Подменыш

После происшествия с письмами были очень трудные два дня. Для всех. Миссис Дурсль при виде малышки Холли с тем самым письмом в руках сначала рассердилась, потом расплакалась. Потом рассказала всё, что сама знала о проклятой школе магии, которая отняла у девочки Петуньи сестру, а теперь отнимает у миссис Дурсль приёмную дочку. Холли обняла руками и своей магией ту, которая дала имя и приняла в семью. Сказала, глядя глаза-в-глаза: — Мамочка Туни, все дети вырастают и уходят от своих родителей. Просто так получилось, что вот — я уже выросла. Но я люблю тебя и уйду не насовсем. Я буду возвращаться, а любить буду и в разлуке. — Ты действительно выросла, малышка Холли, — снова прослезилась Петунья. — Говоришь как совсем взрослая. А потом Петунья вытерла слезы и решительно сказала: — Ты поедешь в эту проклятую школу как принцесса, и ни в чем не будешь там нуждаться. За дело! Петунья распотрошила свою денежную заначку, которую берегла на дорогие сортовые розы, подхватила Холли, и отправилась по магазинам. Футболки, колготки, гетры, трусики, тёплые штаны. Свитера, фланелевые пижамы, зимняя шапка и шарф. Карандаши, блокноты, отличная перьевая ручка. Мыло, шампунь, крем для лица и рук. Холли изнывала, но не спорила. Чем толще шерсть на зверьке, тем больше шансов на выживание в холода. Да и мамочка Туни вместо того, чтобы плакать, кипела деловой активностью. Дядя Вернон пошевелил усами, пробурчал: — Сын — наследник, а девка — отрезанный ломоть. Потом сунул жене ещё пачку купюр, мол, сама знаешь, что там нужно, я вмешиваться не буду. Не менее бурная деятельность происходила в воскресение и в Хогвартсе. Два опытных волшебника из департамента магического правопорядка терпеливо и последовательно пытались выяснить, что произошло и кто конкретно виноват в том, что был грубо нарушен главный закон магического мира — Статут о секретности. Опрашивали всех, осматривали всё. Привлекли специалистов из Тайного отдела. Следователи заканчивали — один Рейвенкло, другой — Слизерин, причем это было достаточно давно, чтобы авторитет директора школы не был для них непререкаемым. Так что в ответ на заявление Альбуса Дамблдора, что, мол, не произошло ничего непоправимого, и все закончилось благополучно, директору школы предъявили счёт: штраф и оплата сверхурочных трудов обливейтеров. По закону именно директор отвечает за всё, что происходит в школе и со школой. После неприятного разбирательства, пришли к выводу, что оказалась нарушена работа артефактов, отвечающих за создание и отправку писем юным волшебникам. Так как за эту сферу деятельности школы несёт личную ответственность заместитель директора, то мадам МакГоннагалл было вынесено предупреждение и, разумеется, выписан ещё один штраф. Злого умысла в её действиях не нашли, так что тень Азкабана лишь промелькнула, заставив побледнеть несгибаемую шотландку. Администрацию Хогвартса обязали немедля направить преподавателя маггловедения для сопровождения будущего ученика на Косую улицу. Именно маггловедения. Который наверняка знает, как вести себя среди магглов, чтобы Статут ещё сильнее не пострадал. — Почему непременно преподаватель маггловедения? — нервно спросила профессор МакГоннаглл. — Я сама схожу. Выяснилось, что прежний преподаватель маггловедения переведен на должность профессора ЗОТИ, и уехал в законный отпуск. А новый преподаватель ещё не нанят. Так что пришлось в Литтл-Уингнинг отправляться лично заместителю директора. Однако, профессор Макгоннагалл не смогла даже найти дом номер четыре по Тисовой улице. Отправленный по тому же адресу профессор зельеварения Снейп также не обнаружил ни ученика, ни его жилища, из-за чего ругался и плевался ядом так, что ему вынесли предупреждение об ответственности за неуважение к общественной морали. Тогда на место странной магической аномалии отправились специалисты Тайного отдела. — Потрясающе! — восхищался старший группы мистер Смит. — За последние двести лет мне не доводилось видеть столь безупречной материнской защиты. Абсолютно непроницаемый купол. Никакими средствами не преодолеть. Более того — как только я стал планировать некие… эксперименты, я вообще перестал видеть дом, теперь даже адрес не могу вспомнить и расположение. В Омуте памяти не отображается! Хм, интересно, а почему работников школы не пропустило? Что это у вас было на уме, господа педагоги? — Это прекрасно, что ребёнок так хорошо защищен, но как обеспечить посещение Косой улицы будущему ученику? Ведь его родственники — магглы, — поспешил перевести разговор директор Дамблдор. — Есть у нас одна кандидатура, — ухмыльнулся глава отдела обливейтеров. — Волшебник, которого эта защита уже пропускала, и который не будет… ставить экспериментов. Вот так и получилось, что младший сотрудник отдела, отвечающего за стирание воспоминаний магглов о колдовстве, мистер Майкл Бонд получил персональное задание. С которым успешно справился. Прибыл в дом номер четыре по Тисовой улице. Обаял миссис Дурсль. Почти не прибегая к магии, убедил доверить ему сопровождение Холли. Пообещал доставить обратно не позднее четырёх часов пополудни, чтобы девочка успела отметить свой день рождения с родственниками. Подхватил под руку нарядную, с тщательно расчёсанными локонами, юную волшебницу, и аппарировал с ней прямо на специальную площадку напротив банка «Гринготтс». Вот пройдены серебряные двери, предъявлен золотой ключик от сейфа семейства Поттер. Гоблин медлит. Он видит сущность той, что стоит перед ним в облике очаровательной девочки с зелёными глазами и золотыми кудряшками. Но согласно римскому праву, если отец взял ребёнка на руки и объявил своим — тот считается законным и может наследовать. Много раз Джеймс Поттер таскал подменыша на руках, радостно называя своим ребёнком и наследником рода Поттер. Гоблин видит это, в том суть его магического зрения — знать, кто вправе владеть и распоряжаться золотом, что хранится в банке. Поэтому — вежливо кланяется и приглашает в тележку, чтобы добраться до сейфа. С мешочком, полным золота и серебра, легко и весело совершать покупки. Мантии, учебники, пергаменты, чернила. Холли успевает вертеть головой. Улица действительно странная — кривая, косая, вымощена неровной брусчаткой. А люди — как люди. Деловито спешат, ищут выгоду или развлечений. Никто не обращает особого внимания на ещё одну девочку, которая собирается в Хогвартс. В лавке Олливандера палочка из ивы с волосом из гривы единорога сама прыгает в руку. — Да-да, мисс Поттер, — бормочет мистер Олливандер. — У вас глаза вашей матери, вы во всем подобны ей, и в магии тоже. Холли радостно смеётся, рассыпая серебряные искры с кончика волшебной палочки. О Хогвартс и римская магия! Ждите, я иду!