She Rules Her Life Like A Fine Skylark And When The Sky's Starless

Как только девочки укладываются спать, Шерил спускается в подвал, наполненная знаниями об эмоциях Тони благодаря Веронике, и у нее есть весь ее подход. Ронни сказала ей, что мулатка была напугана, обеспокоена, объятая страхом и больше всего на свете - одинока. Вероника также сказала ей, что там было что-то еще, чего она не могла понять, но в основном это было связано с большой болью и травмой, и Шерил полна решимости сделать все возможное, чтобы помочь девушке пережить это. Она перестанет относиться к ней, как к кулебре, перестанет относиться к ней, как к чему-то, что нужно исправить, и начнет относиться, как к реальному человеку. Но прежде всего - Тони нужно покормить. Рыжеволосая знает, что она сильная, боже, тот факт, что ей удалось провести добрых пять минут с Вероникой, не нападая на неё, но все же. Шерил не будет рисковать, чтобы что-то подобное повторилось снова. Она отказывается. Девушка стучит в дверь, прежде чем открыть ее, чувствуя себя немного виноватой за то, что не очень вежливо ворвалась сюда сегодня днем, и  медленно открывает дверь и спускается вниз, улыбаясь, когда Тони смотрит на нее из своего угла в комнате, все ее тело дрожит и содрогается от усталости и того, что Шерил предполагает, было голодом. - Эй..., - прохрипела Шерил, подходя к ней и вздыхая, прежде чем сесть рядом, подтянув колени к груди и в изнеможении прислонившись спиной к стене. Тони судорожно сглатывает, прежде чем медленно поворачивается, чтобы посмотреть на нее; дрожащее тело заставляет сердце Шерил болеть, но она все еще улыбается изо всех сил, и, боже, это заставляет сердце рыжеволосой болеть еще сильнее, что она все еще пытается проявить какую-то вежливость, несмотря на то, как сильно жажда крови должна быть для нее прямо сейчас. - Ты не была слишком строга с Вероникой, не так ли? - выдыхает Тони, пот стекает по ее лбу, когда Шерил поджимает губы и просто качает головой. - Вовсе нет. Я извинилась перед ней за то, что накричала, но сказала, чтобы она не возвращалась сюда, пока я не буду присутствовать, - твердо говорит верховная, и Тони хихикает, прежде чем медленно кивнуть, положив подбородок на колени. - Умная идея, - невозмутимо произносит она. Шерил стискивает челюсти, но все равно приближается на дюйм, еще раз вздыхая, прежде чем дотронуться до плеча Тони, и когда девушка не отшатывается от ее прикосновения, она вздыхает с облегчением. Прогресс. Это прогресс. - Тони... Прости, что я так разозлилась. - Нет, я понимаю, Шерил. Все прекрасно понимаю. Это я прошу прощения, должна была сказать ей, чтобы она уходила, но- - Ты хотела поговорить с кем-то другим. И она харизматична. Я знаю, - говорит девушка со смешком. На лице Тони появляется намек на улыбку, когда она кивает, уткнувшись в колени. На несколько мгновений воцаряется тишина, прежде чем мулатка вздыхает и опускается обратно, пока тоже не прислоняется к стене. Шерил колеблется, прежде чем прикусить нижнюю губу и посмотреть на нее. - Вероника может чувствовать эмоции других людей. И она чувствует твои, вот почему пришла сюда. Она... сочувствует тебе. И после того, что она мне сказала, - Шерил замолкает, наблюдая, как Тони закрывает глаза с дрожащей нижней губой, и рыжеволосая прерывисто выдыхает, слегка поворачиваясь на бок, чтобы встревоженно посмотреть на неё. - Я хотела извиниться, Тони, что относилась к тебе не более чем как к чему-то, что мне нужно исправить, к какому-то проекту, над которым мне нужно работать. Несмотря ни на что, ты все еще человек, и я хочу, чтобы ты знала, что я забочусь о тебе. Действительно. И хочу помочь тебе, не только потому, что моя мать сделала это с тобой, но и потому, что мне не все равно, - хрипит Шерил, наблюдая, как другая сжимает челюсти, прежде чем тихо всхлипнуть, но верховная продолжает говорить, отчаянно пытаясь донести все, что ей нужно сказать. - Мне не нравится видеть, как кому-то больно, но когда я вижу тебя такой, как сейчас, пытающейся бороться с изнеможением, то да, мне больно видеть тебя такой. Я просто хочу помочь тебе, Тони. Пожалуйста, позволь мне помочь тебе, - тихо говорит девушка, протягивая руку, чтобы взять ее за локоть. Мулатка закрывает глаза и прерывисто вздыхает, слезы текут по ее щекам, прежде чем она открывает глаза, и Шерил тихо ахает, когда замечает их сияющее золото, зрачки сужаются до щелочек. - Я благодарна тебе. За то, что извинилась. И мне тоже жаль, что я не говорю, - Тони вздрагивает и закрывает глаза, впиваясь ногтями в бедра, в то время как Шерил в отчаянии наблюдает за ней, прежде чем медленно убирает волосы с шеи, ее сердце колотится в груди. - Тебе понадобится больше моей крови, Тони, - говорит рыжеволосая, придвигаясь ближе и вздыхая, когда девушка еще сильнее прижимается к стене, качая головой. - Шерил, ради всего святого... Я не хочу этого. - Ты видела, что произошло на прошлой неделе, когда ты сделала это. Я в порядке и быстро выздоровела, и со мной ничего плохого не случилось. Со мной все будет хорошо, но с тобой? Точно нет, если будешь продолжать отказывать себе в еде, в которой остро нуждаешься. А что, если бы ты напала на Веронику сегодня днем? Я знаю, что ты сильная, но даже ты не сможешь долго сопротивляться, Тони. Мне нужно, чтобы ты сделала это, - настаивает Шерил, протягивая руку к руке другой, в то время как девушка скулит и пытается отодвинуться от ее прикосновения. - Шерил, просто дай мне умереть, - хрипит Тони. И вместо того, чтобы спорить, в первый раз Шерил прислоняется спиной к стене и переплетает свои пальцы с пальцами девушки, их руки прижимаются друг к другу, и невольная дрожь пробегает по спине рыжеволосой от ощущения холодной кожи рядом с ее собственной. - Почему? Почему хочешь умереть, Тони? Просто помоги мне понять, что у тебя на уме, - отчаянно умоляет Шерил, ее большой палец скользит вверх и вниз по руке, когда девушка смотрит на их переплетенные пальцы широко раскрытыми глазами всего за несколько мгновений до того, как, к полному и крайнему удивлению, она расслабляется в ее прикосновении, голова опускается на плечо Шерил, когда она один раз шмыгает носом и издает тихий скулеж. - Там... там так много боли, Шерил. Я чувствую, что у меня больше нет души. Ни сердца, ни костей в моем теле, которые обладали бы способностью мыслить позитивно. Они отняли у меня так много, что я не знаю, смогу ли когда-нибудь оправиться от этого, даже если ты исцелишь меня. Так зачем пытаться? - хрипит девушка, ее рука дергается на руке Шерил, прежде чем она стонет и обхватывает свободной рукой живот, морщась, и рыжеволосая моргает, сдерживая слезы и сжимая руку в своей. Она точно знает, о чем говорит Тони, и, боже, чертовски больно знать, что эта девушка прошла через что-то похожее на то, через что прошла Шерил. Пенелопа Блоссом так долго издевалась над ней, подвергала ее пыткам, физическим и словесным, что казалось, будто каждый приступ, от которого она страдала, все больше и больше отрывал кусочек ее сердца с каждым днем, когда ей приходилось проходить через это. Но потом она стала верховной. Ее мать умерла, и Шерил обрела все эти силы, получила доступ к магии, о которой никогда не мечтала, стала учительницей, фигурой матери для тех девочек наверху и тех частей ее сердца, которые были так разбиты. Они исцелились. И на мгновение, всего на мгновение она чувствует себя храброй. Достаточно храброй, чтобы прижаться поцелуем к каштановым волосам, не обращая внимания на то, как она прижимается к Шерил с тихим вздохом, прежде чем та нежно положит подбородок на макушку мулатки. - Потому что знаю, каково это - пройти через всю эту боль. Я страдала семнадцать лет от рук Пенелопы Блоссом и к концу этого чувствовала, что у меня тоже нет души. Но те девочки наверху и магия, которой я овладела, когда она умерла, которая исцелила меня больше, чем я могу выразить словами. Мы можем найти то, что исцелит тебя, Тони. Ты никогда туда не вернешься, клянусь тебе своей жизнью, скорее умру, чем позволю Джонсу снова забрать тебя. Здесь ты в безопасности. Теперь ты можешь исцелиться. Нижняя губа Тони дрожит, без ведома Шерил, которая не может видеть ее лица с подбородком на макушке, но она трясет своей, прежде чем крепко сжать руку цвета слоновой кости и сглотнуть, начиная говорить. - Ты не знаешь их так, как я, Шерил. Они, наверное, прочесывают весь город в поисках меня. - И они никогда не найдут тебя. Это место скрыто как от людей, так и от существ, единственные, кто может его видеть - другие ведьмы. Я наложила все возможные защитные заклинания вокруг всего этого поместья, Тони. Эй,- Шерил, в очередном порыве храбрости, протягивает свободную руку и опускает ее под подбородок Тони, отстраняясь и поднимая лицо девушки, пока они не встретятся глазами, и, боже, их лица так близко, но рыжеволосая не собирается совершать ту же ошибку, которую совершила в прошлый раз и неважно, как чертовски соблазнительно ей хотелось это сделать. Сосредоточься, Шерил, пожалуйста. Знаю, что она красивая, но ей тоже больно, помоги ей. - Ты находишься под защитой верховной. На этой планете нет ни одного человека, ведьмы, существа или человека, который был бы сильнее меня. Поэтому, когда я говорю, что ты в безопасности, я действительно, имею в виду, что ты в безопасности,- выдыхает Шерил, наблюдая, как эти золотые глаза на мгновение снова становятся карими, нижняя губа девушки дрожит, она двигается по телу шерил, ее колени приземляются по обе стороны от ее вытянутых ног, когда она крепко обнимает ее, рыдая в плечо, в то время как Шерил сидит там в ошеломленной тишине. - С-спасибо. Спасибо, что спасла меня, - Тони задыхается, и верховная успокаивающе гладит ее по спине, смаргивая собственные слезы, когда она со вздохом утыкается лицом в шею мулатки. - Ты более чем желанная, Тони, - выдыхает она, дрожь пробегает по спине, когда девушка слегка шмыгает носом и отстраняется, чтобы посмотреть ей в глаза, слезы текут по ее щекам, а глаза сияют золотом, когда она крепко сжимает плечи Шерил, эта боль сияет все больше и больше, чем дольше она продолжает идти без крови. - Я тоже забочусь о тебе, - шепчет Топаз, ее взгляд опускается, чтобы избежать зрительного контакта, когда она один раз шмыгает носом и сглатывает, прежде чем мягкая улыбка появляется на лице, ее глаза закрываются, и слезы, прилипшие к ресницам, медленно падают. - Те двадцать лет, что я провела с ними... Иногда я ловила себя на том, что задаюсь вопросом, все ли в порядке с той маленькой девочкой с рыжими волосами. Думаю, теперь у меня есть ответ, - тихо говорит она, наконец-то поднимая глаза, чтобы встретиться взглядом с Шерил, и рыжеволосая практически впивается ногтями в ткань рубашки Тони, слегка дергая ее, чтобы остановить себя от того, что она хотела сделать с того момента, как увидела эту девушку перед собой. Остановись, Шерил... пожалуйста, просто сосредоточься на том, чтобы помочь ей. - Ты спросила меня, где мои мысли, а где твои, Шерил? - шепчет она, слегка впиваясь ногтями в плечи девушки, когда прикусывает нижнюю губу, чешуя рябит на ее лице, и Шерил облизывает губы, прежде чем покачать головой и обхватить пальцами запястье Тони на ее правом плече, двигая руку, чтобы убрать свои волосы с шеи. Это может подождать. Тони нужна кровь. Сейчас. - Сначала делай то, что тебе необходимо. Тогда я тебе скажу, - твердо говорит Шерил. Дыхание мулатки прерывается, ее большой палец скользит по точке пульса верховной, этот тихий стон вырывается из нее, когда она чувствует, как он бьется о нее, и снова прикусывает нижнюю губу, прежде чем посмотреть рыжеволосой в глаза, в которых нет ничего, кроме вины, несмотря на золотые щелочки, которые захватили их. - Шерил... Ты уверена? - тихо спрашивает она. Девушка улыбается и кивает, склонив голову набок и нервно, прерывисто дыша. - Совершенно. Это поможет тебе дольше чувствовать себя лучше, и я буду чувствовать себя более комфортно, когда ты будешь в доме, зная, что не нападешь ни на одну из девочек. Так что да. Я уверена. - Шерил сглатывает комок в горле, когда пальцы другой продолжают мягко гладить ее горло, мурашки бегут по спине от их холодной температуры, прежде чем Тони прерывисто вздыхает и наклоняется чуть ближе с ободряющей улыбкой. - На этот раз бери столько, сколько захочешь, Тони. Никто тебя больше не останавливает, - бормочет рыжеволосая, наблюдая, как девушка облизывает губы, прежде чем с тревогой заглянуть в глаза шерил. - Когда это станет слишком, просто сбрось меня с толку, Шерил, обещай, что сделаешь это. Используй любую магию, только убери меня от себя. Я не знаю, смогу ли контролировать себя, - бормочет мулатка, ее золотистые глаза встречаются с глазами Шерил, и та ловит себя на том, что проводит руками вверх и вниз по бокам девушки по ткани черной рубашки без рукавов, которую она носит, улыбка освещает ее лицо, прежде чем она поднимает бровь, чтобы изобразить какую-то форму храбрости, несмотря на то, что сейчас она чувствует себя немного храброй. - Ты можешь держать себя в руках, Тони. Я знаю, что ты можешь. - Обещай мне, - говорит Тони более твердо, ее челюсти сжимаются, когда верховная смотрит на нее в течение нескольких мгновений, прежде чем, наконец, вздыхает и кивает один раз. - Ладно. Я так и сделаю, обещаю. Тони поджимает губы и один раз кивает, прежде чем резко вдохнуть, ее большой палец касается линии подбородка Шерил, прежде чем она сглотнет и медленно начнет наклоняться. Рыжеволосая ничего не может поделать с тем, как ее дыхание прерывается, как сердце начинает беспорядочно биться, но прежде чем успевает по-настоящему подумать о том, что должно произойти, то чувствует, как что-то острое прижимается к основанию, где ее шея и плечо встречаются, прежде чем боль захлестывает ее. Она издает всхлип, прежде чем прикусить нижнюю губу, чтобы не закричать, не желая, чтобы змея чувствовала себя более виноватой, чем она, вероятно, уже чувствует, ее глаза закрываются, когда Тони одной рукой держит другую сторону ее шеи, обхватывая ее, когда успокаивающе проводит большим пальцем по подбородку Шерил, в то время как другая ее рука движется вниз, чтобы переплестись с рукой, пальцы успокаивающе сжимаются. Тони едва пьет из нее в течение тридцати секунд, прежде чем отстраняется, и Шерил издает скулеж и качает головой, прежде чем поднять руку, чтобы схватить Тони сзади за шею, чтобы потянуть ее обратно вниз. - П-продолжай, я в-в порядке,- рыжеволосая задыхается, дрожа, когда Тони откидывается назад, эти чертовы зубы впиваются ей в шею и заставляют ее громко стонать. Она чувствует, как Тони напрягается, прижимаясь к ней, но Шерил хватает ее сзади за рубашку и шепчет, что с ней все в порядке, девушка хмычет, прижимаясь к ней, когда пальцы сжимают руку рыжеволосой в попытке, как думает, не осушить досуха, и от этой мысли ее сердце бешено колотится, но она игнорирует это. Ногти Тони впиваются ей в шею, и Шерил знает, что она изо всех сил пытается вырваться, но верховная не останавливает ее. Она не отпустит Тони, пока та не выпьет столько, сколько сможет от нее получить. Она не позволит продолжать страдать и не подвергнет риску других девочек, даже если над подвалом есть защитное заклинание, чтобы помешать мулатке выбраться из него. Вероника пробралась сюда только сегодня днем, если бы у Тони не было такого самоконтроля, как у нее- Шерил... Сейчас уже темнеет, может, тебе стоит ее оттащить? Нет, она может выдержать еще немного, все в порядке... Глаза Шерил затуманиваются, ее хватка на спине рубашки ослабевает, как и на руке, когда глаза медленно начинают закрываться. Она слышит, как Тони громко рычит ей в шею, прежде чем, наконец, отстраняется, девушка громко задыхается, когда ее глаза блестят, прежде чем она смотрит на нее с кровью, капающей с ее клыков по подбородку, и Шерил чувствует, как то же самое тошнотворное, скручивающее внутренности чувство с прошлой недели захватывает ее живот. - Шерил! Эй, Шерил, посмотри на меня. Мягкие пальцы сжимают ее лицо, и лицо Тони то появляется, то исчезает из поля зрения, прежде чем уголки ее глаз начинают чернеть, но не раньше, чем она чувствует, что ее тянут вперед, а голова опускается на твердое плечо, когда мягкий голос шепчет ей на ухо. - Прости... С тобой все в порядке, все будет хорошо. ----- Когда Шерил просыпается, она снова чувствует, как мягкие пальцы перебирают ее волосы, и громко стонет от головной боли, стучащей в ее глазах, прежде чем медленно моргает, открывая их, размытость исчезает, когда пальцы подсознательно тянутся к шее, чтобы снова обнаружить, что там нет никаких следов, никакой боли. Она улыбается, прежде чем посмотреть немного дальше, пристраиваясь к мягкой плоти под головой. Тони с тревогой смотрит на нее, и когда она видит, как Шерил моргает, открывая глаза, она вздыхает с облегчением, дрожащая улыбка появляется на ее лице, когда рыжеволосая смотрит на нее затуманенным взглядом. - Привет, - хрипит Шерил. Тони хихикает, ее хватка на мгновение напрягается в волосах, прежде чем полностью убирает пальцы. - Привет, - шепчет она в ответ. Рыжеволосая сдерживает скулеж из-за потери пальцев в волосах, и вместо этого со стоном встает с колен Тони, оглядывая подвал, чтобы увидеть, что лунный свет все еще сияет через размытое окно. - Как долго я был в отключке на этот раз? - спрашивает Шерил, поворачиваясь лицом к девушке, когда та снова подтягивает колени к груди и со вздохом кладет на них подбородок. - Около двух часов. На этот раз это было немного дольше, наверное, потому, что я взяла больше, - виновато говорит Тони, но Шерил не чувствует себя слишком плохо, если не считать головной боли и общей тошноты в животе, которая уже начинает исчезать. Она внимательно наблюдает за Тони, замечает гладкую кожу ее лица, которая сейчас выглядит намного здоровее, чем когда-либо видела Шерил, отсутствие темных кругов и мешков под глазами, то, как блестят ее глаза. Боже мой, она прекрасна. - Тони, ты выглядишь потрясающе,- верховная дышит, а другая смотрит на нее с ухмылкой, и Шерил чувствует, как ее щеки немедленно вспыхивают, когда она отводит взгляд и прочищает горло. - Я... я просто имела в виду, что ты выглядишь здоровее, чем когда-либо с тех пор, как мы встретились. Ты выглядишь... хорошо. - она заканчивает несколько неуклюже, краснея еще больше, когда Топаз издает тихий смешок, прежде чем прикусить нижнюю губу, все следы юмора исчезли. - Шерил, прости..., - начинает Тони хриплым голосом, но верховная качает головой с теплой улыбкой, не в силах сдержать ее при виде девушки, выглядящей такой здоровой. - Я в порядке, пожалуйста, не волнуйся обо мне, - успокаивает она ее, благоговейно улыбаясь тому, как кожа мулатки, кажется, сияет намного ярче теперь, когда она правильно питается, и Тони смотрит на нее с почтением и удивлением, прежде чем усмехается и качает головой. - Как? - выдыхает она. Рыжеволосая улыбается и, пожав плечами, придвигается к ней поближе, скрещивает под собой ноги и теребит маленькие ниточки из-под одеяла на матрасе, на котором они сидят. - Это одна из моих способностей. Как верховная, я обладаю множеством дарований, включая семь чудес. Но исцеление было одной из моих призваний, которое всегда было сильнее, чем любое другое. Вероятно, это был способ моего тела компенсировать годы жестокого обращения, которое я перенесла от рук матери. Это начало проявляться только тогда, когда я начала подниматься как верховная, и это полностью проявилось, как только я стала ею, - говорит Шерил со вздохом, отводя взгляд на одеяло, и она слышит, как Тони громко сглатывает, прежде чем подталкивает свою ногу немного ближе, пока не касается колена рыжеволосой, заставляя ее смотреть в яркие карие глаза и самую потрясающую улыбку. - Семь чудес... Я много слышала о них, но что это такое? - с любопытством спрашивает она. Улыбка Шерил только расширяется, ее сердце грохочет в ушах, когда она наклоняется немного ближе и прочищает горло, поднимая руку, чтобы начать поднимать палец, чтобы отсчитать каждое из семи чудес, когда она их называет. - Телекинез, который достаточно прост - перемещение вещей с помощью разума. Консилиум - способность навязывать свою волю другому, и та, которую я запрещаю себе использовать. Мне не нравится идея навязывать свою волю кому-то другому, но это способность, которая у меня есть, - говорит Шерил, пытаясь игнорировать чувство вины, которое поднимается в ней при мысли об этой способности. Она подумывала использовать его на Тони, чтобы заставить ее пить из нее сегодня днем, но в конце концов Шерил не смогла этого сделать. Нет, она отказалась. Рыжеволосая не была похожа на свою мать, которая использовала эту чертову способность для всего, чего она стоила. Прежде чем девушка успевает что-то сказать, Шерил продолжает говорить, отчаянно желая сменить тему на случай, если Тони поймет. - Тогда есть пирокинез, который ты видела - способность зажигать вещи в огне с помощью разума. Гадание, которое заключается в том, чтобы получить прямое знание об объекте, человеке, месте или событии с помощью других средств, кроме того, чтобы быть рассказанным об этом. Это не самая сильная моя сила, и мне трудно получить к ней доступ, но я смогла использовать ее во время теста "семь чудес", так что знаю, что она где-то там, - вздыхает Шерил, больше всего на свете желая, чтобы у нее было больше контроля над этой силой. Девушка могла бы использовать это, чтобы узнать больше о Тони, вместо того, чтобы обращаться к Веронике за ее эмпатическими способностями. - Трансмутация - способность мгновенно переноситься из одного места в другое, физически не занимая пространство между ними, - говорит Шерил, поднимая пятый палец и ухмыляясь тому, как Тони смотрит на нее с восторгом, прежде чем продолжить. От последних двух у нее закружится голова, и именно поэтому Шерил приберегла их напоследок. - Воскрешение - способность балансировать чашу весов между одной жизненной силой и другой, а это означает, что мы можем исцелять тех, кто близок к смерти, и даже воскрешать тех, кто мертв,- рот Тони открывается, и Шерил невольно хихикает, прежде чем поднимает седьмой палец и борется с дрожью, которая пробегает по ее позвоночнику при мысли об этом. - И, наконец... десценсум - способность спускаться в преисподнюю загробной жизни. Отправиться прямиком в ад и вернуться невредимым, по крайней мере, физически. Я уверена, что ты слышала, что у каждого человека своя разновидность ада - смесь их собственных худших страхов. Сердце Шерил колотится в груди, и она чувствует, как ее спина сжимается от воспоминаний о боли, когда девушка смотрит на нее со странным выражением, которое рыжеволосая не может истолковать. - Да, мы верим, что Папа Легба доставит нас в наш собственный подземный мир, когда мы пройдем мимо, если совершили преступления, недостойные того, чтобы войти в мирное царство загробной жизни. - Тони крепко сжимает челюсти, но сморгивает слезы и смотрит на верховную, прежде чем прочистить горло и кивнуть ей. - Тебе... тебе обязательно было это делать? Чтобы стать верховной? Войти в свой собственный ад? -  выдыхает Тони. Рыжеволосая поджимает губы и тяжело сглатывает, прежде чем кивнуть, и она знает, какой вопрос последует, еще до того, как Тони его задаст. - Что это было? - шепчет мулатка. На самом деле ответ вертится у нее на кончике языка. Но воспоминания все еще так сильны, все еще так присутствуют, что сердце Шерил сжимается, и она едва может произнести слова, каждая буква застревает у нее в горле и заставляет ее скулить, прежде чем закрывает глаза и просто качает головой. - Эй, все в порядке. ты не обязана мне говорить, - тихо говорит Тони, протягивая руку, чтобы крепко сжать руку Шерил в своей. Девушка просто неуверенно улыбается ей и сжимает ее руку, смаргивая слезы, прежде чем снова отвести взгляд. - Я не могу поверить, что ты пережила это, хотя... пройти через свою собственную версию ада и вернуться из него с такой силой, которая все еще в тебе... я бы хотела, чтобы у меня была такая же, - бормочет Тони, переплетая пальцы вместе, когда ее взгляд опускается на них, и Шерил хмурится, прежде чем протянуть руку, чтобы закрыть ладонь другой с мягкой улыбкой, когда глаза девушки поднимаются, чтобы встретиться с ее собственными. Она этого не видит, и это не только огорчает Шерил, но и невероятно расстраивает. В Тони было столько храбрости, почему она не может этого видеть. - У тебя действительно есть такая сила, Тони. Ты не напала на Веронику, не причинила ей вреда, несмотря на то, как сильно тебе нужна была кровь. Ты - сильный человек. - Я хотела, Шерил. Хотела напасть на нее, и если бы ты не вошла, когда ты это сделала, если бы ты позволила этому продлиться хотя бы пять минут дольше..., - голос Тони дрожит, и Шерил сжимает ее руку, прежде чем она яростно качает головой. - Ты все равно не причинила бы ей вреда. Я верю, всем своим существом, Тони, я знаю, что ты прошла через что-то ужасное и знаю, что последние двадцать лет были не чем иным, как пыткой, но если ты копнешь глубже. Боже, если ты копнешь глубже, я обещаю тебе, ты найдешь в себе силы, о которых даже не подозревала. Силы, чтобы двигаться дальше, взять себя в руки и продолжать идти. - нетерпеливо говорит Шерил, желая, чтобы Тони увидела, к чему она клонит, и девушка из кулебры смотрит на нее со слезами на глазах, ее зубы кусают нижнюю губу, прежде чем дрожащим выдохом. - Я не знаю, как это сделать, Шерил, - шепчет она. Рыжеволосая тоже прерывисто вздыхает, прежде чем подойти немного ближе, ее рука движется вверх и вниз по обнаженной коже руки Тони, когда она предлагает ей лучшую улыбку, на которую только способна. - Тогда я могу научить тебя. Я сделала это, когда умерла моя мать, и это изменило мою жизнь. Могу помочь тебе, - тихо говорит верховная, зная, что, несмотря на то, как трудно ей было оправиться от многих лет жестокого обращения, обрушившегося на нее со стороны матери, несмотря на то, как трудно было преодолеть всю эту боль, если она смогла это сделать, то и Тони тоже. И вот оно. Что-то, чего рыжеволосая не видела с того момента, как встретила ее, но что-то, что она хотела увидеть с тех пор, сияло в ее наполненных слезами глазах так ярко, что Шерил мысленно ругала себя, чтобы перестать смотреть. Надежда. - Ты можешь? - выдыхает Тони, ее пальцы сжимают пальцы рыжеволосой, когда девушка качает головой, чтобы выйти из оцепенения, улыбаясь один раз, прежде чем кивнуть. - Могу. Мы можем помочь друг другу, Тони. Ты расскажешь мне все, что знаешь о кулебрах, чтобы я смогла найти противоядие и помогла тебе преодолеть всю боль, которую причиняли тебе последние двадцать лет. Звучит, как сделка? - поддразнивает Шерил, ухмыляясь, когда другая хихикает, прежде чем прикусить нижнюю губу с нерешительностью, ясно светящейся в ее глазах, но верховная дает ей время. Она знает, что Тони нуждается в этом. И может сделать это для нее, может. Наконец, через несколько долгих минут Шерил наблюдает, как Тони наконец-то кивает. - Ладно. Мы заключили сделку, верховная. ------ Проходит еще две недели, но Шерил начинает терять счет времени. Все расплывается в утренние часы, проведенные с Тони, послеполуденные часы, проведенные за обучением ее девочек их магии и помощью в развитии навыков, вечера, проведенные за просмотром фильма с ними, прежде чем они отправятся спать, и ночи, проведенные с Тони, а также за разговорами о чем угодно... и обо всем. Тони рассказывает ей все, что знает, или, ну, все, что Джонс рассказал ей о кулебрах, и Шерил изо всех сил держит девушку за руку каждый раз, когда они разговаривают, воспоминания заставляют бывшую ведьму вуду сжимать челюсти от гнева и страха каждый раз, когда говорит о нем. Воспоминания все еще причиняют боль, и рыжеволосая подозревает, что они никогда не перестанут выявляться так болезненно, но тот факт, что она продвигается вперед, чтобы сообщить ей обо всем, что знает - это еще больший прогресс. И Шерил не могла быть более гордой или счастливой. Тони сообщает новую информацию, которую та не знала. Кулебры мутировали от вампиров более ста лет назад, когда вампир был захвачен людьми и брошен в яму со змеями, яд этих существ превратил вампира в то, кем Тони является сейчас. Он напал на людей, которые пытали его, и в результате эта версия о вампирах начала распространяться. Этим вампиром был сам Джонс. Верховная была в полном и крайнем удивлении, когда другая сказала ей это, но девушка продолжала говорить, а Шерил слушать. Она рассказывает немного больше об их слабостях и способностях. Они обладают неестественной скоростью и силой, вообще не нуждаются в человеческой пище, горят на солнце и, что является самой большой новостью из всех - могут быть убиты только в том случае, если их сердца вырваны из груди. - Так, это единственное, что убивает кулебру? - шокированно спросила Шерил, и когда Тони просто кивнула, девушка записала информацию, прежде чем позволить ей продолжить разговор. Они разговаривают до позднего утра, Шерил не раз в шоке смотрела в окно на солнечный свет, начинающий просачиваться сквозь запотевшее стекло, но просто ничего не может с собой поделать. Разговор с Тони так освежает, и, боже, девушка слушает. Шерил рассказывает ей о том, чем занималась последние четыре года в качестве высшей, как стала преподавать, немного рассказывает о девочках, и Тони слушает с восторженным вниманием, прежде чем расскажет больше о кулебрах. Это постоянный обмен мнениями, и иногда Шерил даже находит, что они сидят в уютной тишине в течение нескольких минут, чувствуя себя совсем не неудобно или неловко, полный контраст всему, что она испытывала. Эта информация также дает ей немного больше информации о том, что может сделать, чтобы лишить Тони ее вампиризма, и рыжеволосая начинает работать над настройкой заклинания, чтобы лишить этого, чтобы подать заявку на кулебру. Она понятия не имеет, сработает ли это, понятия не имеет, сможет ли вообще что-то сделать, но Шерил прилагает к этому все свои усилия, ранним утром проводя время над своей книгой магии с Тони в подвале, девушка смотрит на страницы с благоговением и удивлением, в то время как рыжеволосая записывает все, что может помочь, нахмурив брови. - Боже, все это потрясающе. Невероятно потрясающе, Шерил, - прошептала мулатка с восхищением, и именно тогда верховная решила, не сводя глаз с волнения в глазах девушки, когда листала страницы своей книги магии с улыбкой, за которую можно было бы умереть. Через неделю после того, как они с Тони начали проводить почти все свободное время вместе, девушка снова начала проявлять признаки усталости и изнеможения, и рыжеволосая снова позволила ей питаться ею, девушка снова взяла немного больше по просьбе самой Шерил, и когда та проснулась, то взяла руку Тони в свою и приняла решение. - Тони, не хочешь выйти из подвала и познакомиться с девушками? Может быть, посидеть на одном из моих занятий? Рыжеволосая знает, что Тони справится с этим, когда девушка полностью сыта, она почти не изменчива, становится совершенно другим человеком, чем той, которую Шерил встретила почти месяц назад, наполненная волнением и счастьем, но все же Тони колебалась по крайней мере целый день, прежде чем согласиться, что в подвале становится немного душно, но заставила верховную пообещать, что при любом признаке потери контроля она бросит ее обратно. Конечно, этого никогда не было. В тот день Шерил сняла заклятие с подвала, чувствуя, как в ней бьются нервы, но взяла девушку за руку и повела ее прямо в столовую, где все девочки практиковали свою магию. Вероника просияла, как только Тони вошла в комнату, подбежала и взяла её за руку, прежде чем потащить сесть рядом с ней, не испытывая ничего, кроме волнения, и девушка с удивлением наблюдала, как Шерил стояла перед столом и смотрела на девочек с нежной улыбкой, задержавшись на Тони чуть дольше, чем другие. - Девочки, это Тони Топаз. Она здесь только для того, чтобы посмотреть, как вы немного потренируетесь в магии, хорошо? Итак, как далеко мы продвинулись вместе с бабочками? Кто добился каких-либо успехов? Ронни, Диана, Бетти и Тина превзошли все, что когда-либо видела Шерил, коробки с бабочками перед каждой из них распахнулись, позволив прекрасным существам сбежать и порхать вокруг стола, когда девочки использовали свою магию, чтобы заставить цвета их крыльев измениться и сиять ярче. Рыжеволосая приглушила свет в столовой и закрыла шторы, используя свою собственную магию, пока все, что освещало комнату, не стало разных цветов: фиолетового, розового, красного, желтого и синего; бабочки быстро двигались по комнате и постоянно менялись, когда девочки хлопали в ладоши от волнения. Что касается Тони... Тони смотрела на это со слезами, стекающими по лицу, это выражение страдания, но также и полного счастья, овладевшего ее чертами, и когда Шерил ушла с ней в подвал в тот вечер, она плакала и плакала слезами радости, пока рыжеволосая прижала ее к себе, пока девушка, наконец, не прошептала- - Я скучаю по этому, Шерил. Я так скучаю по своей магии... С того дня, более недели назад, Шерил была более чем когда-либо настроена на то, чтобы это сработало. Она посоветовалась с Арчи Эндрюсом, который предупреждал ее не делать этого, забыла о нем и перешла к Джози, которая также сказала ей, что она сумасшедшая, но ещё сказала, что также изучает вещи на своей стороне Нового Орлеана, что еще не отказалась от Тони после того, как ее мать сказала ей сделать все возможное, чтобы вернуть магию девушке, к большому удовольствию Шерил. В последующие дни Тони продолжала подниматься наверх, чтобы посмотреть, как девочки используют свою магию, счастье в ее глазах постоянно заставляло сердце Шерил болеть от любви, прежде чем она рухнула в кучу печали, когда девушка плакала в ее объятиях каждую ночь после этого. Она точно знает, что чувствует Тони, наблюдала, как ее мать использует свою магию, не имея возможности подключиться к своей собственной из-за страха того, что мать сделает с ней, если увидит, что девочка практикует магию, и теперь мулатка тоже была здесь, не в состоянии подключиться к своей собственной из-за Пенелопы Блоссом. Боже, если бы когда-нибудь была женщина, которую Шерил ненавидела больше. Прошло уже две недели, но Шерил потеряла счет времени, потому что Тони Топаз рассказывает ей не только о кулебрах. Она рассказывает ей о своей матери, о том, как сильно скучает по ней, о тех днях, когда была ведьмой вуду в Новом Орлеане, о магии, которую практиковала, и о том, как это согревало ее сердце. И Шерил ловит себя на том, что каждый раз, когда та говорит об этом, то смотрит на эту девушку перед собой с трепетом. Потому что выражение глаз Тони, когда она говорит о своей матери, или о своем доме, или о магии - то, чего Шерил никогда раньше не видела. Это за пределами надежды и любви, за пределами счастья и блаженства. Шерил не может это описать. Прошло уже две недели, но верховная потеряла счет времени, глядя в глаза Тони Топаз. Но одну вещь она не упустила из виду. - Тони? Она тихо стучит в дверь, прежде чем открыть ее, бросает взгляд на лестницу, чтобы убедиться, что никто из девочек не проснулся, прежде чем спуститься по лестнице. Вероника по-прежнему единственная, кто знает, что Тони живет в подвале, и по-прежнему единственная, кто знает, кем является девушка, потому что Шерил беспокоилась о том, как другие девочки отреагируют на эту новость, но теперь она проводила почти каждую минуту с Тони, поэтому не чувствовала необходимости снова накладывать защитное заклинание на подвал. Кроме того, мулатка сказала ей на днях, в довольно мучительной манере, что она скорее бросится на солнечный свет, чем причинит боль кому-либо из девочек, и то, как она сказала это с такой искренностью, вызвало дрожь по спине, которая сказала ей, что Тони говорит только правду. Но, как бы то ни было, девушка не бродит по дому без рыжеволосой рядом с ней, предпочитает все время оставаться в подвале, и именно там Шерил находит ее, раскачивающуюся взад-вперед в углу, прежде чем со стоном облегчения поднимает глаза на приближающуюся верховную. - Слава богу,- она вскакивает и бежит прямо к Шерил, практически прыгая на нее в теплых объятиях, когда рыжеволосая отшатывается от удара, прежде чем хихикает и успокаивающе проводит рукой вверх и вниз по спине, удивляясь этому теплому приему, но также заставляя ее сердце радостно биться от ощущения тела Тони рядом с ее собственным. - Привет. Ты в порядке? - тихо спрашивает Шерил, и Тони вздрагивает, когда отстраняется и смотрит на девушку с чувством вины в глазах, но рыжеволосая видит румянец на ее щеках и пытается сосредоточиться на этом, а не на темных кругах и мешках под глазами. - Я просто... жажда крови снова становится невыносимой, а у тебя всегда есть способ успокоить меня. Такое чувство, что прошло несколько дней с того дня, когда я видела тебя в последний раз, - говорит она дрожащим голосом, эта маленькая улыбка освещает ее лицо, и Шерил пытается игнорировать то, как ее сердце замирает от этих слов и вида этой улыбки, когда смеется и поднимает бровь. - Ах, так ты взволнована, потому что твой донор крови здесь? - поддразнивает она. Глаза Тони расширяются, прежде чем она застонала и легонько ударила Шерил по руке, чувство вины вернулось в полной форме, когда та яростно затрясла головой. - Ты не просто донор крови, не говори так, - ворчит она, шаркая ногой по земле, в то время как Шерил громко смеется и сжимает ее руку в своей. - Я знаю и просто шучу. Ты не хочешь подняться наверх и принять душ? - с улыбкой спрашивает Шерил. Топаз просто кивнула несколько раз, улыбка осветила и ее лицо, прежде чем верховная сжала ее руку и повела вверх по лестнице в подвал. Она уже приготовила одежду для Тони, которая хихикает, как только они проходят через комнату Шерил при виде новой пижамы, лежащей на ее огромной кровати. Рыжеволосая прикусывает нижнюю губу, когда Тони, наконец, опускает руку и идет к кровати, чтобы забрать одежду, ее сердце беспорядочно бьется от того, что она собирается предложить. - Эй, Тони? - окликает Шерил, наблюдая, как та останавливается у двери в ванную и поворачивается, чтобы посмотреть на нее с улыбкой. - Да? - хрипит она. Рыжеволосая облизывает губы, прежде чем судорожно выдохнуть, чтобы высвободить немного нервной энергии. - Я тут подумала... Если хочешь, мы можем остаться здесь после того, как ты закончишь? Матрас внизу не самый удобный, и я бы предпочла, чтобы мы подпитывали тебя в моей комнате, чтобы я могла завалиться на свою собственную кровать, понимаешь? Если ты не хочешь, все в порядке, я просто... подумала, что спрошу, - неуверенно заканчивает Шерил, пытаясь скрыть дрожь в своем тоне, но вид расширяющихся глаз Тони, когда она прикусывает нижнюю губу, заставляет ее во второй раз угадать это предложение, когда девушка облизывает губы, прежде чем вздохнуть. - Я... я могу подумать об этом, пока принимаю душ? - спрашивает она. Шерил поджимает губы и просто кивает один раз с улыбкой, и Тони отвечает ей улыбкой, прежде чем войти в ванную и тихо закрыть за собой дверь. Верховная прерывисто вздыхает, но улыбается, услышав звук включающегося душа, прежде чем схватить книгу магии, лежащую на комоде, и сесть на кровать, перелистывая страницы и делая заметки, пытаясь сосредоточиться на задаче, стоящей перед ней, а не на перспективе того, что Тони будет спать в той же комнате и, возможно, в той же кровати, что и она сегодня вечером. Она измучена. Эта неделя была такой утомительной, и она почти не спит, постоянно перелистывая свою книгу, чтобы найти противоядие для девушки, но, несмотря на свою усталость, Шерил отказывается сдаваться. Ей не нужен сон, все, что ей нужно - это найти способ помочь Тони, вылечить ее от того, что завладело ее жизнью, разрушило, заставило ненавидеть себя, желать смерти, когда она была такой хорошей, такой чистой и невинной, это несправедливо. Проходит еще несколько минут, прежде чем слышит, как брызги воды прекращаются, и примерно через минуту дверь открывается, и Тони выходит, ее волосы влажные, и она широко улыбается, когда проводит полотенцем по волосам, наблюдая, как Шерил записывает последнюю вещь из книги, прежде чем закрыть ее и с улыбкой смотрит на Тони. - Чувствуешь себя лучше? - тихо спрашивает она. Мулатка поджимает губы и один раз кивает, прежде чем повесить полотенце на крючок за дверью ванной и просто стоит там, нервно скручивая пальцы и отводя взгляд. - Да... Спасибо, Шер, - прохрипела она, и Шерил не смогла сдержать улыбку, услышав это прозвище. Тони забыла об этом несколько дней назад, и когда она попыталась вернуться, рыжеволосая просто покачала головой и взяла ее за руку, прежде чем улыбнуться. - Мне это нравится, - прошептала она, и ответная улыбка, которую получила от тони, была потрясающей. - Шерил, ты... эм... ты уверена, что хочешь сделать это здесь? Что, если я запачкаю простыни кровью или что-то в этом роде,- начинает Тони, морщась от собственных слов, но верховная просто кладет книгу на прикроватный столик со смешком и приподнятой бровью. - Ты довольно хороша в чистоте, Тони. И если ты это сделаешь. Я ведьма, помнишь? Могу убрать все одним щелчком пальцев. Больше беспокоюсь о том, что это неудобно для тебя, потому что, если это так, я- - Нет, это совсем не неудобно, - быстро говорит Тони, облизывая губы и улыбаясь, когда верховная смеется немного громче, прежде чем снова приподнять бровь и похлопать по месту на кровати рядом с ней. - Тогда иди сюда. Я знаю, что ты умираешь с голоду,- Шерил легко убирает волосы с шеи, когда Тони колеблется, ее зубы сжимают нижнюю губу, прежде чем она вздыхает и медленно забирается на кровать, останавливаясь прямо рядом с Шерил и скрещивая ноги под коленями. Рыжеволосая протягивает руку, чтобы схватить ее за руку и притянуть ближе, но Тони внезапно резко вдыхает, переплетает их пальцы, прежде чем протянуть свободную руку, чтобы провести большим пальцем по темным кругам под глазами девушки. - Ты выглядишь измученной, Шерил, - бормочет она, хмурясь, когда та облизывает губы, прежде чем с улыбкой покачать головой, успокаивающе сжимая руку в своей. - Я в порядке, не волнуйся, - тихо говорит она, игнорируя то, как хмурый взгляд Тони только усиливается, когда она притягивает ее ближе и освобождает свои ноги из-под коленей, чтобы позволить Тони заполнить пространство между ее подпертыми коленями. Девушка судорожно сглатывает, прежде чем протянуть загорелую руку, чтобы провести пальцами по шее, вверх и вниз по бледной коже в такой мягкой, успокаивающей манере, что у рыжеволосой по спине бегут мурашки, ее шея выгибается сама по себе, чтобы дать Тони больше места, чтобы делать то, что она хочет. Но мулатка не торопится, одна рука скользит вверх и вниз по шее, другая тянется, чтобы обхватить подбородок, прежде чем она прерывисто вздыхает и приспосабливается, пока не берет лицо девушки в свои руки и не смотрит ей в глаза с самым искренним взглядом, который Шерил когда-либо получала от девушки. - Я беспокоюсь. Знаю, что ты сильная и верховная, ради бога, но даже у тебя есть свои пределы, и я беру у тебя кровь каждую неделю и накачиваю тебя ядом кулебры. Откуда нам знать, что это не влияет на тебя? - Тони, прекрати..., - пальцы Шерил сжимают запястья рук, держащих ее лицо, по спине пробегает дрожь от холодной температуры кожи, как это всегда бывает, прежде чем она ободряюще улыбается и качает головой. - Это не из-за этого, Тони. Я просто... устала, перелистывая все эти книги, ища лекарство для тебя, пытаясь обработать всю эту информацию, которую ты мне дала. Я не думаю, что спала нормально в течение нескольких недель. Это не яд, я обещаю, но все же не хочу, чтобы ты чувствовала себя плохо из-за этого, потому что хочу сделать это и не остановлюсь, пока не найду способ помочь тебе. Но я просто... устала, - несколько неуверенно заканчивает Шерил, насмехаясь над собственной неспособностью говорить прямо сейчас, прежде чем Тони вдруг нежно почесывает пальцами ее скальп с легкой улыбкой. - Ты потрясающая, Шерил Блоссом, - шепчет она. Рыжеволосая слабо улыбается ей, и, прежде чем она успевает отреагировать, Тони наклоняется, и та застывает в полном и абсолютном недоверии, когда мулатка прижимает мягкий и нежный поцелуй к ее лбу, губы холодны на ее теплой коже, а ногти продолжают нежно царапать ее кожу головы. - Давай тебя хорошенько накормим, - хрипит Шерил, поправляясь и хватаясь за талию девушки, чтобы как следует удержаться, когда она откидывается на спинку кровати с дрожащим вздохом, и Тони прикусывает нижнюю губу, прежде чем покачать головой и взять руки верховной в свои. - Ложись, - шепчет она. Шерил поднимает бровь, но не сопротивляется Тони, когда та устраивается поудобнее и осторожно тянет рыжеволосую вниз с изголовья кровати за бедра, пока ее голова не упирается в подушку, а спина не прижимается к матрасу. Она терпеливо ждет, пока Тони сядет рядом с ней, закрыв глаза и сделав несколько глубоких вдохов, а когда она их открывает, Шерил видит, что ее глаза теперь сияют золотом, зрачки превратились в щелочки, глаза змеи смотрят на нее, но чешуя не рябит на ее лице, как обычно. Она получает лучший контроль над монстром в себе теперь, когда ее правильно кормят. О, Шерил, иногда быть жертвенным ягненком чертовски окупается. - Можно? - прохрипела она. Рыжеволосая просто поджимает губы и кивает, не зная, что именно она только что разрешила Тони сделать, но ей не нужно долго гадать. Тони внезапно подвигается, перекидывает ногу через тело Шерил, пока та не оседлает бедра, и девушка судорожно сглатывает, страх и тревога пронзают ее, потому что она понятия не имеет, что делать со своими руками, прежде чем Тони решит за нее. - Вонзай ногти, когда станет слишком больно, хорошо? - хрипит Тони, высовывая язык, чтобы облизать губы, когда кладет руки Шерил на гладкую, загорелую плоть своих бедер. Девушка сдерживает нытье, не доверяет себе говорить и просто яростно кивает, и боже, она, блять, чувствует, как сильно сейчас краснеет, ее щеки горят. Это отстой, полный отстой. Тони внезапно слегка сжимает ее челюсть, заставляя Шерил смотреть на нее, когда улыбается, и рыжеволосая просто отвечает ей дрожащей улыбкой, прежде чем мулатка со вздохом наклоняется над ее телом, пальцы на челюсти слегка отодвигают голову в сторону, прежде чем ее губы касаются светлой шеи. Шерил судорожно вдыхает, несмотря на себя, и Тони замолкает, ее губы все еще прижаты к шее, а пальцы сжимают подушку у головы девушки под ней, чтобы не упасть, когда она наклоняется, пока ее губы не касаются уха рыжеволосой. - Ты в порядке? - тихо шепчет она. Шерил поджимает губы и поднимает руки с бедер Тони к ее рубашке, чтобы зажать ее между пальцами, один раз кивнув и притянув тело змеи вплотную к себе с дрожащим вздохом. - Я в порядке. Просто... привыкла делать это сидя, - бормочет она. Тони тихо напевает ей на ухо, прежде чем отвечает. - Мы можем сесть, если хочешь, просто... Я могу лучше контролировать кровоток в этом положении, он не попадет всюду. - Нет, это... все, что тебе удобно,- повторяет девушка, выгибая шею немного дальше и прикусывая нижнюю губу, чтобы подавить хихиканье, когда это действие заставляет Тони громко скулить ей в ухо, прежде чем ее губы снова касаются точки пульса Шерил. Это так интимно, за пределами всего, что Шерил когда-либо испытывала с кем-либо, и, боже, мулатка не торопится, как будто поклоняется телу рыжеволосой девушки, пойманной в ловушку под стройной, загорелой фигурой другой, когда кропотливо медленно водит руками вверх и вниз по бокам верховной, ее губы не целуют, а просто двигаются по коже ее шеи, вибрации жужжащих звуков, которые она издает время от времени, заставляют шерил дрожать под ней каждый раз, когда она- - Ты готова? - шепчет Тони. Шерил прижимается щекой к уху девушки и кивает ей, не в силах сдержать мягкое мяуканье, которое вырывается у нее, когда та проводит большим пальцем по подбородку и мягко отводит ее лицо в сторону, нос утыкается в шею, прежде чем Шерил чувствует острую боль в обычном месте, где Тони питается: основание, где ее шея и плечо встречаются, как всегда. По-видимому, это единственное место, близкое к надежному источнику крови - точка пульса - которая, по словам змеи, не заставляет кровь брызгать повсюду при укусе, во всяком случае, но это не значит, что это не болит меньше, когда Шерил издает всхлип и сжимает ткань сзади рубашки, ее глаза закрываются от боли, когда девушка ложится на нее немного сильнее, чтобы прижать ее к матрасу и не дать ей двигаться в мерах безопасности, не давая ей поранится. Рыжеволосая изо всех сил пытается расслабиться на матрасе и в прикосновениях, но девушка внезапно просунула руку ей под спину и немного приподняла ее с матраса, пока их тела не прижались друг к другу, голова рыжеволосой откинулась назад и позволила другой прижаться ближе к ее шее, когда она хмыкает против нее, и Шерил прерывисто выдыхает от ощущения языка Тони, ласкающего ее кожу, мурашки пробегают по каждому дюйму ее кожи, когда мулатка стонет рядом с ней в экстазе от вкуса, который наполняет ее рот. Прямо сейчас. Проходит добрых три минуты, и когда глаза Шерил начинают темнеть, а в животе нарастает знакомая тошнота, она со всхлипом впивается ногтями в бедра, чувствует, как девушка из кулебры медленно отстраняется от нее, эти чертовы клыки выскальзывают из ее кожи, прежде чем Тони проводит языком по ранам, чтобы остановить кровь, просачивающуюся на простыни под ними. - Спасибо, - шепчет она, побуждая рыжеволосую просто улыбнуться и кивнуть, прежде чем она застонает от ощущения жжения в животе, и Тони полностью отстраняется, взгляд Шерил фокусируется только на крови, окрашивающей ее зубы, прежде чем клыки сжимаются, и глаза возвращаются к тому прекрасному коричневому цвету, который она так обожает. - Ты такая красивая..., - выпаливает Шерил неразборчиво, не в силах сдержать себя в этом пьяном состоянии, похожем на потерю крови, и она не замечает, как Тони напрягается при этих словах, не замечает, как та дрожаще выдыхает, прежде чем улыбнуться и протянуть руку, чтобы мягко провести пальцами по волосам. - Я тоже считаю тебя красивой, Шерил. Самая красивая девушка, которую я когда-либо видела, - шепчет Тони, и, боже, сердце верховной колотится так быстро, и она ничего не хочет больше, чем схватить ее за рубашку и притянуть вниз, пока их губы не встретятся, яростно целовать ее и никогда не отпускать, но руки такие тяжелые, они кажутся чертовски свинцовыми, и ее глаза становятся все темнее и темнее, когда она всхлипывает и отчаянно тянется к чему-то. Холодные пальцы Тони легко скользят в ее собственные, заземляя ее, когда она тихо воркует и продолжает пробегать пальцами по волосам Шерил. - Ш-ш-ш, все в порядке... ты устала, дорогая, и должна провести эту ночь во сне, нам не нужно сегодня говорить ни о противоядии, ни о моей жизни, ни о твоей. Позволь мне спуститься в подвал, и ты сможешь отоспаться и как следует отдохнуть- - Нет-нет, останься... п-пожалуйста, останься, Тони, - всхлипывает рыжеволосая, хватая девушку за руку и пытаясь притянуть ее ближе, но, боже, так слаба, и теперь она быстро проигрывает борьбу, вот-вот поскользнется. - Шерил, я- - Останься... пожалуйста...,- выдыхает верховная, не в силах больше держать глаза открытыми, но она слышит, как Тони громко вздыхает, прежде чем мягкие губы снова прижимаются к ее лбу, это головокружительное чувство взрывается внутри нее, прежде чем полностью растворяется в темноте. - Хорошо... Я останусь, Шерил, останусь так долго, как ты захочешь.