Минуты счастья.
1 июля 2021 г., 15:16
Всю следующую неделю, даже чуть больше, парни провели вместе. Чонгук постоянно возил Чимина по разным местам, будь то кафе, развлекательный клуб или просто красивое место, которое они находили случайно, катаясь по ночным улицам. По вечерам они гуляли, наслаждаясь сверкающими огнями улиц и присутствием друг друга.
За все те дни, что они провели вдвоём, Чонгук показал себя с совершенно новой стороны. Например, он стал более спокойным и начал общаться на равных. Больше не пытается показать себя лучше других, задирая кверху нос. Конечно, был момент, когда, проезжая по городу, какой-то водитель их нарочно подрезал. Вот тогда Чонгук злился, но благодаря успокаивающим словам Чимина быстро пришёл в себя. Чон постоянно проявлял заботу, следил, чтобы блондину было комфортно в том месте, в котором они находились. Прислушивался к каждой его просьбе и не тащил насильно туда, куда тот не хотел, отчего Чимин в своём личном списке добавил ещё один плюсик в графе с достоинствами. Но, несмотря на это, блондина не покидало чувство, будто рядом с этим парнем он ощущал себя, наоборот, младше своих лет. Он чувствовал себя крохотным и хрупким, несмотря на то, что таким не являлся. Однако ему очень нравилась эта забота со стороны Чонгука, в отличие от его так называемой девушки. Чимин в глубине сердца продолжал любить её, несмотря на то, как эта женщина к нему относилась. А если быть точнее, то в последнее время она никак к нему не относилась. И всё-таки он надеялся, что за то время, пока они порознь, всё изменится, что-то в её бездушном сердце щёлкнет и она поймёт причину, по которой они взяли эту нужную для обоих паузу.
Чонгук же вёл себя безжалостно. Он всячески проявлял, показывал свои чувства, а самое главное — нисколько их не стыдился. Это происходило с ним впервые за очень долгие годы. Он был невероятно рад тому, что наконец-то может чувствовать своим телом нечто большее, чем приближающийся к члену и мозгу оргазм. Он при любом удобном случае разглядывал Чимина, пытался запомнить и сохранить в голове его образ, чтобы, закрыв глаза, воспроизводить в своих видениях и не оставаться одному.
Эти его так называемые случайные касания всё ещё доставляли Чимину некое неудобство. Он уже почти спокойно принял тот факт, что Чонгук за ним ухаживал, но вот его подкаты до сих пор вызывали в голове непонятные эмоции. Несмотря на это, где-то в самом отдалённом уголке сердца парень жаждал ощущать эти сильные руки на своей коже, и эти мысли с каждым днём всё чаще и чаще стали всплывать в голове. Блондин не получал любви от родного ему человека слишком долго, но теперь в его жизни неожиданно появился этот странный на всю голову юноша, который никак не хотел отлипать. Он словно был тем, в ком Чимин так отчаянно нуждался.
После того как номер Чимина появился в телефонной книжке Чонгука, он начал часто звонить ему и писать сообщения, когда они были не вместе. Особенно им нравилось переписываться перед сном. Парни обменивались смешными картинками и новостями, которые потом бурно обсуждали в голосовых сообщениях за закрытой дверью, которые Хосок, сидящий на диване в зале, всё же слышал.
Хосоку было приятно видеть, что друг наконец-то увлёкся кем-то по-настоящему. Он наблюдал, с каким воодушевлением тот собирался на встречу с блондином, как тщательно выбирал одежду и постоянно спрашивал совета по поводу своего вида. Это вызывало улыбку. Также его радовало, что в квартире перестали появляться каждую ночь незнакомые парни и их стоны, которые были слышны даже в соседней комнате. Они не давали Хосоку заснуть. Даже подушка, которой он прикрывал уши, чтобы не слышать разные звуки, не спасала от этих ночных кошмаров. Они уже не раз обсуждали такое поведение Чона. Однако предъявлять конкретные претензии было бессмысленно, ведь каждый человек имеет право сам решать, как справляться со своими проблемами. Поэтому вопрос так и оставался нерешённым.
Сам же парень распутную половую жизнь не вёл: его вообще мало интересовала связь с кем-то, — он полностью погружён в учёбу и в своё саморазвитие.
Хосок много думал о том случае в баре, когда они просто взяли да поспорили на Чимина, как будто он был ничем не примечательной вещью, над которой можно просто посмеяться. Он никогда не одобрял подобных действий. И всё же не вмешивался в дела других, потому что меньше всего хотел потом оказаться виноватым. Но поведение Чонгука говорило о том, что этот блондин прочно занял место в его мыслях, раз смог за короткое время изменить его. И это не могло не радовать. Единственное, что беспокоило Хосока, — это дурацкий спор. Он так давно мечтал увидеть улыбку на лице Чонгука. Знать, что он наконец-то чувствует себя счастливым, а особенно любимым — это самая лучшая новость для него. Но этот спор мог всё испортить! Скотт, как и Чонгук, — азартный человек, только в разы безрассуднее и жёстче. Он ничего не забывает просто так и точно не отступится.
Может случиться что-то очень плохое, Хосок чувствовал это…
***
Парни ехали в институт, в котором Чонгук не помнил, когда был в последний раз. Чимин занимал все его мысли, а также свободное время, в результате чего учеба отошла на второй план. По правде говоря, учебный год подходил к концу, и Чон откровенно говоря забил на некоторые предметы, особенно на те, по которым были заданы задания. Зная это, Хосок не хотел, чтобы друга выгнали из учебного заведения по глупой причине, ведь у того был большой талант к рисованию. Времени до начала пары оставалось ещё предостаточно. Чонгук вёл машину не спеша. Одна его рука лежала на руле, вторая высунута из окна наружу. Лицо обдувала уличная прохлада. Хосок сидел по соседству справа. Он откинул голову на спинку кресла и смотрел в окно на мелькающих прохожих. День сегодня начался не очень: моросил дождь, а в такую погоду мысли в голове всегда не самые весёлые. Чонгук с самого утра заметил, что физиономия друга выражала довольно странные эмоции. Обычно на лице его улыбка, освещающая всё кругом: взглянешь на неё и сразу получаешь заряд энергии на весь остаток дня. Но сегодня Хосок был каким-то озадаченным, брови сведены в переносице, глаза поникшие и не горят, как раньше. Это было странно. — Что с тобой? — спросил Чонгук, положив ладонь на плечо друга; глаз от дороги не отводил. — Ты сегодня какой-то молчаливый. — Да так, ничего особенного, — ответил Хосок, продолжая смотреть в окно. — Колись! Я же вижу ты какой-то кислый. Машина остановилась на красный сигнал светофора. Чонгук убрал вторую руку с руля и повернулся к фигуре рядом: — Ну? Хосок опустил голову и посмотрел на свои пальцы, крутившие туда-сюда сотовый телефон. — Мне не даёт покоя этот ваш спор. — А, так ты об этом, — протянул Чон и тронулся с места. — Почему ты так спокойно к этому относишься? — Хосок развернулся в кресле и скорчил недовольное лицо. — Кто тебе сказал, что я спокойно к этому отношусь? — Чонгук нахмурился. — Потому что я слышу, как ты отвечаешь. — Это ещё ничего не значит, — съязвил брюнет. — Что ж, а может, это всё часть твоего дурацкого плана? — надавил Хосок. — Знаешь что!.. — закричал Чонгук, но тут же замолчал, вспоминая успокаивающие слова блондина. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, а с выдохом вышла наружу вся успевшая появиться злость. — Послушай, — начал более спокойным тоном. — Я тоже не в восторге от того, что сделал, сейчас я это понимаю. И если бы я знал, что у меня появятся к нему чувства, то ни за что бы так не поступил! Хосок переварил услышанные слова и, нарушая тишину, которая повисла в салоне на несколько минут, задал мучивший вопрос: — Он тебе тоже писал? Скотт. — Пишет второй день подряд. — Чонгук посмотрел в боковое зеркало, чтобы перестроиться в другой ряд. — Видимо, ты ему не отвечаешь, раз он пишет мне. Всё интересуется, почему ты его игноришь, а заодно спрашивает, что там у тебя с тем парнем, есть ли успехи. — Хосок на мгновение замолчал. — Помнится, ты вообще на неделю хотел поспорить, что уложишь его в постель. — Хоб! Давай хоть ты не будешь мне сейчас на нервы действовать? Мне итак тошно от самого себя! — ответил брюнет и скривил губы. — Извини. Вся эта ситуация... — Знаю, дерьмо полнейшее! — закончил за него Чонгук, потерев левый глаз пальцами. — Ты не знаешь, он придёт сегодня на пары? Не хотелось бы с ним столкнуться. — Возможно, они опять с Уёном где-то тусуются. Не знаю, если честно, последнее время я его не видел. — Хосок поправил волосы за ухо и добавил: — Только не говори, что ты собрался избегать его. — Почему бы и нет... — Это просто смешно, да и точно не выход! На этом их разговор закончился. Каждый был погружён в свои мысли, но думали об этой ситуации оба друга. Машина заехала на территорию института и остановилась на первом свободном парковочном месте. Парни взяли вещи, нужные им для пар и вышли, захлопнув дверцы автомобиля. Чонгук поставил машину на сигнализацию и быстрым шагом догнал Хосока. Они молча шли по бордовой брусчатке до того момента, пока дорожка не развилась на три новых. — Давай встретимся в «Choice’е» после пар и подумаем, как поступить? — предложил Хосок. — Кстати, сколько у тебя их? — Три пары. — У меня две. — Хосок сделал задумчивое лицо. — Ладно, ничего страшного, посижу, подожду тебя. — Окей. Созвонимся. — Чонгук, хлопнул друга по плечу и направился по дорожке в свой кампус. Хосок пошёл в свой. Он брёл под противным моросящим дождём, который только и делал, что пакостил. Лучший друг слегка подпортил ему настроение, когда напомнил про этот дурацкий спор. Чонгук ступал по брусчатке, надев капюшон себе на голову, устремив взгляд в пол. И думал: «Блин! Ну почему именно Чимин? Почему среди всех парней в этом сраном городе мой член выбрал именно его?! Похотливый дебил!» — ругал сам себя парень. — «Как он вообще оказался в этом баре? Чтоб его! Вот что мне теперь делать?!» Из этих мыслей его вырвал набросившийся со спины Скотт. Он скинул с головы Чонгука капюшон и громко крикнул в ухо, от чего тот едва ли не оглох от зычного звона. — Ты вообще придурок?! — закричал брюнет. Он развернулся и сильно ударил Скотта в бок, замахнувшись сумкой. — Э-эй! — Тот потёр место ушиба ладонью. — Я же не громко. — Ага, не громко! Моя барабанная перепонка чуть нахер от меня не свалила! — кричал Чонгук, до сих пор ощущая в ухе стоящий звон. — Ладно, извини. Скотт потянулся к Чонгуку, чтобы подбодрить, но тот одёрнул его руку от себя. — Отвали! — сказал он и быстро зашагал к двери здания. — Да чё с тобой? Не с той ноги что ли встал? — спросил парень; он не поспевал бежать за широким шагом Чонгука. Догнав, положил руку на плечо и спросил: — Или обломался с тем парнишкой из бара? Чё, не даёт? — заглянул сбоку в лицо, играя бровями. Чонгук решил, что сейчас самое время подыграть ему, чтобы развеять ненужные подозрения и выиграть немного времени для обдумывания плана. Он за секунду сменил выражение лица с хмурого на хитрое и сказал: — Ты прав, пока что он мне не дал. Но я работаю над этим. — Тик-так, Чонгук. — Скотт вытянул руку вперёд и указательным пальцем постучал по наручным часам. — Время идёт. — Я знаю, и оно у меня ещё не вышло. Подожди, ещё чуть-чуть и он раздвинет передо мной свои ноги, — улыбнулся Чон в хищной улыбке, открывая дверь кампуса и заходя внутрь. — Ты в этом уверен? — спросил Скотт, проходя за ним следом. — Конечно! Эта сопливая монашка хоть и ломается, но я вижу то, как ведёт себя его тело, как он сводит колени, когда сидит. Сто пудова его трусы мокнут в этот момент. — У-у, сколько самоуверенности. — Я больше чем уверен, что он дрочит на меня каждый вечер перед сном. Скотт усмехнулся и, оскалив зубы, добавил: — Да на тебя все дрочат без исключения. — Естественно, потому что я лучший! Чонгук развернулся с довольным лицом к другу, поднял плечи и развёл руки в стороны, подтверждая тем самым свои же слова. Они прошли вдоль длинного коридора с панорамными окнами, миновали гардеробную, где толпилась куча студентов, сдавая мокрую одежду и зонтики, и завернули на лестницу. Парни уже поднимались на третий этаж, как вдруг знакомый голос послышался на пролёт ниже. — Мистер Чон? — Брюнет остановился. — Вы наконец-то решили прийти, получить знания? Чонгук выглянул из-за перил вниз и встретился взглядом с обладателем этого низкого тембра. — А, учитель Чхве, эты вы... — Надеюсь, до моей пары вы сегодня дойдёте? — Конечно, я собирался. — Отлично. Буду ждать. Мне нужно кое-что с вами обсудить. — Учитель закончил фразу и посмотрел на ученика, стоявшего рядом. Он оглядел его с ног до головы презрительным взглядом и добавил: — Доброе утро, мистер Митчел. — Доброе утро, — сделал поклон Скотт. Мужчина слегка кивнул головой, показывая, что удовлетворён и прошёл вперёд, скрываясь за первым угловым кабинетом. Скотт цокнул языком, повернулся к Чонгуку и с недовольной физиономией пробубнил: — Боже, как же меня задолбал этот старый ворчливый дед! — Ну да, меня тоже, — буркнул неуверенно Чонгук. В отличие от Скотта, он не считал учителя Чхве старым ворчливым дедом. Наоборот, он был его любимым учителем. Только с ним парень с самых первых уроков нашёл общий язык. Его занятия были интересными, а манера речи — простой. То, как он объяснял материал, сразу доходило даже до самого глупого мозга. Однако учитель он достаточно требовательный. Все студенты знали, что задерживать сдачу рисунков у Чхве У Сыка нельзя, иначе тот может закидать с ног до головы новыми заданиями за каждый просроченный день, и выбраться из этой ямы уже не удастся. Поэтому после одного ученика, который решил на себе проверить этот слух, все начали сдавать работы вовремя. Но отчего-то Чонгука это не касалось. Все учащиеся его за это тихо ненавидели. У этих двоих были настолько тёплые отношения. У Сык всегда относился к парню снисходительнее других. Брюнет частенько после пар заходил к мужчине в кабинет, ставил мольберт у окна, брал в руки краски и творил, слушая различные интересные рассказы. Учитель, как сказал однажды, видел в парне огромный потенциал, и Чонгуку было очень приятно от этих слов. Друзья направились в кабинет на пару по пластической анатомии. Чонгуку нравился этот предмет, ведь знания, которые он давал, были незаменимы для художника. Невозможно просто взять и нарисовать фигуру животного или человека. Конечно, нарисовать можно, но без достаточной информации все тела будут выглядеть приблизительными и непластичными. Зная точную анатомию, художник уже не будет просто копировать, потому что в голове будут нужные знания и точное представление о нужной модели. Первая пара протекала в обычном режиме. Брюнет уже и подзабыл, каково это — находиться на занятиях. Он сидел и с интересом слушал преподавателя, а когда начались практические задания, его всё время отвлекал Скотт: то своими тупыми (как теперь думал Чонгук) шутками, то прося помощи, тыча карандашом в плечо, тем самым сильно раздражая. Парень поймал себя на мысли, что такого чувства он раньше за собой не наблюдал. На второй паре было уже немного скучно. Чонгук сидел, развалившись за партой, и подпирал щёку ладонью, рисуя на полях тетради какие-то очертания лица. Чуть позже, когда эти очертания начали приобретать более чёткий смысл, он понял, что невольно нарисовал лицо того, кто был в его мыслях без перерыва. Он сразу же зачеркнул этот рисунок ручкой и перевернул страницу тетради, поглядывая чуть правее, где в такой же позе сидел Скотт. И, кажется, он спал. Чонгук нервно выдохнул. Просидев в этом аду ещё примерно полчаса, слушая об истории искусств, в кармане джинсов пронеслась вибрация. Чон нехотя полез за телефоном, думая, что кто-то просто лайкнул его фото, которое тот недавно выставил в соцсеть. Но нет. Его глаза округлились и уставились в экран на висевшее сообщение. Он откинулся на спинку стула, завёл обе руки под парту и быстро разблокировал телефон, читая смс с нетерпением. Чимин: Доброе утро! Странно как-то, проснулся, а в телефоне не висело от тебя ни одного смс. Чонгук читал и улыбался самой широкой улыбкой. И правда, сегодня он ничего не написал Чимину с утра. Чонгук: Извини, забегался. Я сегодня решил на занятия съездить. Чимин: Ого! А я и думаю, кто погоду испортил? А это ты, оказывается? Брюнету от этого сообщения еле удалось сдержать смешок. Он поднял глаза на учителя, чтобы убедиться, что та на него не смотрит, и перевёл взгляд на друга, который всё так же лежал, не шелохнувшись. Отлично, он вне наблюдения. Чонгук: Ты не любишь дождь? Чимин: Просто ненавижу! Чонгук: Хорошо, когда я освобожусь, то попрыгаю перед твоим окном с бубном. Надеюсь, дождь после этого позорного зрелища прекратится. Чимин: Ты чокнутый! Чонгук: Немного! Кстати, есть идеи, куда бы ты хотел сходить сегодня? Чонгук только-только нажал на кнопку «отправить», как вдруг голос учительницы вырвал его из нужного диалога. — Чему вы там так радуетесь, Чонгук? Покажите и нам, порадуемся всей группой, — недовольно спросила учитель, надув и без того большие губы. — Извините меня. — Парень легонько поклонился и убрал телефон обратно в карман джинс, сгорая от любопытства, когда по коже в скором времени пронеслась новая волна вибрации. Чон сидел, дёргая ногой у себя под партой, и не мог дождаться окончания ленты. Его глаза всё время были устремлены на стрелку часов, которая через пару мгновений оповестит конец этой мучительной каторги, длившейся, кажется, целую вечность. Звонок. Все ученики начали быстро собирать свои вещи в рюкзаки и, попрощавшись с учителем, вышли из кабинета на получасовую перемену. Чонгук, хлопнув Скотта по спине, разбудил его и, не дожидаясь, пока тот очнётся, вышел в коридор и встал около лестницы. Он хотел побыстрее достать телефон, но не успел, потому что Скотт подошёл почти сразу. — Эй, ты серьёзно попрёшься к этому деду на пару? — спросил Скотт, зевая во весь рот. — Да, я пообещал, что приду. — Ладно, чеши тогда. — Скотт протянул ему руку в прощальном жесте. — А я сваливаю. Наплетёшь ему что-нибудь из разряда: заболел, живот прихватило? — Это плохая идея, тебе не кажется? Ты хочешь плавать в долгах, как Энди? — Ой, Энди лох, — обозначил Скотт и посмотрел на время на наручных часах. — Ладно, я полетел. Как насчёт сегодня собраться в клубе? — Не, друг, я пас. — А чё так? Первый раз вижу, что ты сливаешься. Чонгук переступил с ноги на ногу, отводя взгляд в сторону. — У меня есть кое-какие дела вечером. — А, ну да, ну да. Я понял, какие у тебя дела. — Скотт посмотрел на пах Чонгука, вскинул вверх брови и улыбнулся. — Кстати, что насчёт др на той неделе, всё в силе? — Др? — непонимающе переспросил брюнет. — Ты охренел? Забыл о моей днюхе?! — Он ударил Чона кулаком в грудь. — Мы недавно это обсуждали! — А, да-да, вспомнил! — Чонгук неловко поддакнул и скорчил лицо, потирая ладонью место удара. — Конечно, всё в силе. — Если до того момента у тебя с твоей новой шлюшкой ничего не выгорит, можешь взять его с собой. — Скотт подошёл ближе и добавил на ухо: — Дом большой, места на всех хватит, ты же знаешь. Чонгук от услышанного слегка поперхнулся. — Конечно, я подумаю над этим. — Подумай. — Подмигнул левым глазом. — Ну ладно, увидимся. — Ага! — Еле смог натянуть на себя улыбку Чон. Что только что сейчас было? Совсем недавно Чонгук был бы рад этой возможности. Хороший отдых с друзьями, жареное мясо, много выпивки, можно взять с собой очередную подстилку на ночь, чтобы расслабиться окончательно. Но сейчас… везти Чимина в это ужасное место, где будут как минимум два не совсем адекватных человека… такое себе решение. Как только затылок Скотта скрылся за последним видимым поворотом лестницы, Чонгук тут же достал телефон из кармана и открыл сообщение от любимого человека, мечтая поскорее прочитать его. Чимин: Может, мы с тобой просто посидим в сквере? У меня сегодня голова немного побаливает, не хотелось бы далеко отъезжать от дома. Чонгук, прочитав смс, слегка нахмурился, но не от того, что они никуда не поедут, нет. Ему на это наплевать. Ему достаточно того, что парень со светлыми волосами просто будет находиться с ним рядом. Чонгук: Мне заехать, купить тебе какие-нибудь таблетки? Чимин: Спасибо, не нужно, у меня всё есть. Чонгук: Ну ладно. Тогда я наберу тебе, когда освобожусь. Будь готов, хорошо? Чимин: Хорошо :) Он убрал телефон, поправил лямку сумки на плече и пошёл вниз по лестнице. Решив не идти в столовую на перекус, он сразу же направился в кабинет к учителю Чхве, чтобы поговорить с ним наедине до начала занятий, чем после, чтобы не отнимать у себя драгоценные минуты. Он спустился на второй этаж, дошёл до нужного углового кабинета и постучал три раза костяшками правой руки. С той стороны послышался голос, разрешающий войти. И он вошёл, прикрыв за собой дверь. В самом кабинете было пусто, значит, обладатель этого голоса находился в мастерской, где лежало всё нужное для его урока. Парень прошёл вдоль кабинета, завернул направо и тут же встретился с мужчиной, который сидел за рабочим столом и что-то высматривал в экране монитора. — А, мистер Чон! — воскликнул учитель. — Вы пришли! — Он глянул на часы в правом нижнем углу экрана и добавил: — Но что-то вы рановато. Сходите, перекусите чего-нибудь, — сказал и поправил средним пальцем очки, сползшие по переносице чуть вниз. — Нет, спасибо, я не голоден. Вы хотели со мной поговорить? — спросил Чонгук, продолжая стоять столбом в арочном проходе. — Да, берите стул, присаживайтесь. Чонгук оставил сумку на полу рядом со шкафом, в котором лежали краски, кисточки и папки с разными форматами листов. Он подошёл к углу, где стояли в ряд вдоль стены стулья, взял один и поставил рядом со столом учителя. Затем сел и, не поднимая своих стыдливых глаз, стал ждать начала непростого разговора. Мужчина развернулся чуть влево и положил руки на стол, скрестив пальцы. — Мистер Чон, я бы хотел поговорить с вами о вашей успеваемости в этом месяце. Она, мягко говоря, не очень меня радует, — начал разговор учитель. — Да, я понимаю, — кивнул головой парень, соглашаясь. От напряжения у него вспотели руки. Он незаметно вытер ладони о штаны. — Может быть, у вас возникли какие-то проблемы, поэтому вы прогуливаете учебное заведение? — Если быть честным, особых проблем у меня нет, — ответил тихим голосом Чонгук. — Что ж, похвально, что вы не слукавили. В чём же тогда дело, объясните? Чонгук мял пальцы на обеих руках, но те не издавали хруста. Он долго думал, что ответить человеку, которого считал чем-то большим, чем тот, кто его учит. Соврать? А что говорить? Кажется, этот человек сидел и видел его насквозь, поэтому брюнет не решился на этот шаг. Он просто взял и потупил взгляд в пол. — Мистер Чон, — снова первым заговорил мужчина. — Я уверен, вы очень способный молодой человек, и об этом мне говорит ваша прошлая успеваемость и ваши работы, в которые вы вкладываете всю свою душу. Однако, общение с мистером Митчелом, откровенно говоря, не идёт вам на пользу. Он сам идёт ко дну и вас тянет за собой! — Он тут не… — Возьмитесь за ум, прошу вас! — Скотт здесь не причём! — выкрикнул брюнет. — Не в этом дело... Чонгук замолчал, собирая мысли в голове в кучу. Что сказать? Что ответить этому человеку? Отчего-то язык не поворачивается смолоть какую-то чушь. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, запуская воздух в лёгкие, а на выдохе ответил: — Учитель, не хочу вас обманывать. Я пропускал занятия, потому что... как бы это сказать... — Чонгук замялся. — Из-за моего недавнего увлечения. Именно ему я посвящал всё свободное время. Учитель после услышанного немного смягчился. Он был почтенным стариком в годах, который достаточно пожил на этой земле и многое мог понять и увидеть сразу. Он прекрасно разбирался в людях. Ему было достаточно одного короткого общения с человеком, чтобы понять, кто обречён, а кто в силах ещё побороться. Именно это разглядел учитель в сердце парня. И он не хотел, чтобы из-за малейших ошибок этот молодой и неопытный юноша принял неправильное решение в жизни, о котором мог сильно пожалеть в будущем. У него было одно желание — направить, а дальше он должен идти по своему пути сам. — Всё дело в любви, верно? — спросил учитель Чхве, чуть наклоняясь навстречу. — Откуда вы... — Откуда я знаю? Чонгук, я не слепец. Я достаточно пожил и вижу влюблённого человека. Тем более, всё всегда видно по глазам. В тишине кабинета было слышно, как парень сглотнул. — Любовь это прекрасно, особенно если она взаимна, — произнёс учитель, смотря куда-то вдаль через окно. — Можете расслабиться, я не буду вас ругать, ведь вы были честны со мной. Чонгук, который до этого сидел словно на иголках, смог, наконец, выдохнуть. Он не думал, что говорить правду иногда бывает совсем не сложно, а даже полезно. — Вы очень великодушны, учитель, — слегка поклонился Чонгук. — Но от заданий вас никто не освобождал, юноша. — Конечно, я понимаю. Преподаватель ненадолго затих, думая о том, что за такое короткое время его любимому ученику не успеть сдать все работы вовремя, поэтому он решил пойти другим путём, чуть облегчив ситуацию. — Я пойду к вам навстречу и сделаю небольшое одолжение. — Что вы имеете ввиду? — не понимая, спросил Чонгук. — Я упрощу вашу работу. Как вы знаете, осталось всего ничего до конца этого учебного года. — Мужчина потянулся к календарю и поставил его перед носом Чонгука. — Я жду от вас всего одну работу, но она должна быть масштабной! — Он развёл руками, демонстрируя её размеры. — Я даю вам полную свободу. Можете выбрать совершенно любую тему, вдохновляйтесь тем, чем захотите. Но вот формат! Формат останется неизменным. — Какой размер мне взять? — Возьмите холст 80×100, работа должна быть выполнена в цвете. Какими материалами, решайте сами. Как закончите работу, приносите. — Снова поправил сползшие очки учитель. — Я надеюсь, вы хорошо постараетесь. — Я буду очень стараться, обещаю вам! — восторженно ответил брюнет. — Тогда, если вы всё поняли, и у вас больше нет никаких вопросов, можете идти. После этих слов учитель развернулся к монитору, возвращаясь к своим делам, но голос парня оторвал его от работы. — А как же пара? — Я освобождаю вас от её посещения. Самое главное, чего я от вас прошу — закончите работу в срок! — Спасибо вам. — Брюнет встал и начал кланяться. — Спасибо, я обещаю, что не подведу вас и не подорву ваше доверие! — Я верю вам, Чонгук, — сказал преподаватель, кивнув головой. Брюнет, в возбуждённых чувствах и полном неверии в то, какой разговор только что состоялся между ними, схватил сумку с пола и хотел уже направиться к выходу, как за спиной услышал всё тот же голос. — И да, мистер Чон? — Да, учитель Чхве? — Чонгук развернулся и посмотрел на преподавателя. — Удачи вам! — Он сжал кулак и мило улыбнулся, подбадривая своего ученика. — Спасибо, — произнёс Чонгук с улыбкой и вышел за дверь кабинета. Облокотившись на неё с той стороны, он нервно выдохнул.***
Направляясь в кафе «Choice», находившееся через дорогу на углу соседнего здания, Чонгук, спускаясь по лестнице к выходу, набрал Хосока и рассказал ему об их разговоре с преподавателем живописи. Друг был наслышан об этом учителе, но не думал, что закрыть его предмет в этом семестре другу будет настолько просто. Он значительно упростил Чону задачу. Всё-таки есть свои плюсы, когда ты являешься любимым учеником у учителя. Но подводить его ни в коем случае нельзя, ведь доверие — штука хрупкая, в одночасье можно потерять то, что выстраивал годами. Зайдя в кафе, Чонгук увидел друга за привычным столиком в углу слева. Тот сидел со смартфоном в руках и водил по экрану пальцем, склонив голову вниз. На деревянном столике стояли две белые кружки, тарелка с огромным бургером и одна пустая, отодвинутая чуть дальше. Чонгук подошёл, скинул сумку с плеча и положил её на бежевый кожаный диван. Сам сел с другой стороны. Оказывается, Хосок был в наушниках и заметил присутствие друга только тогда, когда тот тыкнул его пальцем в плечо. Брюнет слегка подпрыгнул на диване от неожиданности, посмотрел на Чонгука и поспешил снять один наушник. — О, ты меня напугал! — И ты даже не ощутил, как я положил рядом с тобой свою сумку? — спросил Чонгук, кладя телефон на стол. — Неа. — Ну ты даёшь! Хосок окинул друга быстрым взглядом, затем пододвинул к нему одну из стоявших на столе тарелок. — Вот, купил тебе бургер, — сказал, убирая наушники в чехол. — С котлетой? — Чонгук склонил голову к еде и стал принюхиваться. — Конечно с котлетой. — Отлично, — ответил, потерев ладони друг о друга. Чон уже хотел было взять бургер, но внезапный недовольный возглас его остановил: — Не хватай грязными руками! — Хосок полез в сумку и достал влажную салфетку. — На вот, протри их. — Спасибо, Хоб. У Чонгука от сочного вида бургера потекли слюнки сразу, как только он увидел его на тарелке ещё около входа. Хосок решил поговорить с ним после, давая другу спокойно перекусить без всяких раздражающих голову мыслей. Он сидел, облокотившись о мягкую спинку дивана, закинул ногу на ногу и думал, с чего начать разговор. Все парни дружили между собой не один год и большую часть времени проводили вместе. Но когда возникали подобного рода вещи, он старался не влезать и держался от всего этого в стороне. Да даже сейчас всё происходящее Хосока никак не касалось, он просто разбил им руки, объявляя тем самым о начале спора. Но отчего-то он чувствовал душевную вину за то, что позволил всему этому случиться. Но, с другой стороны, вдруг это произошло бы где-нибудь в другом месте и в другое время? Ничего уже не изменить — что сделано, то сделано. И теперь, чтобы хоть как-то очистить душу перед блондином, которого он не знал, решил помочь лучшему другу в попытке обрести счастье. Чонгук закончил есть свой бургер, протёр уголки губ сухой салфеткой, откинул её дальше на стол и пододвинул к себе кружку с остывшим ягодным чаем красного цвета; отхлебнул самую малость, а после произнёс хриплым голосом: — Наши догадки не оправдались, — прочистил горло, кашлянув в кулак. — Ты о чём? — Скотт сегодня был на занятиях, накинулся на меня почти сразу после того, как мы с тобой разошлись. — Правда? И что он говорил? Как себя вёл? — спросил, подсаживаясь чуть ближе. — Я решил ему подыграть. Пока что, он мне поверил. — Чонгук сделал второй глоток чая. — Но есть одна проблема. — Какая? — Хосок нахмурился. — Его днюха. Чёрт, я совсем забыл о ней! — Так и что? Я не понял связи. — Он сказал, что если у меня за всё это время с Чимином ничего не выгорит, то взять его с нами в коттедж. — Эм-м… — Прикинь, какая он крыса? Хочет лично убедиться, что я его трахну! Хосок ухмыльнулся и скрестил руки на груди. — А не надо было спорить! — Чёрт, Хоб! — выкрикнул Чонгук. — Прекрати! Я прекрасно знаю, что накосячил, хватит мне постоянно напоминать об этом! Чонгук сидел с красным лицом и весь горел от злости. Всё его тело напряглось: об этом свидетельствовали до безумия выпирающие и пульсирующие вены на руках. Кажется, ещё немного, и он может взорваться, уничтожив в радиусе ближайших метров всех вокруг себя. — Подожди... — Друг похлопал его по руке, привлекая к себе внимание. — А может, эта хорошая идея? — Ты спятил?! — возразил Чонгук, вскинув чёрные брови вверх. — Ну смотри. — Хосок повернулся к брюнету и наклонился вперёд, загибая пальцы на руке. — Мы поедем туда, споим его до такой степени, чтобы он отрубился раньше всех, уложим спать. А вы с Чимином проведёте время вместе! — Хм-м… — Чонгук задумчиво замычал, подперев рукой подбородок. — Ну и я наконец-то с ним познакомлюсь, — добавил Хосок после. — И ты считаешь, что Скотт не будет у меня спрашивать на утро, как всё прошло? — Да я тебя умоляю! — отмахнулся парень. — Он будет настолько пьян, что утром поверит в любую чушь, которую ты ему скажешь. Вот тебе и план. Всё просто! — Ты думаешь, Чимин выдержит целых два дня в компании этих чокнутых придурков? — Ну-у, — Хосок задумался. — В первый день вы можете не сидеть там с нами, а съездить куда-нибудь прогул... Аа, слушай! — неожиданно вскрикнул он, ударяя рукой о стол. — В этот же день чуть дальше по Анекс Роуд будет фестиваль воздушных шаров! Можешь свозить его туда, думаю, он не откажется. А уже вечером приедете, когда всё будет готово. «И правда, почему нет?» — подумал Чонгук. — Ты уверен? — спросил он, выходя из своих мыслей. — Конечно! А я их как раз накачаю спиртным за это время. — Хосок положил руку на плечо другу, сияя при этом улыбкой. — Сам только не накачайся! — ехидно улыбнулся брюнет. — Ты что. Я вас обязательно дождусь!***
Чонгук ехал на встречу с Чимином в достаточно хорошем настроении. Ему нравился план, который они с Хосоком придумали, точнее, — план Хосока. То, как он задумал споить Скотта и поймать его в свою же ловушку, было довольно умно. Сам Чонгук до такого бы не додумался. «Хочет играть по жёстким правилам? Ладно! Только он даже не подозревает, что его ждёт». Зная лучшего друга, тот их так накачает, что они и лыка вязать не будут, а это как раз то, что нужно. Находясь в таком состоянии, Скотту можно сначала словесно подыграть, чтобы не дать ему шанса усомниться. А на утро уже рассказать заранее подготовленную и отрепетированную ложь о прекрасной проведённой ночи, которая из уст брюнета будет выглядеть уж очень правдоподобно. Да, Чонгук допускал мысль, что займись он сексом с Чимином в коттедже по-настоящему, не пришлось бы никому врать, но это было лишь мимолётным мгновением. Он не хотел пользоваться этим парнем, не хотел забираться к нему в штаны, зная, что у того нет чувств к нему, а это именно та единственная причина, по которой он не хотел этого делать. Чон очень дорожил тем отношением, которое успел выстроить. Оно было настолько хрупкое, что лишь одно неверное движение или слово могло всё разрушить. Чонгук не может этого допустить, как и позволить отнять те чувства, которые у него наконец-то зародились. Он будет до конца бороться, даже если на кон поставлена его дружба со Скоттом. Ведь он так хочет почувствовать себя, наконец, счастливым. Подъехав к дому, друзья вышли из машины, пожали друг другу руки и пошли каждый в своём направлении. Чонгук перешёл дорогу, не в состоянии унять улыбку на лице. Он шёл, переставляя заплетающиеся ноги вперёд, и смотрел на того, кто светился ярче, чем солнце в самый жаркий день. Чимин сидел на скамейке под деревом и смотрел высоко в небо, хлопая своими длинными ресницами. Он сидел в чёрных джинсах, белой футболке и в огромном сером кардигане. Укутался в нём, как в одеяле, пряча пальцы в длинные рукава. Прохладный ветер трепал его волосы, и Чонгук ещё раз убедился в том, что этот парень — самое прекрасное, что он когда-либо видел за все годы своего существования. Почему учитель сразу понял по его глазам, что он влюблён, а Чимин не видит? — Привет, долго ждёшь? — улыбаясь, спросил Чонгук, подсаживаясь совсем вплотную. — О, привет. — Покачнулся от напора чужого тела Чимин. — Нет, минут пять назад вышел. — Ну ладно. Чем занимался сегодня весь день? Чимин поморщил нос. — Да так, ничем особенным. — Он схватился двумя руками за сидение скамейки, наклонился вперёд и посмотрел на свои болтающиеся ноги. — Помучился с головной болью, потом к врачу сходил. — Ты заболел? — спросил обеспокоенно парень. — Нет, это часть того же обследования. — Чимин качнулся в сторону брюнета и с улыбкой добавил: — Не бери в голову, со мной всё нормально. — Ты мне не врёшь? — спросил он, прищурив глаза. Пак на этот вопрос скривил губы. Чонгук сразу понял, что вопрос блондину не понравился. — Ла-а-дно, понял. Кстати, у моего друга на следующей неделе день рождения. — И? — И я хочу взять тебя с собой. Чимин издал нервный смешок. — Боже, Чонгук, но что я буду там делать? — спросил он с улыбкой. Чон развернулся, слегка отлипая от чужого тела, заворожённо посмотрел на приоткрытые пышные губы и на выдохе произнёс: — Как что? Быть со мной. Эта фраза буквально вырвалась из его грудной клетки, а в каждой букве была пропитана серьёзность. Эта мысль только что появилась в его голове, и брюнет сразу же, не думая, произнёс её. Слова прозвучали настолько легко, отчего сердце, слыша всё это, дрогнуло. Чимин сидел перед ним такой красивый, отчего руки сами потянулись к его рукам. Чонгук задрал рукав его огромной кофты чуть вверх, оголив такую невесомую и бледную кисть, робко дотронулся до аккуратных недлинных пальцев и тут же почувствовал холод. — Боже, Чимин, да ты замёрз! У тебя руки как лёд! Он в то же мгновение взял обе его руки и заключил в свои большие ладони, поднёс к губам и начал согревать, опаляя своим жарким дыханием. Это был интимный момент для обоих парней. Чонгук наконец-то снова почувствовал его кожу в своих руках, сидел и довольствовался каждой подаренной минутой. А Чимин. Он просто доверился, закрыл глаза и принимал то тепло, которое ему с такой заботой дарили. Он не отнекивался, не вырывал рук и не выкрикивал фразы, что ему неприятно это терпеть. Наоборот. В эту секунду это было самое лучшее и такое желанное чувство из всех, которые можно было получить. Чонгук с таким трепетом держал его ладони, словно те были хрупкой вещью, которую стоит получше оберегать, дышал на них своим теплом, заставляя сердце Чимина биться в груди в бешеном темпе, а телом ощущать дрожь. И Чонгук почувствовал эту дрожь. — Дурачок ты мой, иди сюда. Брюнет расстегнул молнию на своей толстовке и придвинул Чимина плотнее к груди. Он тут же почувствовал холод от его мягкой кофты, впившийся в его тело. Парень нащупал под одеждой такие единственные и желанные для него руки и заключил в свои, отдавая всё своё тепло и всего себя этому человеку. — М-м… — промычал Чимин от удовольствия. — Ты такой тёплый. Чонгук рад был это услышать. Его сердце на 125 ударов стало биться чаще. Он и не думал, что это настолько приятно: просто сидеть и держать в своих руках кого-то вот так. Они облокотились о спинку скамейки. Чонгук сжал Чимина в своих объятиях ещё крепче и зарылся носом в его мягкие волосы. Они пахли чем-то знакомым, чем-то сладким... — Чимин? — Да? — Твои волосы пахнут персиком? — спросил он и снова зарылся носом в его макушку. — Да, это мой любимый запах. Парни улыбнулись одновременно. Они ещё долго сидели на улице на такой прохладной скамейке, укутанные друг в друга, наслаждаясь мгновением и теплом. Чонгук подумал, что эти сладкие минуты скоро закончатся, и он так этого не хотел.
