А ведь он всё знал

      17 Августа 1999 года.       Все страны были заняты, а ООН должен был отдать документы Казахстану. Но, не зная, кого именно к нему отправить, мужчина решился дать важные бумаги самолично.       Прошло семь лет с тех пор, как Казахстан является официальным членом организации, и можно сказать, что казах был достоин этого. Все те вопросы, которых он задовал на собраниях, имели место быть, и это заставляло многих почувствовать доверие к молоду государству, что уже начал дружить со многими странами.       Да что уж тут говорить, раз Казахстан с 1992 года начал договариваться о сотрудничестве со многими странами, производя при этом, хорошее впечатление, несмотря на то, что опаздывает и заходит в кабинет без стука!       Слышал ООН, как страны Европы говорили, какой Казахстан мил и приветлив, хотя становится страшным, когда злиться. Что тут сказать, цитата о том, что улыбка красит человека подходит именно казаху. — Давай, быстрей отнеси их к России, а то прибьет меня и заставит с ним водку пить!, — мужчина сразу же отошел от двери, которая внезапно распахнулась, и перед Организацией стоял КНДР, которого с силой заставляли выйти из кабинета, а тот будто бы не хотел из нее выходить. — Но, отец, я должен еще и отдать некоторые бумаги- — Во-первых, потом. Во-вторых, хватит называть отцом, по крайней мере здесь, — КНДР от слов казаха закатил глаза, улыбаясь, и сдался, кратко кивнув. Но, как только заметил самого ООН, то выпрямился и поклонился, идя спешим шагом в сторону лифта. Казахстан тоже увидел мужчину, улыбнулся и позвал того в свой кабинет, в котором пахло свежим кофе. — " Отец? Почему КНДР зовет его отцом? ", — вопрос заставлял чувствовать мужчину любопытство, и тот вглядывался своими зелеными глазами в карие глаза казаха, а тот не отводил взгляд, наоборот, казалось, что он скоро дыру может прожечь, если не отведет глаза в сторону, — " Нет, спрашивать о личной жизни не стоит. Но, все же, сам КНДР, которого все боятся, и который ведет крайне агрессивную политику называет такого, как Казахстан《отцом》. Так странно… " — Так, зачем пришли?, — спрашивает Казахстан, выводя ООН из своих мыслей, сев за свой рабочий стол, который был полон бумаг, — Какое-то задание, указание. Или кто-то пожаловался? — Никто не жаловался, просто решил дать тебе самолично документы, которых ты должен подписать, — мужчина протянул руку с бумагами к казаху, а тот расплылся в улыбке, и из-за ярко оранжевого свечения, исходящие от захода солнца, Организации показалось, что Республика немного покраснел. Но сразу же отвел такие мысли в сторону. — Сам ООН? Интересно…, — говорит Казахстан, ухмыляясь и пробегаясь по строчкам бумаг. ООН знает, что казах быстро читает и принимает быстрые, но точные и лучшие решения, поэтому не спешил уходить, — Неужели, я стал Вашим любимчиком? , — кокетливый взгляд, как у Франции. — " Точно, Казахстан же помогал ему с фашистами на войне ", — вспомнив, подумал мужчина, — " Теперь понятно, почему они так хорошо сдружились. ", — однако, поняв, что он молчит, ООН кашлянул, покачав головой, — У Организации не должны быть любимчики. Это не по правилам. — А мне казалось, что Германия является любимчиком ЕС. — Они всего лишь коллеги, не больше и не меньше. — О-о, ревнуете? , — ООН нахмурился, затем вскинул одну бровь, скрестив руки на груди, — Шучу-шучу! Не стоит злиться! , — смеется казах, уже начиная подписывать бумаги, — Я и так знаю, что вам нельзя заводить отношения со странами, даже дружить нельзя, — осмотрев бумаги еще раз, Казахстан расплылся в понимающей, и даже жалеющей улыбке, отдав ООН’у документы, — Но, мне бы хотелось с Вами пообщаться, как обычные граждане. — Это запрет, — говорит мужчина, взяв из рук страны документы, тот кивает.   Организация уже хотел было развернуться, чтобы выйти из кабинета, как вдруг казах начал говорить, заставив мужчину посмотреть на него: — КНДР иногда меня так зовет, — не понимая сначала, о чем идет речь, зеленоглазый в черном смоккинге вопросительно взглянул на страну, имевшего золотые крылья, — Мне приходилось воспитывать не только его, но и ГДР с Польшей, точнее, ту его часть, которая перешла в руки СССР’а. Так что, не стоит удивляться, когда они называют меня《отцом》. — Но, как? Точнее, они же ведь тогда были в сознательном возрасте, чтобы отличать опекуна от отца, — после своих слов мужчина хотел дать себе пощечину, ибо снова перешел на личность стран. — КНДР’у и Южной Корее в 1945 году было около четырех лет. ГДР’у было 12. А вот Польша… Ну, когда земли страны разделяют, то и он сам разделяется, тем самым, становясь ребенком. Вот и.. такие пироги, — грустная улыбка проскользнула у казаха, от чего Организация поджал губу, чтобы снова не начинать задовать вопросы, которые касаются самих стран, а не их Истории. Но тем не менее, мужчине вдруг захотелось все это узнать. Узнать о том, что сами страны чувствовали, когда беда настигала их земли. Да и каково же это, когда народ восстает, когда земли начинают становиться все хуже и хуже? Каково же чувствовать такую неимоверную боль?, — Иногда хочется просто побыть человеком, — вдруг подал голос Казахстан, сделав глоток кофе, ну и конечно, сразу же наливая во вторую кружку, которую достал с тумбы, этот крепкий напиток. ООН хотел отказаться, но его будто бы что-то остановило, и тот сел на кресло,  положив документы в сторону, — Каково это быть независимым? — О чем это ты?, — вопрос казаха был странным. — Говорю о том, каково это рождаться независимым ото всех? От народа, от земель, от других? Иногда я хочу быть организацией, но затем понимаю, что быть человеком лучше. — Человек не лучше всех нас, — сказал ООН, глотнув кофе, а Казахстан хмыкнул, скрестив руки на груди.       Уже на улице было темно, свет от фар машин и фонарей освещали улицы и дома. Люди сидели на скамейках, смеясь, и крича о том, что стоило бы отметить день рождение где-то в дорогом ресторане. Видя их веселье, Казах улыбнулся, а ООН засмотрелся на его улыбку.       Семь лет прошло с того дня, как казах стал членом организации. Восемь лет прошло, как он стал независимым. Проблемы его окружали с разных сторон, но они были у других. Казахстан сохранял свою свободу так классно и великолепно, что ООН попросту удивлялся этому. — Можешь рассказать о своих людях? , — вдруг задал вопрос Организация Объединенных Нации, — Кто по твоему великий казах? — Их много, — посмеялся Республика, — Их о-очень много. — Можешь про каждого рассказать, никуда не спешу.