𝔐𝔞𝔯𝔩𝔢𝔫𝔞 🐾

      Рейн просыпается в своей постели. Лучи солнца пробиваются сквозь полупрозрачные занавески на многостворчатых окнах. Сейчас совсем ещё раннее утро, до сигнала будильника остаётся целых сорок минут.       Девушка старается уснуть снова, но через десять минут понимает всю обреченность этой попытки и встаёт с кровати.       Первым, что бросается ей в глаза — рабочий стол у противоположной стены, и сама стена, увешанная целой кучей снимков, сделанных Рейн. Вся стена буквально испещрена фотографиями. Многие из них передают в себе лишь довольно мрачные пейзажи, на других же изображены её друзья из Бостона, и она с ними. Но все до одного выглядят так, будто вырезаны из какого-то журнала. Это страсть Рейн. Ей до безумия нравится уходить из дома на несколько часов, блуждая где-то в поисках идеального кадра. И это помогает ей с её проблемами после аварии. Частично.       Чаще всего девушка работает с цифровым фотоаппаратом, распечатывая все работы потом на принтере, но отдельное удовольствие доставляет ей провести время в своей собственной маленькой проявочной, устроенной в некогда бывшем туалете в коридоре второго этажа, проявляя снимки с плёночного фотоаппарата.       Рейн нажимает кнопку на ноутбуке и, ожидая его включения, выходит на свой собственный небольшой балкон-терассу.       Дом, в котором она сейчас живёт, практически единственная собственность принадлежавшая сейчас её семье. Он уже старый, но выглядит со стороны довольно-таки неплохо. Второй этаж был полу-мансардным, и получалось так, что комната её была почти что чердаком. Довольно большим чердаком. Окна имеются там лишь с одной стороны, с той же, что и выход на терассу, и пара небольших окон в потолке.       Под терассой, на первом этаже находится небольшая застеклённая оранжерея. Мать Рейн любит растения. Весь их дом заставлен ими. Если спуститься на первый этаж, то может показаться, что ты оказался в тропических джунглях. Рейн уже привыкла к этому.       Прохладный ветерок обдувает тело девушки, и по её коже пробегаются мурашки. Она разглядывает небо, греясь под еле тёплыми лучами солнца. Небо ясное, ни единого облачка.       Вернувшись обратно в свою комнату, она плотно закрывает стеклянную дверь и поднимает одеяло с кровати. Обматавшись им в кокон, садится перед ноутбуком и начинает дописывать своё недоделанное вчера эссе. Писать его ей абсолютно неинтересно.       Закончив работу, она принимает душ, приводит себя в порядок, одевается и спускается вниз. Дома никого не обнаруживается. Родители уже ушли на работу. Испытав небольшое разочарование, она завтракает тем, что есть в холодильнике, и отправляется в школу.       С того инцидента в туалете неделю назад она не разговаривала с Сашей, но успела выяснить несколько вещей.       Одноклассница узнала о «проблеме» Рейн, так как залезла в бумаги матери. Сначала картинка в голове Рейн не сходилась, а потом она немного поспрашивала и разузнала больше.       Родители двойняшек Саши и Алекса Хаксли в разводе. Дети живут с отцом, который занимается юриспруденцией в Холвилле. Мать обычно очень занята работой, и поэтому суд выиграл именно отец (что никого не удивило, это ведь практически его второй дом). Мать их оказалась шерифом Холвилла, именно той самой мисс Пейдж, с которой разговаривали родители Рейн. Её должность никак не помогла ей в суде.       Узнав всё это, Рейн поняла, каким образом Саша выяснила эту информацию. Должно быть, она была у матери дома и та не заметила, как дочь изучила её бумаги, в которых красовалось дело Рейн Колт.       Девушки избегают встреч и разговоров, хотя и бросают друг на друга взгляды время от времени. Взгляд Саши выражает какую-то недосказанность, а взгляд Рейн, пожалуй какую-то своеобразную благодарность за то, что это всё до сих пор хранится в тайне.       За эту неделю брюнетка посетила психотерапевта в другом городе дважды, получив новый рецепт на препараты и так и не узнав для себя ничего нового, кроме того, что «было бы неплохо завести друзей».       «У меня были друзья, — гневно думала Колт на приёме. — Пока родители не облажались и мы не лишились всего, что у нас было. Всё, что осталось — это дом бабушки, которую я не помню, в каком-то богом забытом городке, и то, лишь потому, что он, как оказалось, был записан на меня после её смерти».       Рейн скучает по своиму дому в Бостоне. Бывшему дому. Она скучает по Эмили, Дилану, Саманте, Эфф, Крису и Эвану, её лучшим друзьям. Теперь она живёт от них почти в полуторе тысячи километров.       Она скучает и по своей машине. Чтобы сводить концы с концами им пришлось продать и её, оставив лишь одну машину для родителей. Хотя, по идее, в таком городе, как Холвилл, машина и не является столь нужным атрибутом. Городок действительно не велик, и здесь всегда регулярно ездит общественный транспорт, либо же, как и предпочитают поступать многие, в том числе и Рейн, перемещаются на велосипеде. Дабы инфраструктура для этого здесь развита хорошо, что даже удивило девушку по приезде сюда.       Просидев в школе половину уроков, Рейн немного приунывает и решает скрасить остаток дня одинокой прогулкой по лесу до озера, находившегося не так далеко от школы.       Девушка не часто прогуливает уроки, ей наоборот тошно от мысли, что из-за прогула она отстанет от одноклассников, но её нынешнее состояние кажется ей в данный момент тошнее.       Закинув учебники в шкафчик, она направляется в сторону густого леса. Она уже достаточно хорошо изучила куда идти и куда не стоит поворачивать на извилистых тропах, чтобы не заблудиться.       Прийдя к озеру, она обнаруживает две вещи. Первая, что здесь довольно прохладно, а небо затянулось облаками, и второе, что она находится здесь не одна.       На берегу этого озера подростки обычно устраивают вечеринки. Не так далеко есть колея, которая позволяет нескольким машинам проехать поближе, чтобы довести, например, бочки с пивом, а остальное школьников на вечеринках и не волнует.       Вот и сейчас тут толпится небольшая компания. Четверо парней, двое из которых Рейн узнаёт сразу, это её одноклассники. Другие же из параллели, и их имён она не знает. Парни сидят на траве, попивая пиво, что удивляет девушку, ведь они все, насколько она знает, спортсмены, проводящие бóльшую часть своего времени на тренировках по баскетболу. «Видимо, всем время от времени нужна разрядка», — думает Рейн и идёт по направлению к пирсу.       Проведя всего около пятнадцати минут у озера, девушка понимает, что замёрзла, а теперь ей ещё предстоит дорога обратно до школы за своими вещами и домой. Но она рада, что смогла выбраться и привести свои мысли в относительный порядок. Встав на ноги, девушка слишком стремительно поворачивается и чуть не сшибает кого-то прямо в воду, но быстро реагирует и не даёт человеку промокнуть. Прийдя в себя, она отталкивает от себя парня, который пару секунд назад подкрался ей за спину.       — Ты нормальный вообще человек? — чуть ли не кричит Рейн.       Парень смущённо потерает шею. Рыжие волосы длиной чуть ниже ушей развиваются на ветру. Алекс Хаксли, брат Саши.       Они близняшки, хотя общего между ними лишь цвет волос, глаз и оттенок кожи, черты же их совершенно не говорят о родстве. Так что, скорее, двойняшки.       Парень выше сестры ростом, а потому выше и Рейн сантиметров на двадцать.       — Я не хотел пугать, — наконец произносит он чуть хрипловато. Услышав этот приятный тембр голоса, Рейн сразу смягчается. Не знает отчего это на неё вечно так действует.       — А на что ты надеялся, тихо подкрадываясь сзади?       Девушка скрещивает руки на груди, стараясь выглядеть грозной.       — Хотел поболтать, ты ведь Рейн, да? Саша говорила о тебе.       Девушку снова охватывает лёгкое чувство волнения. Её лицо серьезнеет. Неужели Саша рассказала ему? Хотя чему тут удивляться, они ведь родные брат и сестра, может между ними совсем нет секретов, даже, учитывая, что не все секреты принадлежат им.       — Что она говорила?       — Что не понимает, почему у такой как ты в нашей школе нет друзей.       Рейн не понимает его, но её отпускает ощущение того, что сейчас её начнут в чём-то обвинять или упрекать, а может даже шантажировать.       — У какой «такой»? — осторожно спрашивает она.       Парень по-доброму улыбается. Его улыбка кажется искренней и очень мягкой.       — Городской. Ты ведь всю свою жизнь жила в большом городе, наверняка у тебя было много друзей. Мне не кажется, что ты всегда была той, кто сидит в уголке, хоть здесь ты и ведёшь себя именно так.       — Я думала, чем меньше я буду привлекать к себе внимания, тем лучше, — честно отвечает девушка.       — Это маленький город, здесь все друг друга знают. Отсиживаясь одиночкой в углу, ты наоборот только и делаешь, что привлекаешь внимание, — глаза парня сверкают.       Его слова заставляют Рейн задуматься. Она думала, что тактика «Ниже травы тише воды» это лучший вариант, чтобы спокойно доучиться до конца школы и свалить отсюда, но она не учла, что такая тактика была бы применима в её бывшей школе, а никак не здесь. Она понимает, что парень, скорее всего, прав.       — И что предлагаешь? Найти друзей? — вызывающе спрашивает девушка. — Да как это тут можно сделать, если ты сам сказал, что тут все друг друга знают? В этом-то и вся проблема. Все друг друга знают, и все дружат тут с детства, а я новенькая, я чужая. У всех своя компания, и всех всё устраивает. Думаешь, за те четыре месяца, что я здесь, я не предпринимала попыток?       Это была правда. Рейн несколько раз пыталась подружиться хоть с кем-то. Она заводила беседы, подсаживалась к людям за обедом и на уроках. Пробовала даже знакомства через интернет.       В Бостоне у неё не было с этим проблем, как она считала, но потом поняла, что вся её популярность и куча знакомых были у неё лишь благодаря её друзьям, с которыми она дружила с самого детства, и то, по причине общей дружбы родителей. Если бы у неё не было и их, то и в Бостоне она была бы такой же одинокой как здесь, в Холвилле.       Парень отмалчивается. А Рейн выжидательно смотрит на него. Но девушка не обладает особой терпеливостью, и потому, так и не дождавшись ответа, она обходит парня и направляется вглубь леса. По пути заметив, что остальных парней здесь уже нет.       Она идёт, потирая предплечья от холода, стало ещё прохладней. Лес стал тусклым и мрачным. Затем она слышит, как парень догоняет её, но она даже не оборачивается в его сторону. Он ровняется с ней на тропинке.       — Ты могла бы обедать с нами в школе.       Девушка усмехается.       — С баскетболистами? Может, предложишь ещё и к черлидершам подсесть?       — Я обедаю не с командой, а с сестрой и друзьями.       Девушка приходит в себя, услышав слово «сестра». Нет, сидеть с Сашей за одним столом после своей истерики в туалете Рейн не собирается. Ей было бы ужасно некомфортно.       — Вот ещё... — лишь бросает она и после нового порыва ветра снова потирает предплечья.       Парень быстро снимает с себя свою куртку и протягивает девушке.       — Вот.       Рейн остановливается и задумчиво осматривает парня с его протянутой в руке курткой. Что вдруг семейству Хаксли от неё понадобилось, что на неё одновременно обратили внимание аж три его представителя. Она не знает ответа на этот вопрос, но непременно обещает себе в этом разобраться.       Она берёт куртку, надевает её и чувствует исходящий от неё приятный аромат какого-то лёгкого одеколона. Ей сразу становится теплее.