил тихим голосом, иногда прерываясь, чтобы подумать над сказанным. В тот момент он казался таким взрослым и мудрым, что Чонгук не мог думать ни о чём другом. В силу возраста он не знал многих вещей, и так здорово, что Намджун и Юнги делились своим жизненным опытом с ним. Он старался впитывать в себя полученную информацию и использовать её с умом. Наверное, тогда Чонгук понял, что он не одинок. У него нет лучших друзей, зато у него есть Намджун, готовый всегда помочь, Юнги, к которому можно смело идти за советом, а также Чимин. Да, они обсуждали только некоторые вещи, но само осознание, что его окружали хорошие люди, согревало сердце. И дышать вдруг стало легче. Он улыбнулся, поймав себя на этой мысли. — Спасибо вам. — За что? — Намджун вскинул брови. Чонгук не мог ответить на его вопрос. Впрочем, повернувшийся в его сторону Юнги всё понял и без слов. Может, уже завтра они перестанут видеться. Чонгуку будет некогда приходить в кофейню перед закрытием, провожать их до автобусной остановки, наблюдая за тем, как два взрослых парня препираются друг с другом, чем и вызывают ухмылку. Как сказал Юнги, знакомство с ним и Намджуном — очередной опыт. На протяжении всей жизни его будут окружать разные люди, и Чонгук счастлив, что судьба столкнула его именно с ними. В компании хёнов ему спокойно, и это главное. На его месте некоторые возненавидели бы Чанмина и его друзей. А Чонгук… отпустил ситуацию. Со временем обида и злость улеглись и перестали вызывать неприязнь. Да и глупо на кого-то держать обиду — пользы никакой не принесёт, только нервы потратишь. Теперь знает, что не всем стоит доверять. Выбирать себе окружение тоже нужно уметь, хочется верить, что вскоре Чонгук этому научится. Чего он точно не ожидал, так это того, что спустя три недели ему придёт сообщение от Тэхёна. Он долго смотрит в экран телефона, даже думает заблокировать контакт, потому что это было бы правильным решением. Не может. Что-то заставляет его прочитать смс. kimtae95: наверное, уже слишком поздно просить прощения, но я всё-таки надеюсь, что ты примешь мои извинения Взгляд скользит по буквам туда-сюда. И снова, и снова, и снова. Чонгук не понимает, почему ничего не испытывает. Да, Тэхён извиняется, но за что? Такое впечатление, что ему просто стало стыдно и он написал это для того, чтобы утихомирить свою совесть. Чонгук не отвечает. Ещё бы недавно прыгал от радости, получив от него сообщение, а сейчас подтягивает колени к груди и кладёт на них подбородок, думая, что другого ждать не стоило. Он сам не заметил, как заинтересованность в Тэхёне уменьшилась в размерах. Больше не хочется смотреть по сторонам в надежде увидеть его, не хочется поджидать в кофейне, лайкать фотографии в соцсетях, чтобы его заметили. Чонгук вспоминает их разговор в загородном доме Чана, а на душе кошки скребут. Лучше бы он не влюблялся в него. Телефон, лежащий на столе, вибрирует. Чонгук смотрит на него задумчивым взглядом. Сколько времени проходит — неизвестно. В комнате не горит свет, он недавно пришёл с тренировки, даже не успел переодеться. Экран вновь загорается, подсвечивая его лицо. Так странно себя чувствует. Словно стоит перед трудным выбором: внутренний голос просит не обращать внимания на новые сообщения и пойти заниматься своими делами, а сердце отстукивает чечётку, нарушая тишину. Чонгук забирает телефон со стола и ложится на кровать. Ещё минуту пялится в потолок, словно на нём всплывёт подсказка, как ему поступить. Проигнорировать и постараться жить дальше? Рано или поздно его отпустит, любая влюблённость проходит, даже самая сильная. Они изредка будут пересекаться в университете, делая вид, что незнакомы. Чонгук оставит Тэхёна в памяти как свою первую любовь и ещё какое-то время будет вспоминать его. А после он влюбится в другого человека и забудет, как в один осенний день сердце трепыхалось в груди. Или же наплевать на правильность и сделать то, что хочется? Он соврёт, если скажет, что ему не хочется прочитать смс. До сих пор поднимает голову, когда шагает по коридору университета, и тут же отворачивается, заметив табличку студенческого совета. Тэхён ему всё ещё нравится, и, наверное, только поэтому он снимает блокировку. kimtae95: я понимаю, ты обижен на меня. на твоём месте я бы вряд ли согласился выслушать себя… kimtae95: ты можешь ничего не отвечать. это твоё право kimtae95: да, Чан действительно дал мне задание переспать с тобой. наверное, для тебя это покажется диким, мне и самому, если честно, не нравятся такие игры, но у меня нет другого выбора. Чан раздаёт нам задания время от времени, за их выполнение в зависимости от сложности начисляются очки. чем больше очков, тем больше привилегий. я не должен ничего рассказывать тебе. если он узнает, у меня будут проблемы — Тогда зачем ты всё это пишешь? — шепчет Чонгук сам себе. kimtae95: за невыполнение полагается штраф. обычно это другое задание, просто посложнее в моральном плане. поверь, легче сделать какую-нибудь глупость и пойти на поводу у Чана, чем узнать, что твоим друзьям и знакомым слили твои личные фотографии и переписки Чонгук прикрывает глаза на секунду. Неужели Чанмин шантажирует своих же друзей? В голове не укладывается. Он делает глубокий вдох, прежде чем продолжить читать. kimtae95: я не знаю, зачем он втянул тебя в это. Чонгук, мне правда жаль, что всё так получилось. я не сделал бы тебе ничего плохого, честное слово Последнее сообщение пришло одиннадцать минут назад. Чонгук поджимает губы, перечитывая его три раза. Тэхён попал под чужое влияние, и если так подумать, то он действительно не обидел его. Задание не выполнил, пускай и позвал к себе в комнату, — наверняка передумал в последний момент. Непонятно, почему он вообще дружит с таким человеком, как Чанмин. Чонгук не хочет иметь ничего общего с ним, давно бы разорвал все связи и держался за километр, а Тэхён… Что его держит? Чонгук шумно вздыхает. Даже сейчас он ищет ему оправдание. Извинения приняты, а легче не стало. Теперь Чонгук переживает за него. И как он может оставить всё как есть? jjungkook: всё в порядке. я не обижаюсь на тебя Сообщение сразу же помечается как прочитанное. Он замирает, не зная, что написать. Сердце снова ускоряет свой ритм. Почему волнуется? Хотел бы Чонгук выключить все эмоции и чувства, но, к сожалению, это невозможно. kimtae95: хорошо kimtae95: спасибо, что выслушал Значит, всё-таки переживал? Или совесть замучила… Странно, что Тэхён написал спустя столько дней. Либо не решался извиниться, либо не чувствовал вины до этого момента. Чонгуку остаётся только гадать. Заканчивать диалог совсем не хочется, тем более на такой грустной ноте. По сути, Тэхён свою миссию выполнил: прощение попросил, всё объяснил, Чонгук оттаял (он и не злился на самом деле). Будет глупо не воспользоваться шансом поболтать, только вот голова пустая. О чём разговаривать? Не спросит же он о самочувствии ни с того ни с сего… jjungkook: хён jjungkook: можно вопрос? Чонгук кусает губы. Если сейчас Тэхён не ответит, то он окончательно успокоится и писать больше не станет. Какая-то часть его даже надеется на это, а вот другая умоляет президента поддержать разговор. Сложно. Проходит минута, две. Чонгук закрывает глаза. А чего он ждал? Что Тэхён станет его другом по переписке? Извинился, всё, с него достаточно. И так не должен был ничего рассказывать. Зачем-то рассказал… Он уже не надеялся на ответ. Сообщение приходит спустя сорок минут. Чонгук вскидывает брови от удивления. kimtae95: конечно А что он хотел спросить-то? Теперь и не вспомнить. Ходит по комнате кругами, придумывает вопрос поприличнее, — самому становится смешно. Резко останавливается. В голову приходит дурацкая идея. jjungkook: ты завтра свободен? jjungkook: мы могли бы выпить кофе, например jjungkook: если ты, конечно, не против… Кончики пальцев горят из-за того, что Чонгук их нещадно кусает. У него сердце, кажется, останавливается, пока он ждёт ответа. kimtae95: прости, у меня дела kimtae95: может, в следующий раз? — Дурак, — ставит себе диагноз Чонгук, а после падает лицом в подушку. Его только что вежливо отшили, а он… улыбается. Ну точно на голову отбитый! Интересно, а это лечится? jjungkook: хорошо! — Боже, — бубнит он. — Лучше бы ты не писал. Тэхён отправляет подмигивающий смайлик, и Чонгук, сжав телефон в ладони, громко мычит.

***

Зима подкралась совсем неожиданно. Чонгук, погружённый в учёбу с головой, даже не заметил, как закончился ноябрь. Первый год обучения в университете подходил к концу, поэтому он всё чаще после занятий оставался в библиотеке. Огромные стеллажи с книгами напоминали лабиринт, в котором он бы точно заблудился, если бы ему не помогли. Чхве Минджи — это было написано на бейдже, когда его растерянный взгляд столкнулся с девушкой. — Я могу подсказать. — Она улыбнулась. — Д-да… Спасибо. В век современных технологий мало кто пользовался бумажными носителями. Чонгук тоже придерживался такой политики: всегда отдавал предпочтение электронным книгам, считая их практичными и удобными. К сожалению, не весь материал находился в открытом доступе, да и атмосфера библиотеки ему безумно нравилась. В тесной комнате общежития особо не позанимаешься: постоянно отвлекаешься то на мобильный, лежащий под носом, то на ещё какую-нибудь мелочь. Проблем с концентрацией у него не было. До недавнего времени. Если раньше Чонгук мог часами грызть гранит науки, то теперь время от времени мысли уносили далеко и надолго. Вся внимательность рассеивалась как пыль на ветру, стоило ему подумать о Тэхёне. Они так давно не виделись, что Чонгук позабыл местоположение родинок на его лице. А ведь ещё месяц назад мог по памяти рассказать и показать созвездия на карамельной коже. Он чувствовал тоску всякий раз, когда смотрел на телефон, — наверное, надеялся получить сообщение, поэтому проверял оповещения при каждом удобном случае. Пора бы уже перестать жить иллюзиями. Чонгук, честно говоря, старается. Больше не бегает хвостиком за президентом, не вздыхает, смотря на него издалека. Да, время от времени позволяет себе представить чужой облик и грустно улыбнуться, поразмышлять, как сложилась бы его судьба, если бы ему ответили взаимностью. Бесполезное занятие — лежать перед сном, смотреть в потолок и думать: «А вот если бы…» Наша жизнь состоит из многочисленных «если». Может, мы об этом не задумываемся, но ежедневно мы сталкиваемся с выбором. Уже после пробуждения мы выбираем, как начать свой день: встать пораньше, побыть наедине со своими мыслями и зарядить себя хорошим настроением, или же поваляться в постели подольше, залезть под одеяло с головой, а после дотянуться до телефона и пролистать ленту в соцсети. Поход в магазин, кинотеатр, ресторан — чем вам не выбор? В любой момент мы можем сделать шаг в другую сторону, выбрать неизвестность, рискнуть, — никто ведь не знает, где мы окажемся в итоге. Сами прокладываем себе путь, строим маршрут, непохожий ни на один другой. Так что не имеет смысла оглядываться назад — выбор уже сделан, впереди ещё тысячи других. Прямо сейчас Чонгук может пойти к Тэхёну и рассказать о своих чувствах. Как отреагирует на это Тэхён? Постарается принять симпатию или же, наоборот, окончательно отдалится? Гадать бесполезно, — это уже не от него зависит. Здесь спокойно. Кругом все учатся, выполняют домашнее задание, просто читают, сидя за письменным столом. Идеальная тишина гуляет между полками с книгами; благодаря большим окнам и высоким потолкам дневной свет беспрепятственно проникает внутрь. Пахнет бумагой и деревом. Обстановка располагает к обучению, и никакие Ким Тэхёны его не отвлекают. Острый кончик механического карандаша невесомо скользит по бумаге, однако полос не оставляет. За годы практики Чонгук научился быстро читать и выцеплять из огромного количества текста главное. Учится на инженерном факультете, а должен заниматься историей… Куда интереснее решать математические задачки, ломать мозг над вычислениями, нежели читать про династию Чосон. Да что он там не знает? Ещё в школе намучился с этим предметом и снова всё то же самое. Какой смысл проходить один и тот же материал? Как жаль, что нельзя сказать это профессору Хану. Мало того, что нужно подготовить доклад на заданную тему, так ещё и сухие факты не сгодятся. «Подойдите к заданию творчески». Чонгук дует губы. Он человек, любящий точность и достоверность, — какое творчество, блин? Издевательство над технарями — никак иначе! Экран телефона загорается, привлекая внимание. Чонгук бросает взгляд на мобильник и поджимает губы. Ну уж нет, он пришёл учиться, а не залипать в интернете. Хотя… голова уже кипит от количества информации, не мешало бы сделать перерыв. Не будь история такой нудной, он бы давно пил кофе и радовался жизни, как делают это сейчас его одногруппники. Странно, что он ещё ни с кем не подружился. Некоторые ровесники смотрят на него как на изгоя, оно и неудивительно. Чонгук не особо любит разговаривать с посторонними людьми, ему легче забиться в угол и послушать музыку, нежели сплетничать за спиной знакомых. Статус отличника и тихони закрепился за ним ещё в начальной школе, — с тех пор мало, что изменилось. Дружба с лучшим учеником в классе имеет много плюсов. Чонгуку было несложно что-то подсказать, помочь, он и после уроков оставался, чтобы объяснить материал. Только вот люди везде ищут выгоду — осознав это, Чонгук перестал бросаться на помощь всем нуждающимся. Своё время и силы нужно ценить. А ещё реальность была такова: общаться с ботаником хотели не все. Чонгука это не особо волнует: к одиночеству уже привык, да и так гораздо спокойнее. Вздохнув, он ещё минуту борется с желанием посмотреть, кто ему написал. В итоге тянется к телефону и прячет его под стол, — всё-таки находится не в том месте, чтобы в открытую филонить. Совесть никогда не дремлет. kim_namjoon: *вложение* На загрузку фотографии уходит целая вечность (вай-фай в библиотеке специально такой медленный?). Намджун отправил фото нового меню. Обновить позиции предложил Юнги. Чонгук тоже внёс свою лепту: попросил добавить фраппучино и ещё какой-нибудь авторский напиток. Обновлённое меню, размещённое прямо над кассой, выглядит здорово. kim_namjoon: ну как тебе? kim_namjoon: рамка не лишняя? Даже приятно становится… Неужели его мнение кого-то волнует? jjungkook: нет, всё супер! jjungkook: вы хорошо постарались с Юнги-хёном! jjungkook: уже не терпится попробовать что-нибудь новенькое kim_namjoon: наши двери всегда открыты) jjungkook: хён, не дразни меня jjungkook: я сейчас в библиотеке. пытаюсь учиться:D kim_namjoon: твоему мозгу нужен сахар kim_namjoon: пока Юнги-я не передумал угощать тебя, подлетай kim_namjoon: всё равно по пятницам почти никого нет Намджун прекрасно знает, что ему неуютно находиться в толпе. А если у него есть время писать, то посетителей и правда мало. Чонгук смотрит на открытый учебник. Всё, что не нашёл в интернете, он перенёс на планшет; осталось соединить материал между собой и придумать, как это всё интересно преподнести. Сам понимает, что ищет оправдание для того, чтобы уйти. jjungkook: буду через 15 минут ;) Вот тебе и старательный студент. Совесть пытается упрекнуть в том, что он быстренько собирается и уходит, не забыв отдать учебник работнику и поблагодарить за оказанную помощь, но Чонгук, на удивление, быстро заглушает внутренний голос. Впервые, кажется, выбирает отдохнуть и поболтать с друзьями, а не корпеть над заданием, которое он может сделать и завтра. В кофейню он заходит с улыбкой на лице. Настроение хорошее, даже не хочется прятаться за капюшоном и маской. Намджун, положив локти на столешницу, улыбается в ответ. Бариста поднимает руку, здороваясь таким образом. За перегородкой и кофейным аппаратом Юнги толком не видно — одна темноволосая макушка торчит. Чонгук садится на высокий стул и хмыкает, думая о том, что выше его на целую голову. Но об этом лучше не говорить, иначе не видать ему бесплатных напитков как своих ушей. Пользоваться чужой добротой нехорошо, но он, вроде как, на правах младшего принимает угощения. Сидит довольный, будто ему организовали пир на весь мир. Намджун крайне рад видеть его таким. Он всё переживал, что Чонгук ограничивает себя в еде, поэтому сейчас, наблюдая за тем, как тот съедает взбитые сливки в два счёта, он успокаивается. Да пусть хоть каждый день приходит, главное, чтобы он чувствовал себя хорошо. Намджун, переглядываясь с Юнги, расслабляет плечи. — Ты похож на маленького ребёнка, — с широкой улыбкой говорит он. Чонгук поднимает голову и смотрит на него круглыми глазами. Хочет возразить, но сбоку доносится чей-то голос. Парень в круглых очках и с короткой стрижкой, явно волнуется, потому опускает взгляд в пол. — Я хотел… можно попросить тебя… Чонгук вскидывает брови. Намджун тоже ничего не понимает. Перед ним стоит одногруппник: они никогда не разговаривали напрямую, и Чонгуку почему-то кажется, что Ким Бомгю не стал бы без причины подходить к нему. Вообще, они были чем-то похожи: оба держались по одиночке, и при этом их успеваемость была выше многих в группе. Шумно вздохнув, тот говорит на одном дыхании: — Если тебе несложно, мог бы ты объяснить сегодняшнее задание по математике? В долгу не останусь! Я просто забыл свои конспекты и, пока искал тетрадь, прослушал начало, а потом сломался мой любимый карандаш, и… — Хорошо, — перебивает Чонгук. Бомгю от удивления раскрывает рот. — Правда? Чонгук улыбается краешком губ. — Конечно. Он забирает свои вещи со стула, и они располагаются за столиком. Чонгук не видит, с какой гордостью на него смотрят две пары глаз. — Растёт мальчик, уже людей перестал бояться. — Намджун делает вид, что у него щемит сердце. В него прилетает тряпка. — Хватит дурака валять! — а это звучит от усмехающегося Юнги. Помогать Чонгуку нравится, особенно тем, кто внимательно слушает и действительно хочет разобраться в теме. Бомгю поправляет очки, достаёт ручку и блокнот, собираясь писать под диктовку. Чонгук поначалу чувствует себя неловко — он же не профессор, чтобы конспектировать каждое его слово. Почесав затылок, он просит расслабиться. Ему самому будет легче, если одногруппник перестанет смотреть на него, как на всезнайку. — А как ты узнал, что я здесь… — Я за тобой ещё с библиотеки шёл, — признаётся тот нехотя. — Стеснялся подойти. Чонгук тут же открывает рот, собираясь сказать, что в его просьбе нет ничего сверхъестественного и бояться просить помощи не нужно, но прокрутив чужие слова в голове, прикусывает язык. Да он сам такой же… Бомгю ещё посмелее будет: на его месте Чонгук пошёл бы домой и мучался один. И почему раздавать советы другим намного легче, чем следовать им самому? — На самом деле ничего сложного нет. Сегодняшняя тема была связана с физикой. Ты же знаешь виды магнитных структур? — Парень утвердительно кивает. Чонгук пододвигает к себе раскрытый блокнот и на скорую руку чертит кристаллические подрешётки для наглядности. — Для начала определим суммарный магнитный момент. Эти подрешетки взаимодействуют посредством квантовомеханического обменного взаимодействия, обладая при этом собственной магнитной анизотропией, связанной с кристаллической структурой вещества. На макроскопическом уровне для простейшего одноосного магнетика энергию взаимодействия можно записать вот так. — Чонгук объясняет неторопливо, записывая все нужные формулы. А вот рука двигается быстро и уверенно: почерк аккуратный, достаточно мелкий — хочется верить, что разборчивый. — Ещё надо будет найти условные экстремумы, использовав… — Функцию Лагранжа? Чонгук, взглянув на него с улыбкой, кивает. — Пока что понятно? — Да. — Хорошо. Думаю, систему линейных алгебраических уравнений ты построишь сам. Лучше ввести единичные векторы для удобства. Дальше… Время пролетает незаметно. Чонгук так увлёкся, что исписал три страницы. Высшая математика ему всегда была по душе, к тому же тема попалась интересная. Честно говоря, можно было не заморачиваться и не вникать в решение (оно вряд ли пригодится), но это уже дело принципа — разобраться и всё освоить. Любопытно узнать что-то новое, изучить дополнительный материал, к тому же их преподаватель — мужчина в возрасте, любящий и уважающий свой предмет — безумно радуется, когда видит, что студенты питают интерес к знаниям. Чонгук не стремится завоевать внимание, однако получить похвалу всегда приятно. Кажется, не только ему. Бомгю так долго благодарит его, что у Чонгука краснеют кончики ушей. Ему бы банального «спасибо» хватило, но одногруппник угощает пирожным. Отказываться некрасиво, Чонгук лишь просит вместо десерта заказать что-то менее калорийное, — уже побаловал себя сладким, нарушать рекомендации Чимина он не собирается. — Ты следишь за питанием? — удивляется тот. Чонгуку неловко в этом признаваться. — Пытаюсь. Мой инструктор помогает мне. — Так ты ещё и в тренажёрку ходишь? — Ну да… — Вау, ты такой крутой! Он тихо смеётся. Конечно, отмахивается, говоря, что никакой он не крутой. А в груди разливается тепло… Внутренний голос впервые в жизни не ругает его, а нахваливает, — наверное, ради этого стоило приложить столько усилий. Спину выпрямляет и расправляет плечи, и правда чувствуя себя каким-то героем. — Давно хотел записаться, но всё руки не доходили это сделать. — Бомгю опускает смущённый взгляд на стол. Стоит ли говорить, что Чонгук видит на его месте себя? Тоже ведь боялся, а потом просто взял и сделал. Иногда, чтобы быть смелым, достаточно сделать маленький шаг. — Может, сходим сегодня в компьютерный клуб? Ты играешь? У Чонгука глаза блестят. Почему они раньше не познакомились? Он так активно кивает, что оба начинают смеяться. — Чон Чонгук! Услышав своё имя, он оборачивается. Уж кого-кого, а знакомую компанию увидеть не ожидал. Субин машет ему издалека, не обращая внимание на то, что Юнсок толкает его в бок, прося угомониться и не орать на всю кофейню. Ынха, даже не посмотрев в сторону Чонгука, хмыкает. С ними ещё Хосок, который, кажется, не узнал его. Ну и конечно, сам президент студсовета, делающий заказ. Чонгук ловит чужой удивлённый взгляд и теряется. Никто не был готов к встрече. К счастью, Чанмин не любит подобные заведения и предпочитает есть в ресторане. — Давай к нам! — кричит всё тот же Субин. Юнсок закатывает глаза и тянет его за рукав, намекая таким образом сесть на стул и не позориться. Почему он зовёт посидеть с ними? Да, они знакомы, но если вспомнить обстоятельства, при которых они познакомились, кажется странным здороваться друг с другом. По крайней мере, так думает Чонгук. Он сбегал из дома с таким стыдом, что сейчас не то чтобы не хочется садиться с ними за один стол — лучше бы вообще их не видеть. — Это твои знакомые? — догадывается Бомгю. — Всё в порядке, можешь пойти к ним. Чонгук мотает головой. Не подтверждает, но и не отрицает, что знает элиту их университета. — Эй! Ты идёшь или нет? Он делает вид, что просто не слышит. Думал, что от него отстанут, но Субин зачем-то поднимается со своего места. За другом с шумным вздохом встаёт Юнсок. Этого ещё не хватало… — Долго тебя звать? — Веселье на чужом лице быстро сменяется раздражением. Субин скрещивает руки на груди, а после переводит взгляд на Бомгю. — Ты собрался с этой замухрышкой сидеть? Одногруппник опускает голову. Не спрашивает, почему его так назвали, просто молчит, игнорируя оскорбления в свой адрес. Никому не нужны лишние проблемы. Чонгук всю жизнь придерживался такой же позиции: попросту не обращал внимания, когда его обзывали по-всякому, но сейчас в нём закипает злость. Никто не имеет право унижать других. С него хватит. — Извинись перед ним, — хрипит Чонгук, нарочно не смотря в насмешливые глаза. — Что? Субин принимает просьбу за шутку, поэтому ухмыляется. — Я сказал: извинись перед ним, — повторяет уже чётко. Он встаёт из-за стола и поднимает сердитый взгляд на знакомого. Перед глазами — воспоминания из школы. Одноклассники не выбирали выражения, соревнуясь в остроумии между собой. Тогда правильным решением казалось делать вид, что ничего не происходит. Дети жестокие и злые. Чонгук помнит, как его портфель пару раз оказывался в мусорном ведре, а учитель лишь пожимал плечами. Ему и вещи портили, и парту изрисовывали, и «случайно» попадали баскетбольным мячом по голове на уроке физкультуры, называя свиньёй. А он молча терпел. Неизвестно, в какой момент его терпение бы лопнуло. Тогда он начал дружить с Сохюном, так что одноклассники в скором времени перестали задирать его, чтобы избежать драки. Его будто вернули на несколько лет назад. Но если тогда Чонгук прятался за чужой спиной, то теперь ему далеко не одиннадцать, и он способен постоять за себя. — Чонгук, не надо… — А ну повтори, что ты там вякнул? — Субин приближается за одно мгновение. Взгляд тяжелеет. Он щурит глаза, смотря так, будто в следующую секунду набросится с кулаками. — Я должен извиниться перед этим чучелом? А в ножки ему не поклониться? Ты точно что-то напутал, — он зло усмехается. — Извиняться должен не я, а недоразумение, которое сейчас со мной разговаривает. Ты кем себя возомнил? Чонгук прикрывает глаза и делает глубокий вдох. Трудно контролировать эмоции, когда те словно выжигают грудь. Боковым зрением он замечает, как напрягается Намджун. В кофейне становится тихо: все посетители замолкают, с интересом наблюдая за происходящим. Чонгук смотрит с презрением. Делает шаг, второй… — Вы что тут устроили? — Строгий голос президента вынуждает взять себя в руки. Тэхён встаёт между ними. Конечно, поворачивается не к Чонгуку, а к своему другу и заглядывает ему в глаза, как бы говоря: «Немедленно успокойся». Как ни странно, Субин сразу же опускает плечи. Против Тэхёна не пойдёт, вот и фыркает. Чонгук отступает. Махать кулаками не собирался, но за свою честь был готов постоять. И плевать на чужой статус. Сохюн ещё в средней школе научил его не бояться противника, а смотреть ему в глаза. — Знай своё место. — Дёрнув плечом, Субин разворачивается. Он не сдерживает ухмылки. Может, со стороны выглядит хлипким и беспомощным, но не стоит недооценивать того, в ком обида просится наружу уже долгое время. Сам удивлён, что осмелился открыть рот. Чонгук старается не показывать дрожи в коленях. Задержав взгляд на Тэхёне, он забирает сумку и идёт на выход. Бомгю догоняет его. — Спасибо. — Больше не молчи, когда тебя оскорбляют. Хотел бы он сказать это себе в прошлом… Они проходят всего пару метров, прежде чем в спину доносится: — Чонгук! Подожди! Тэхён, упираясь ладонями в бока, пытается отдышаться. Смотрит растерянным взглядом на Чонгука, из-за чего последний замирает. Зачем он побежал за ними?.. — Хён? — Чонгук хмурится, оглядывая его с ног до головы. — Что-то случилось? — Прости за Субина. Он не имел в виду ничего плохого, просто иногда бывает вспыльчивым, — говорит с искренностью, а Чонгук ему почему-то не верит. Субин мог сам извиниться за свои слова. Неловко улыбнувшись, Тэхён выпрямляется. Вряд ли он оставил друзей только для того, чтобы извиниться. — Когда-то ты предлагал выпить кофе… Предложение ещё в силе? Сердцебиение отдаётся в ушах. Чонгук даже сказать ничего не может: настолько растерян, что получается глупо хлопать глазами в ответ. Смотрит на Тэхёна, понимает, что давно мечтал сходить с ним куда-нибудь и поболтать за чашечкой кофе, но… — Извини, хён. У меня уже есть планы на сегодня. — Чонгук прячет одну руку в карман, а другой притягивает Бомгю за плечо. — Мы в компьютерный клуб собирались, так что давай как-нибудь в другой раз. Тэхён оправляется от растерянности только спустя минуту. Судя по вытянутому лицу, он не ожидал получить отказ. — Да, — он кивает сам себе. — В другой раз. — Теперь неловко становится всем. Затянувшаяся пауза длится минуту. Тэхён показывает большим пальцем себе за спину. — Я, наверное, пойду... До встречи. — Пока. Взглянув на Чонгука в последний раз, президент всё-таки поворачивается на пятках и уходит. И почему ему показалось, что Тэхён хотел что-то добавить, но в последний момент передумал? Чонгук задумывается о своём. — Это же президент студсовета? — неверяще шепчет Бомгю. — Да. — И ты только что не пошёл с ним… — Мы же договорились поиграть вместе. Забыл? — Чонгук встряхивает головой, чтобы избавиться от посторонних мыслей. — Ты странный. — Почему? — Потому что на твоём месте я бы уже сидел с президентом и забыл про своё существование. Чонгук хмыкает. Может, он снова упустил шанс сблизиться с Тэхёном, но внутренний голос подсказывает, что он поступил правильно. В любом случае выбор уже сделан, и Чонгук постарается о нём не жалеть.