Parasite Blues

- Вот дерьмо. - А я говорил тебе! А я говорил! Сквозь густую пелену ты слышала чьи-то голоса, чувствовала присутствие людей. Не было сил открыть глаза, но ты попробовала сосредоточиться на ощущениях, стараясь удержаться в сознании. На ум пришла песня, слов которой ты совсем не помнила, но почему-то все равно не могла выбросить из головы. Неужели все думают о такой чепухе, когда умирают? Разве перед глазами не должны мелькать картинки прожитых лет? - Где Альфа? - Я не знаю. Я должен был помочь, не так ли? Сквозь туманное небытие до тебя донесся раздраженный стон, ощущение чьего-то присутствия и свет. - Ты прав, ты прав, - ты услышала голос и почувствовала, как чья-то рука скользнула под шею, немного приподнимая голову. - Эй, красавица! Еще жива? Ты смогла только слабо кивнуть, но окружающие не заметили этого. Твои руки и ноги были холодными, а кожа мертвенно бледной из-за потерянной крови. Кто-то похлопал тебя по щеке, стараясь привести в сознание, но ты была слишком далеко, чтобы отозваться. Сил хватало только на слабое дыхание, удерживающее тебя на границе между жизнью и смертью. В апатии были свои плюсы - ты уже не чувствовала страха, который преследовал тебя в последние минуты жизни. Скоро все кончится, и наступит тьма. Еще немного, и ты будешь свободна. - Слишком много крови. - Хайзенберг выпрямился, чтобы снять пальто, а после, скатав его, подложил тебе под голову. Ты была слишком далеко от реальности, потерянная перед лицом спасителя. Он не откажется от тебя. Ты была слишком хорошим поставщиком, он знал тебя, и ты ему нравилась. - Тащи свои игрушки сюда, - приказал Хайзенберг Моро, закатывая рукава рубашки. - Давай, Сали, сейчас же! - Карл, ты не можешь так поступить... Моро, казалось, ужасно побледнел - он любил тебя и не желал твоей смерти. Но больше его беспокоило то, что собирался сделать его брат. - Ты понимаешь, что она будет заражена и мути- - Бла-бла, я прекрасно это знаю! - рявкнул Хайзенберг. - Заткнись и делай, что велено. - Ей совсем это не понравится, - пробормотал Моро и поспешил внутрь хижины. Через несколько секунд он вернулся с несколькими приборами из лаборатории. Среди них была тонкая трубка с иглами на концах, напоминающая систему для переливания крови. - Матери тоже… Она будет в ярости. - Будто мне есть дело до нее, - фыркнул Карл и сел на пол рядом с твоим телом. Мужчина взял в руки трубку и подключил ее одним концом к своей вене, а другим к твоей. - Я даже не знаю, сработает ли это. Моро обеспокоенно наблюдал, как кровь медленно текла из тела его брата по трубке, пока наконец не достигла твоей руки. - Нам следовало попросить Альсину, у нее есть запасная кровь, - продолжал он. - Тогда бы мы могли.. - Эта чудесная леди никогда не поделится своей драгоценной кровью, к тому же ее замок слишком далеко, - прорычал Карл и сжал руку в кулак, заставляя кровь течь быстрее. Всегда собранный и непринужденный, сейчас он не был уверен в своих действиях. Его кровь была отравлена плесенью, Каду. Поможет ли она тебе? Наделит ли силами, как его семью? Или ты станешь ликаном, полностью лишенным воли и разума, движимым голодом и жестокостью? Сломанной куклой лордов, пушечным мясом или жалкой прислугой? Эти мысли разозлили Карла, ты ему слишком нравилась. То, как ты уверенно справлялась со своими проблемами, с ним и местным безумием. Ты знала о его силах, о Миранде и о том, как она была опасна. Он видел это в глубине твоих глаз. У тебя часто был такой взгляд - уклончивый и скрытный. Возможно, ты знала, что здесь происходит на самом деле. Просто что-то забыла, но воспоминания можно вернуть. Помнишь ли ты, что случилось двадцать лет назад? - Она без сознания, - Моро приложил пальцы к шее, нащупывая пульс. - Но жива. - Это хорошо, - пробормотал Хайзенберг. Что если он своим решением обрек тебя на жизнь, хуже самой смерти? Сможет ли он понести ответственность за твои страдания и жить с чувством вины? - Ты заберешь ее в деревню? - Моро подошел к валуну, стоящему поблизости, и уселся на нем. Он нервно болтал ногами, внимательно следя за тобой. Он считал тебя другом, а потому целые дни тратил на то, чтобы придумать новые темы для разговоров. Моро знал, что иногда раздражал тебя, но ты всегда была вежлива и выслушивала его. Это дало тебе большой отрыв в списке его любимых людей. - Ни за что! - ответил Хайзенберг, борясь с желанием закурить сигару. - Если она мутирует и окажется в деревне… Нет. Моро тяжело вздохнул. Он был подавлен гораздо сильнее, чем Хайзенбергу приходилось когда-либо видеть. - Я не хотел, чтобы она пострадала, - признался Моро. - Я не знал, что Альфа выбрался. Этого не должно было произойти. - Я знаю. Не беспокойся об этом слишком сильно. Сальватор раздражал и утомлял Хайзенберга, он старался избегать брата, но, очевидно, сейчас тот чувствовал себя виноватым. Ликаны были его созданиями, смертоносными чудовищами, живущими охотой. Косвенно Сали был виновен, но Карл предпочел не озвучивать свои мысли. Его брат был слишком чувствителен к любым обвинениям. - Я отвезу ее на фабрику, - сказал Хайзенберг после нескольких минут молчания и резким движением выдернул иглу сначала из своей руки, а после из твоей. - Это то, что необходимо сделать. - Необходимо сделать? - Моро придвинулся ближе, когда Хайзенберг обхватил тебя за шею и ловким движением поднял на руки. С твоего тела капала кровь, оставляя пятна на одежде мужчины. Это заставило его на секунду усомниться в своем решении, ведь кто знал, что с тобой сейчас происходит? - Как думаешь, она будет похожа на меня? - спросил Моро, поднимая пальто Хайзенберга и расправляя его. Сам Карл крепче сжал твое тело, прижимая ближе. Ты была холодной, но еще дышала, и будто действительно застряла в безвременьи. Он бесконечно уважал твою волю к жизни. - Посмотрим, - последовал краткий ответ Хайзенберга, и он кивнул Моро, обещая держать его в курсе твоего состояния. Кто знает, суждено тебе умереть или выжить этой ночью? Жажда. Первой разумной мыслью, промелькнувшей в твоей голове, была жажда. Казалось, будто кто-то набил твой рот песком. Тупая пульсация разносилась по телу, но жажда была сильнее любых чувств. - Привет, спящая красавица. Значит, ты все же выжила, - донесся откуда-то голос Хайзенберга, но твое затуманенное сознание не могло определить направление звука. Веки казались слишком тяжелыми и сильно болели, чтобы ты могла их поднять. - Пить, - слабо прохрипела ты. Видимо, ты лежала на подобии кровати, потому что почувствовала, как под чужим весом примялся матрас. - Сейчас подойду, мэм. Для вас только лучшая вода из лучших горных источников. Он приподнял твое туловище и поднес чашу ко рту. Вода имела просто отвратительный вкус, но она была жидкой, а потому ты с жадностью выпила все. Казалось, ты не пила несколько дней. - Что случилось? - спросила ты, снова опускаясь на матрас. Теперь, когда жажда была утолена, ты обратила внимание на пульсирующую боль в теле, усиливающуюся при каждом движении. - Ты облажалась с быком и попалась на рога, - ответил Хайзенберг и грубо схватил тебя за челюсть. Пожалуй, слишком грубо - в ответ ты прорычала и попыталась вырваться, не давая осмотреть шею. - Какие-нибудь странные боли в конечностях? Может чувствуешь, что теряешь силу воли? Или хочешь кусочек сырого мяса? - Какого черта? - ответила ты, наконец открывая глаза, чтобы раздраженно взглянуть на мужчину. Зрение было нечетким, но стоило несколько раз моргнуть, как картинка прояснилась. Хайзенберг небрежно сидел на кровати без пальто, шляпы и очков. Твой взгляд переместился на убранство комнаты, которая представляла собой смесь спальни и мастерской. Постойте, ты была?.. - Я на фабрике? - удивленно спросила ты. - Что значит, не хочу ли я сырого мяса? Ты была сбита с толку и совсем не понимала, что происходит, но чувствовала, что что-то не так. Сил подняться не хватило, но ты смогла преодолеть боль и повернуться на бок лицом к мужчине. - Хайз, что ты сделал? - серьезно спросила ты, и он виновато опустил голову, словно собака, ослушавшаяся хозяина. - Спас твою жизнь, - коротко ответил он, но ты недовольно зарычала. Наконец, он сдался. - Хорошо, хорошо, я все расскажу. Но тебе это не понравится.