Не отпускай, не сдавайся

Какими двумя словами можно охарактеризовать ноябрь в Бирмингеме? Определенно, серый и сырой. Именно в этот месяц погода в городах Туманного Альбиона как никогда оправдывала неофицальное название государства. Пепельная туманная дымка расстилалась по тротуарам Бирмингема, исчезая только к полудню. Утро обычно выдавалось безмятежным, но после обеда шквальный ветер поторапливал прохожих укрыться в уютном кафе или в собственном доме. Нередкими были и дожди, как проливные, так и противные моросящие. Роса прозрачными жемчужинами поблескивала на не особо ухоженном темно-зеленом газоне, напоминая о недавно прошедшем ливне. Непогода утихомирила на некоторое время жителей города, суетливых, как муравьи. Но как бы Диона* не пыталась, ни буйному ветру, ни граду не было под силу обуздать бурю, царившую в душе Джеймса Фелпса. Он стоял у окна, нервно отбивая ритм ногой по паркету. Взгляд его, пустой и безучастный, был устремлен вдаль. И до того блеклый пейзаж за окном казался ему вовсе мрачным. Он в сотый раз поднес телефон к уху, набрав заветный номер. Послышались гудки. Сердце парня начало отплясывать чечетку, Джеймс воспрянул духом - наконец противный голос автоответчика сменился на многообещающие протяжные гудки. Джеймс услышал щелчок и затаил дыхание. В первые доли секунды ему почудилось, что она, в конце концов, ответила, но это был проклятый автоответчик с его «Данный абонент не отвечает. Оставьте сообщение». Прорычав что-то невнятное, Джеймс выключил телефон и, отойдя от окна, отшвырнул его в сторону, благо гаджет удачно приземлился на кресло. - Ни к чему снова громить дом, - отвлекшись от просмотра какой-то телепередачи, усмехнулся сидевший на диване Оливер. - И не собирался, - огрызнулся Джеймс и принялся расхаживать по комнате. Оливер, прищурившись, внимательно поглядел на брата, вспоминая его реакцию после произошедшей между ним и Сэм ссорой. Первые две минуты Джеймса охватили растерянность и ступор - он просто стоял, как изваяние, не двигаясь, и лишь глаза его метались из стороны в сторону. Очнувшись, младший близнец метнулся к журнальному столику, что-то яростно бормоча, схватил миску с чипсами и две бутылки пива и убежал на кухню, где выбросил все в мусорное ведро, по пути расплескав пиво по полу. То же самое он проделал с остальными бутылками. После этого настала очередь лимонного пирога и пиццы. Джеймс двигался быстро, но в то же время немного неуклюже, отчего пострадали ваза и тарелка, на которой лежал пирог. В глазах парня же плескались злость, смешанная с каплей безумства. Избавившись от этой еды, Джеймс полминуты переводил дыхание, а затем вновь подлетел к холодильнику и поплнил набитое почти до краев мусорное ведро оставшейся едой. После, Джеймс вернулся туда, где находился оцепеневший Оливер, и, не замечая брата, схватил куртку и выскочил на улицу. Последнее, что услышал Оливер, - рев заведенного автомобиля. - Может быть, хватит мерять комнату шагами? - Почему она не отвечает? - пропустив мимо ушей слова брата, вздохнул Джеймс и опустился на кресло. - Ты сам знаешь ответ на свой вопрос, - пожал плечами Оливер, - И все-таки что ты ей наговорил? - Ничего хорошего. - А ты не знаешь, где она живет? - Только название улицы, номера дома не помню, - ответил Джеймс, - Думаешь, куда я уехал после всего этого? - Я подумал, что ты отправился заливать свое горе литрами алкоголя, - совершенно серьезно произнес Оливер. Джеймс ошарашенно поглядел на него. Оливер лишь пожал плечами. - Что? Ты вел себя подобным образом около полугода. Что еще могло прийти мне в голову? Джеймс хотел было что-то возразить брату, упрекнуть его за такие мысли, но мигом передумал, уткнувшись лицом в ладони. Досада и злоба в который раз поглотили его. Оливер, его старший примерный, успешный, трудолюбивый близнец, как обычно, был прав. Джеймс ощущал, как возвращается это ужасное чувство, липкое и склизкое, - зависть. Как он ни старался отрицать, в какой-то момент ему пришлось признаться самому себе, что он завидует Оливеру, его успехам в карьере, удаче, прекрасным долгим отношениям с любящей девушкой. Нет, Джеймс, конечно, был рад за брата, но при очередной хорошей новости, полученной от Оливера, внутри Джеймса просыпался маленький капризный ребенок, хнычущий: «Почему не я? Я тоже так хочу!» В такие мгновения Джеймс изо всех сил пытался спрятать это дитя в самом дальнем углу своего сознания и вслед за этим бежал на очередной кастинг, где вновь и вновь терпел неудачу. Далее схема была одна и та же - разговор по душам с лучшим другом, виски, и постепенно такая жизнь начала входить у парня в привычку. Джеймс ненавидел себя за это, впал в глубокую депрессию, но ничего не мог сделать, предпринять. Или не хотел… Джеймс резко вскинул голову и посмотрел на Оливера. Он понял - зависть, наполнявшая его, относилась не к определенным счастливым моментам жизни брата, а к нему самому. Оливер обладал силой воли, которой так не доставало Фелпсу-младшему. Столь драгоценное качество, являющееся важной частью такого процесса, как саморазвитие, способен воспитать в себе не каждый человек, в том числе и Джеймс. Или причина крылась в том самом капризном ребенке и нежелании двигаться вперед? Видимо, так и было… И никто не мог приструнить вредное дитя, кроме одного человека. Она решилась, поверила в него, указала правильный путь, хотя не такой легкий, как оказалось. Но кто говорил, что будет просто? А Джеймс своей глупостью и наивностью умудрился испортить все, загубить на корню. - Черт! - Не переживай. Все будет хорошо, вот увидишь, - улыбнулся Оливер. Джеймс хмыкнул и, отыскав телефон, набрал выученный на зубок номер. Ответ остался прежним. *** - Куда собрался? - жуя яблоко, выглянул Оливер из кухни. Джеймс торопливо завязывал шнурки на ботинках. - Я договорился встретиться с Рэйлин, - улыбнулся тот. Оливер заметил, как блеснули глаза брата при упоминании имени девушки. - Надеюсь, она поднимет тебе настроение, - подмигнул он Джеймсу и рассмеялся. Джеймс махнул на него рукой, взял куртку и шарф и вышел из дома. *** - … в итоге мне повысили зарплату, - хихикнула Рэйлин и радостно захлопала в ладоши. Джеймс не смог сдержать улыбки умиления, глядя на светившуюся от счастья девушку. - Думаю, и твое повышение не за горами. - Сомневаюсь, - рассмеялась она, - ты слишком хорошо обо мне думаешь. - А по-другому невозможно. - И до того розовые щеки Рэйлин стали и вовсе пунцовыми. Джеймс отметил, что когда она смущалась, то становилась еще более привлекательной. - Что у тебя нового? - в свою очередь поинтересовалась Рэй. - Ничего особенного, - пожал плечами парень. Говорить о Саманте у не было желания, дабы не омрачать чудный вечер и расстраивать Рэйлин, потому что, как успел заметить Фелпс, Хейл и Блант неплохо сдружились за это недолгое время. - Не скромничай, Фелпс, - Джеймс непроизвольно вздрогнул - для Рэй не было свойственно называть его по фамилии, в отличие от другого человека, - у тебя, актера, и ничего особенного? Не верю! Черт, снова! Лишнее напоминание о совершенной глупости, и его совесть с еще большей настойчивостью принялась жужжать, пищать, витая вокруг него и неприятно жаля, словно надоедливое насекомое. От Рэйлин не укрылось, что Джеймс тут же помрачнел от сказанных ею слов. - Что-то случилось? - встревожилась она, коснувшись рукой его предплечья. - Все хорошо, - улыбнулся Джеймс, - правда. - Уверен? - этот заботливый тон, с которым девушка обращалась к нему, растрогал Фелпса, к его же удивлению, и пробудил желание обнять Блант, которое он не без труда подавил. - Да. Знаешь, раз уж мы в этом парке, то ты непременно должна попробовать кое-что, - подмигнул он ей и, взяв за руку, повел в сторону каменного моста, рядом с которым находилась небольшая тележка. Приблизившись к ней, Джеймс протянул несколько монет пожилому продавцу. - Одно яблоко, пожалуйста. Приветливо улыбнувшись, старик протянул им огромное спелое красное яблоко на палочке, покрытое толстым слоем янтарной карамели. Глаза Рэйлин восторженно заблестели, и она нетерпеливо потянулась за лакомством, будто ребенок. Джеймс усмехнулся. Взяв фрукт, Рэй с блаженством вдохнула сладкий, слегка терпкий аромат, от которого и у Джеймса потекли слюни. - А ты не будешь? - удивилась девушка, словно прочитав его мысли. - Нет, спасибо. - Он ступил на мост, Блант последовала за ним. - Следишь за фигурой? - рассмеялась она. - Именно. - Смотри, не переусердствуй, - хихикнула девушка, - а то только кости да кожа останутся. Настала очередь Джеймса смеяться от всей души, чем он привел Рэй в замешательство. - Ты серьезно? - Фелпс силился сдержать рвущийся наружу хохот, что ему плохо давалось. - Ну да, - недоуменно покосилась на него Рэйлин. - Что смешного? - Н-ничего, - Джеймс сделал глубокий вдох и наконец успокоился, а затем взял девушку за руку и повел ее вперед. - Боже, где ты была все это время? - Зубрила экономику, - пожала плечами Блант. Через секунду заразительный смех этих двоих заставил улыбнуться нескольких проходящих мимо людей. Слабый, но колючий ветер дразнил своими прикосновениями, заставляя поплотнее укутываться шарфами. Последние стаи пожелтевших листьев лениво опускались на землю потоками воздуха и загорались в свете редкой улыбки угасающего солнца. Сумерки густым туманом опускались на город, делая улицы, переулки, уединенные места в парках более таинственными и романтичными. Джеймс и Рэйлин с наслаждением продолжали гулять по парку, не расцепляя рук. Девушка восхищалась атмосферой, окружавшей их, и природой в целом, вспомнила о своей поездке в Лондон, где наблюдала великолепный, по ее словам, завораживающий закат. Во время повествования она периодически кусала свое яблоко и, жуя его, прикрывала глаза от удовольствия. - Повторю в сотый раз, но это божественно вкусно, - воскликнула Рэй и, зажмурившись, пискнула. Джеймс не смог не улыбнуться. Рэйлин забавляла его, притягивала своей простотой и открытостью. Ее вечно восторженный взгляд, радостная улыбка рождали в Джеймсе новое теплое чувство, желание защитить эту хрупкую добрую девушку, удивлявшую своей любовью ко всему: животным, людям, миру, жизни в целом. Ум, проницательность и серьезность Рэйлин смешивались с ее детской непосредственностью и некоторой взбалмошностью, непоседливостью, образуя сумасшедший коктейль, который пьянил Джеймса, выбивал почву из-под ног, заставляя его сердце биться чаще, а самому улыбаться, как дураку. - Всегда пожалуйста, - подмигнул он Рэйлин. - Ничего вкуснее не ела! - Вот тут ты явно лукавишь, - в шутку пригрозил ей Джеймс пальцем. - Меня не проведешь. - Эх, что правда, то правда, - наигранно разочарованным голосом произнесла Рэй. - Честно говоря, самое вкусное, что я когда-либо пробовала, - это персиковое мороженое во Флоренции. - Ты была там? - Да, в детстве, - с улыбкой ответила Блант, - еще до развода родителей. Джеймс знал об этой части жизни девушку и, несмотря не то, что она не уделяла особого внимания данной теме, словно это было нормально, как и факт, что Земля круглая, парню было не по себе, когда напоминание об этом событие проскальзывало во время разговора. Джеймс сочувственно сжал ладонь Рэйлин, которая разочарованно взглянула на оставшуюся от яблока палочку в ее руке и выкинула ее в ближайшую урну. - Мне было семь лет, - задумчиво продолжила она, - Помню, как на главной площади артисты исполняли различные танцы, заводное сальтарелло** и торжественную грациозную павану***. Было так красиво: танцоры в чудесных нарядах, смех и аплодисменты… Девушки кружились и кружились, не переставая. - Вот так? - спросив, Джеймс сделал шаг вперед и закружил Рэйлин, послышался ее заливистый смех. Даже в темноте Джеймс видел, как весело блестят глаза Рэй, и мог поспорить, что они и у него самого горят не менее слабо. Сделав еще два оборота вокруг себя, Рэйлин, почувствовала, как Джеймс резко притянул ее к себе, и она, ахнув, уперлась ладонями в его грудь. Расстояние между ними сократилось до считанных миллиметров. Рэйлин подняла голову кверху и встретилась взглядом с двумя пылающими угольками коричневого цвета с зеленоватым оттенком. Настолько близко… Джеймс, моргнув, впился глазами в милое, по его мнению, даже ангельское личико, покрытое румянцем, в пухлые, слегка приоткрытые губы. Его терпение лопнуло, как и самообладание, треснувшее тремя секундами ранее, - он поцеловал ее нежно и осторожно, с трудом сдерживая пробудившиеся жадность и страсть. Джеймс провел тыльной стороной ладони по ее щеке, ощущая рой легких мурашек на мягкой коже, смакуя сладковатый яблочно-карамельный вкус ее губ. Рэйлин ответила на поцелуй почти сразу, но более пылко и горячо, чем Джеймс, запустив пальцы в его волосы. Уголки губ парня еле заметно дернулись в победной улыбке, и он, приобняв Рэй другой рукой за талию, прижал ее к себе еще крепче, упиваясь невероятной смесью чувств, которая волной захлестнула их обоих. *** Джеймс нехотя отстранился от девушки, тем самым прервав поцелуй, так как потребность в кислороде, в конце концов, дала о себе знать. Они стояли на крыльце ее дома, освещаемые блеклым светом уличных фонарей. Он поправил выбившийся из-под куртки шарф Рэйлин, которая прерывисто дышала. - Спорю на сто фунтов, что девчонки на работе лопнут от зависти, когда я расскажу им о нас с тобой, - усмехнулась Рэй. - Наивная, думаешь, я на это куплюсь? - Джеймс, сощурившись, осторожно приподнял ее лицо за подбородок. - Что поделать, если я не профессионал и на курсы актерского мастерства не ходила? - печально вздохнула Блант. - Вот именно! - Хотя пару раз я тебя одурачила, за что спасибо моему знакомому актеру, который играл персонажа в знаменитой франшизе по имени, хм… Фрэнсис, кажется, или Фрэнк… не помню, - Джеймс вздернул одну бровь кверху, приняв оскорбленный вид. - Знакомый? - Ладно, друг, - как можно непринужденнее сказала Рэй, закатив глаза. - Ах, друг, значит? - Именно, - передразнила она Джеймса. - Не дерзите мне, иначе… - рыкнул Фелпс, вплотную притянув к себе девушку. Гул, исходивший из его груди, где на данный момент сердце решило поучаствовать в соревнованиях по ирландским танцам, сильно мешал сосредоточиться. Даже легкий мороз не мог отрезвить Джеймса, привести его мысли в порядок. - Иначе что? - прошептала Рэйлин, прикусив губу. - Вас ждет ужасное наказание, - Джеймс представил, как Саманта отвешивает ему оплеуху за такую глупость, и усмехнулся. - Хм, смею предположить, что у Вас ничего не выйдет, мистер, - выдохнула Рэй и взяла его за шарф, привлекая еще ближе. - Почему, мисс? - ответом ему был поцелуй, горячий и настойчивый, который, как ни странно, застал Джеймса врасплох. Не успел он ответить, как Блант оттолкнула его. Парень в полной растерянности поглядел на нее, а Рэйлин лишь подмигнула ему и, щелкнув Джеймса по носу, скрылась за дверью дома со словами: - Потому что я наказала Вас первой! - Рэй, так не честно! - с досадой крикнул Джеймс, но услышал лишь заливистый смех. - Я знаю, где ты живешь и твой номер телефона. - Не на ту напал. Я скажу всем, что ты смотришь «Семейство Кардашьян»****! - Тебе никто не поверит, это не правда, - воскликнул он. Этих двоих совершенно не смущал тот факт, что своими криками они могут разбудить соседей Блант, проживающих в этом же пятиэтажном кирпичном доме. - Попробуй докажи! - следом за хохотом Рэйлин послышалось удаляющееся цоканье каблуков. Джеймсу ничего не оставалось, как только отправиться восвояси, что он, впрочем, и сделал с сияющей улыбкой на лице. Яркие огни ночного города, шум автомобилей, из которых выглядывали веселые, что-то громко кричащие незнакомцы, которые спешили на очередную крутую вечеринку; громкая музыка, доносившаяся из пабов, приятный аромат дорогих блюд, манивший прохожих в рестораны, - все это вспышками проносилось мимо Джеймса, который бесцельно бродил по улицам Бирмингема. Он уже предвкушал завтрашний день, когда он снова сможет увидеть Рэйлин и… Джеймс резко остановился - его внимание привлекло до боли знакомое заведение. Давно он здесь не был… Тот самый паб. Теперь в голове парня вертелось лишь одно - Сэм. Он, не раздумывая, вошел внутрь и поморщился от крепкого запаха сигарет, туманом окутавшего помещение. Фелпс огляделся - знакомого лица он не увидел. Он уже собрался покинуть заведение, как заметил Джона, вышедшего из кухни и подавшего несколько бутылок пива крупному мужчине с бородой, который, слегка пошатываясь, двинулся к своей компании. Бармен повернулся, чтобы принять следующий заказ, и встретился взглядом с Джеймсом, который не мог не отметить, что Колфер напрягся, завидев его. Джеймс за пару шагов преодолел расстояние между входом и барной стойкой, Джон молниеносно подскочил к нему. - Добрый вечер! Чего желаете? - Джон выдавил приветливую улыбку, даже не стараясь скрыть презрительный тон. Джеймс понял, что тот все знает, и решил не тянуть кота за хвост. - Привет. Где Сэм? Она была здесь, ведь так? - Простите, кто? Я Вас плохо расслышал - музыка слишком громкая. - Хватит валять дурака, Джон, - рявкнул Джеймс, поведение бармена начинало злить его. Впрочем, Джон и сам вспыхнул после слов Фелпса. - Выйдем, - бросил он, сжав кулаки и подозвав одного из официантов, чтобы тот заменил его ненадолго. Джеймс устало вздохнул, но последовал за Джоном. Разница в температуре резко ощущалась, стоило только выйти на свежй воздух, поэтому Джеймс мигом спрятал руки в карманы пальто. - Хочешь сказать, что это я веду себя, как дурак? - без обиняков начал Колфер. - Не я же позвал тебя разбираться на улицу, как школьник, - хмыкнул Джеймс, - я хотел узнать, где Сэм? - Из-за того, что именно ты и повел себя, как идиот, ты не узнаешь, где она, - зло воскликнул Джон. Несмотря на то, что Джеймс был выше Колфера, вид у последнего был довольно угрожающим - пылающие яростью глаза, напрягшиеся мышцы, пульсирующая на лбу жилка. Фелпс по сравнению с барменом был воплощением спокойствия. - Что за детский сад? - Это я у тебя должен спросить. Я тебя предупреждал насчет жульничества? Предупреждал. Как и Сэм. Но нет..! Знаешь, я просил ее не давить на тебя, довериться, но ты, увы, ты не оправдал ожиданий. Мне вот одно любопытно, зачем ты просил ее помощи, если..? - Да не просил я ничьей помощи! - застонал Джеймс, - Это было пари, глупый спор! - Тогда какого черта ты заставил ее довериться тебе, поверить в тебя? - взревел раскрасневшийся Джон, размахивая руками. Джеймс не мог этого вынести. Что творится с этими людьми? - Вы с ума начали уже сходить со своим доверием! Почему то Сэм твердит об этом без умолку, то ты сейчас? Что не так с вами? - С нами? - истерический хохот огласил улицу, - Не во мне проблема, дорогой, и не в Сэм, а в людях, окружающих нас. Ты хоть раз задумывался, почему Сэм столь скрытна? Ты знаешь что-нибудь о ней, где она работает, чем увлекается? - Нет, - прошептал Джеймс, сглотнув ком в горле, и потупил взгляд. Ему стало по-настоящему стыдно. С их встречи Саманта узнала о нем, возможно, почти все. А вот он… Он был в неведении. Вечно молчаливая, погруженная в его проблемы, она одаривала его редкой улыбкой и скупым ответом на вопрос о ее жизни. И не более. Черт. - То-то же! - фыркнул Джон. - Послушай мой совет: тебе стоит извиниться перед ней и забыть обо всем. - Таков и мой план, - пожал плечами Джеймс. - Нет, ты не понял. Забудь Сэм. - Что? - ошарашенно произнес Фелпс. - Это лучшее, что ты можешь сделать для нее, - Джон уже остыл и говорил спокойно. - Но… - Поверь. Я тебе, конечно, не указ, поступай, как хочешь. Но все-таки прислушайся… Я вижу, парень ты неплохой, но ведешь ты себя порой, как полный… - Да понял я уже! - махнул на него рукой Джеймс и закатил глаза. - Ты так и не скажешь, где Сэм? - А мне откуда знать? Где она живет, я понятия не имею, а виделись мы в последний раз, когда… - Джон усмехнулся, поправив свою прическу, - впервые видел ее такой, честно признаться. Много я тогда слов ругательных узнал. - Ясно, - только и смог выговорить Джеймс. Прекрасное настроение, в котором он находился пару последних часов, бесследно улетучилось, оставив после себя еще больший осадок на душе с привкусом гнили. В этот момент в окно паба постучал официант, призывая вернуться Джона на свое рабочее место. Последний, шмыгнув носом, кивнул на прощание Джеймсу и приоткрыл входную дверь. - Джон! - окликнул Джеймс его прежде, чем тот ушел. - Да? - Береги Сэм и… не сдавайся, тогда она точно пойдет с тобой на свидание. - Не беспокойся насчет этого, - рассмеялся Колфер. - А ты подумай о том, что я сказал. Джеймс негромко выругался, ударившись в темноте ногой о ножку комода и, продолжая бурчать себе под нос, снял пальто. В доме стояла тишина, которая значила лишь одно - либо Оливера нет дома, либо он спит. Джеймс был рад отсутствию брата - ему необходимо было побыть в одиночестве, поразмыслить, разобраться в себе, решить, каковы будут его дальнейшие действия. Джеймс прошел на кухню, стараясь ничего не задеть по дороге, достал из шкафа стакан, налил в него воды и залпом осушил. Он склонился над раковиной, уперевшись руками в край стола, зажмурил глаза и попытался прийти в себя. Начала болеть голова от роя мыслей, зудящих и давивших. Вздохнув, Джеймс прошел в гостиную, чтобы прилечь на диван. Его взгляд упал на стопку книг, лежащих на тумбочке. Фелпс несколько озадачено хмыкнул, он не притрагивался к ним с тех пор, как они появились здесь. Приблизившись, он взял одну и прочел название - «Цветы для Элджернона», Дэниел Киз. Второй книгой оказался, как гласила обложка, роман-антиутопия «1984», написанный Джорджем Оруэллом. Далее следовали еще три тома, названия которых Джеймс мельком прочел: «Чума», «Джейн Эйр», «Сто лет одиночества». Самой последней была книга, размером превосходившая другие, но не по толщине. На нее Фелпс не обратил особого внимания. «Тут и моя любимая есть», - вспомнились Джеймсу слова Сэм. Интересно, какая? Он отложил антиутопию и, прихватив с собой «Цветы для Элджернона», зажег свет в торшере, прежде чем устроиться поудобнее на диване. Шорох и запах страниц заставил Джеймса снова улыбнуться. *** - Ох, черт! - даже сквозь оглушительную музыку был слышен гогот Дерека, к которому присоединились Джесси, Энтони и Ли. - Ты реально это сделал? - воскликнул Энтони, тыча пальцами в экран телефона, где красовалась фотография Эндрю. - Разве не видно? - гордо ответил тот. - Нет, это монтаж, фотошоп! Или ты полный псих! - кричал Ли, смеясь, - Я склоняюсь к последнему, кстати. Глядя на это зрелище, Джеймс лишь выдавил слабую улыбку. Он не участвовал во всеобщем веселье, заключавшемся в обсуждении фотографии, где Эндрю проделывает какую-то невероятную вещь - какую именно Джеймс так и не понял - в далеко не трезвом состоянии на чьей-то вечеринке. На самом деле Фелпс и не хотел быть здесь, в клубе, где полно алкоголя, снующих от одного столика к другому молодых девушек-официанток в довольно откровенных нарядах, галдящих пьяных посетителей. Но Джеймс не мог обидеть друга - Эндрю праздновал свой день рождения… который день подряд. Еще одной важной причиной отсутствия желания проводить воскресный вечер подобным образом было то, что своим неожиданным звонком по телефону Эндрю разрушил план Джеймса, в который входил романтический ужин с Рэйлин. Джеймс мысленно воздел руки к небу - его друг вообще должен был остаться еще на одну неделю в Америке. Но зная Эндрю… - Эй, Джем, чего нос повесил? - ткнул его в плечо Дерек. - Я? Нет, все нормально, - отмахнулся Джеймс. - Как скажешь. Так, - заговорщически потер он ладонями, - что будешь пить? - Эм, воду, - тихо сказал Фелпс, но, к его удивлению, друзья синхронно повернули головы в его сторону, будто в кино, и в немом молчании уставились на него, а затем разразились громким хохотом. - Смешно, Джем, смешно, - выдавил Джесси. - Я не шучу. - Да ладно тебе! Ты, завсегдатай вечеринок, и воду, серьезно? - вторил Ли. - Да, - кивнул Джеймс и пожал плечами. Сейчас начнется, подумал он, и оказался прав. - Дружище, какого черта? Мы сегодня празднуем, а ты… - начал Эндрю, - нет, так дело не пойдет. Хочешь обидеть своего друга? - Никого я не хочу обидеть… - К тому же, Олли не пришел, - вставил Дерек, за что получил испепеляющий взгляд от Джеймса. - Тем болле! - воскликнул Эндрю, - Ты должен пить за двоих! - Что за бред? - возмутился Джеймс. Неужто Эд успел уже выпить? - Не бред, а желание именинника! - с умным видом выдал тот. - А кто вас развезет по домам, когда вы напьетесь? - попытался выкрутиться Фелпс. - Такси! - заорал Джесси и расхохотался. Похоже, он был вместе с Эндрю, когда тот решил пригубить алкоголя перед походом в клуб. Джеймс в сотый раз пожалел, что согласился прийти. Вместо этого, он мог бы дочитать последнюю книгу из той стопки и, наконец, узнать, что случится с героями в финале. А после отправиться на встречу с Рэйлин. Но, к сожалению, он должен торчать в одном из фешенебельных клубов Бирмингема, в его темном зале, за лучшим столиком, терпя вызывающие мигрень танцевальные треки, гул голосов и глупые разговоры его друзей. Нет, он был рад увидеться с ними, но не сегодня, не в этом месяце, когда ему еще со стольким нужно разобраться. Слышал бы его мысли Оливер, умер бы со смеху. Джеймс и сам себе поражался: ежедневные утренние пробежки, спортзал три раза в неделю, рациональное питание, чтение - все это уже вошло у него в привычку. Не сразу, конечно, постепенно, а временами прикладывая огромные усилия при виде завораживающих ароматных сладостей, но он смог, переборол себя, и, в конце концов, новый образ жизни начал ему нравиться. Сэм была права: человек - такая тварь, которая ко всему привыкает. - Джем, что с тобой случилось? Ты изменился, не скажу, что в плохую сторону, - стал бодрым и веселым, подкачался - но все-таки ты уже не тот Джеймс, которого мы знали, - сказал Ли, самый серьезный и рассудительный из их компании. Джеймс фыркнул. - Это так на тебя влияет твоя новая подружка? - прыснул Джесси. Это было последней каплей. - Я в порядке! - взорвался Джеймс, - Ничего не поменялось, и никто в этом не виноват - ни моя девушка, ни кто-либо еще! Это всего лишь был спор! - Какой спор? - удивился Ли. Джеймс замешкался, явно не зная, что ответить. Рассказывать всю историю с самого начала не было ни малейшего желания. - Эм, я поспорил с Оливером на желание, что не буду пить спиртное два месяца, - бросил он первое, что пришло в голову, и выдохнул. - Мы ему ничего не скажем, - хохотнул Дерек. Джеймс обессиленно застонал и уткнулся лицом в ладони. - Девушка! - крикнул Эд, подзывая официантку. - Нам, пожалуйста, виски и водки, а вот этому парню, - Джеймс знал, что указывают именно на него, - побольше. - Я. Ничего. Не хочу, - с расстановкой процедил он каждое слово. - Он шутит, - отмахнулся от него Джесси, - принесите ему самый крепкий коктейль. - Так! - Джеймса это не на шутку начало злить, он ударил кулаком по столу. Ребята мигом затихли. - Я буду пить, что захочу, ясно? Девушка… Джеймс повернулся лицом к официантке, чтобы лично сделать заказ, и оторопел. Парень моргнул пару раз, чтобы убедиться, не галлюцинация ли это, появившаяся из-за головной боли, но точно такие же удивленные глаза Сэм, глядевшие на него, заставили его усомниться в своих догадках. Секунда, и лицо Саманты превратилась в непроницаемую маску с натянутой улыбкой, которой обычно приветствуют всех посетителей. - Что будуте заказывать? - тон ее голоса ледяной, жесткий. - Сэм… - в горле у Джеймса пересохло, в голове словно смерч прошелся. Спустя две недели полного игнорирования его сообщений и безнадежных звонков, он встречает ее в клубе, одетой в слишком короткие черные шорты, белую хлопковую рубашку, поверх которой надет черный жилет, и в туфлях на высоком каблуке. - Я Вас слушаю, - напористо спросила она, ни капли эмоций в голосе. Джеймс без смущения смотрел на Сэм в упор, в отличие от нее, чей пустой взгляд был направлен будто сквозь него. - Я ничего не хочу. - Как предсказуемо, - фыркнула Сэм и, развернувшись, отправилась к барной стойке. Вслед послышался свист Дерека. Ничего, она привыкла к подобному обращению клиентов. Сердце колотилось, как сумасшедшее. По неведомым причинам на глаза начали наворачиваться слезы. Почему? Почему она его снова встретила? Две недели - срок слишком маленький для затягивания душевных ран, особенно вновь вспоротых, но, с другой стороны, этого отрезка времени хватает для того, чтобы перестать обращать внимание на нескончаемые звонки человека, подскакивать, как ошпаренная, каждый раз и бесконечно спорить с самой собой, ответить ему сегодня или нет. В итоге, решение поставить на этом точку оказалось правильным, как она думала… Хватит с нее, она слишком устала… - Ты ее знаешь? - подал Ли голос, но Джеймс будто не слышал его. Он сорвался с места, не обращая внимания на озадаченных друзей. - Сэм. Саманта! - звал девушку Джеймс, пока пробирался сквозь толпу. Сэм слышала его, но с пущим рвением, чуть ли не бежала к бару. Вдруг она почувствовала теплое прикосновение в области запястья и вздрогнула - ее крепко схватили за руку и развернули на сто восемьдесят градусов. - Может быть, уже хватит убегать? - тепло улыбнулся ей Джеймс, отчего ее сердце подскочило к горлу. - Может быть, - огрызнулась Сэм и попыталась выдернуть руку, что не увенчалось успехом. Гнев и отчаяние, блестевшие в ее глазах, почему-то забавляли Джеймса. Сейчас Саманта напоминала ему обозленного щенка, загнанного в угол. - Нам надо поговорить, - уже серьезно продолжил Фелпс, пристально смотря на Хейл. Люди вокруг принялись озираться на них с любопытством. - Уже поговорили, - ядовито ответила Сэм, - Отпусти. - Нет, я хочу извиниться. - Тебе никто не мешает. Делай, что хочешь, и проваливай. - Джеймс мысленно взвыл: «Почему она такая упрямая?» - Сэм… - Мне некогда ждать, пока ты соберешься с мыслями, - отрезала Сэм, пытаясь унять дрожжь в коленях, - Я тогда высказала свое мнение, а ты - свое, и думаю, мы поняли друг друга. - Я ошибался, прости меня. Я… - Джеймс старался правильно подобрать слова, - я выполняю все твои указания. - О Боже, Фелпс, дурень ты этакий, - вздохнула Саманта, с ее губ слетела легкая усмешка, - когда до тебя дойдет, что ты делаешь это не для меня, не для Оливера, не для кого-либо еще, а для себя самого и только? - Я понимаю. - Ни черта ты не понимаешь! - вспыхнула Сэм, махнув рукой. - Слушай, - Джеймс сильнее сжал ее руку, отчего девушка поморщилась, - я хочу как лучше, я твой… - Мой кто? Кто? - брови Хейл поползли вверх от удивления, наглость и оптимизм, исходящие от Джеймса, поражали и возмущали ее, - Друг? - Да! - уверенно воскликнул Джеймс, ослабив хватку, чем Саманта тут же воспользовалась. - Не смеши меня, - хохотнула Саманта, зло сверкнув глазами, и развела руки в стороны, - Знаешь, у тебя был шанс, но, увы… Бросив презрительный взгляд на Джеймса, Сэм развернулась и ушла к барной стойке. Грудь ее вздымалась от учащенного дыхания, губы слегка подрагивали, руки были сжаты в кулаки. Она сдержалась, не поддалась. Джон - единственный ее друг, каким Фелпс никогда на станет. Никогда. Джеймсу хотелось пнуть стул, стоявший поблизости, разбить первый попавшийся под руку бокал от досады. Почему она упрямится? Неужели он настолько задел ее, ударил по самому больному месту? Точно он знать не мог, лишь догадываться, ведь Сэм молчунья, ничего от нее не добьешься. Джеймс не понимал, какие чувства испытывает. Их не было. Пустота, словно у него украли недостающую вещь, деталь от паззла, который он должен разгадать. А эта деталь крайне важна, без нее ничего не выйдет. - Джем, - окликнули его. Парень очнулся, обнаружив, что стоит перед их столиком, с силой сжимая спинку кожаного дивана, где сидели его притихшие друзья. - Ты как? - первым подал голос Ли. - Нормально, - прохрипел Джеймс в ответ, - Я, наверно, пойду. Вы развлекайтесь, ребята. Эд, ты уж извини. - Да ладно, брат, все о’кей, - встав, хлопнул его по плечу Эндрю, - Созвонимся еще. - Конечно, - выдавил ухмылку Фелпс и поспешил покинуть заведение. *** - Вставай, работа не ждет! - заорал Оливер на всю округу, тряся брата за плечи. - Пять минут, - промычал тот, ворочаясь на диване, где и уснул вчера. - Никаких пяти минут, - отрезал старший близнец, - Я скоро ухожу, так что разбудить снова тебя никто не сможет, а это значит, что ты проваляешься здесь до полудня. Джеймс буркнул что-то в ответ, а Оливер плюхнулся на кресло. - Нечего было сидеть допоздна, - с видом умной мамочки произнес он и включил телевизор. Джеймс поморщился от слишком громкого голоса диктора и приоткрыл глаза. - Я читал. - Ах да, я сосвем позабыл про твою внезапно возникшую любовь к книгам, - хохотнул Оливер. - Заткнись, - несмотря на подколы братца, Джеймс был доволен тем, что прочел очередную книгу, не менее интересную, чем остальные. Он, присев, отложил ее в сторону, до этого она мирно покоилась у него на груди. - Нашел время читать, - продолжил Оливер и усмехнулся, почесав затылок, - ночью, по возвращении из клуба. - Я ушел, - Фелпс-младший помрачнел, вспомнив о неудавшейся для него вечеринке, что, естественно, не укрылось от Оливера. - Почему? - Настроения не было. - Это не главная причина, верно? - внимательно посмотрел на него брат, сощурив глаза. Джеймс кивнул. - Я встретил Сэм. - Серьезно? В клубе? Что она забыла там? Она же нос воротит от спиртного, как я успел заметить, - удивился Оливер. - Она работает там, - глаза Оливера чуть не вылезли из орбит от услышанного. Джеймс усмехнулся. - И что? - старший близнец придвинулся поближе, нервно трясся ногой, словно ожидая, что ему раскроют какую-то великую тайну. - Ты говорил с ней? - Конечно! - И? - И ничего, все еще злится на меня, - вздохнул Джеймс, пожав плечами. - Заварил ты кашу, - задумчиво поизнес Оливер, а затем взглянул на свои наручные часы и охнул, - Мне пора, опаздываю. А ты не раскисай! Все уладится, поверь. Я еще никогда не ошибался. Улыбнувшись друг другу, братья распрощались. Джеймс, зевая, встал с дивана, вернул книгу на тумбочку и двинулся в ванную. Приведя себя в более-менее человеческий вид, направился на кухню, где выпил стакан воды, затем принялся исследовать холодильник и, не отыскав ничего по вкусу, вернулся в гостиную. Там он минуту стоял посреди комнаты, не шевелясь, словно перезагружался, как компьютер. В конце концов, Джеймс обратил внимание на его излюбленное место, где на данный момент покоились книги, которые, к его разочарованию, уже были прочитаны. Кроме одной, лежащей в самом низу стопки. За ней Джеймс и потянулся. Взяв ее в руки, он обнаружил, что это не книга, а тот самый блокнот, похожий на альбом для рисования, с которым Сэм впервые появилась у него дома. Это воспоминание вызвало у Джеймса улыбку. Он открыл его. На первой странице красовался рисунок букета ирисов. На второй - море, песчаный пляж, где росли ирисы. Джеймс рассмеялся - довольно странная картина. Кроме того, Фелпс отметил, что рисунки прекрасные, некотороые проработаны до мельчайших деталей. Парень принялся листать дальше: в альбоме были изображены различные пейзажи, иногда лица каких-то людей, - особенно Джеймсу запомнился портрет молодого парня, коротко стриженного, со светлыми волосами, темными глазами и счастливой улыбкой; было видно, что Сэм работала над этим изображением более усердно, чем над остальными - но больше всего было ирисов. Поражаясь количеству нарисованных цветов, Джеймс перелистнул очередную страницу, на которой он увидел небольшой кирпичный дом, обнесенный невысоким забором с кованной калиткой и прилегающий к нему сад, где росли красные розы. Яркие краски, четкие линии, штрихи приковывали взгляд, вызывая восхищение. Внизу Джеймс заметил подпись - Вудвью драйв. Далее в альбоме оказался некий список и, пробежав по нему глазами, Джеймс вновь рассмеялся. Это был тот самый план Саманты: 1. Гардероб 2. Прическа 3. Физическая форма 4. Культурное развитие 5. Курсы 6. Кастинги 7. Д. Джеймс вздохнул - только два пункта были вычеркнуты. И что еще за «Д.»? Деньги, доход? Фелпс покачал головой, вряд ли. Доверие? Дружба? Джеймс нахмурился, если его догадка верна, то дело плохо. Он перевернул страницу и остолбенел - с белоснежного листа на него глядели глаза, карие, отливающие зеленью. Его глаза. Или Оливера? Нет, точно его - у Олли немного другой разрез глаз. Рисунок был настолько проработан, настолько натурально выглядел, что парня бросило в дрожжь, ему стало жутко. Джеймс чертыхнулся и бегом поднялся по лестнице на второй этаж. Он обязан извиниться перед Сэм и впредь не собирается отступать. *** Джеймс вышел из автобуса на остановке неподалеку от Вудвью драйв. Фелпс чувствовал, что Сэм не просто так изобразила этот дом. Возможно, он нравится ей, а, значит, она бывает там иногда или же наведалась однажды, но как бы то ни было, для Джеймса это, скорее всего, могло быть единственной зацепкой, подсказкой, как найти Саманту. Джеймс подвигал плечами в стороны, чтобы размять затекшие мышцы, - все-таки давно он не пользовался общественным транспортом, особенно в час пик. Но в связи с тем, что его автомобиль находился в ремонте, Фелпсу пришлось ехать на автобусе. Он повернул, оказавшись на нужной улице, и открыл альбом, который захватил с собой. Джеймс шел мимо домов и вглядывался в каждый из них, пытаясь отыскать сходства с рисунком, а холодный ветер подгонял его. Он повернул голову направо и резко затормозил. Кажется, нашел. Джеймс переводил взгляд с блокнота на дом, сверяясь с изображением. Губы его расползлись в довольной улыбке, он закрыл альбом и дернул ручку калитки, толкая ту вперед. Раздался протяжный скрип, заставивший Фелпса поморщиться, впрочем, не его одного. Джеймс заметил, что в небольшом ухоженном дворике находился пожилой мужчина, который сидел на скамье и, услышав резкий звук, усмехнулся. - Давно ее никто не смазывал, - задумчиво произнес он и, кряхтя, встал. Джеймс замешкался и продолжал стоять у входа, переминаясь с ноги на ногу. Может, зря он сюда пришел, возникла у него мысль, но добрый взгляд и приветливая улыбка старика вселили в него уверенность. - Добрый день, - подал парень голос и приблизился к мужчине, протянув ему руку для рукопожатия. - Добрый, - мистер Макдермотт ответил на приветственный жест и улыбнулся еще шире, когда его взгляд упал на альбом и букет цветов, которые держал Джеймс в левой руке. - Меня зовут Джеймс, - представился тот. - Адам. - Очень приятно, - кивнул Фелпс. - Простите, что беспокою Вас, но я ищу одну девушку… - Я заметил, - из груди Адама вырвался смешок. - Вы случайно не знаете Саманту Хейл? - взволновано спросил Джеймс. От ответа старика зависело многое. - А как же! Знаю, - довольно ухмыльнулся мистер Макдермотт и сощурил глаза. Поначалу у Джеймса возникло ощущение, что Адам посмеивается над ним, но, услышав положительный ответ на свой вопрос, он с облегчение выдохнул. Смекалка не подвела его. - А где..? - Хотите, чтобы я ее позвал? - прервал мужчина Джеймса на полуслове. Последний удивленно уставился на мистера Макдермотта, горло его слегка пересохло - так она здесь, в этом доме! Настроение мигом улучшилось, Джеймс воспрянул духом. - Да… Да! - активно закивал он головой, крепче сжимая цветы в руке. - Только не говорите, что это я пришел. - Зная Сэм, Джеймс мог предположить, что она способна запереться в доме или выкинуть еще что-нибудь похуже. - Хорошо, - хохотнул старик и повернулся в сторону двери дома, которая была немного приоткрыта. - Сэм, дорогая! - Мистер Макдермотт, какой Вы нетерпеливый, я же сказала, что пирог будет готов через… - Нет-нет, выйди сюда на минутку. - Но пирог… - Это не займет много времени, - Адам подмигнул Джеймсу. За дверью послышался громкий вздох, который не мог не вызвать улыбку у Фелпса. - Если это снова тот злополучный ежик, то… - пробурчала Сэм и вышла во двор. Волосы ее были слегка растрепанны, следы муки на левой щеке, наспех накинутая на плечи куртка. Радость, охватившая Джеймса в первые секунды, сменилась ужасом и шоком - девушка, представшая перед ним, не была похожа на ту Сэм, которую он знал. Что с ней произошло? Вчера в клубе ее внешний вид не был столь жутким. Неужели полумрак и разноцветные лучи прожекторов способны скрыть подобные метаморфозы? Растерянный Джеймс глядел на еще более растерянную Саманту, слишком тощую - тут и недалеко до анорексии, подумал парень - с ссутуленными плечами, впалыми щеками, темными кругами под покрасневшими потухшими глазами. Вымученное, изможденное выражение лица, плохо скрываемое под фальшивой улыбкой дополнял образ. Две недели… Он не видел ее лишь две недели. Чувство вины разлилось по всему телу, отравляя каждую клетку горькой кислотой. Сэм же оцепенела, не способная пошевелить и мизинцем. Вихрь вопросов ворвался в ее сознание, как и многочисленные возможные отговорки, пути отступления. Как он нашел ее? Заговорить первой? Да и что говорить-то? До этого момента Сэм была убеждена, что все контакты, связи с Джеймсом окончательно разорваны, конец всему. Но нет, Джеймс словно назло преследует ее, заставляя сомневаться, придумывать ему оправдания. Саманта тряхнула головой, зажмурившись, - должно быть, перед ней видение, возникшие из-за недосыпания, но снова нет, все реально. Джеймс же широко улыбнулся, решив придерживаться намеченного плана. Сглотнув ком в горле, Саманта ступила трясущимися ногами на газон, прижимая руки к груди. - Что ж, я, наверно, пойду за пирогом прослежу, - нарушил тишину мистер Макдермотт и благополучно удалился. Джеймс молча протянул Саманте букет цветов. Та открыла рот от удивления, а затем прижала ладонь к губам, неверящим взглядом впиваясь в охапку фиолетово-синих ирисов. Джеймс стоял и наблюдал за реакцией Хейл, пытаясь понять, о чем она думает, что давалось с трудом. Видимо, ему не суждено понять, что творится в голове этой девушки. Сэм осторожно, с некой опаской приблизилась к парню и дрожжащими руками взяла цветы. Она вдохнула их аромат, и сама расцвела в этот момент. - Как ты узнал? - прошептала она, прижимая к себе цветы, будто боялась, что их отберут. Джеймс, так же не произнося ни слова, показал ей альбом. - Ой, - пискнула девушка. А она искала его все две недели! Значит, случайно тогда выложила его вместе с книгами. Радость и восторг, блеснувшие в ее глазах, сменились страхом и смущением - он видел ее рисунки, все до единого, включая тот… Сэм потянулась и за альбомом, но Джеймс сделал шаг назад и выставил вперед указательный палец, мол, подожди. Затем Фелпс открыл его и, пролистав, остановился на нужной ему странице. Он повернул блокнот к Сэм таким образом, чтобы она могла увидеть некую надпись. Девушка чуть наклонилась и прочла: «…Вытерпеть - мой долг, раз это неизбежно. Слова, что я не вытерплю того, что судьба назначила мне терпеть, лишь свидетельствуют о слабости и глупости». Глаза Хейл округлились, а Джеймс перевернул этот лист, и Сэм увидела еще одну строчку: «Мне кажется, жизнь слишком коротка, и не стоит тратить ее на то, чтобы лелеять в душе вражду или запоминать обиды». Сердце Сэм пропустило удар, она ошарашенно смотрела то на Джеймса, то на цитаты из ее любимой книги, не веря своим глазам. - Как ты догадался? - Она не похожа на другие, - пожал плечами Джеймс. Хейл расплылась в улыбке, теплой и счастливой, а у Джеймса будто камень с души упал, кажется, все получилось. - Знаешь, я позволил себе изменить твой план, составленный для меня. Он перевернул страницу: 1. Гардероб 2. Прическа 3. Вправить Фелпсу мозги 4. Физическая форма 5. Культурное развитие 6. Курсы 7. Кастинги 8. Д. Саманта звонко рассмеялась. Рана непроизвольно понемногу начала затягиваться, Сэм наконец впервые за несколько дней перестала ощущать себя той безвольной бумажной куклой. В присутствии Фелпса все словно встало на свои места, она почувствовала те тепло, непринужденность и легкость, которых ей так не доставало. - Прости меня, я… - Безалаберный, - продолжила за Джеймса девушка, пытаясь придать своему лицу суровое выражение. - Да, - кивнул он. - Ленивый. - Согласен. - Безвольный. - Именно, - вздохнул Джеймс. - Рада, что ты это признал, - улыбнулась Сэм, а затем кивком указала на цветы, - Жди здесь, я поставлю их в воду. Скоро вернусь. Зайдя в дом, Сэм прикрыла глаза и выдохнула. Что она творит? Почему вопреки разумным доводам она все же противоречит собственным принципам? Никаких поблажек, великодушия, но не для Джеймса. С ним все наоборот, она дает ему второй шанс. Зачем? Будто собственных проблем мало… Или она убегает от них, погружаясь в чужие заботы? Сумасшедшая, как и Джеймс сказал однажды. Сэм нахмурилась - снова он врывается в ее мысли, в сотый, в тысячный раз. Да что ней творится?! Сэм довольно громко поставила вазу с цветами на стол, отчего мистер Макдермотт подпрыгнул, вытирая руки о полотенце. Мужчина усмехнулся и пошутил насчет сердечного приступа и молодых влюбленных, но Сэм, пропустив его замечания мимо ушей, решительным шагом направилась к выходу. - Думаю, нам стоит поговорить, - сказал Джеймс, завидев Сэм на пороге дома, и жестом пригласил ее присесть на скамью рядом с ним, что она и сделала. - Согласна, - выжидающе смотрела на него. Джеймс, кашлянув, продолжил: - Слушай, прости меня, я наговорил много чего лишнего тогда… Я не хотел тебя обидеть, просто вышел из себя. Пойми, я не привык к такому образу жизни, который ты пыталась мне привить. Мне тяжело переключиться, но я буду стараться, обещаю… Сэм, без тебя я не справлюсь, ты нужна мне. Джеймс замолк, настала очередь Сэм говорить, которая мягко улыбнулась и потупила взгляд. - Хорошо, - наконец прошептала она, - я помогу тебе, но уговор остается прежним. Теперь я спуску не дам, не надейся. Это твой последний шанс. - Спасибо, - улыбаясь во все тридцать два, воскликнул Джеймс, - я не подведу. - Надеюсь. - Сэм, вздрогнув, спрятала руки в карманы куртки. - Думаю, можно начать прямо сейчас. Я так поняла, ты все же прочел все мои книги, верно? - Да. - Отлично. Что насчет спорта? - Саманта зевнула. У Джеймса создавалось впечатление, что она вот-вот уснет. - Утренняя пробежка и спортзал три раза в неделю. Все, как доктор прописал, - улыбнулся он. - Молодец! Питание? - Ничего сладкого и жирного, плюс ни капли алкоголя, - с гордостью ответил Джеймс. Широкая довольная улыбка озарила лицо девушки. - Что именно ты ешь? - Джеймс задумался. - На завтрак - овсянку, иногда омлет. На обед ем овощной салат и вареное мясо, курицу или говядину. - Хм, неплохо, но лучше замени омлет на фруктовый салат - в яйцах много холестерина. Также нужно добавить в твой рацион рыбу, морепродукты и больше белка. И почему ты не ужинаешь? - Не хочется, - пожал плечами Джеймс. - Это надо исправить. Ты должен есть четыре раза в день небольшими порциями. Я составлю меню. - Фелпс согласно закивал головой. - Еще мы запишем тебя на курсы. - На какие? - поинтересовался парень. - Ох, опять ты тормозишь! - Сэм легонько хлопнула себя по лбу. - Какие-какие, курсы актерского мастерства, конечно. Тебе необходимо улучшить твой арсенал: поставить голос, речь, отточить все движения, в общем, изучить все тонкости твоего дела и прочее. - О’кей. - Как обстоят дела с кастингами? - изогнула бровь Хейл. - Не очень, - понурил Джеймс голову и устало потер глаза - ночное чтение все-таки не лучшим образом сказывается на бодрости. - Ничего, исправим, - шумно втянула она воздух в легкие. - Кстати, хотел спросить, что за «Д.» в твоем списке? - вспомнил о последнем пункте Фелпс и с любопытством поглядел на Сэм. - А, это… - Сэм почесала кончик своего носа, - девушка. В данном случае Рэйлин, если, конечно… - Ха, - перебил ее Джеймс, ухмыльнувшись, - тогда можешь вычеркивать. - Серьезно? - Фелпс кивнул, а Саманта слабо улыбнулась. - Поздравляю. Кашлянув, она вытащила из карманов куртки пачку сигарет и зажигалку. Джеймс нахмурился, а Сэм, достав сигарету, собралась ее зажечь, как Фелпс резко выдернул ее у нее из рук. - Ты что творишь? - возмутилась Хейл, вознамерившись отобрать источник необходимой ей дозы никотина. - У меня тоже есть условия, - серьезным тоном произнес Джеймс и спрятал сигарету в карман своего пальто. - И какие же? - насупившись, Саманта уперла руки в бока. - Постарайся избавиться от этой гадости, а еще тебе не помешало бы есть и спать побольше - выглядишь жутко, если честно. - Может, я сама разберусь, что мне нужно, а что нет? - раздраженно бросила Сэм и слегка трясущимися руками достала другую сигарету и, крутнув колесико зажигалки, закурила. Она облегченно выдохнула, выпуская сероватый дым из своей груди. - Ты чего? - ошарашенно посмотрел на нее Джеймс. - Ничего, - уже более спокойно ответила Саманта. - Я… ты прав. Я немного устала. - Немного? Да ты похожа на труп, извини, но это так, и… Джеймса прервал мистер Макдермотт, который, шаркая ногами, выглянул во двор. - Молодежь, кто будет пирог? Иначе от него ни крошки не останется, - рассмеялся он. - Мы подойдем чуть позже, спасибо, - ответил Джеймс и улыбнулся, наблюдая за удаляющимся стариком. - У тебя очень милый и веселый дедушка, - обратился парень к Сэм. - Он мне как дедушка, - покачав головой, грустно заметила она и потушила сигарету. Джеймс был в замешательстве, снова она все утаивает: и про работу в клубе, и про Адама, и про свое состояние. Джеймс вынужден узнавать о ее жизни лишь от других людей или благодаря какой-то случайности. Хватит, надоело. - Итак, - он схватил Сэм за плечи и развернул ее к себе, вперившись взглядом в ее глаза, - у меня лопнуло терпение. Говори, что с тобой происходит? - Все хо… - Ни четра не хорошо! - Джеймс чуть повысил голос. - Я не слепой, я вижу, как ты изменилась. Ты только взгляни! Где тот блеск в глазах, который я видел в первую нашу встречу? Ты бледная и холодная, как мертвец. Что ты с собой сделала? - Я сделала? - покраснела от злости Сэм и стряхнула с себя руки Джеймс. - Это дурацкая жизнь, Фелпс, а не я. Почему вообще я должна перед тобой отчитываться? - О, какая же ты лицемерка! - Джеймс подскочил на ноги и принялся расхаживать по газону. - А как же черотово доверие, м? Как я могу доверять тебе, когда я ничего о тебе не знаю? Я не знаю тебя! - Что ты несешь? - оцепенела Хейл. - Ты сама сказала тогда, что ты уже не тот человек, которым была раньше. А что я знаю о тебе нынешней? Имя и фамилию? Название школы, где ты училась? Название любимой книги? Что еще? То, что ты все время работаешь, а где, я и понятия не имею? Я не прав? - Прав, - тяжело вздохнула Сэм и уткнулась лицом в ладони. Джеймс, успокоившись, присел рядом с ней и обнял девушку за плечи. - Я также хочу помочь тебе, но я не смогу, если… - Если я продолжу запираться в себе. Ладно… - закочила за него Сэм хриплым голосом. Она замолчала на пару минут, собираясь с мыслями, а затем подняла голову и, уставилась глазами в одну точку. - Думаю, стоит начать с того момента, как умерла моя мама, - прошептала она и, сглотнув ком в горле, продолжила, - Она погибла в автокатастрофе, это произошло в том году, когда ты и Оливер уехали на съемки «Гарри Поттера». Меня это событие сильно подкосило, но на отца оно повлияло еще больше… Сэм снова вздохнула и прокашлялась. - Ты мог заметить, что во время учебы в школе я одевалась слегка несуразно, - она усмехнулась, а по спине Джеймса пробежал холодок, начало истории ему совсем не нравилось, - Дело в том, что большую часть денег родители тратили на мое обучение, кроме того, они откладывали их на университет. Когда мама умерла, ситуация сначала ухудшилась, но вскоре, как ни странно, нам повезло. Дела отца пошли в гору - его повысили на работе, а потом он нашел и вторую. Мы продолжали… пытались жить нормальной жизнью. Папа очень любил ее, можно сказать, до безумия, страшного и пугающего, до которого и довела его гибель мамы. Я же, как видишь, стала более резкой и эмоциональной, иногда мне очень трудно сдерживать себя. Сэм остановилась, шмыгнув носом. Сердце ее вновь начало кровоточить, грудная клетка сжалась до хруста в ребрах. Шокированный Джеймс непроизвольно взял девушку за руку. Сэм еле заметно улыбнулась - тепло. - Спустя несколько лет я поступила в Бирмингемский Университет Искусства и Дизайна, моя мечта сбылась. Училась я с удовольствием, поглощала знания, улучшала навыки. У меня появились друзья, так я думала во всяком случае… Все было хорошо, до определенного момента. На последнем курсе у папы начались проблемы со здоровьем, с сердцем. Горы лекарств, различные процедуры, естественно, на это требовались денгьги и не маленькие. Первое время отец мог обеспечивать нас, да и я нашла себе работу, но потом папе стало хуже. Врачи сказали, что ему требовалась операция, срочная. И, соответственно, деньги. Я обратилась к друзьям, хотела занять, но они находили глупые отговорки, отмахивались от меня, поэтому мне ничего не оставалось, как взять кредит в банке. Сэм всхлипнула, глаза защипало, но она держалась изо всех сил. Нельзя раскисать, непозволительная роскошь. Джеймс только крепче сжал ее руку, он не ожидал, что Саманта настолько откроется ему, что настолько все в ее жизни несладко. - Настал… - Сэм запнулась на секунду, - настал день операции. Я ждала, не находила себе места. В итоге, из палаты вышел врач, и уже по его взгляду я поняла, что все кончено. Мой папа мертв. Сказали, что его сердце не выдержало нагрузки и… - Чш-ш-ш, - прошептал Джеймс и обнял Сэм. Он никогда не отличался особым умением успокаивать людей в подобные моменты, поэтому счел нужным промолчать, дать Сэм время. - Я чуть не сошла с ума, впала в жуткую депрессию, из которой долгое время не могла выйти. Сидела взаперти, практически не ела. Тогда я и начала курить, и вот, до сих пор не могу бросить. В конце концов, мне пришлось вернуться - нужно было возвращать деньги банку. Неожиданно появились и мои, так называемые, друзья, - Сэм горько усмехнулась, - но я пресекла общение с ними. После того, как они обошлись со мной… Я перестала доверять людям, замкнулась в себе и направила все свои силы на поиски подходящей работы. Сначала их было три, но зарплата была мизерная, поэтому пришлось их бросить. Тогда я и познакомилась с Джонси. Он учился на психолога, как хотели того его родители, но, не выдержав, он не так недавно бросил учебу. Сейчас, как ты знаешь, он работает барменом и еще помощником администратора в другом клубе, чтобы выучиться на искусствоведа. Он, кстати, и помог мне устроиться в «Gatecrasher»*****. До этого я уже пару недель работала здесь, в этом доме. Мисс Грин наняла меня сиделкой для ее дяди, мистера Макдермотта, пока она отсутствует. Иногда мне везет, и с помощью Джона и его обаяния я продаю свои картины за кругленькую сумму. - Сэм улыбнулась, посмотрев на Джеймса. - В общем и целом, я выплатила уже чуть больше половины от всех денег, и по моим расчетам мне осталось горбатиться еще около года или меньше, если повезет. Саманта закончила свое повествование, а Джеймс сидел, поражаясь, как она, эта хрупкая девушка, пережив столько горя, разочарований и потерь в жизни, находит в себе силы идти дальше, не опускать руки и не сдаваться. Смешанные чувства одолевали его - с одной стороны, он испытывал восхищение к Хейл, а, с другой, Джеймса не покидали жалость и страх, боязнь того, во что превратят Сэм случившиеся события и нынешний образ жизни. По мнению парня, Саманата не отличалась особой мягкостью, казалось, у нее черствое сердце. Но кто знает, возможно, это ее защита от внешнего мира, некая предосторожность, а внутри нее прячется мягкая, ранимая и жизнерадостная Сэм. Джеймс притянул к себе девушку. - Все наладится, слышишь? Я помогу, я тебя не брошу. - Мне очень не хватало тебя, - прошептала Сэм и прижалась к его груди. * Диона - мифологический персонаж, богиня дождя. ** Сальтарелло - парный народный танец в Италии. *** Павана - торжественный медленный танец. **** «Семейство Кардашьян» - американское реалити-шоу. ***** « Gatecrasher» - ночной клуб в Бирмингеме.