When countries die

Немец уже на крыльце начал часто ежиться от холода. Создалось ощущение словно тот слегка продрог. Он сначала просто стоял на месте, словно не решаясь постучать, потом несколько раз посмотрел на Ссср, который этот взгляд в темноте ловил исключительно интуитивно. Затем Рейх всё-таки коротко постучал в дверь из вежливости и привалился спиной к стене, словно собрался по возможности ударить Пруссию в голову со спины. На деле тот, кажется, просто пытался таким образом слегка согреться. Ссср стоит с правой стороны от дверного проема, оперевшись рукой о простые деревянные перила, а нацист стоит с левой. Места у него там будет явно побольше, но находится тот исключительно возле стены, не делая и шага ближе. Расстояние между ними всего приблизительно метр, может быть чуть-чуть больше. В доме, однако, даже шагов не послышалось. Полная тишина словно там и нет никого. Союз вот на него поглядывает аккуратно и думает: Может ему хотя бы пальто своё дать? Правда странно как-то получится, да и самому холодно стать может, а немец про него подумает непонятно что. Явно ведь не оценит, может вообще откажет, а ему потом эту ситуацию обдумывать придется. Сейчас ещё и Пруссия выйдет, тоже много чего подумать может. Ладно, на обратном пути можно попробовать. Все равно тот уже пьяный от вина немного, быть может оценит из-за своих пьяных соображений. Так прошло, кажется, несколько минут. Открывать никто не спешил, шагов не слышно. Не то чтобы тут вообще возможно посмотреть на эмоции Рейха, но вот его злое, недовольное дыхание было прекрасно слышно. Если задуматься, то Союзу оно даже как-то нравится. Прям как у Чехословакии. —Lange Wartezeit! Торопиться и извиняться не в его, м...Характер. Характере. Не в его характере.—И всё-таки этот нацист правда хорошо говорит по русски. Это всегда было вполне ощутимо и заметно. Ссср бы что-нибудь на это ответил, однако в доме после очередного настойчивого и громкого стука наконец-то послышались шаги. Дверь медленно и нехотя приоткрылась ровно на половину. Королевство Пруссия выглядел уже не настолько серьезно как в их первую встречу рядом с Ри. Сейчас его выражение лица было более простым и немного дружелюбным, насколько это вообще было возможно рассмотреть в свете горящей свечи которую тот сейчас держал левой рукой за серебряную, узорчатую подставку. —Я вас приветствую. Чем обязан?—Пруссия спокойно обвел их взглядом, немного задержавшись им прямо на Рейхе, который тут же выпрямился. Странно, но этот тоже заговорил по русски. —Ich möchte dieses Thema gerne persönlich besprechen.—Рейх отвечает сразу и первым. Тон его голоса звучит слегка помягче чем в разговоре с самим Ссср, который смог перевести его слова у себя в голове исключительно на половину. —В таком случае нам придется крайне невежливо оставить твоего русского друга прямо на крыльце.—Пруссия говорит абсолютно спокойно, смотря по большей части на своего..Кем ему там приходится Рейх? Внук? Похоже, отношения у них вполне сносные. Даже ставить в одном предложении "Третий Рейх" и "Внук" странно. А ведь, кажется, точно внук. Его отец - Германская Империя. Отец Германской Империи - Королевство Пруссия. Ссср на всем фоне этих немецких разговоров ощутил себя лишним фоном. Странное и не особо приятное чувство когда стоишь и не понимаешь куда себя деть. —Плевать.—Рейх недовольно нахмурился и поморщился. Его выражение лица в свете свечи смотрелось немного курьёзно. Слова "Твой русский друг" ему явно совсем не понравилось. —Я без проблем подожду тут.—Ссср в знак своих слов привалился спиной к стене, стараясь сделать так, чтобы это не смотрелось совсем странно. Интересно, зачем Рейх вообще его с собой звал если в итоге собрался решать какие-то там свои вопросы наедине? Ладно, не настолько это и важно. Можно и подождать если уж тому от этого легче будет. —Замечательно.—Пруссия сделал шаг назад, затем шаг правее, как бы пропуская Рейха внутрь. Тот быстро среагировал и зашёл, самостоятельно толкнув дверь так, чтобы она закрылась. Союз в тот короткий промежуток пытался рассмотреть Пруссию лучше. Возраст стран по внешнему виду зачастую бывает просто невозможно понять. Если у людей все гладко, то страны могут просто застрять в одном промежутке при необходимости. Либо их можно заставить насильно, что, к слову, весьма жестоко. Пруссия выглядит совсем не молодым, но спокойным и нейтрально вежливым. Он тут торчит, наверное, уже неимоверно долго. Как только шаги стихли, послышался неразборчивый бубнеж который из-за такого темного времени суток было прекрасно слышно. Разобрать слова невозможно, особенно если говорят на другом языке, но что что-то говорят хорошо слышно. Изоляция звука оставляет желать лучшего. Ссср, наверное, мог бы по тихому приоткрыть дверь и подслушать что там говорят, но это совсем не его дело. Не отправят ведь его на том свете, правильно? Поздно слишком. Союз отошёл на один шаг от стены и выпрямился. Если судить по недовольному и, кажется, действительно немецкому бубнежу, то это надолго. Скорее всего Третий это всё и растягивает. Навряд ли у них с Королевством Пруссией настолько плохие отношение чтобы тот откровенно читал ему нотации. Страны предпочитают друг друга просто так не ненавидеть, а на политику друг друга они посмотреть не могли по определению из-за разных веков, да и умереть Пруссия по сути должен был задолго до появления Рейха. Ссср сошел с крыльца, похлопал себя по внутренним карманам и на всякий случай проверил их содержимое подушечками пальцев. Пакетик табака, курительная трубка и деревянный тампер. Больше он туда ничего и не вкладывал. На открытый участок шеи со спины внезапно едва ощутимо капнула маленькая капля воды. Союз от этого выпрямился и вытер её тыльной стороной ладони. На нее тут же капнула ещё одна, максимально маленькая, но он все равно её почувствовал. Кажется, вот вот начнет моросить дождь. Рейху это явно не понравится. Мужчина вздохнул и подошел обратно под небольшой навес над крыльцом, который на фоне неба, если посмотреть вверх, выделялся черным пятном. Так прошло ещё несколько минут и он наконец-то услышал шаги и какую-то короткую фразу на немецком прямо сквозь дверь, которая скорее всего была прощанием. Рейх вышел и преодолел порог, послышался знакомый звон стекла о стекло. —Можем выпить ещё. Если хочешь.—Предложение было интересным, будучи сказанным холодным голосом. "Если хочешь" было сказано особенно отрывисто, словно должно было подчеркнуть что-то вроде "Я не то чтобы предлагаю и мне совсем плевать если ты откажешься". Забавно получается. —Выпьем. Пошли. Скоро начнет моросить дождь. Ссср сдвинулся с места первым. Он поправил пальто, сгладил ворот водолазки и сделал несколько шагов вперёд, спускаясь с самой нижней ступеньки крыльца. Рейх, ещё раз брякнув двумя, а быть может даже тремя бутылками, быстро спустился и пошел прямо за ним. Надо бы их у него взять ради приличия. Союз конечно свой шаг замедлил дабы тот смог его догнать, а затем он к нему ещё и повернулся, сразу вытягивая руку. Было желание открыть рот и сказать для чего он её тянет, но, как бы не было странно, Рейх протянул две бутылки без вопросов прямо на ощупь. Даже по руке не ебнул. Удивительно. Союз перехватил бутылки за дно двумя руками, а затем правой просто взял их за горлышко, начиная нести на уровне груди. Немец на это абсолютно ничего не сказал, просто продолжая идти практически рядом. Дождь тем временем начал капать более ощутимо. Капли пока маленькие, но их стало больше. Такими темпами Рейх в своей этой рубашке вообще может промокнуть. В голове всплыл вопрос про их взаимоотношения. —Какие у вас с Пруссией отношения? Как он к тебе относится? Вокруг тишина абсолютная и он сейчас по большей части обращает внимание именно на это. По звуку они уже почти дошли до ручья. Уже слышно то, как медленно течет. Союзу свой собственный голос в этой тишине и темноте показался каким-то не таким. Это конечно совсем не его дело если так подумать, но и ответ из немца трясти он не собирается. —Хорошо. Даже слишком хорошо. Я ему не доверяю.—Нацист опять ответил немного ворчливо. Толи у него всегда такой тон голоса, толи его самого по себе от собственного существования воротит. Вот вечно звучит недовольно. —Он выглядел вежливым.—Ссср почувствовал, как у него немного не так съехал воротник у водолазки. Сразу потянулся поправлять из-за чего случайно громыхнул бутылками друг о друга. —Потом их нужно будет обратно отдать. Все.—Рейх сразу отвел тему от Пруссии. Наверное, говорить об этом в таком случае не стоит. Союз не нашел что на это ответить. Кажется пока они так и будут коротко перекидываться словами. И если он в этом очень заинтересован, то Рейх, как кажется на первый взгляд, не очень. Если так подумать, то он тут уже очень долгое время. Тоже наверняка успел всё это обдумать, измениться, что-нибудь решить. Без политики, бумажной возни и с вот такой слишком обычной жизни для стран любой изменился бы. Природа стран заключается во всей этой возне. Дождя начал капать чаще и более крупными каплями. Шаг они ускорили, а нацист уже начал ежиться. Ссср решил, что сейчас уж лучше предложить свое пальто и получить отказ, чем просто молчать в тряпочку. В конце концов, он же не мальчишка. У него уже был успешный опыт с Чехословакией, а та тоже была безумно ворчливой раньше. Надо уметь пробовать и находить подход, да и на Рейхе вино очевидно отразилось, так что шансов на победу больше. Он слегка сбавил шаг, стянул пальто сначала со свободной руки, затем перехватил его край и аккуратно прижал бутылки к себе. Потом взял бутылки другой рукой и стянул пальто уже с той. Оно благополучно осталось на плечах. Ссср снял его с себя прямо за ворот. —Надень мое пальто. Холодно, дождь вон идёт.—Союзу такое решение самому кажется немного странным. Однако, насколько он был наслышан о таких жестах из книг, девушкам, например, всегда нравилось. —Это..Странно. Нет.—Рейх даже шаг замедлил, явно начиная странно коситься в его сторону. Это вполне оправданная и ожидаемая реакция. —Ну должен же я произвести хорошее впечатление. И как я теперь его надеть обратно на себя должен?—Ссср слегка потряс его рукой в воздухе за воротник. Хоть это и было бы сложнее, но надеть его самостоятельно он бы точно смог. По большей части это только причина для того чтобы тот надел это несчастное пальто. Дождь, к слову, снова пошел сильнее. Такими темпами правда можно промокнуть. Не так быстро конечно, но если брать в расчет то, что идти им ещё ощутимо, то у Рейха с его рубашкой действительно есть все шансы. —Как снял - так и одевай.—Ответ от немца прилетел быстро с очередной смысловой ошибкой. Кажется их диалог от этого сейчас начал идти немного быстрее. Ну хоть какой-то плюс от такого предложения. —Надевать - на себя, одевать - кого-то.—Ссср сделал шаг к нему и просто накинул на него пальто. В конце концов, если уж немец так крупно просчитался в словах, Союз мог позволить себе такую вольность. Не то чтобы в этом есть что-то настолько фатальное, но для стран между которыми была война это странно. Хоть они и не субъекты, от событий морально отходят гораздо быстрее, но это все равно должно было оставить свои следы надолго. Рейх опять недовольно прошипел, но как-то сильно свое недовольство высказывать не стал. Возможно, сейчас его было не так то и много. Ссср при таком свете может видеть только его приблизительный силуэт который теперь из-за пальто стал полностью темным. Значит снимать не стал, значит это уже того стоило. Уже стало более отчётливо слышно звуки дождя вместе с шелестом деревей от лесополосы. Были заметны очертания дома Германской Империи. Разговоров на крыльце уже, к слову, не слышно. Те либо романтично молчат под дождь, либо аналогично по романтичному ушли в дом. Интересная у них наверное парочка. Союзу раньше никогда не доводилось по настоящему наблюдать за полноценными отношениями стран. Слухов было много и постоянно, но на публике никто никогда ничего подобного не показывал. Политика для такого не подходит. Про Великобританию много всяких вещей говорили, но на деле при всех тот был просто сухарь сухарём, только вежливым в пределах разумного. Немец скорее всего подумал так же как и он, ибо они пошли не под деревьями, а просто рядом. Представить страшно сколько с листьев скоро начнет течь воды, особенно при ветре который их постоянно качает. Идти рядом будет попроще и получше, логичнее. Ночь, ветер дует прохладный и дождь идёт, но эту погоду все равно можно назвать хорошей. Ссср вот такое вот лето всегда было по душе. Вроде и ветер, и дождь, но лично ему все равно было тепло. Что насчёт этого думает Рейх не совсем понятно. Просто идёт и вроде бы даже не возмущается.