Сердце Кобры

— Да, там. Оз, тщательно скрывая сонливость в голосе, раздавал указания по переговорнику. На другом конце Аллен рылся в кабинете омеги, пытаясь найти нужное оборудование. Разбираться в технике в должностные обязанности майора и близко не входило — он и не разбирался, поэтому список, составленный братом, больше походил для него на рецепт какого-то зелья на высшем эльфийском. — Нет, короб такой с линзой. Да, черный. Что значит "какой из"? Церт-младший, хоть и находился на полноценной службе больше двух лет и даже участвовал в боях, операциях и штурмах, до сих пор был студентом, а потому и в офисе его царил особенный, студенческий порядок: у каждой вещи было свое, строго закреплённое за ней место, но как-то логически догадаться или даже просто запомнить, что это за место конкретно и уж тем более почему оно выбрано, не будучи Озом, возможным не представлялось. По правде, он и сам с трудом мог вспомнить в абсолютных координатах, где что лежит, а просто по устоявшейся привычке знал, куда тянуться руками во время работы. — Верхний правый ящик, — устало объяснял он, — Да, самый правый. Нет, левее. Ну сказал и сказал, отстань от меня! Нашел? Отлично. Аллен для приличия красочно выругался на "беспросветный бардак", завершил вызов, быстро оценил, не перегнул ли палку, и принялся укладывать устройства в коробки. Когда он почти закончил, его отвлек легкий, неуверенный стук в дверь и женский голос. — Разрешите войти, сэр. — Входи, Элис, — мягко ответил он, — И ты можешь не называть меня "сэр". В кабинет зашла хрупкая с виду девушка-омега с крупно вьющимися светлыми волосами. Аллен легко приобнял ее за плечи в тонкой шелковой блузке, с наслаждением вдыхая приятный персиковый запах, чуть приглушенный духами. Девушка смущенно покраснела и, не поднимая светло-зеленых глаз, негромко заговорила. — Аллен, я... — она почему-то запнулась: не то от непривычности такого обращения к начальнику, не то от его крепкого кофейного запаха, вскружившего голову, — Я заканчиваю с переездом, и подумала, что было бы неплохо устроить что-то вроде, ну... Новоселья? Она вопросительно подняла на него глаза, будто ей и на эту идею требовалось его одобрение, и покраснела ещё больше, встретившись с его непривычно теплым взглядом. — Хорошая идея, — поддержал он. — И, в общем, я была бы рада, если бы Вы... Если бы ты пришел. — Обязательно, — улыбнулся Аллен, притягивая девушку ближе, но жужжание переговорника напомнило ему, зачем он здесь, — Извини, мне нужно кое-что тут доделать. — В пятницу после работы, — бросила она и удалилась по своим делам. *** Получив от брата все нужное — и не очень — оборудование, трехдневный запас сладкого и обезболивающего, а заодно порцию малоубедительных заверений в его гениальности и незаменимости в отделе, Оз настойчиво выпроводил его из комнаты, чтобы случайно не прибить в пылу трудовой деятельности. — Точно до вторника управишься? — аккуратно уточнил тот, пока ослабшие от голода и бессонницы руки омеги выталкивали его за дверь. — Сам же говорил, что я гений. Иди работай. — Но у меня сегодня вых... — договорить Аллену помешала захлопнутая перед носом дверь. Оз надел очки, за которые еще в училище получил издевательское прозвище, переросшее позднее в позывной, и взялся за дело. Да, пожалуй, он действительно был гением — пришлось стать, чтобы удержаться на плаву. На Прометее с его генетическим делением на классы Оз в систему не вписывался: таких, как он, не унаследовавших «классовых» генов, здесь на уровне термина именовали выродками и официально, конечно, не ущемляли, но на практике же мягко говоря не жаловали. Особенно тяжело приходилось выродкам из военных семей. Класс воинов входил в число так называемых «чистых» классов — или классов первой ступени — и даже среди них был на особом положении. А уж сейчас, когда на всей планете введено военное положение, у некоторых от чувства важности совсем голову повело. И вот во всем этом пафосном великолепии — Оз: мужчина-омега, выродок, счастливый обладатель плохого зрения, которого у военных практически не бывает, и слабого здоровья в целом. Джекпот, словом. Остаток дня ушел на перенос всех чертежей и программных кодов в компьютерные модели, расшифровку, составление характеристик и прочие понятные только ему подготовительные мероприятия. Настоящая работа начиналась завтра. — Воскресенье… Понедельник… Вторник… — задумчиво протягивал он, прикидывая объем предстоящей работы и распределяя ее по дням, — В среду в отдел, запустить готовую модель, прогнать, проверить… А в четверг… А в четверг, если он не справится, не успеет или ошибется, «Домна» взорвется и разнесет в лучшем случае всех солдат штурма, в худшем — пару-тройку ближайших поселений. Оз тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Теперь это его личный бой. Бой с поддельными чертежами. Бой с собственным телом. Бой со временем. И он не отступит.