When countries die

Рейх был как обычно немного ворчливым и недовольным. В доме он не стал скидывать пальто со своих плеч в первые минуты, словно вообще забыв про его существование на некоторое время не смотря на то нежелание принимать вот такой жест с чужой стороны. Пока они шли Союз немного промок сквозь свою зелёную водолазку, но в такой относительной прохладе это ощущалось вполне благоприятно. Третий, однако, навряд ли разделяет с ним эту позицию. Тот явно замёрз, что было видно по придерживанию пальто за края. Союз прошёл вглубь комнаты, к столу и поставил на него те две бутылки какого-то алкоголя. Он не думал что Третий куда-то там пойдет и будет что-то делать для того чтобы ещё некоторое время провести с ним, попутно выпивая. С его стороны это было действительно странно и немного неожиданно, Ссср решил это никак не комментировать, снова обращая свое внимание на темные силуэты окружения. Два стакана стояли в том же месте рядом с пустой бутылкой и той, в которой было что-то испорченное. В голове по прежнему было пусто после выпитого вина. Мыслей мало, хочется просто рассматривать окружение вокруг себя, всмотреться в какой-нибудь стакан и не задумываться, но при таком освещении как поздним летним вечером это сделать невозможно. Тогда хочется обратить своё внимание на немца и поговорить с ним, но без достаточного количества мыслей в диалоги к нему лучше не соваться. Разговор приходится тянуть на себе, нацист его обычно никак и поддержать не пытается. Ссср только сел за стол, на тот же стул возле окна, как заметил в стороне движение. Рейх молча снял пальто, поддержал его какое-то время, а потом просто прошёл до стола и повесил его на спинку третьего стула. Все равно там никто не сидел. Теперь очертание Рейха в темноте стало более заметным за счёт светлой рубашки. Он медленно повернулся и присел на свой стул. Союз долго ждать не стал. Два раза провел рукой по столу, нащупал складной нож и с характерным звуком открыл его. Взял первую попавшуюся бутылку и начал пытаться подцепить пробку прямо как в тот раз. Немец сидел молча и терпеливо какое-то время, никак не выражая своё возможное недовольство. Потом Ссср краем глаза уловил как тот руками что-то делает возле своей шеи. Из-за ткани такие крупные движения казались очень заметными. Пришлось копаться с пробкой несколько минут. Только после этого она наконец начала поддаваться. За это время получилось прочувствовать неприятную духоту. —Душно как-то после улицы. Ты бы хоть дверь открыл. Тот сидел несколько секунд, затем медленно, молча и словно нехотя поднялся со стула, дошел до двери и приоткрыл её ровно на половину. Сразу после этого Рейх вернулся обратно, так ничего и не сказав. Ссср за свою жизнь привык к более разговорчивым странам, а этот просто молчит. —Ты же не хочешь со мной говорить, да?—Союз этим поинтересовался между делом, снова чувствуя, как пробка медленно поддается. Тактика немца похожа на игнорирование, что-то вроде "Ему надоест и он отстанет". Может быть так и будет, Ссср особо сильным терпением вроде не отличался. —Was?—Тот отозвался достаточно быстро, словно уже ожидал что с ним скоро начнут говорить. Это самое "Что?" было скорее просто непонимающим, чем вопросительным. Союз только хотел открыть рот чтобы что-то ответить, но его прервала вылетевшая пробка, которая упала и покатилась куда-то в сторону немца прямо по столу. Тот снова придержал её, немного подержал в руке и поставил на край стола, где лежали две предыдущие. Ссср решил не развивать эту тему дальше. Он подвинул к себе два стакана, всмотрелся в них и стал удерживать один в воздухе, попутно наливая в него вино дабы ничего не пролилось. Первый стакан он отдал Рейху. Интересно, а тот ли это стакан? Дальше он уже менее аккуратно налил вино, подержал стакан какое-то время и сделал один небольшой глоток, прекрасно чувствую как оно прокатывается куда-то вниз, отдавая теплом. Они так странно и забавно сидят, пьют вино из стаканов, что является в корне неправильным. Пили из бокалов - было бы романтично как-то, что-ли. Однако, в том чтобы вот так нелепо и совсем неправильно пить вино из стаканов в таком освещении тоже есть что-то интимное. Рейх молчаливо забрал стакан и тоже несколько раз из него попил. Дальше они сидели молча какое-то время, Ссср вполне заботливо периодически подливал ему вина. Тот, кажется, совсем не был против этого, даже ничего такого не сказал. Пока что снова стало тихо. Союз спокойно иногда смотрел в окно, на немца, а потом снова в окно. Его до сих пор интересует та мысль про чужой стакан. Они вполне могли ими случайно разменяться, они что выглядит одинаково, что на ощупь такие же. Краем взгляда стало заметно что Третий снова делает медленные глотки. —Мм..Меня так забавляет мысль о том что мы могли поменяться стаканами. Рейх несколько секунд никак не реагировал, а потом резковато отвёл от себя стакан и шумно сглотнул. Затем последовал недовольный вздох и короткое шипение. —Abscheulich! Abscheulich.—Он сначала произнёс это словно немного недовольно, но второй раз оно звучало более равнодушно и не так эмоционально. —Брезгуешь? По моему это мне брезговать стоит. Может даже немного больше чем тебе. Рейх в ответ совсем ничего не сказал. Только наклонился к стакану, недовольно хмыкнул так словно закатил глаза, а потом провел по нему чем-то ради приличия. Ссср все равно из-за такого освещения толком ничего рассмотреть не смог. —Я мог бы в шутку предложить поменяться обратно, но представляю как ты начнешь морщиться.—Союз немного ухмыльнулся и услышал, что его собственный голос сделался от этой ситуации более добродушным. Голос у него особо яркими эмоциями располагает редко, но и такое тоже присутствует. Немец ожидаемо издал какой-то недовольный звук, после чего явно начал внимательно пилить его взглядом. Затем выпрямился и покосился в сторону Союза, словно пытаясь что он на этот счёт вообще думает. Ссср в короткий намек невозмутимо сделал два глотка и поставил стакан обратно на стол, придерживая его рукой. Брезгливости нет. Третий ещё какое-то время молча помялся, посидел, но потом всё-таки сделал один медленный глоток. —Ну вот, не настолько то это всё и страшно. —Ты раздражаешь.—Третий слегка отодвинулся и уже более уверенно сделал несколько глотков. Видимо он посмотрел на противоположную реакцию и сделал вывод, что это правда не настолько то критично. Да и вино на него действует хорошо, заставляет пьянеть и делать нетипичные вещи. —Да это у тебя с непривычки. По крайней мере ты до сих пор не выпроводил меня из своего дома.—Стоило немцу только опустить стакан обратно на стол, как ему снова немного подлили. Главное чтобы со стороны это не выглядело как желание его споить. —Я очень близок к этому.—Нацист снова не возмутился, но стакан пока трогать не стал. Если уж Ссср снова пробрало до теплоты в груди, то Третьего и подавно. —А по тебе не видно как-то. Дальше снова было молчание. Рейх странный и Союзу действительно тяжело его понять, однако, у того есть своя история. Свои, в конце концов, соображения и мысли. Он тут, наверное, кучу раз свои выводы сделал, мировоззрение поменял. Характер тоже должен был измениться. Дальше они быстро умяли первую бутылку которая по вкусу никаких подозрений не вызвала. Было очень спокойно, желание перебивать эту тихую атмосферу со временем сошло на нет. Рейха снова стало немного вести от вина, но он сидел стойко, просто немного снизив скорость его потребления. Ссср, в отличии от него, ощущал себя почти трезво и превосходно. Ему, как практически любой стране, чтобы просто напиться надо примерно вдвое больше чем какому-нибудь обычному, среднему человеку. В этом плане немец от него заметно отстаёт. Впрочем, того это явно не особо волнует. Рейх, кажется, наконец-то немного расслабился и перестал сидеть так прямо как до этого. Его очертания стали напоминать очертания самого Союза со стороны, который тоже привалился к столу локтем и подложил под голову левую руку. Наверное плохая идея строить с кем-то взаимоотношения через выпивку. Удивительно что немец вообще согласился с ним выпить. Был бы Ссср злопамятным - мог бы как-то отомстить. Непонятно конечно как это сделать на том свете, но он определенно мог бы что-нибудь придумать. Союз на этот счёт почти никогда не рассуждал. Градус его злобы хорошо снизило общее равнодушие к людям и то, что немца он что до войны около года не видел, что после неё на него подглядеть не удалось. Про нациста все равно вспоминать толком не приходилось. Максимум девятого мая. Если первые лет, наверное, десять Ссср ещё чувствовал некоторую солидарность с людьми касательно такой шумихи в честь этого дня, то следующие двадцать он терпел равнодушно, а потом пришло состояние напоминающие что-то вроде "Ну когда вы уже успокоитесь??". Ему правда всё это вспоминать было не по душе. Неприятное чувство. Люди предпочитали люто праздновать, делая это крайне много шума. Впоследствии Союз начал от такого слегка уставать. Хорошо конечно что победа была за ним, но и воспоминания это слишком сильно тревожить не хотелось. —Я больше не буду.—Пока Ссср по тихому думал о своем, то Третий опустошил стакан и сильно выпрямился, укладывая руки на стол. Его голос снова звучал с слабым акцентом. Первая бутылка как раз только что закончилась. —А со второй что? Я один не буду.—Союз правда один пить не будет. В конце концов он пришел тут это с ним делать, а не в одно лицо при ком-то. —Пусть останется.—Рейх в первые за долгое время расщедрился на вольный жест и махнул рукой. После этого он начал очень медленно поправлять и приглаживать свои волосы.—Или забери себе. —Ладно. Как выйдет. Дальше они снова замолчали. Ссср буквально почувствовал, как дело стало пахнуть жареным. Уж слишком быстро это всё начало сворачиваться. Нацист не то чтобы его выгоняет, но дело точно стало подходить к концу. Будь Союз немного более вежливым и не настойчивым - встал и ушел бы. Хотя, кому он врет? Если бы в нем было больше вежливости и меньше настойчивости то ему бы не пришла мысль сюда приходить. Ещё несколько минут они сидели сами по себе и молчали. Потом Ссср всё-таки поднялся, поправил ворот водолазки и молчаливо сделал пару шагов к двери. Только после этого до него дошла непривычная лёгкость из-за отсутствия пальто. Он уже замер, повернулся, хотел подойти и забрать обратно, но потом ему пришла одна идея. Если выйдет специально "забыть" тут у него пальто, то это станет отличным поводом на ещё одну встречу. Можно будет либо прийти и забрать, либо Рейх сам по доброте своей душевной его принесет прямо на дом. Чтобы как дураку просто так не оборачиваться без повода, он бросил в его сторону короткое: —Ну всё, я пойду.—И сразу вышел в сенки, даже не пытаясь дождаться ответа. Что-то подсказывает, что его и не было бы. К тому времени как он вышел на крыльцо Третий насчёт пальто тоже никак не среагировал, хотя вполне мог бы. Значит Ссср в этот раз повезло. Он спустился по ступенькам, прошёлся по дорожке которую было едва видно и с трудом нашёл как открыть калитку, ибо сначала стукнул мимо по забору, в потом потянул её не в ту сторону. В трезвом состоянии он бы навряд ли устроил что-то настолько..Странное. Сейчас он отдавал своим действиям отчёт, но внутри все равно был азарт. Идея все равно казалась хорошей. Погода его порадовала. Дует слабый ветер, шелестит листва вместе с травой, а дождь перестал идти. По ощущениям уже скоро будет глубокая ночь. Приходил он к немцу когда только наступал вечер. Удивительно, но за эти несколько часов у него вышло неплохо расслабиться. Никогда не думал, что на том свете можно почувствовать себя лучше чем при обычной, спокойной жизни. Ссср пошел прямо под лесополосой. Хотел сначала немного охладиться за счёт капель дождя с листьев деревьев и той самой высокой травы, но он тут же пожалел об этом, как только почувствовал излишне мокрые штаны, плечи и волосы. С волос стряхнул, плечи потрогал и решил лучше идти не под деревьями, а по максимально короткой траве как на американских газонах. Из-за ветра, который проникает под ворот водолазки и щекочет шею, стало немного холодно. Пришлось прибавить шагу.