Скользкая дорожка

Отвратительный запах заставил Лунтика прийти в себя. Парень горько сморщился и закашлялся, машинально отдёргиваясь назад. Запах оказался таким сильным, что глаза сиреневого заслезились. Лишь спустя несколько секунд он осознал, что запястья стягивают верёвки, а вокруг него сомкнулась толпа недоброжелателей. Буф стоял перед ним, совершенно спокойно сжимая в лапе пару носков, от которых разило так, будто их никогда и не стирали. — Надо же, какой у тебя нежный носик, — Буф расплылся в гадкой ухмылке, откинул носки в сторону и, подняв с земли чёрный мешок, издевательски потряс им прямо перед лицом Лунтика: — Не это ищешь? Лунтик хорошенько проморгался и медленно обвёл толпу взглядом. Кто-то из них вырядился в цветастые шмотки, на ком-то наоборот висели лишь потрепанные лохмотья, но абсолютно у каждого злостно горели глаза. — Мы… — Лунтик сделал глубокий вдох, и почувствовал, как предательски дрожит грудь. Он попытался выровнять голос: — Мы могли бы договориться. — Ты знаешь… да! — воскликнул Буф и обнадёживающе закачал головой, но спустя какое-то мгновение его лицо уже искажала злоба: — Мы могли бы договориться, если бы ты не наставлял на меня пушку, но теперь уже поздно. — Послушайте, это был приказ Шнюка, — отчаянно заговорил Лунтик. — Этот старый чёрт только так и умеет решать дела! — рыкнул Буф и принялся расхаживать из стороны в сторону: — Да, я задолжал ему! Но я ведь пообещал вернуть деньги, и что же он делает? Посылает грёбаную шестёрку и требует от меня бабло. Он ни во что не ставит моё слово! Кажется, мне стоит преподать ему урок! — Буф выхватил из-за пазухи пистолет и прижал дуло ко лбу Лунтика. — Ну чё, сука, приятные ощущения? — Не надо! — выкрикнул Лунтик и дёрнулся вперёд, но верёвки его удержали. — Пожалуйста! Не убивайте! — Завали пасть! — Буф перехватил пистолет, и рукоятка со всего размаху саданула пленника по лицу. Лунтик издал сдавленный хрип, со рта повисла багровая слюнка. Губа сочилась кровью. Буф хмыкнул и занёс пистолет для второго удара, но вдруг из толпы послышался чей-то вопль: "Легавые едут! Легавые!". Толпа с шумом расступилась, Буф взглянул вдаль и увидел, как в темноте плывут красно-синие огоньки. По просёлочной дороге неслись две полицейские машины, поднимая за собой облака пыли. — Твою мать! Что они здесь забыли! — Буф сердито оглянул толпу, словно в ней был виновник появления непрошеных гостей. Жаба заметался из стороны в сторону, кидаясь отрывистыми приказами. Кто-то побежал в свой трейлер, кто-то оставался на месте, всё ещё озираясь на стремительно приближающиеся машины. Буф провёл лапой по морде, собираясь с мыслями. — Сука, ну и чё с тобой делать теперь! — рыкнул он, глядя на Лунтика. Прошли доли секунд раздумья, Буф проворчал что-то невнятное, достал из кармана шорт перочинный ножик и принялся разрезать верёвки. — Одно лишнее движение и ты сдохнешь, мразь… — приговаривал он, глотая воздух. Путы спали. Лунтик вскочил со стула как ошпаренный и тут же запнулся, падая лицом в землю. — Я сказал никаких лишних… — жаба наклонился над пленником, но тут же одёрнулся в сторону. — А-а-а! Твою мать! Песок попал прямо ему в глаза. Лунтик навалился на Буфа всей своей тушей и теперь на земле лежал уже он. — Я тебя убью! Убью, мразь! — Буф судорожно извивался, пытаясь протереть себе глаза плотно сжатыми кулаками. Лунтик схватил пистолет, мешок с деньгами и что есть мочи ринулся прочь. В голове был полный кавардак. Сиреневый всё ещё слышал сзади выкрики жабы, и когда парню удалось пересечь холмик, по пустырю раскатился громогласный рупор полицейских.

***

— Это ещё что такое? — нахмурился Шер, привстал со стула и взял внука за подбородок. Припухшая губа лоснилась краснотой. — Когда успел? — Ночью захотелось попить, пока шёл — упал и закусил, — проговорил Лунтик, пытаясь придать голосу досадливый оттенок. — Обработал хоть? — спросил Генерал и, получив утвердительный кивок, уселся обратно за стол. — В следующий раз будь аккуратнее. Вернувшись после неприятной встречи, Лунтик так и не смог спокойно лечь в кровать. Тело словно одеревенело и он с трудом смог разжать лапы. Лунтик спешно перепроверил деньги и принялся метаться по комнате, ища подходящий тайник. Ещё никогда он не чувствовал такого сильного напряжения во всём теле. «Вдруг найдут… вдруг найдут…",— думал он, и вдруг понял, что помимо денег ему ещё нужно спрятать пистолет и прикид «Бурка». Спустя какое-то время раздумий, сидя на краю кровати, Лунтик решил спрятать мешок на дно коробки с его старыми игрушками, которая уже успела сильно запылиться. Пистолет и всё остальное он сунул в шкаф, накрыв зимним пледом. И вот теперь он сидел на кухне, пил чай, изредка поглядывая на деда. Он прекрасно знал, что Шер не заглядывал в его комнату, но не мог унять сильного волнения, камнем лежащего у него на душе. Генерал скрылся за газетой и быстро обегал её глазами. «Интересно, а он вчера был там? — вдруг задал себе вопрос Лунтик, задерживая взгляд на дедушке. — А вдруг Буф расскажет про то, что к нему приходил какой-то мохнатый высокий тип… — сиреневый сглотнул и напряженно выпрямился: — Боже, надеюсь, всё обойдется». В тот момент, когда Шер дочитал газету, в коридоре послышались неторопливые шаги. — Что-то Капочка сегодня запозднилась, — глядя на часы, пробубнил Шер, и подняв голову, громко заговорил: — Доброе утро, Ка… Шер замер, остановившись на полуслове. Лунтик взглянул в дверной проём и тоже обомлел. — Доброе утро, — произнесла Капа, как ни в чём не бывало. На её голове не осталось и волоса. Видя замешательства на лицах близких, женщина поторопилась объясниться: — решила… лучше уж сейчас, чем ходить облезлой. — Да-да, конечно, — рассеяно закивал Шер спустя несколько секунд и виновато опустил взгляд. — Прости, что я так… э-м, посмотрел, я просто не ожидал. — Милый, — ласково произнесла она, подошла к нему и поцеловала в лоб: — Я и сама только привыкаю.

***

— А квартирка-то ничего, — тихо присвистнул Кузя, стоя посреди кухни Лии, сделанной из чёрного мрамора. Сюда он проник через окно, без ордера на обыск и незаконно. Дамочка находилась на работе, и кузнечик мог спокойно обследовать каждый уголок. Не раз он был свидетелем того, как незначительные детали помогали в расследовании дела, поэтому шанс того, что Лия была в чём-то замешана, имел место быть. Кузя принялся обследовать все комнаты, начиная с кухни и заканчивая спальней. Он проверял все ящики, все тумбы, ползал по полу, просвечивая фонариком щели, заглядывал на самые верхние полки, смотрел под кроватью, в шкафу, но нашёл всего одну зацепку. В календаре, висящем в гостиной, красным маркером жирно была обведена эта суббота. — Ну, хоть что-то, — выдохнул он и плюхнулся на диван. — Только чёртова кладовка закрыта. Кузнечик насупил брови и пристально оглядел гостиную — не пропустил ли он чего. На столешнице золотилась какая-то странная статуэтка. Кузя взял её и прокуртил в руках. Это было странное существо, наверное, какое-то восточное божество с бутоном цветка вместо головы. Пять лепестков образовывали зубастую челюсть. — Занятный чубрик, — хмыкнул парень, нахмурив брови. Послышался поворот ключа в замке. Кузя вскочил и бросил взгляд на часы. Лия должна быть на работе! Он поставил статуэтку обратно, дверь распахнулась, и в прихожей послышалось чьё-то хриплое дыханье. Кузя мигом оказался под диваном, затаив дыхание и напряжённо вглядываясь в дверной проем. Грузные шаги сопровождали длинные двупалые ноги грязновато-коричневого оттенка. Это была не Лия. Высокий незнакомец протопал по коридору и остановился. Послышался лязг ключей. «Кладовая, — подумал Кузя и навострил уши». Возвращался этот тип, волоча за собой чёрной мешок туго затянутый с двух сторон резинками. Кузнечик машинально схватился за пояс, но вспомнил, что не взял с собой пистолет. Незнакомец вновь пропал из виду и из кухни стал доноситься грохот, звон посуды и чавканье. «А впрочем, этот чубрик занятнее — подумал Кузя». В какой-то момент звуки прекратились. Незнакомец потащил мешок обратно, и когда он скрылся в коридоре, Кузя смог выбраться из-под дивана. На цыпочках он пронёсся к двери. Она оказалась не заперта, и кузнечик не медля ни секунды, сбежал.

***

— Кажется, тебе досталось…— бросил невзначай Шнюк, перекладывая деньги из мешка в сейф. — Всего лишь царапина, — туманно отозвался Лунтик, разглядывая паутину на потолке. — Ты хорошо справился. Буфа и его дружков упекут за решётку на какое-то время, — Шнюк положил последнюю пачку и захлопнул дверцу сейфа. — Так что проблем у нас не будет. Пистолет оставь себе, он тебе ещё пригодится. — Значит, я принят? — спросил сиреневый, наконец, взглянув на Шнюка. Паук медленно кивнул. — Я думаю, тебе можно доверять, — вздохнув, Шнюк встал с кресла, отодвинул его в сторону и достал из кармана связку ключей. — Подойди сюда. Лунтик зашёл за стол и перед ним предстал слабо очерченный квадрат с еле заметной ручкой и замочной скважиной. Шнюк нагнулся, провернул ключи в скважине и одним рывком отворил люк. Внизу было светло, на стене виднелись лампы, исторгающие желтое сияние. — Только после тебя, — улыбнулся паук и сделал плавный жест. Лунтик ещё раз заглянул вниз и, глубоко вздохнув, он принялся спускаться. Перебирая лапами холодные лестничные балки, парень чувствовал себя паршиво. Ему вдруг представилось, как он опускается всё ниже и ниже, а лестница всё не кончается, но возвращаться обратно уже поздно: на лице жгутся ранки, оставленные Буфом, а в кармане пальто лязгает пистолет. Сиреневый вдруг остановился, подумал, а не зря ли он вписался во всё это, но мысли быстро отогнал силуэт Шнюка: — Спускайся-спускайся, — проговорил он, махнув своей здоровой рукой. Лунтик аккуратно встал на доски, которыми был устлан пол. Паук встал рядом с ним, и, хлопнув по плечу, сказал: "А теперь вперёд". Шли они несколько минут, пока не вышли в широкий тоннель, вдоль стен которого располагались массивные двери. Веяло прохладой. — Сир Шнюк! — просипел кто-то сзади, и Лунтик обернулся. К ним спешил подползти червяк в жёлтой каске и старой рубахе. Он был стар. Сросшиеся брови кустистой линией венчали его лоб, с подбородка свисала серая борода. — Рад вас видеть, — он улыбнулся и перевёл взгляд на сиреневого. — Это мой новый сотрудник, Бурк, — пояснил Шнюк. — Бурк, это Корней Корнеевич — тот, кто обеспечил нас надёжной сетью распространения и помещениями для выращивания товара. — Приятно познакомиться, — Корней пожал руку Лунтика и вновь взглянул на Шнюка. — Сир? — Хочу показать новичку плантацию номер один, — сказал Шнюк и Корней незамедлительно повёл их вперёд. Немного отстав, паук заговорил с Лунтиком: — Корней был шахтёром. Он работал на местном руднике, но всё загнулось. Он потерял работу, но не потерял прежние навыки. За полгода он и остальные шахтёры смогли расширить сеть так, что она теперь оплетает город. Торговцы могут путешествовать безопасно и появляться в местах сделок, без риска быть пойманными. Полицейские ни за что не догадаются об этом. В плантации номер один было значительно теплее, Лунтик почувствовал это, как только Корней отворил тяжёлую дверь. Перед сиреневым открылись длинные ряды горшков. Высокие стебли конопли тонули в розовых лучах светодиодных ламп. — Это всё результат долгого и тяжкого труда, но… — Шнюк похлопал себя по карману, — все мои старания не пошли насмарку. Я не оставлю тебя без денег. Вижу, что парень ты не глупый и станешь полезным сотрудником, верно? Лунтик сглотнул и коротко кивнул: — Конечно, сир.