выход

Сегодня. Я сделаю это сегодня. Я долго думал каким способом мне покинуть этот жестокий и холодный мир. И вот наконец пришёл к тому, что порезать себя было бы неплохим завершением. Это легко и не требует каких-то особых усилий, как например повешание. Канцелярский нож и немного решимости — всё, что мне потребуется. Конечно, я не забыл о той странной и немного пугающей просьбе Ромы. Пугающая она из-за того, что я не хочу, чтобы что-то или кто-то в последний момент повлиял на меня и моё решение. Я боюсь, что мне станет совестно или ещё чего-нибудь. Именно поэтому я решил, что не буду прощаться с Ромкой лично. В любом случае детально он свою просьбу не разъяснял, так что предсмертной записки будет достаточно. По крайней мере, я так думаю. С этими мыслями я, недолго размышляя над словами, написал записку и положил в карман школьных брюк. С первого этажа донёсся как всегда холодный и строгий голос матери. — Антон! Надеюсь ты встал, иначе опять опоздаешь, сил моих больше нет… Она продолжила возмущаться, но тише, потому я не мог разобрать её речь. Я спустился на кухню. — Я не буду завтракать. Коротко сказал и направился в коридор, дабы отправиться в школу. Мама ничего не ответила, лишь недовольно цокнула и продолжила заниматься своими делами. Я не собирался задерживаться в школе дольше одного урока. Да и вообще, туда я шёл лишь с одной целью — передать, а точнее подкинуть записку Роме. Подходя к школе, я заметил знакомые лица — Рому и Бяшу. Странно, но какое-то радостное настроение охватило меня, и я невольно начал улыбаться настолько счастливой улыбкой, что когда я подошёл к ребятам, то увидел на их лицах удивление. Но больше всего привлекли моё внимание глаза Ромы, которые были проницательными, и будто говорящими мне — «я всё знаю». Из-за этого мне стало неуютно, и я попытался начать непринуждённый диалог. — Приветствую, курящих. — И тебе не хворать, на. Чего лыбишься так, Полинка дала? Бяша залился своим фирменным смехом. Сегодня меня его шутка позабавила, хотя в любом другом случае я бы почувствовал раздражение. — Пойдёмте на урок, а то опоздаем. Сказал я с улыбкой, и не дожидаясь ребят направился к дверям здания. Спиной я чувствовал тяжёлый взгляд Ромы, но решил не придавать этому значения. Какой смысл? Я хочу провести последние часы своей никчёмной жизни не задумываясь о том, что и почему происходит. Не хочу искать ответы. На уроке я абсолютно не слушал учителя. Все мои мысли были заняты тем, как подбросить записку Ромке. Я решил, что сделаю это прямо после урока, когда друг пойдёт на перекур. Он всегда бегал за школу на переменах, дабы насладиться никотином. Этот день не был исключением. — Бяша, идёшь? Спросил Пятифан. Я же старательно делал вид, что пишу в тетради и очень занят учёбой. — Конечно, спрашиваешь тоже. Тоха? — А? Нет, не пойду, дела! Ответил я, всё также улыбаясь и указывая на тетрадь, в которой так старательно вырисовывал одно и тоже слово, но парни об этом, конечно же, на узнают. — Ну окей, мистер занятой, на. Они покинули класс, а значит я спокойно мог совершить задуманное. Я вынул заветный листок из кармана и запихнул его в сумку Ромы. Надеюсь, он заметит это послание, иначе не хорошо получится. Подумает ещё, что я забыл про своё обещание. Хотя чего так волноваться об этом, всё равно умру скоро. Дорога домой показалась мне особенно счастливой и радостной. Неужели всё это наконец закончится? На удивление, дома никого не оказалось. Это и к лучшему, никто мне не помешает. Я поднялся на второй этаж в свою комнату. Там я переоделся и достал из сумки пенал, в котором хранился предмет, что станет моим «убийцей» сегодня. Лезвие блеснуло на свету, я закатил рукав толстовки и поднёс ножик к запястью. Ну вот и всё, назад пути нет, да и желания искать этот путь нет. Лёгкий надрез. Боль. Ещё одно движение, уже более уверенное. Острая боль. Холод. Кровь хлынула слишком неожиданно и слишком в больших количествах. Я испугался, по-настоящему, и, кажется, только сейчас в полной мере осознал, что это конец. Я умру. Слезы полились по моим щекам. Слишком больно. Стук в дверь. Всё будто в тумане. Кто-то бежит по лестнице, я слышу его топот, эхом отдающийся в моей голове. Дверь громко и противно стучится о стену. Чьи-то руки хватают моё запястье, от чего мне становится ещё больнее. Эти руки тёплые, немного шершавые, кажется пытаются остановить бесконечную кровавую реку, но безуспешно. Я пытаюсь понять чьи они, глаза отказываются функционировать. Слёзы превратили весь мир вокруг в расплывчатую картину. — Р-рома?.. — Тоша, я сейчас вызову скорую, тебе помогут. Ты только не умирай, хорошо? Голос испуганный и нервный, от того становится ещё хуже. Кажется у меня истерика. — Рома…я-я не думал, что это так б-больно... Из последних сил тянусь к нему, прижимаюсь. Хочу почувствовать тепло, хочу почувствовать жизнь. Он обнимает в ответ, что-то лихорадочно шепча. Я не могу ничего разобрать. Тьма поглощает меня. Последнее, что я вижу, его красные от слёз глаза.