Песок

*** — Значит клуб да? — Наёмник накинул на плечи свою светло-бежевую куртку. Манжеты на ней двинулись в такт движениям. — Хотелось бы, — Блиц поставил на небольшой чайный столик две белых кружки. На одной красовалась надпись: «Лучшей сучке (боссу) номер один». На второй же была просто нарисована голова демонической лошади без всяких подписей — их кружки сразу могли отличить любые гости или же они сами. Этакий резонанс — полного хаоса в голове Блица и контроля со стороны Страйкера. — О, холодный кофе? Ты и мне сделал? — Плюхнувшись на диванчик наёмник смело взял свою кружку и сделал глоток. — Если бы не ты — я бы никогда не попробовал что-то подобное. — Согласись, это лучше чем обжигать себе горлу и не почувствовать всего вкуса? — Блиц мягко приземлился рядом подобрав ноги под себя и удобно облокотившись о спинку дивана. — Я его ни на что не поменяю. Страйкер лишь слабо улыбнулся продолжая делать короткие глотки и смотря куда-то в окно на кухне. — Так… — Блиц уставился в своё отражение в темной воде. — Ты не ответил. — А что должен? — Ну да, — Возмущенно скорчил рожицу Блиц. — Разве ты не беспокоишься? — Ты большой мальчик, Блиц. — А причем тут мой возраст? — Тогда на что ты намекаешь? — Усмехнулся наёмник раскидывая руки на спинке. — Может скажешь? — Ну… — Я должен тебя ревновать? — Резко отрезал Страйкер. — Да! — Ого, какая честность. — Кончик хвоста Страйкера слабо «зашипел». — Мне нет смысла это делать, детка. — Ты… — Даже если ты с кем-то и переспишь там, — Наёмник сделал большой глоток и поставил пустую чашку на стол. — Я знаю, что ты вернёшься. Даже с учётом того, что мы с тобой женаты — не значит, что я буду тебя контролировать. Ты волен идти. — Я так не хочу, Си. В смысле… вот так не хочу. — Тогда чего же ты хочешь? — Когтистые пальцы провели по вялому алому хвосту. Страйкер водил по нему с некой долей интереса — сначала вверх потом вниз. — Хочешь чтобы я защищал тебя? Блиц уставился в кружку продолжая смотреть на своё отражение — искаженное и неправильное. Прямо как ситуация сейчас. — Блиц, если ты хочешь — я буду это делать, но лезть в твой отдых от наших бытовых проблем я не стану. Я не твоя семья. «Ошибаешься». — Я хочу. — Почти шепотом сказал Блиц медленно поднимая алые глаза. — Хочу, чтобы ты за мной приглядывал. Если можешь. — Сегодня приглядеть? — Наёмник оскалился придвигаясь ближе. — Посмотрю, как красиво ты танцуешь. — Но потом оскал резко исчез с его лица. — Только подумай хорошенько. Я не иду с тобой, но ты будешь у меня на глазах. Устраивает ли тебя такой отдых? — Я конечно могу сам себя защитить, но… да, я хочу чтобы ты приглядел за мной сегодня. Я давненько не ходил тусоваться, мало-ли я сяду в лужу или ещё что-то. — Как скажешь. — Страйкер откинул голову назад и закрыл глаза. Его хвост продолжал вилять из стороны в сторону. — Слушай и ещё один вопрос. — Блиц сделал короткий глоток и придвинувшись уложил голову на теплую грудь. — М? — Скажи, а ты… хотел бы детей? — Мы не можем иметь детей, Блиц. Мы оба мужчины. — Ответил спокойно Страйкер с закрытыми глазами. — Спасибо капитан очевидность, — фыркнул Блиц. — Луна тоже мне не родная. — Ты хочешь кого-то удочерить? Усыновить? — А что если… есть способ сделать так, чтобы у нас были дети? — Не могу понять, — Страйкер приоткрыл глаз — неоновый свет словно яркий солнечный свет слепил глаза. — Ты хочешь полноценную семью или просто троллишь меня? — Я серьёзно. — Блиц смотрел на него с полной уверенностью и непоколебимым желанием. Он отдавал отчёт о том, что говорил. — Просто ответь мне. — Дети это ответственность Блиц. К этому надо подходить с полной серьёзностью. — Можно подумать я у тебя это не подумав спросил. — Зная тебя — ты ещё сам немного ребёнок, — Улыбнулся Страйкер. — Тебе хочется куда-то двигаться, творить всякие безбашенные вещи и срываться в любую секунду, ты ведь понимаешь с ребёнком от этого тебе придётся отказаться от развлечений? Блиц промолчал и снова сел продолжая делать короткие сдержанные глотки. Будто бы это оправдывало его молчание. — Слушай, — Страйкер убрал кружку из его рук и подтянув к себе поближе смотря в глаза продолжил. — Я не против, но готов ли ты принести что-то в жертву ради этого? Даже у меня полно не самых лучших черт. К тому же я буду работать, а тебе не светит вернуться в I.M.P в ближайшие несколько лет. Ты будешь тут совсем один, и я бы не хотел чтобы ты или ребёнок страдали. Тебе нужно хорошо подумать Блиц. Рискнёшь ли ты тем, что у тебя есть ради того, в чем даже ты не сможешь сразу разобраться. За меня можешь не беспокоиться — если ты решишь так — я приму это и постараюсь, но… подумай о себе. Блиц выдернул руки и отвернулся. — Я просто хочу, чтобы у нас была полноценная семья. — Или же ты говоришь не думая из зависти к кому то? Блиц промолчал. — Детка, просто подумай. Дай мне знать, когда ты определишься. Бес продолжал молчать. — Ладно, кто-то очень зол на меня и мне пора скрываться. — Наёмник встал направился к выходу из дома. — А ты далеко? — Я поеду на ближайшую ферму. Лошадям скоро будет нечего есть, а ты пока отдохни. Я быстро вернусь. Насчёт вечера — мы договорились. — Страйкер, почему ты стал таким? Почему ты потакаешь мне во всём? — Блиц сказал это ему в спину, но не замер и продолжил обуваться. — Просто я тебе доверяю. Я понимаю твои чувства и твоё беспокойство. Блиц, если мы встанем рядом с зеркалом… я не увижу между нами сильной большой разницы. Ты хорош таким, каким хочешь быть и меня это вполне устраивает. Никогда больше не задавай мне таких вопросов. — Входная дверь хлопнула и он повисла тишина. Прямо как тогда, когда Блиц оставался один в офисе. Сразу же становилось холодно, а потом душно. Ком страха поднимался от легких к горлу медленно. Становилось тяжело дышать — стены начинали сдавливать, а воздуха становилось меньше. Он не мог находиться один — ему больно и тяжело. Он хотел сбежать и никогда не возвращаться сюда. Сделать что угодно, лишь бы страх отпустил его из своих цепких черных когтей. Он пытался отвлечься: рисование, чтение, даже пытался бухать лишь бы он не ощущал этот холодок на коже. Всё было бесполезно — только он понимал, что становиться лучше, как что-то снова начинает душить его. Страх. И вот именно тогда он стал заниматься слежкой. Он не отпускал из виду Милли и Мокси, он не давал Луне побыть наедине — слишком навязчиво со стороны, но он не мог без этого. Он не хотел оставаться один… Как тогда, когда он был… Нет, лучше не вспоминать об этом времени. Когда его учили жить в круговороте лжи и похоти. Где любовь — лишь прикрытие, способ достижения цели или же просто мимолётное развлечение которое спасёт тебя от тотального безумия, но лишь на время и поэтому ты продолжаешь искать… не замечая того, как сам становишься частью всего этого. Одним из них. А потом они встретились и… что-то щёлкнуло в голове беса. Он думал, что Страйкер обычный одинокий бес который плывёт по течению в гордом одиночестве. После соревнований они встретились… « — Почему ты один Страйкер? Почему именно эта ферма? Ты неплохо тренирован, во многом преуспел. На тебя любая сучка слюнки пустит. Ты практически… — … идеален? — Усмехнулся наёмник покусывая край соломинки и не сводя глаз с беса. — А ты не такой, мистер большой босс? Ты так восхищаешься мной, но о себе не слова. Будто бы мы с тобой разные. — Просто сейчас мы говорим о тебе. — Резко отрезал Блиц скрещивая руки на груди. — Ты не ответил на мой вопрос. Наёмник резко приблизился к нему. Он даже смог почувствовать запах чего-то горелого в смеси с довольно вкусным одеколоном. — Когда появляется проблема — есть два пути решения. — Неожиданно, но при этом осторожно и неспеша наёмник приподнял лицо Блица за подбородок — так, чтобы их взгляды соприкасались. — Ты либо бежишь сломя голову от неё спотыкаясь и падая, ломая кости и теряя дорогих для тебя людей. Либо же ты выбираешь тактику встречаясь с ней лицом к лицу. Очень часто за нас этот выбор делает кто-то другой ставя нас перед фактом и мы уже не способны ничего изменить Блиц. — Страйкер отпустил его лицо и облокотился о деревянный забор. Где-то там, за ним, слышалось демоническое ржание — Бомпруф гоняла других лошадей по загону. — Не совсем понял, о чем это ты. Морали мне читаешь? Страйкер выдал смешок. — Ну что ты, босс. Я всего лишь ответил на твой вопрос. Если уж ты этого не понял — скажу тебе более кратко. — Наёмник втоптал соломинку в землю. — Я один, потому что так необходимо. Моё доверие стоит слишком дорого, а жизнь научила меня, что воспользоваться им хочет каждый, а платить за него — слишком большая роскошь. — Страйкер покосился на озадаченное лицо Блица. — Ты ведь тоже так жил Блиц. Только бесы, которым не насрать на свою жизнь и на то, что думают о нашем роде — делают попытки это изменить. Остальных же мамы и папы учат идти за толпой и проживать свою жалкую жизнь в трудных условиях на моральных уродов, которые не знают слов благодарности. — Не все такие Страйкер. — О, ты о «голубой кровушке» сейчас? А ты не задумывался, почему же он не выбрал иного способа Блиц? Почему не просто убил тебя, а даёт эту возможность? У него нет веры в тебя. Ни малейшей. Он использует тебя как пушечное мясо таская за собой везде, лишь не напрягать свою перьевую жопу. Разве ты не видишь этого? — Можно подумать ты много о нём знаешь! — Я осознал это более грубым способом Блиц. Я никогда не буду доверять им. — И почему ты вообще говоришь так, будто бы ему что-то угрожает сейчас?» И тогда он этого не заметил. Что-то мрачное в этой ухмылке, в этих глазах… И теперь он здесь. В их общем доме, на пальце кольцо, а спальня общая. Как всё так случилось? И даже сейчас, когда Блиц понимает что он не будет один, — как только захлопнулась дверь, он снова потихоньку начинает ощущать этот холодок. Он не хочет оставаться один… может ли обычная тусовка с алкоголем заменить теплоту в душе от общения с кем-то просто так? Или чужое тело быть таким же тёплым, как его? Может ли хоть что-то в аду теперь заменить Страйкера? Нет.