Запертый в кошмаре

Друзья выглядели растеряно. Андрей, рыжеволосый мальчик с лицом, окроплённым веснушками и розоватыми щеками, вглядывался в окно. Он подставил руки ко лбу, чтобы лучше искать друга в комнате. В этот момент девочка с тёмными волосами, достающие до мочек ушей, Алина, постучала маленьким кулачком по стеклу. Она недоумённо смотрела на друга и явно о чём-то с ни спорила. Кирилл, лёжа на кровати, смотрел телевизор. Увидев друзей, он зло подумал, что только этих двоих тут не хватало. Он хотел спрятаться и не открывать окно вовсе. Друзья вновь стали бы пытаться заставить его пойти в школу, одуматься, взяться за ум. Началась бы новая тирада, которую Кирилл был не в состоянии выслушивать. Тем более друзья помешают ему заняться редактурой, о которой Кирилл стал думать сразу же после того, как их увидел. Как же любят нежданные гости приносить с собой забытые дела! Но не прошло и больше пяти секунд, как вдруг Андрей постучал посильнее и слабо улыбнулся, показывая брекеты на жёлтых зубах. Он помахал рукой, давая понять Кириллу, что обнаружен, так и не успев встать с кровати. Понурившись, подросток сделал погромче телевизор и приоткрыл окно. Сейчас он не боялся отчима, он боялся своих друзей. Андрей излучал слабые чувства предвкушения и непонятной потухшей радости. Казалось, они исходили от его слегка блестящих веснушек и залитых краской щёк. И всё же Андрей выглядел более дружелюбно и расположено к разговору, нежели Алина. Девочка, наоборот, выглядела хмурой, задумчивой, будто ожидая какого-то подвоха. А может, она обижена за прошлое? Или ждёт новой ссоры? С тех пор, уж две недели прошло! Да и Андрей не выглядит обиженным. Возможно, Алина просто не хочет стоять здесь, под окном человека, который отверг предложение взяться за ум. Кому же хочется дружить с каким-то там дураком Комаровым! Кирилл натужно развёл губ в улыбке, но тут же она спала с лица. Что-что, а притворяться он не умел никогда. - Неожиданная встреча. – Холодно произнёс он. Ему взбрело в голову, что раз приветливо не получается выглядеть, то нужно хотя бы показать своё недовольство, злость, обиду. - И мы рады тебе! – Произнёс Андрей, перебив Алину. Та замерла с полуоткрытым ртом. Повисло молчание. Иногда между ними встревали словечки актёров из телевизора, но ребята продолжали молчать. Кирилл намеренно решил ничего не говорить, потому что это не он воровал свободное время и беспокоил своим неожиданным визитом. Они пришли, пусть они и начинают разговор. Через открытое окно стал проникать настойчивый ветер. В далёких полых трубах, вновь послышалась его дивная песнь свободы, к которой иногда так стремился Кирилл. Он хотел быть, как ветер, мчать по просторам лугов, гор, деревень, городов, проникать во всякие маленькие щёлочки, петь песни в полых трубах. Но вместо этого он стоял у окна и терпеливо ждал. Настолько терпеливо, что у него задёргалась коленка, а пальцы настойчиво заколотили по подоконнику. Видимо, стук привёл друзей от нерешительности к действию. Алина продолжала смотреть, будто сквозь пелену, а вот Андрей заговорил. - Так, что там по поводу дня рождения? Праздновать не собираешься? У нас весь класс уж забыл, как ты выглядишь! Кирилл настолько не ожидал вопрос, что чуть не выпалил в след: «без вас было бы намного проще». Однако Кирилл рассудил иначе. - Я не хочу праздновать его. Это чудовищный праздник. А что до одноклассников, пусть и дальше забывают, я не прошу их помнить себя. Алина посмотрела на Кирилла так, словно ища в нём какую-то разгадку к тайне, над которой очень долго ломала голову. Может, она хотела узнать, на какой такой глубине живёт тот зверь, что так выражается. Комаров демонстративно вздохнул и слегка поёжился, делая вид, что ему холодно. Ветер действительно дул холодный, с севера. Андрей смолк, как тут же открыл рот. Но Кирилл нарушил своё обещание не начинать первым разговор и спросил: - Так вы надолго? У меня ещё дел много. Мне нужно работать над своим черновиком, а вы меня постоянно отвлекаете! – Последние слова он выговорил так, будто Андрей с Алиной часто мешали Кириллу с работай. И хоть это и было не так, однако Кириллу действительно постоянно не хватало ни сил, ни времени закончить редактирование уже написанной главы. Но себе мешал он сам и, если он смог бы это понять, то давно бы уже перестал маяться ерундой. Но нет. Это не его лёгкий и светлый путь. Его путь усеян таинственностью и мраком, а по бокам в определённых участках свисают терновые ветки и жёстко хлыщут по самолюбию. Кирилл приготовился повторить вопрос, но Андрей тут же ответил: - Да, нам вообще-то пора… Пора в школу, мы просто хотели сделать тебе подарок на пятнадцать лет, и всё такое… Кирилл склонил голову, хмуря брови и не понимая, на кого злится больше: на себя или на друзей. Происходящая сцена сразу сделалась противной, но всегда нужно быть верным себе до конца - так слышал Кирилл в каком-то фильме. Вечерам с книгой он предпочитал полночи с фильмом. Зачем читать, если можно посмотреть. - Я решила подарить талисман. – Впервые подала голос Алина. – Может, он поможет тебе преодолеть твои трудности. Тем более он выглядит необычно и, скорее, свойства у него такие же. Я нашла его, когда мы с мамой застали мою умершую прабабушку в доме. Ты ведь любишь такие вещи – таинственные и с загадкой? Алина вынула из кармана лёгкой куртки тряпочный закуток и подала через окно Кириллу. - Что это? – Спросил Комаров, делая вид, что ему не очень хочется принимать подарок. Алина потупила взгляд и озадачено уставилась на друга. - Это семейная реликвия, для твоей коллекции безделушек. Это очень необычный камень. - Мне от этого не легче. Спасибо, что подумали позаботиться о моих «безделушках», что навестили меня, но мне пора заняться своей работой, поэтому… Алина развернула закуток, и на ладони у неё оказался слегка почерневший серый камень в виде идеального гладкого треугольника. В центре у камня зияло отверстие, сквозь которое запросто можно было глядеть, как через кольцо. Кирилл оценивающе посмотрел на камень. Такого-то у него, и правда, в коллекции нет. Наверно, придётся принять… - И что вы за него хотите? Чтобы я пошёл в школу? Я на эти условия не соглашусь ник… - Да хватит тебе уже! – Вдруг не выдержал Андрей. – «Условия», «условия», - передразнил он Комарова. – Мы пришли тебя просто поздравить. Потому что думали, что ты ещё способен нормально мыслить. Но твой характер просто невыносим! С минуты Кирилл молчал, шокированный поведением друга. Обычно, Андрей так себя не вёл. Он никогда не грубил и встревал против. Но справившись с собой, Кирилл начал изливать свою тираду: - Это чем же мой характер тебе не понравился? – Раззадорено спросил он. – Тем, что я решил стать ближе к своей мечте? Тем, что забросил вашу гнусную школу, в которой все учителя, как щи, кислые? – Про себя Кирилл отметил, что это очень хорошее сравнение и его надо запомнить и скорее записать. – Да пошли вы со своими поздравлениями! Скоро я стану знаменитым писателем, буду зарабатывать много денег, а что вы? Что вы-то?.. Андрей не сдержался. Он потянулся к окну, чтобы вдарить Кириллу, но тот стал закрывать навстречу дверцу. Кулак Андрея ударился о стеклопакет и моментально покраснел. Сам он тут же схватил ушибленные костяшки и склонился. - Дурак ты. – Сказала Алина. – Причём полный и круглый. Кирилл приоткрыл окно, но через долю секунды ему чуть не рассёк лоб летящий в него камень. За спиной Комарова послышался грохот о стену. Алина и сама не ожидала, что Андрей выхватит из рук её талисман. - Идите к чёрту! – Прокричал испуганный Кирилл, чуть ли не плача от произошедшего. Ноги у него тряслись, как камыши под ветром, а сердце билось настолько быстро, что удары закладывали уши. Мир превратился в желе. Повторять Кириллу не пришлось. Друзья, если их так ещё можно было называть, уже шагали по щебенистой дорожке, понурившись и не оборачиваясь. Какое-то время Кирилл был в эйфории от своего поступка. Он точно понимал, что друзья будут ему только мешать и ничего с ними он сделать не сможет, если вовремя не избавится. Он даже думал, что всё получилось намного лучше, чем он когда-то это планировал. Кирилл в последний раз вдохнул уличный прохладный воздух и закрыл окно. Он прошёл к столу, но вдруг вскочил от боли в пятке. Что-то твёрдое попалось под ногу, и Кирилл сразу понял, что это. Здоровой ногой он обул тапок и пнул треугольный камень, загнав под стол. Этот камень тут ещё бесит! Подчиняясь каким-то странным мыслям, которые совершенно покинули голову, Кирилл открыл ящик стола и достал синюю коробочку размером с толстую книгу. Он присел на кровать и сосредоточено открыл «тайник». Громкий телевизор даже не мешал не обращать на него внимание. Мысли были укутаны во то-то более надёжное и несбивчивое. В то же время послышалось, как по трубам побежала вода, и сильные шаги вдруг возникли из ниоткуда. Внезапные звуки заставили Комарова вернуться в реальность и отстранить разбросанный поток мыслей. Кирилл понял, что кто-то вышел из туалета. А когда шаги приблизились к его комнате, и приоткрытая дверь слегка пискнула, подросток убедился, что это была его мама. Она молча заглянула в комнату, оглядывая сына, окно, люстру. Кирилл ничего не сказал на любопытство матери, однако посмотрел так грозно, что та молча ушла, оставив приоткрытой дверь. Кирилл был готов вскипеть повторно и пнуть, что под ногу попадёт. Как же его бесит, когда дверь не закрывают до конца, а оставляют маленький проём, будто для подсматривания. Сейчас, может, никто и не наблюдает за Кириллом, но вскоре, когда он начнёт писать или редактировать, или доставать вещи из «тайника» за ним обязательно увяжется слежка. Он вскочил, как тигр на добычу – разъярённо и свирепо, и в один прыжок оказался у двери. Потянув её с силой на себя, он ждал, когда та хлопнет нарочито громко. Кирилл хотел показать, что сейчас он сильно злится и к нему лучше вообще не подходить. Даже отчиму, который плевать хотел на всю демонстративность и вошёл бы в комнату, когда только захотел бы. - Пусть все знают, что я злюсь. Пусть они знают… Бесит. Бесят. Всё бесит… - Бесконтрольно шептал Кирилл, высвобождая злобу. Даже не замечаемый до этого громкий телевизор, словно тоже стал нарочно бесить Кирилла, и на обратном пути юноша со всей силой нажал на кнопку «Вкл/Выкл» на самом телевизоре. Экран погас моментально, а вот индикаторная синяя лампочка сначала засветилась и через секунду тоже погасла. В комнате повисла тишина, к какой стремился Кирилл. Он вернулся к коробке и, открыв её, стал инстинктивно просматривать хранящиеся в ней безделушки. Для Кирилла это было настоящим сокровищем, хранящее различные частички памяти. В сокровища входили и жестяные крышки с различными изображениями городов, логотипами, и этикетки от чайных пакетиков, и старый ржавый ключик, найденный где-то возле дома позапрошлым летом, и угольки из летних костров, хранящиеся в специальных пакетиках, и разноцветные шпажки в виде карточных мастей и мечей, и несколько морских ракушек, и две гальки, и обструганная веточка бузины, и чёрный спиннер, и парус от игрушечного кораблика, и много другой всякой всячины. Весь этот хлам Кирилл коллекционировал на протяжении шести или семи лет и ко всякому экспонату относился бережно. Большинство из них напоминали подростку о прошлой жизни, которую он никак не мог отпустить. Всякий раз, посматривая на сокровища, Кирилла с головой накрывали воспоминания. Вот и сейчас, найдя свёрнутый в восемь раз страшно помятый листок, исписанный корявым почерком, он, как наяву пережил один неприятный момент из своей жизни. Тогда он только заболел мыслью, чтобы стать писателем. Он писал много и часто, изливал все беспорядочные мысли на бумагу, пытался творить стихи и рассказы, хвастался перед одноклассниками и учителями своим умением. Одним днём он дал учителю литературы свои произведения, в надежде получить хвалебную критику. Заниматься уроками и при этом иметь тягу к творчеству – очень нелегко. Однако получил совсем другое, не то, что ожидал. Учитель дал ему совет по написанию стихов, рассказал про рифмы и гармонию строк, объяснил некоторые особенности пунктуации, попросил побольше читать книги, чтобы набраться опыта в писательстве. Уж тогда-то точно должно что-то получиться. Но Кирилл по-настоящему обиделся. Он верил в идеальность своих творений и не хотел принимать критику. И всё же после того случая он пообещал себе, что станет настоящим писателем. Самым настоящим, – который получает много денег и может приобрести особняк с видом на море. Кирилл мечтал о просторном доме для его просторных мыслей. И надеялся, что мечта его сбудется, если он будет безустально писать, и днём, и ночью. Никаких книг Кирилл соответственно не читал, потому что был полностью поглощён своей идеей. Ему просто не хватало сил! А ещё он повсюду таскался со своими потрёпанными блокнотами во всех карманах и часто в неподходящих местах записывал пришедшие мысли, отгородив их датой и временем. Одноклассники поначалу не всерьёз воспринимали увлечение Кирилла, только смеялись и шутили, на что Комаров реагировал резко и болезненно. Однако со временем шутки одноклассников становились острей и задевали больней. Иногда и Андрей с Алиной не сдерживали себя, чтобы посмеяться. Тут-то Кирилл решил, что если друзья смеются тебе в лицо, то лучше не иметь их вовсе. Кирилл быстро убрал листок, надеясь также быстро убрать нахлынувшие воспоминания. Он почувствовал, что какие-то мысли посетили его голову и теперь трепещут, рвут и заставляют испытывать беспокойство внутри. Без замедления Кирилл схватил чистую тетрадь, написал на обложке: «Мои мысли. Откровение» и приступил писать. Комаров вновь испытывал эйфорию, радость, что пишет текст, статью, которую можно было бы послать в газету. Возбуждённые эмоции перекрыли весь гнев, бурливший до этого в душе. Иногда он замечал, что когда сильно злится, то писательство может снять напряжение, успокоить, расслабить. Он быстро понял, что когда человек привносит в мир что-то своё, то в первую очередь радость испытывает тот самый человек. Изливать чувства Кирилл прекратил, когда ногой нащупал под столом Алинин камень. Холодная, гладкая поверхность вызвала слабую дрожь и стайку мурашек. Он отбросил ручку и достал талисман, чтобы ещё раз взглянуть на него. Теперь Кирилл не злился и был очень спокоен, уравновешен. Тёмные пятна на серой поверхности ощущались шершаво, а края отверстия оказались тонкими и острыми. - Вот это камень! - Протянул Кирилл, будто видел его впервые. – Как глаз в треугольнике. – И приложил к правому глазу. По телу прошла очередная рябь мурашек. - Точно! У меня будет главный злодей с этим камнем… а камень - это магический артефакт, который… обладает волшебными и всемогущими способностями! Камень Истока? Или Каменный глаз? Нее, Око Иллюминатов! Кирилл рассмеялся собственной гениальности и сравнению. Как же это логично называть треугольник с отверстием, похожим на глаз, Оком Иллюминатов! Говорящее название. Таинственное. Однако Кирилл не долго радовался. Он так долго и усердно писал, что захотел спать. На него напала ломота, голова слегка закружилась, а сердце замедляло ритм, поэтому вскоре подросток начал мёрзнуть. У него побелели ладони, а стопы и вовсе, словно оказались на севере. Кирилл улёгся спать, не в силах сдерживать натиск внезапной усталости. Хотя он где-то слышал, что творческие люди часто устают от перенапряжения мозговой деятельности. Много писать, много думать, много размышлять – это ведь тоже очень вредно. Как бы то не было на любимой кровати пропадали все болезни. Кирилл закутался, как кокон под одеяло и завернул ногами под пятки его конец. Сон пришёл быстро.