В теле Пак Чимина

      Открываю глаза, дёргаясь от вонючего лекарства возле носа. Понимаю, что лежу на диване, а надо мной склонились шесть парней.       — Я ж говорил, всё нормально, — говорит Сокджин, убирая от меня ватку с вонючкой. Он отходит подальше, и теперь я вижу свои, или чиминовы, ноги, согнутые в коленях, а рядом со мной на диване сидит макнэ.       — Чонгук-и? — то ли спрашиваю, то ли говорю я, вытаращив глаза. Дыхание опять сбилось.       Брюнет недоверчиво смотрит на меня:       — Ты точно всех тут узнаёшь? Я Дэн, мы группа Имэйджин драгонс, — лыбится он своей кроличьей улыбкой.       — Чонгук, заткнись! Ты не видишь, что с ним что-то не так, — рявкает Джун и склоняется надо мной.       Мне даже не по себе стало от этого пристального взгляда, отчего я невольно съёжилась.       — Чимин, с тобой точно всё хорошо? Ты часом не курил вчера?       — Нет, а что было вчера? — выпаливаю я, не раздумывая.       — Та-а-ак! Вот значит как. «Хён, я всего бокальчик выпью» превратился в бутылку, да? Что память напрочь отшибло! Блять, он как на съёмки то поедет с такими опухшими веками?       — Да успокойся, нормально всё с ним.       Джин снова приближается ко мне и трогает лоб:       — Не горячий. Он просто устал. Я же говорил тебе, бесконечные тренировки, Чимин, тебя до добра не доведут.       — А то, что он не помнит нихрена.       — Ой, да обычное похмелье. Сейчас я ему бурду в стаканчике наведу, будет как новенький, и все мозги на место встанут.       Всё это время я слежу за парнями и ничего не говорю. Блять, лучше я вообще буду молчать. Хотя… может, стоит им рассказать, что я каким-то ебаным образом попала в тело Чимина. И что я вообще девушка, студентка, у которой своя жизнь и которая является их фанаткой. Пиздец! Они тогда меня точно в психушку сдадут. На таблетки посадят, беее! Тем более, если верить комедиям, то рано или поздно всё встаёт на место и герои вновь попадают в своё тело. Может, и у меня так будет? Если это не сон (а в этом я уже убедилась), значит, надо потерпеть пару дней и всё. Да ведь? На это обычно не так много времени. Хотя… не очень то хорошая перспектива ходить в теле парня и умирать от того, что я нахожусь так близко с кумирам миллионов. Вот это я попала, конечно.       — Смотрите, у него так глаза бегают, явно о чём-то думает. Поди уже всё вспомнил, — говорит Чонгук, искоса поглядывая на меня. — Ну так чё, мы завтракать то идём?       — А, да, — очнулся Сокджин и пошёл на кухню, зазывая туда остальных.       Юнги, что стоял всё это время у окна, бросил на меня подозрительный взгляд, будто знал всю правду обо мне, но вскоре двинулся вслед за остальными. Осталась только я и Тэхён, который сел на корточки около дивана на уровне моей головы.       Он хочет, чтоб я ещё раз грохнулась от его близости?       — Чимин, если у тебя что-то произошло, ты должен рассказать об этом мне, — спокойно говорит парень. И в его голосе я слышу нотки грусти. Он опускает глаза и добавляет: — Ты вправе хранить свои тайны, я понимаю. Но мне будет очень больно, если у тебя случилось что-то плохое и ты об этом не расскажешь мне. Я ведь могу помочь, ты же знаешь.       — Ага, — просто отвечаю я, не находя слов вообще.       Поднимаюсь и встаю с дивана, всё ещё в пошатывающемся состоянии, ведь всё же необычно чувствовать другое тело. Физиологически к этому, оказывается, трудно сразу привыкнуть. Смотрю на поникшего Тэхёна и дотрагиваюсь до его плеча в подбадривающем жесте.       — Если что-то плохое произойдет, я обязательно тебе скажу.       Ким на это улыбается и берёт меня за руку, затаскивая на кухню. О господи, дыши, Сурён, дыши! Это всего лишь рука биаса. Да нихуя не всего лишь!!! Любая бы на моём месте умерла бы от переизбытка эйфории в тех дозах, в которых я пребываю сейчас. Но я стараюсь взять себя в руки и не поддаться эмоциям. Я ведь и впрямь их всех напугала.       Завтрак проходит хорошо, за исключением того, что мне приходилось по большей части молчать, чтоб не сболтнуть лишнего. И пипец как непривычно слышать в свой адрес обращение «хён». Я всегда нуной была. Какой нафиг хён? Это всё так слишком для меня. И говорить пока, видимо, надо от мужского лица. И ещё, я всё время трогаю волосы, будто напоминая себе, что я не девчонка. Пока что.       Кстати, у меня голос Чимина. Такой нежный и даже слегка детский. А гланды в горле кажутся мягкими, что ли. Не знаю, как это назвать. Может, он там сырые яйца пьёт для голоса или мазью какой-нибудь смазывает, чтобы беречь связки. Но в принципе я потихоньку привыкаю к этому голосу и даже не трогаю свою шею, чтобы убедиться, я ли вообще говорю.       Сейчас решаю быстренько позавтракать рисом с кукурузой, а потом хочу вернуться в ту комнату, где я проснулась. Там я видела ноутбук, может интернет мне поможет разобраться во всей этой херне, что случилась со мной.       Благодарю за завтрак и собираюсь было уходить, но в общагу влетает мужчина в деловом костюме и с солнцезащитными очками на носу. Он прям-таки пышет лоском.       — Я не понял, вы почему до сих пор в пижамах? Быстро все в душ, и чтобы через полчаса все были готовы.       — Куда? — спрашиваю мужчину, узнав в нём одного из менеджеров группы.       — На фотосессию, куда. Намджун, ты у меня ещё получишь за вашу вчерашнюю вылазку в бар. Если на фотках будут ваши опухшие лица, я вас мяса на неделю лишу.       — Хён, это жестоко! — кричит позади Чонгук.       — А меня так подставлять не жестоко?! Марш собираться!       Этот мужик реально внушает страх, когда надо. Потому что мне ничего не остаётся, кроме как послушаться его и лететь наверх по лестнице.       Ох, хорошо, что у каждого мембера теперь своя ванная комната. Я и не знала. Мы, фанаты, всегда думаем, что они по двое спят, но вот Чимин спит, походу, один. Снова плюхаюсь на двуспальную кровать и пытаюсь собрать мысли в кучу, но это трудно получается. Потираю ладонями лицо и мне ничего не остаётся, как пойти в душ. Если я засяду за комп, то этот менеджер ещё и за ухо натягает, если захочет. Лучше сейчас послушаться его, а вечером я нырну в дебри интернета.       — И что мне надеть? — задаюсь я вопросом, когда открываю шкаф. Останавливаю в итоге свой выбор на чёрной футболке и обтягивающих джинсах с кроссовками. Вполне схоже с моим стилем. Просто и в то же время стильненько.       Кидаю всё необходимое на застеленную мной кровать и понимаю, что ещё трусы мне надо выбрать. У Чимина в шкафу есть коробка с нижнем бельём, выуживаю оттуда чистые боксеры, а потом иду в ванную комнату.       — Блин, мне реально придётся это сделать? — спрашиваю саму себя, заходя в ванную.       Всё же смирившись со своей нелёгкой, а может и не очень, долей, раздеваюсь догола. Смотрю в зеркало и мои брови ползут всё выше, когда я спускаюсь ниже. А у Чимина и впрямь подтянутый зад, талия красивая, а эта татушка на рёбрах, ммм. И как ему удаётся иметь такие данные? Нет, конечно, я в курсе про его диеты и постоянные тренировки, но всё-таки есть доля того, что такой красотой наделила его природа. Трогаю пухлые губы, разглядывая отражение, веду пальчиками вниз по шее, задевая кадык, ключицы, спускаюсь к прессу. Ох, сколько же готовы отдать фанатки, чтобы потрогать Чимина. Мина, например, готова отдать ему своё сердце, почку, ногу, да всё, что он попросит. Если б на моём месте оказалась она, то её бы уже везли на скорой в реанимацию.       Опускаю взгляд на член и уже тщательнее его разглядываю. Мои щёки пылают, будто я делаю что-то постыдное, но это так интересно. Хи-хи! Нет, вы не подумайте. Девственницей я не была. У меня был парень, но не так давно мы с ним расстались, так как он не дотягивал до моего идеала. С ним я потеряла свою невинность, зато приобрела уверенность. Мне вдруг стало похрен на чужое мнение, и секс уже не считался мной чем-то постыдным. Наоборот, это же такой кайф, когда чувствуешь крепкое тело мужчины, что сжимает тебя в объятиях и покрывает шею поцелуями.       Я всё же беру в руку член Чимина и прикидываю, что он примерно сантиметров десять. И это в невозбуждённом состоянии. Хм, нормально так. А потом начинается полный пиздец сумасшедшей, потому что я начинаю скакать на месте и трясти членом и яичками по все стороны, при этом хохотать.       — Реально, не отрываются. Как он с ними танцует то вообще?       Мой парень, которого звали Джей, отвечал на мои смелые вопросы тем, что, мол, привык с рождения. И ничего там у парней не отваливается при беге, как грудь у девушек. М-да, по груди я своей скучаю, но не думаю, что Чимину пошла бы грудь. Это только в фанфиках с омегаверсом ему сиськи приклеивают, чтоб он кормил своих деток. Дичь какая. В реальности это выглядит, мягко говоря, странно.       Ладно, хватит любоваться! В душ пора.       Ой, писать хочу. По привычке сажусь на унитаз, а потом понимаю, что парни стоя писают вообще-то. Ну и пусть! Мне так удобнее. Быстренько справляю нужду и заскакиваю в душевую кабину.       Я заставляю себя намылить абсолютно все места. Мне непривычно ощущать себя как мальчика, особенно, когда чувствуешь, что у тебя гораздо больше волос и мышц. Блин, а Чимин бреет лицо? Или лазер делает? Надо у парней спросить. Только аккуратно, а то точно у виска покрутят.       В итоге я намываю тело гелем для душа с ароматом персика. Чищу зубы, ещё минуту их разглядывая. Такие ровные. А затем посвежевшая выползаю из ванной, чтобы одеваться. И всё-таки есть свои плюсы в моём нынешнем положении. И первый из них так это то, что короткие волосы Чимина можно высушить феном быстрее, чем мои длинные пряди, которые ещё и дохрена времени приходится расчёсывать. А тут, раз-два, и готово.       Но всё же о чём я только думала, когда надевала узкие джинсы? Это ж кошмар какой-то! Такое ощущение, что мне в штаны засунули огурец и заставили зажать его между ног. Вот почему многим парням не нравятся узкие джинсы. И ещё я ощутила всю боль фразы «яйца прищемить», когда застёгивала молнию. Блять, чуть глаза из орбит не выпали.       Собравшись духом, как воин на поле боя, я выхожу уже готовая к остальным. Все уже собрались, и походу ждали только меня.       — Наконец-то, — цокает менеджер. — Так и пойдёшь?       — А что не так? — оглядываю себя, вроде всё надела. На улице жара, куртку не надо ведь.       — Панамку и маску, хён, — подсказывает стоящий рядом Чонгук. Принимаю из его рук чёрную панамку и чёрную маску. Блин, а я редко такое ношу. Это ж в основном айдолы носят. Чёрт, ты и есть сейчас айдол, Сурён!       — Выдвигаемся.       Час езды на край города утомляет. Я вообще не понимаю, зачем ехать в такую даль для обычной фотосессии. Пока прислоняюсь лбом к окну, за котором сменяются пейзажи, замечаю краем глаза, как за мной пристально следит Юнги. Он с самой поездки на меня так смотрит. Меня это уже пугает.       — Оппа, чего тебе? — не выдерживаю я его взгляда и поворачиваюсь лицом.       — Оппа? — удивляется мембер.       — Хён, я хотел-л сказать хён, — поправляю саму себя.       Блять, спасите кто-нибудь!       — Почему ты так на меня смотришь?       — Не нравишься ты мне, — в его голосе слышны нотки подозрения. О да, проницатель всея бантан сейчас меня раскусит и прощай спокойная жизнь. Я и без тебя знаю, что я в полной заднице.       — Хён, не нагоняй панику, — вмешивается Тэхён, высовывая свою голову к нашим креслам. — Ты видишь, он не выспался после вчерашнего.       — Да, — мямлю я, запуская шестерёнки в своей голове. Или в голове Чимина. Могу ли я называть это пока своей головой? Ну я же свои мысли слышу, значит, могу. Пока что. — Я скоро приду в норму. Не волнуйся!       Это всё, что я могу ответить, и снова отворачиваюсь к окну. Думаешь, мне легко, Юнги? Ха, да я час назад намывала себя, как парня. Неужели такова цена за встречу с кумирами?       Надо разобраться со всем этим. Украдкой замечаю впереди сидящего Хосока, который копается в телефоне. О, в телефоне же есть интернет. Вот ты иногда тупая, Сурён, как воробушек! Шарю по карманам и понимаю, что мобильник то я не взяла. Так и остался на тумбочке лежать. Блин! Может, кто-нибудь поделится? Всё-таки на интервью они постоянно говорят, что не могут ни в чём отказать Чимину.       — Х-хён, — приучаю я себя к новому слову, наклоняясь к сидящему рядом Сокджину. — Можешь дать мне на время телефон? Пожалуйста, — пытаюсь состроить самую милую мордашку в арсенале Чимина.       — Нет, я сейчас занят, Чимин-и, потом дам.       Я надуваю губы и складываю руки на груди. То есть они врали, что идут на поводу у Чимина? Или я так плохо делаю эгьё? Столько вопросов и ноль ответов.       — Держи, если очень надо, — протягивают мне смартфон. Я поворачиваюсь к говорящему и вижу, как Тэхён отдаёт мне свой мобильник. Божечки, какой же он всё-таки замечательный!       — Спасибо, Тэхён-и.       Беру у него телефон и скорее захожу в интернет. Открываю поисковик и… и что мне набрать? Об этом я не подумала. Ладно, зайду в последние новости, связанные с BTS. Уж лучше я загуглю, чем буду спрашивать, что да как у мемберов. Они и так не рады моему поведению с утра.       Так, тут пишут, что скоро намечается камбэк группы. В смысле? Он же уже состоялся. И ту злосчастную статуэтку, прилетевшую мне по башке, они получили за этот камбэк. Подождите! Я ничего не понимаю. Поднимаю взгляд на информационное поле в телефоне Тэ и замечаю, что стоит дата и время. Какого… Сегодня ровно месяц до той премии, где они получили награду 2021. То есть я не просто в тело Чимина переместилась, но ещё и в петлю времени попала? Что за хрень?! И в новостях ничего не говорится о Чимине, если б что-то с ним случилось. Интересно, где его душа, если в теле я? Значит, он в моём теле? Пиздец! Он поди сейчас сидит в моей комнате и мнёт мои сиськи. На его месте я бы так сделала. Уже сделала, хе-хе.       Получается мне ничего не остаётся, кроме как сходить в тот музей BTS. Может, там смогу что-то узнать. А пока надо быть тише воды, ниже травы. С родными я пока связываться не буду, а Мине вообще не надо звонить (я знаю её номер наизусть), иначе она меня изнасилует. Я ж теперь её биас. Блядство!       Отдаю Тэхёну телефон, но успеваю шепотом спросить:       — Когда выпустят камбэк?       — Собираются через два дня. А что?       — Просто уточняю.       Отворачиваюсь к окну и нервно дышу, стараясь никак не выдать своего волнения остальным.       Что же теперь делать, нахуй?! У меня столько матов в голове, каким только чудом я не матерюсь в голос, хотя очень хочется.       Мы подъезжаем к какому-то зданию, похожее на закрытый ангар. Как только мы выходим из машины, нас тут же облепляет охрана. Ого, столько внимания. Как только мы оказываемся в сыром помещении, я замечаю подбегающих девушек в масках. По их сумочкам на поясе и со всячиной в руках я понимаю, что это стафф. Так вот кого всё время замазывают на видео. Девушки довольно симпатичные, хоть и в масках на лицах, а ещё профессиональные, так как нас всех сразу разделяют и уводят за какие-то ширмы. Ага, это что-то типа раздевалки. Выглядит почти как в бутиках, правда, там не так темно и шумно. Хотя лампочки везде понаставлены.       — Чимин-щи, снимайте пожалуйста джинсы и футболку. Мы Вас оденем, а потом уже макияж нанесём, — говорит одна из тех девушек, что завели меня в переодевалку.       Я киваю и начинаю снимать с себя футболку. Допустим, я ещё могу стерпеть, как девушки откровенно пялятся на меня, а точнее на пресс Чимина, но каждая старается не выдать своих эмоций. Ха-ха, девочки, я вижу вас насквозь. Я по себе знаю, что такое пялиться втихую на понравившегося парня.       Оставшись в одних трусах, прикрываю член так, будто защищаю от кого-то. И чё это за инстинкты вылезли? Почему-то мне кажется, что его сейчас захотят отобрать, и мне будет очень больно. Не понимаю вдруг возникших чувств, но пытаюсь выровнять дыхание.       — Вы нас стесняетесь? Мы же не первый месяц работаем у Вас, всё будет хорошо.       — Ага, — всё же заставляю себя убрать руки от трусов.       Меня одевают в какой-то деловой костюм фиолетового цвета. И он пипец красивый, я такой ткани ещё не щупала.       — Это эксклюзив? — спрашиваю у девушки, что застёгивает на мне пуговицы.       — Да, сделан на заказ знаменитым дизайнером.       У меня дома, конечно, есть парочка футболок от гуччи, но такой ткани я ещё не ощущала на себе.       — Ай, что это? — подскакиваю, когда мне на ключицы чем-то брызгают.       Девушка растерянно смотрит то на меня, то на свою напарницу.       — Это для естественного блеска кожи, Чимин-щи. Мы же всегда его используем.       — Аа, ну да. Забыл совсем, — фух, хорошо хоть сказала от мужского лица. Главное, их тут «онни» не назвать для полного счастья.       Вскоре меня садят на стул около стоек с косметикой. Мои волосы обмазывают гелем, а потом сушат феном, делая объём. Забрызгивают кучей лака для волос с блеском. Я почти чихнула. На лицо наносят тоналку, пудру, консилер и ещё кучу всякой косметики. Я конечно не против всего этого. Сама люблю наводить красоту на своём личике, правда, не всегда успеваю с этим расписанием в универе. Ох, как же я могла забыть, у меня же учёба.       Конечно, Сурён, член Чимина ты разглядеть не забыла, а про учёбу только сейчас вспомнила. Молодец!       — Почти готово, оппа. Остались последние штрихи.       Я угукаю, а потом замечаю объектив камеры. Меня снимают. Причём, без всякого стеснения. И меня это напрягает. Чертовски напрягает.       — Чего это он там ходит?       — Кто? — спрашивает девушка, следя за моим взглядом. — А, это операторы. Для бомбочки, наверное, нужны новые видео.       — Аа, так вот что это, — говорю, скорее, сама себе. Блин, а я и не знала, что изнутри это так по-дебильному выглядит, когда тебя постоянно снимают. И как айдолы к этому привыкают? К постоянной съёмке. Жесть.       Как только девушки меня отпускают, завершив образ длинными серьгами в ушах, я смотрюсь в зеркало. Ничего себе! Да они из меня ахуеть какую секси сделали. Я выгляжу как Чимин, но только… блин, да я сама готова сейчас трахнуть своё отражение!       Всё, привет шизофрения! Заносите носилки.       Ещё немного смотрюсь в зеркале, тру друг о друга пухлые губы с розовым тинтом. А потом поворачиваюсь к девушке, что следила всё это время за мной с интересом.       — Это так круто! Да ты мастерица! Спасибо, мне так нравится.       — Ах, — выдыхает девушка и скромно опускает глаза. Могу поспорить, что у неё под маской зарделись щёки. — Благодарю за оценку, Чимин-щи. Вы мне такого раньше не говорили.       Я улыбаюсь, не находя, что на это сказать, и удаляюсь к мемберам.       Все стоят и переговариваются друг с другом. Только я стою, как потеряшка и не знаю, куда и слово вставить. Если вспомнить ран, то там Чимин всегда вставляет всё, что хочет. Бегает, хихикает как ребёнок и лучезарно улыбается. А я тут стою с грустной миной и не решаюсь перебивать их разговор. Трогаю короткие пальчики, на которые напялили множество колец, и по привычке кусаю губы.       — Так, ну что, — хлопает в ладоши мужчина лет сорока. Похоже, это режиссёр. — Концепцию вы знаете, сначала секси-взгляды в камеру по одному, а потом по двое. Лучше по канонным пэйрингам фанатов.       — Ясно, — отвечает за всех Намджун.       И начинается полный пиздец, как только я замечаю Тэхёна в красивом тёмном костюме, который встал на белый фон и сверкнул глазами в камеру фотографа так, словно говорил: «Выебу!».