Мелкими каплями белого золота капает дождь

Поиски Вэй Усяня затянулись надолго. Поверить нельзя, прошло уже три месяца, как омегу похитили, но ни на один его след так и не удалось наткнуться, собственно, как и нельзя было отыскать Цзинь Гуанъшаня. Ни единой весточки, никакого знака, как будто человека никогда и не было в этом мире. Естественно, от Цзян Чэна долго утаивать случившееся было невозможно. Он же был привязан к брату всю жизнь, самые близкие друзья, а тут почему-то связь с ним пропала. И конечно же омега нервничал, переживал, но ведь он никогда не был сопливой омежкой, которая плачет по поводу и без. Да, мужчине было больно, страшно за Усяня, а ещё братья Лань от него получили нехилую трёпку за то, что умолчали. А потом Ваньинь так же подключился к поискам. Они с мужем порой ночевали в следственном комитете, дома так же по возможности старались что-то обдумывать, строить какие-то версии, всё же, опытные следователи. Безгранично благодарен Лань Ванцзи был и своему другу Сюэ Яну, который вместе с мужем забрали к себе Сычжуя. Всё же, вернуться в свою закрытую школу мальчик не мог, а что бы он делал дома один? Горевал бы по папе и тосковал по возлюбленному, который был вынужден остаться в «Облачных Глубинах» и продолжать обучение. А так парень подружился с А-Цин, да и Сяо Синчэнь стал ему добрым другом, заботился о нём, пока ребёнок, первые дни после выписки из больницы, неважно себя чувствовал, а там и сам начал помогать омеге, к примеру, в огороде от него был толк. А поиски Вэй Ина всё шли и шли. Лань Ванцзи был настроен решительно. Хоть по истечению этих грёбаных трёх месяцев им ничего так и не удалось узнать о судьбе омеги, всё равно мужчина был твёрд. Говорил, что если понадобится, он до конца жизни будет искать своего ненаглядного. Живым или мёртвым, но он найдёт своё черноволосое сокровище. Он не сдастся. Но сдаваться и не пришлось. Сон альфы всегда был чутким, а уж теперь, когда нервы его на взводе, из ночи в ночь он спал какими-то перебежками. Подолгу заснуть не удавалось, он крутился в холодной и неуютной постели, укладываясь лишь на той половине, где спал Вэй Ин. Его подушка была пропитана запахом омеги, таким нежным, чистым. Так хоть можно было обмануть себя, представить, что возлюбленный совсем рядом, что он весь такой тёпленький и сладенький сопит под боком и стоит только руку протянуть, чтобы заключить в свои объятия податливое тело. Но вместо любимого мужа рядом с Ванцзи по ночам теперь всегда покоился заряженный пистолет, любезно предоставленный братом. Он с вечера приводился в боевую готовность, не требовалось даже снимать оружие с предохранителя. Просто бери и стреляй, ни на что не взирая. Вздрагивал же альфа от каждого шороха. Даже лёгкое дуновение ветра за окном и шевеление деревьев могло напрочь отогнать сон, после чего, порой, уснуть не удавалось до самого рассвета, а там уже нужно было вставать и начинать новый день, полный надежд и ничего не дающими поисками. В одну из таких ночей, когда Лань Ванцзи лежал в кровати, то глядя в потолок, то чуть задремав, то опять пробуждался и вертелся, в доме раздалась трель звонка входных ворот. В их доме была хорошая охранная система, посторонний человек никак бы не смог проникнуть на территорию участка, пока ему не откроют входные врата. Для этого можно было позвонить в звонок, который функционировал 24/7, и сигнал его отправлялся прямо в дом. Правда, услышать его можно было лишь на первом этаже. Он решил, что ему послышалось, показалось, ибо нервная система была истощена до предела. Но звонок повторился, короткий такой, совсем ненавязчивый, а это значит, что тот человек, который решил посетить мужчину в столь поздний час, был ненавязчивым. У него было безотлагательное дело, но он не хотел показаться бескультурным, хотя, разве подобную ситуацию уже можно чем-то исправит? Рука моментально сжала оружие, что покоится под вторым одеялом, а взгляд упал на светящиеся часы, что одиноко стояли на прикроватной тумбочке Ванцзи. Они показывали, что сейчас половина третьего ночи, за окном кромешная тьма, а незваный гость опять надавил на звонок и вновь это был единственный писк. Да что ж за странный человек такой-то, а? И ведь явно кто-то чужой, свои б предварительно позвонили. Но всё равно следует проверить. Пока Лань Ванцзи спускался, звонок ещё раз повторится и был всё таким же слабым. Значит, совершенно точно, это не хулиганские выходки, которые так же следовало бы брать в расчёт. Держа перед собой оружие, мужчина вышел на улицу и медленно, стараясь не делать лишнего шума, ступал босыми ногами по уложенной плиткой дорожке. Хорошо было бы исподтишка подсмотреть, кто же являлся нарушителей его спокойствия, но возможности такой, увы, не предоставлялось, поэтому, придётся стать лицом к лицу с гостем, а дальше будь что будет. Альфа позволил воротам раскрыться, разблокировал кодовый замок, и дверь с шумом поехала в сторону, открывая обзор на силуэт человека, из-за которого и случился переполох. Рассмотрев фигуру, что стояла перед ним не двигаясь, Ванцзи чуть пистолет из рук не выронил, накрывая рот ладонью, чтоб из его груди не вырвался чересчур громкий крик. Он же так может не только соседей перепугать, но и такого долгожданного… … Вэй Ин, его любимый, ненаглядный омега! Этот бедняга боялся даже подойти к своему альфе, стоял как вкопанный, кажется, и вовсе на дышал. Даже в свете ночи было видно, насколько тот замученный, видимо, он не спал очень долго, выбился из сил, потрепанный, а главное... беременный?!