Отголоски минувшего I: Ошибка, которая оказалась роковой
8 апреля 2024 г., 19:33
Глубокой бессонной и беспокойной ночью Джоан, Марко, Анниса и Беатрис отдыхали в столовой. Весь дом Палача спал, а они решили бунтовать против сна. В помещении царил полумрак и тишина, прерываемая тихой беседой Марко с Джоан и жужжанием одной лампочки над столом для готовки. Остальные молчали, слушая других. Сначала говорила одна Джоан: утром они с отрядом обыскивали кварталы Ависа на наличие шпионов оплонидцев и нашли ещё одного. Они не успели его допросить, так как он самостоятельно перерезал себе горло. Потом подключился Марко, но обсуждали они уже изменения в Эосе после какого-то странного инцидента, известного только им двоим, при котором Джоан и Марко окончательно порвали свои дружеские отношения, а рыжая и её компаньоны были выгнаны отцом Марко и Николаса из их города. Анниса не выдержала зашифрованной беседы.
— Слушайте, вы позвали нас сюда поговорить о чём-либо, чтобы не уснуть, — Анниса облокотилась на стол, — а сами говорите друг с другом о городе, про который мы ничего не знаем… Ладно, я знаю. Так ещё об инциденте каком-то. К тому же эта ситуация меня заинтересовала… Я жду истории.
Марко с Джоан переглянулись, явно удивившись восклицанию и заинтересованности О’Нил.
— Ну же, извольте рассказать, чтобы мы, по крайней мере, понимали, о чём идёт речь, а не сидели и тупили.
— Да, — скромно и тихо согласилась Беатрис. — Мы тут словно лишние.
— Это не интересная история, а неприятная… Вспоминать невозможно, — Джоан сморщилась. — Самая конченная ситуация в моей жизни… Но я всегда её вспоминаю, смотря в глаза тебе, Лихо.
— Самая страшная ситуация. Но она уже случилась, все секреты вскрылись, а Эоса нет, поэтому, я думаю, что нет смысла скрывать это… И, может, мне поможет это. Высказаться и забыть это, я имею в виду.
— Я не дам тебе этого забыть, понял? И да, конечно, чур ты рассказываешь, — Джоан сползла со стула. — Ты ж виновник событий.
— Джоан… — Марко нахмурился и посмотрел на собеседницу сощуренными глазами. — Не дави. Эта херня задела нас всех… Нашу семью, тебя, Итана, Феликса, Ринальди, Пакстона и… город. Всех жителей. Не будь такой злопамятной.
— Да хватит! — Анниса махнула руками. — Возьми себя в руки и рассказывай давай! Сидит, тянет…
Три года назад
Сириус: Степь, Эос
Полдень
С каждым годом в Эосе становится всё хуже. Солдаты погибают на вылазках — из-за этого некому защищать город. Новых солдат стараются не брать, так как многие не подходят по состоянию здоровья. Люди, прибывающие в мирный Эос, всегда приходят с букетом болезней. Пытаются хотя бы как-то быть полезными городу и выйти на его защиту, но их не пускают. Максимум, чем они могут помочь для защиты, так это следить за камерами и периметром в закрытых комнатах. Несмотря на прибытие новых лиц, защищать скоро будет некого. Народ быстро пребывает и также быстро убывает. Они стремятся покинуть Степь. А то и эту проклятую планету. Вот что никогда в Степи не убывает, так это численность рейдеров и мародёров. В этом году их прибавилось в несколько раз больше, чем за прошлые два года. Они разрушают города, но при этом оставляют в живых несопротивляющихся жителей, чтобы потом пополнить ряды свои или рабов. Их проклятущие «армии» растут, как клопы в грязной кровати. С их набегами Эос еле справляется. Повезло, что щит и система защиты работают стабильно и не пропускают вредителей в город. Силы Джеймса уже иссякают. Он не так стар, даже можно сказать, что он ещё в рассвете сил, но весь этот степной хаос выводит из себя даже самого закалённого бойца Его желание оставаться лидером «Союза» давно пропало, но он продолжает бороться. Ради погибших Иды и Ронаса — предпоследних лидеров, — за себя и отстроенный город. Пока существует последний лидер — существует и «Союз». Пару недель назад огромная орда обезумевших рейдеров напала на завод металлургии, находящийся неподалёку от Эоса. Если бы он был в самом городе, этого можно было избежать. Рейдеры истребили сотню рабочих, ещё десятки тяжело пострадали. Несколько человек остались у них в плену. Производство остановилось и завод превратился в их логово, откуда они устраивают рейды на ближайшие города. Но Эос они обходят стороной. Пока что. Пока их численность в разы не превысит численность Эоса. Лучше запастись лишними телами, чем большой силой — девиз всех рейдеров Степи. Джеймс пытался вернуть завод остатками «Союза», но безуспешно. То же самое, что и побрызгать духами на гнездо тараканов. Кто-то и может погибнуть, но остальные разбегутся и продолжат свою паразитическую деятельность. В определённый момент ситуация явно начала выходить из-под контроля. В отдалении от города разведчики Эоса стали замечать небольшие лагеря с оборудованием для слежения. Где-то вблизи города установили скрытые камеры. Одиночки-рейдеры шатались вокруг Эоса, что-то вынюхивая. А завод снова заработал. И с его стороны слышались хлопки выстрелов и взрывов. Джеймса это насторожило намного больше, чем слежка. Бартлетт уже несколько дней не видел завод и не посылал туда разведку, но он сделал вывод, что, вероятнее всего, рейдеры начали действовать и подготавливать оружие. Лидер «Союза» не хочет ждать до последнего, поэтому сегодня он собирает штурмовой отряд. И не только из своих солдат. Марко хорошо «сдружился» с номадами из соседнего городка. Преодолев свои стереотипы не принимать помощи у номадов, потому что она больше вредит, чем помогает, Джеймс попросил Марко вызвать их в Эос на помощь. И те, быстро согласившись, собрали ещё десяток таких же. А быстро согласились, потому что эти рейдеры тоже им досаждают: перебивают маршруты конвоев, воруют содержимое машин и сами машины. Николас имел меньше вооружённых связей, и то их остатки отказались, поэтому он предложил отцу вызвать подмогу из Мёрзлых Земель. Джеймс, опять же, с большой неохотой, но всё же связался с Палачом. Он с ним в хороших отношениях, но Джеймс категорически был против поддержки от других союзных городов. Даже близких. До этого момента. Палач, конечно же, согласился и отправил к нему Джоан Хэлтон, Итана и Феликса с небольшим отрядом доброделов Ависа. Они уже неделю проживают в Эосе и радуются тёплой для них погоде. Джоан захотела тут остаться на пару месяцев после защиты завода. Джеймс был не против, потому что давно не видел эту рыжую девчонку. Ко всей разношёрстной компании присоединятся оставшиеся солдаты «Союза». И Пакстон Иберра с Ринальди Шредером — Джеймс об этом ещё не знает. В общей сумме в их штурмовом отряде шестьдесят три человека. В то время как рейдеров очевидно больше сотни. Может, по численности Эос сильно уступает, а вот по силе — нет. Лидеры групп собрались в подвале управления щитом и обсуждали план. Выстроить правильную стратегию тяжело, так как нет актуальной информации о заводе и обстановке в нём, а посылать разведку уже нет времени. Действовать придётся вслепую, исходя из ситуации. Повезло, что большинство прибывших номадов и солдат практически всегда действуют хаотично, потому что считают, что разрабатывать подробный план перед боем — дело бесполезное. Никогда не предугадаешь действие врага. — Единственное, что можно сейчас спланировать, так это кто и куда пойдёт, — Джеймс смотрел на карту комплекса, стоя спиной к собравшимся. — Нужно четыре отряда на четыре разные стороны. Наверху послышался шум голосов, скрипящий звук открывающейся подвальной двери и шаги. Бартлетт развернулся к выходу из помещения, держа пальцы на подбородке, словно он озадачен звуками. В проёме возникли две фигуры в масках с кислородными шашками. У одного накинут капюшон-хомут, другой без головного убора. В свете флуоресцентных ламп волосы человека без капюшона практически светились белизной. — Кто их позвал? — Джеймс явно был недоволен, но пары лишних рук не помешает. — Это я, — уверенно сказал Ник, не боясь гнева отца после задания. — Ты сам знаешь, почему… — Поговорим позже, — мужчина посмотрел на своего сына через плечо. — Пакстон. Ринальди… Садитесь. Вы, кстати, одни? — Нет, — Пакстон снял маску, повесил её на ремешок на груди. — Ещё двенадцать человек снаружи. Их охрана не пустила. — Значит, теперь нас семьдесят пять… Всё равно этих ублюдков больше, — Джеймс снова повернулся к карте. — Итак, всего на заводе десять выходов. Главный, чёрный выход сзади комплекса, справа и слева по четыре пожарных выхода на каждом этаже по одному. Сами решите, какой вход будете брать? Присутствующие лидеры обернулись друг на друга, пожали плечами. — Я с Ником и номадами из другого города берём главный вход. Нам легче оценить обстановку оттуда. Мы первые начнём атаковать их. — Мы зайдём сзади, — скучающим голосом произнёс Пакстон. — Без шума и пыли, чтобы они ничего не ожидали в тылу. — Тогда мои возьмут правые выходы и крышу, — Джоан посмотрела на Джеймса, — и, кто пойдёт на крышу, будут первым отрядом. Разведка. Чтобы исключить возможность обнаружения сверху. Это же очевидно, что кто-то из их сброда будет там. — Конечно, — согласился Джеймс. — Тогда остальные берут периметр и левые выходы. Заходить на территорию будем постепенно. Всей оравой не сможем ворваться. — Ну, это понятно, — снова заговорила рыжая. — Я поведу часть отряда на крышу, Феликс прикроет первый и второй входы, Итан — два других. Их нужно согнать в одно место, окружить, поэтому остальным стоит действовать одновременно. Собрать их там, где нам будет виднее, но им труднее нас атаковать. — Джоан, не строй планов, не зная реальной обстановки, — сделал замечание Марко. — У отряда могут быть препятствия на пути, которые их задержат. Мы войдём с разных сторон, но силы рассредоточим по всему комплексу. А если действовать вместе, то придётся ждать каждый отряд, а это время… Которого будет недостаточно. — По одному человеку на квадратный метр? — съязвила Джоан. — А если наш один солдат пойдёт в место, где сосредоточена сила противника? Нас по одному отстреляют! Джеймс наблюдал за спорами своих помощников. В подсознании ему это нравилось. Этим людям не всё равно на судьбу какого-то завода. Даже Джоан, не живущая в Эосе, старается придумать план по его спасению. Она бы могла молчать, потому что, по сути, её роль — это просто помощь силой, но она ещё предлагает стратегию. — Не стоит ссориться раньше времени, — успокоил всех Джеймс. — Джоан, вы защищаете крышу и с неё осматриваете комплекс. Передаёте нам всю информацию и детали, замеченные там. Остальные отряды действуют сами, исходя из сведений. С крышей будьте аккуратнее. Они не должны вас заметить и поднять тревогу… А чтобы не заметили нас, я проведу всех по подземным проходам через старый город. — Ты идёшь с нами? — Марко немного встревожился. — Может, лучше останешься? — Нет, сын. За вами надо следить, — в шутку сказал Джеймс. — Я прослежу за ними, — Джоан улыбнулась. — Тебе стоит остаться в городе… На крайний случай. — Ладно-ладно. Я провожу вас и вернусь. Джоан, не спускай с них глаз. — Буду следить за ними, как ястреб за мышами. — О боже, заткнись, — Марко закатил глаза и отвернулся от рассмеявшихся отца и Джоан.***
После полудня погода в Степи начала ухудшаться. Утром солнце ещё как-то пробивало лучами тонкие серые облака. Ветра не было и термометр показывал плюс десять градусов по Цельсию. Сейчас же на пустошь опустился редкий туман, а облака перестали пропускать свет солнца. Температура стремительно упала до плюс четырёх градусов, но, стоя под сильными потоками ветра, чувствовалось словно было минус четыре. Изо рта вываливался пар, нос и пальцы рук краснели от холодного ветра. Люди, давно жившие в Степи, всё равно ёжились от холода, ожидая остальных солдат. А вот Джоан, её два спутника и отряд сняли куртки и остались в одних водолазках, а кто-то в футболках. Мёрзлые Земли их настолько закалили, что такая погода им то же самое, что и для обычных степных погреться на солнышке весной. Марко и Джо стояли рядом со своими отрядами, парень наблюдал за Ринальди и Пакстоном, которые дымили под козырьком КПП. Джоан заметила это и тоже обернулась к этим двоим. Не заметив ничего интересного, она встала боком к Марко, а периферийным зрением смотрела на него. Он чем-то был недоволен. — Да чё он так пялится-то, — Пакстона напрягал взгляд черноглазого брата Николаса, поэтому он отвернулся. — Как будто я виноват, что Ник меня сам позвал. Пакстон глубоко затянулся, выкуривая сигарету от середины до самого фильтра, кинул окурок в песок и затоптал его. Ринальди наблюдал за резкими и нервными движениями друга, затем уставился на Марко. — Может, о чём-то догадывается… — О чём? Мы пришли как ни в чём не бывало, уселись с ними и выслушали ситуацию. Что меня может так выдать? — Пакстон прошуршал по карманам, ища очередную сигарету. Нашёл её, но уже передумал снова курить. — Пакстон, ты не замечаешь этого, но ты сейчас выглядишь очень нервным. Пока мы разговаривали там, ты просто сидел и грыз губы, а сейчас выкуриваешь третью сигарету за шесть минут. Действительно, что же тебя так выдаёт? — Ринальди всегда был неразговорчив, но при Пакстоне, а особенно при упрёках, он не скупился на слова. — Смахнуть эту всю нервозность на волнение перед вылазкой не получится. Он прекрасно тебя знает. И знает то, что ты закалён в подобных ситуациях. Считай, они у нас каждый день происходят. Возможно, ему плевать, почему ты так нервничаешь, но спускать глаз с тебя он не будет, потому что ты уже ведёшь себя подозрительно для него. Нам повезло, что мы в разных отрядах… Пакстон озлоблено вздохнул. Ринальди взглянул в его напряжённые блестящие глаза. Он и сам волновался, но верил в план Пакстона, хотя он более, чем просто опасный и тупой. — Ты серьёзно готов сыграть свою смерть? Не боишься, что она может стать не наигранной? — Ринальди усмехнулся. — Игра не стоит свеч, Пакс. Мы может избавиться от Марлин и её приспешников другими способами… — Нет, всё распланировано. Я не ошибусь. Она точно узнает, что я якобы умер и тогда отстанет от нас. Точнее, уже просто от тебя, — Пакстон посмотрел в строгие светлые глаза Ринальди, улыбнулся. — Не забудь забрать моё тело до того, как они положат меня в морг. — Ну, если ты будешь реально мёртв — я оставлю тебя там, — Пакстон ткнул друга локтем. — Извини, просто это — абсурд. Ринальди наконец докурил сигарету, забросил её в урну. Пока Пакстон успел выкурить три, он смаковал всего одну. Беловолосый подтолкнул своего друга и оба подошли к остальным номадам. Марко никак не спускал глаз с Пакстона, но мужчину спас приход Джеймса. Черноволосый отвлёкся от цели и подошёл к отцу. Пакстон нашёл взглядом рыжую голову и начал проталкиваться через людей. Ринальди остался один, поэтому он просто смотрел в пасмурное небо, задумавшись о повседневной ерунде, а не о задании. Лидер «Союза» привёл своих крепких солдат, обвёл взглядом остальных номадов и добровольцев. Могло быть и хуже. Они, по крайней мере, умеют стрелять и думать. — Мы вернём завод, — пытался обнадёжить сын. — Не сомневаюсь в наших силах. Просто… За вас волнуюсь. — Папа, и не в таком дерьме плавали. Бартлетт-старший строго взглянул на своего сына. Он не любил, когда его дети так выражались, хотя сам использовал подобные словечки. — Вернёшься — я тебе язык с мылом почищу. Марко лишь усмехнулся и вернулся к своему отряду. Джеймс посмотрел в небо и глубоко вздохнул. Вздох получился судорожным и прерывистым. Он не раз отправлял людей на такие вылазки, но сегодня всё иначе. Сегодня он отправляет детей. Своих детей. Они способные, но против орды сумасшедших рейдеров даже их умения могут подвести. К тому же они идут буквально в неизвестность. Сколько всего врагов, где они расположились, какой у них арсенал и насколько сильный — всё это скрыто для них. Джеймс рассчитывает на отряд Джоан, который пойдёт первым. Всё будет известно от них. Шум голосов начал утихать. Все повернулись к Джеймсу и выжидали указаний. Мужчина обратил внимание на младшего сына, который стоял рядом с Пакстоном. На Марко, который следил за ними. Бартлетт-старший позабыл, почему не отказал сыновьям в помощи с их стороны. — Все собрались? — номады оглянулись друг на друга, редкими перекличками отметились. — Хорошо. Я иду первым. За мной Джоан и её отряд. Затем Марко, Ник, номады и остальные солдаты. Замыкает мой отряд. В подземных ходах придётся идти по одному-два человека, потому что проходы там узкие. Мы сильно растянемся. Прежде чем выходить на территорию комплекса, мы соберёмся и только потом будем действовать. Пока разведотряд будет на крыше, остальные рассредоточатся по периметру. Ходить через здания или под крышами. Ни в коем случае не выходить на открытые пространства. Если невозможно не выйти на него, действовать аккуратно, передвигаться ближе к стенам. Следите за окнами и крышами второстепенных зданий. Они, конечно, неудобны для снайперов, но кто знает этих рейдеров… Внутри комплекса первоначально действуйте тихо, не давите на них. Как только начнётся ответный огонь, можете действовать уже грубо. Будьте осторожны и следите за обстановкой в помещениях. Могут быть баки с бензином или другими взрывоопасными веществами. И им не давайте выстрелить в них. Бандитам их жизни не важны, поэтому они могут действовать даже так радикально, — Джеймс сделал паузу, а затем тихо произнёс давно забытый девиз бывшей армии. — В союзе сила. — В союзе сила, — вторили ему оставшиеся солдаты «Союза». Джеймс слегка улыбнулся, не услышав в голосах своего отряда ни капли тревоги. Мужчина прошёл вперёд, обходя отряды. Открылись ворота в старый город. Перед людьми простиралась пустынная, асфальтированная дорога, покрытая трещинами. Из небольших разломов торчали серые травинки и пожухлые цветы. Вдоль дороги возвышались фонарные столбы с разбитыми лампочками. Впереди дорога разветвлялась на множество узких улочек, которые петляли среди старых домов без окон. В городе нет ни единой высотки. Только двух-четырёхэтажные здания, разрушенные временем и степной природой. Зная, что в городе нет врагов, Джеймс всё равно повёл отряды аккуратно и медленно вдоль дороги, но не рядом с неустойчивыми крышами. Между отрядами дистанция не менее пяти метров, в ширину они старались не растягиваться и шли кучками. Чтобы пройти к подземным проходам, нужно просто идти вперёд до главной площади старого Эоса. Раньше там был огромный фонтан, который скрывал потайной вход в убежище на случай ядерной войны. Само убежище завалено, но ходы все открыты и безопасны. Там от времени ничего не пострадало. Более того, ходы обновляли строители из жилой части Эоса, чтобы ничего не обрушилось. Старые пути стали очень полезными, особенно в такие случаи, когда нужно пройти быстро, безопасно и незаметно. Но сейчас для людей присутствовал единственный минус — это то, что выход из ходов располагался неудобно по отношению к комплексу. Он выходил за зданиями перед главным входом на территорию, где могут быть патрули врагов. Для отряда Джоан — это мелочь, а вот остальным придётся их обходить. Номады, которые первый раз прибыли в этот район Степи, рассматривали каждый уголок старого городка, при этом стараясь не вертеть головой, чтобы не выглядеть, как любопытные дети. Отряды прошли мимо уже десятка переулков, в которых было чище, чем в любом жилом городе. Это касалось мусора, но никак не пыли и песка. Как только поднимался ветер, в глаза летели песчинки, а на открытой дороге проявлялись небольшие завихрения песка и земли. Бо́льшая часть групп вышла на главную площадь, остальные подтягивались сзади. Все расступились вокруг фонтана, окружая его в кольцо. Основание фонтана и борт по кускам разбросаны на площади. В дыре под ним виднелись гладкие ступени, а в конце во мраке огромная дверь с вентилем. Джеймс встал перед спуском и уставился вниз в темноту. Сколько раз он там ходил — никогда не было такой тревоги, как сейчас. Всё ещё наклонив голову к спуску, он поднял взгляд на горизонт, где виднелись трубы комплекса. Из них валил дым. Лидер «Союза» снова начал движение. За ним почти вплотную шли Джоан и Итан. Так же поступили остальные, держа минимальную дистанцию. Итан помог Джеймсу выкрутить вентиль и открыть дверь. Сразу за ней был широкий коридор, где на правой стене расположился электрощит. Бартлетт вскинул лишь один тумблер и направился к сужающемуся проходу. Лампочки поочерёдно включались, освещая стены тусклым белым светом. По всему проходу раздавалось эхо шагов. Если бы сейчас в этом месте были враги, количество людей Джеймса можно было грамотно сократить, окружив и атаковав спереди и сзади. Развернуться им невозможно, поэтому у врага было бы преимущество. От таких мыслей стены начали давить на мужчину. Он даже поспешил вперёд, чтобы сзади ему не дышали в затылок. Дабы отвлечься от давящей атмосферы, Джеймс начал считать. Считать минуты и секунды. От главной площади через подземные ходы до комплекса около тринадцати минут. Пять минут, может меньше, люди будут собираться в группы из-за того, что тут они растянулись в длинную шеренгу. Примерно двадцать минут уйдёт на то, чтобы Джоан добыла какую-либо информацию. Затем остальные рассредоточатся по периметру и пойдут на штурм комплекса с разных сторон. То есть приблизительно через сорок-сорок пять минут начнётся самая жара. — Мало, — прошептал Джеймс. — Что? — идущая сзади Джоан услышала его шёпот. — Ты что-то сказал или у меня уже глюки? — Да. Слышишь призраков, — пошутил Бартлетт-старший. — В этих проходах погребены тысячи жизней, и они с тобой говорят. — А… Вот как. Ну, с ними я не хочу разговаривать, — Джоан нагнала мужчину и пошла рядом с ним, обтираясь рукавом кофты о стену. — А с тобой поговорю. Что ты сказал? — Да я так, про себя считал, сколько времени у нас до полного штурма, — Джеймс увидел вопросительный взгляд девушки. — Сорок пять минут. Этого нам мало, но большего не дано. — Не мало. Чем быстрее, тем лучше. Главное, не спешить там. А то напоремся на проблемы посерьёзнее, чем просто рейдеры. Джеймс обернулся на Джоан. Девушка мельком посмотрела на него с тревогой. Он не понял её слов и не стал спрашивать разъяснений. Возможно, она имела в виду то, что если они будут спешить, то начнётся неразбериха и от несчастного случая их будет отделять всего лишь считанные секунды. Спешка вредит внимательности. Кто-то может не заметить, как какой-то рейдер решит использовать взрывоопасные материалы или даже бомбу. А что ещё хуже — вызвать подмогу. Большая группа людей выбралась наружу во дворы старого города. На улице во всю моросил мелкий дождь, словно его распыляли из пульверизатора. Из-за этого видимость в разы ухудшилась. Между домами плыл туман, а верхушка завода была скрыта за ним. Отряд Джоан уже отправился на территорию завода и сообщил, что перед главными воротами никого нет. Стоят рейдерские машины, напичканные всеми возможными шипами и ловушками. Машины похожи на больших механических дикобразов, чем на средства передвижения. За воротами два корпуса прокатных цехов в длину чуть меньше шестисот метров, стоящих параллельно друг другу. Между ними идёт грунтовая дорога до главного входа в доменный цех. Правее него пристроен литейный завод. Слева территория зданий обслуживания: электростанция, теплостанция, система распределения энергии, компрессорная станция. Также там расположены транспортные подразделения, из которых расходится железная дорога. Сам по себе завод старый, многие механизмы ржавые, но работают лучше, чем новые конструкции. С появлением тумана это место выглядело заброшенным. Но это только казалось. Звуки работающих печей доходили до бывших жилых корпусов, а пар валил из труб, делая видимость ещё хуже. С помощью оперативных имплантов отряд Джоан провёл разведку по каналам связи рейдеров — ничего, что могло бы улучшить осведомлённость Джеймса. Джоан пока не стала сообщать мужчине, что оставила двоих разведчиков на крышах прокатных цехов, чтобы оценивать ситуацию в них. С помощью детекторов движущихся целей они будут следить за телами рейдеров, которые ходят где-то в округе. К счастью, ни в прокатных цехах, ни на территории завода и обслуживающих зданий их нет. Всё их сосредоточение находилось в доменном цеху. На его крыше сгруппировались снайперы, но, судя по их разговорам, они не слишком заняты своей работой. Оставленные разведчики спрятались за массивными трубами так, чтобы они могли, в случае чего, выстрелить и быть незамеченными. Для оружия солдат из Мёрзлых Земель туман — не помеха. В холодном климате, где постоянно идёт вьюга, снегопад или просто висит туман, нельзя выжить с обычным прицелом. Поэтому на оружии установлены прицелы с усиленным тепловизором, детектором движения и механизмами анализа природных препятствий. Сейчас разведка Джоан прекрасно видела засевших в тумане и паре рейдеров. Сама девушка пробиралась по лестницам на крышу, распределив людей из отряда, чтобы они не кучковались на проходах. Группки поднимались тихо и прекрасно слышали громкие разговоры врагов. Перед тем как подняться на крышу, отряд проверил глушители. Осмотрев своих напарников, рыжая вытянула голову и осмотрела территорию крыши. Теперь её солдаты наблюдали только за руками девушки. Правая рука вытянулась вперёд, затем Джоан показала три пальца. Не опуская руку, немного отвела её левее, показала два пальца. Согнула руку в локте и опустила ладонь к земле — два пальца. Левая рука поднялась, вытянулась и застыла на сорок пять градусов от тела Джоан — неуверенно согнулись два пальца. Спустя пять секунд один палец разогнулся. Теперь левая рука тоже согнулась в локте, ладонь напротив груди рыжей, вытянуто два пальца — перед ними два человека. Всего их двенадцать. Джоан перепрыгнула через парапет, скрылась за широким столбом и присела за ним. Выждала, пока залезет Итан и займёт свою позицию. Парень застыл на парапете, рассматривая врагов; девушка дёрнула головой в сторону двух ближайших рейдеров. Итан спустился и оба поплыли через заборы и столбы, выбирая маршрут, чтобы быть незамеченными другими врагами. Один из них начал разворачиваться. Девушка тихо дёрнулась с места, встала на руки и закинула ноги на плечи врага, подтянулась и уже сидела на его шее, сдавливая руками рот. Бесшумно и быстро вынув солдатский нож, рыжая рассекла горло оппонента, и тот вместе с ней повалился на крышу. Джоан не дала ему шумно упасть. Пока он не достиг земли, она спрыгнула с его плеч и подхватила под живот, укладывая за препятствие, где не увидят тело. Итан повторил за своей командиршей, уложив свою жертву с погнутой шеей около его товарища. Джоан услышала шум голосов, словно кто-то говорил в наушнике. Склонилась над телами и задержала дыхание. Голос шёл от мёртвых бандитов. Она нащупала наушник и брезгливо поднесла к своему уху. Последние слова говорившего были: «…почему молчите». Затем его голос потонул в помехах, а за стеной послышался тихий треск пластика. Джоан начала считать — это первый выстрел. Вслушиваясь в лишние звуки работающего завода, она услышала ещё три. Далее четыре. Прежде чем раздался последний выстрел из оружия с глушителем, рейдер начал оглядываться. Его взгляд сначала выражал недопонимание, затем испуг, переходящий в злость. Он поднял руку к рации над левой грудью. Последняя пуля прошла через руку, разбила рацию и застряла под рёбрами. Рейдер скрутился, сжал рану рукой, но кровь не шла, а пуля доставляла дикую и режущую боль. Враг вздрогнул, сгибаясь пополам. Джоан выглянула из-за укрытия и увидела, как упало последнее тело. Он так и не разогнулся. — Джеймс, — вышла на связь Джоан. — Крыша чиста. На остальных зданиях никого нет. Они все собрались в доменном цеху. Похоже, у них начались сборы, и мы вовремя вышли. Задержались бы мы на пару часов и встретили бы их в старом городе. — Хорошо. Какая ситуация в цеху? Джоан вылезла из укрытия, подбежала к стеклянной крыше и уставилась вниз. — Жуткая, — Джеймс кашлянул, услышав комментарий Джоан. — Их много, но, кажется, почти столько же, сколько и нас. Но это я говорю про тех, кого вижу. Мы постараемся провести анализ территории и скинуть вам их количество. После ворот, на литейных зданиях, я оставила по одному снайперу. Пока мы забирались, пятёрка рейдеров вышла на перекур. Не знаю, ушли ли они сейчас, но будьте осторожны. Остальные места свободны, — Джоан обошла стеклянную крышу, прищурилась, навела оптику на открывшееся помещение. — Я не могу сказать точно, сколько и где ходят. Они постоянно бегают туда-сюда, перетаскивают какие-то ящики… Оптика передаёт информацию, что при выходе стоят взрывоопасные вещества. Такие же где-то за доменной печью… Господи, да они вообще о безопасности не пекутся, — девушка на минуту замолчала. — На месте стоят рейдеры на третьих этажах около пожарных выходов. И там, и там по пять человек. Ага, еще двое на втором этаже, на левом выходе. Шестеро следят за работой остальных и стоят спиной к выходу из цеха, по пути к чёрному выходу ещё четверо. Других пока не вижу. Я отправлю вам часть своего отряда, остальные пусть будут следить с крыши. Если что-то изменится — я вышлю сведения. Будьте на связи. — Спасибо, Джоан, — Джеймс отключился от связи с рыжей и повернулся к ожидающим его номадам. — Все слышали? Неутешительная информация… — Как нам действовать? — спросил кто-то из толпы. Джеймс задумался, приложив руку к подбородку, подошёл к углу дома, за которым скрывалась остальная группа штурма и посмотрел на полуоткрытые ворота металлургического завода. — Одновременно действовать не будем, — сказал он, не отходя от угла. — Будем постепенно на них давить. Они сосредоточатся на одной группе, подойдёт вторая с той стороны, где их меньше… Или где нас не ожидают. Затем подключится третья группа и так далее… Было бы ещё лучше, если бы кто-то из вас напал на них со стороны подвала, но до него надо сначала дойти. Это либо не ослаблять огонь и давить на них, либо группе подвала нужно спешить. А лучше всё сразу. Подвал как и был закрыт, так и остаётся таким. Ключ от него — это отпечаток моей руки. В этом ещё проблема… — Пока первые группы выступают, — Ринальди вышел вперёд, чтобы Джеймс видел, с кем он говорит, — мы можем отсканировать вашу руку и перенести её на перчатку другого человека. Это займёт пять-семь минут. Я знаю, сейчас для нас это много, но меньшего предложить не могу. И мы можем зайти с подвала. Мы и ещё шестеро наших, остальные так и останутся штурмовать чёрный выход. Марко посмотрел на вышедшего Ринальди и тот это почувствовал, украдкой взглянул на него. Черноволосый думал, что Рин и Пакстон специально шли сделать что-то против них, но это совсем не так. Скорее, наоборот. Джеймс развернулся и подошёл к Ринальди. — Действуй, пока я заканчиваю, — мужчина вытянул оголённую ладонь, а Рин быстро достал из нагрудного кармана прямоугольный аппарат. — Первая группа: Марко и Николас. Проведите быструю разведку детектором движения, чтобы исключить возможность появления рейдеров перед вами. Если они будут за дверьми, вам придётся лезть через окна. Если их не будет, заходите тихо и никого не атакуете до тех пор, пока вторая группа — мои солдаты — не проберутся по запасным выходам. Вы вместе начнёте по ним стрелять. Фокусируйтесь первое время на их больших скоплениях. Начнут разбегаться — вы тоже не стойте на месте и расходитесь, их из виду не теряйте. Как только третья группа услышит выстрелы — подтягивайтесь. Самая последняя, — Джеймс замолчал, потому что кожу ладони немного защипало. — Последняя группа с чёрного входа отрезает их от путей побега. Будьте начеку. Места много — это хорошо и плохо. Есть места для манёвров и для вас, и для них. Можно не уследить, как кто-то свалит. Старайтесь занять как можно больше территории. И не отходите от своих групп далеко, не мешайтесь с другими группами. Как всё закончится — сообщаете мне. Мой отряд остаётся для разведки территории и устранения отставших бандитов, если такие будут. Ринальди снял аппарат с руки Бартлетт и надел его на гладкую перчатку Пакстона. Аппарат имел два экрана с двух сторон — сканер и так называемый принтер отпечатков. От оборудования послышалось тихое шипение, а перчатка начала дымиться и пахнуть жжённой резиной. — Марко, приступайте, — Джеймс кивнул в сторону главных ворот, но остановил сына, когда его отряд побежал к цели. — Берегите себя. Я буду ждать здесь. Если начнутся проблемы — не медлите и вызывайте меня. Старший и младший сыны кивнули, слегка обнадёживающее улыбнувшись. Оба нагнали убежавший отряд. Джеймс же вернулся к Ринальди и Пакстону, рассматривая интересный и нужный в таких делах аппарат. — Вы всегда с собой носите пару перчаток и сканер для отпечатков? — Всегда. Вот, сейчас же пригодилось, — усмехнулся Пакстон. — Номадам такая штука очень нужна, но не всегда она работает исправно, если это подделка. А настоящие стоят кучу денег. Бывает, подделка сжигает не только перчатку, но и руку. — А у вас что? — Настоящая, — Пакстон смутился и пожал плечами. — Не спрашивайте, откуда, потому что мы сами жалеем, что позаимствовали её…***
— Твои друзья что-то задумали, — Марко обогнал свой отряд, поравнявшись с Николасом. — Во-первых, друг там только Пакстон. Во-вторых, не говори чепухи, — слегка повышенным тоном ответил Ник. — Если и задумали, то не против нас. Они прекрасно знают, что может случиться, если окажется, что они были тут, как волки в стаде овец. Отец их из-под земли достанет… — Это правда, но это не отменяет тот факт, что они будут делать что-то неизвестное нам. Ник просто хмыкнул. Он знал, что Марко параноик. Но иногда старший брат переходил рамки и подозревал тех людей, которые даже не подумают плохого в сторону их семьи. Да, Нику самому показалось, что у Ринальди и Пакстона есть какой-то план. И это явно план не против них. Но они не стали говорить про него перед Джеймсом и остальными, чтобы не устраивать кипиш. Их планы бывают настолько радикальными, что большинство откажется от содействия этим двоим. Отряд Марко и Ника приблизился к главным воротам и скрылся за машинами. Детектор движения обнаруживал только две фигуры разведчиков Джоан, остальное движение, и то в виде лишь силуэтов, так и оставалось в доменном цеху. Ник выглянул во двор и осмотрел дорогу перед ними. — Ну, мы, конечно, по главной дороге не пойдём... — Нет, что ты. Мы сейчас снимем глушители, будем стрелять в воздух и орать, идя по главной дороге, — съязвил Марко, Ник недовольно фыркнул. — Разделимся на четыре части. Две снаружи за прокатными цехами, две через них. Те, кто снаружи, зайдут через окна. Кто через здания — через главный вход. Не забудьте проверить, нет ли за дверьми кого-нибудь. Разделяемся! Оба брата поведут группы снаружи. За Марко выбежали восемь человек, столько же в остальных командах. Черноволосый надел оптику и принялся анализировать территорию. Прокатный цех действительно пуст, причём уже долго. Рейдеры не трогали его, после того как взяли штурмом территорию завода. Дополнительные сооружения также давно не работали. — Странно, что они не задействовали всю территорию завода, — в общую связь проговорил Марко. — Им нужно было где-то просто обосноваться? — Им нужен наш город, Марко, — ответил голос солдата «Союза». — Отнять завод — это половина их затеи. Они отрезали нас от основного источника ресурсов и финансовых доходов, а значит, хотели взять город, перед этим опустошив его. — Ну, а смысл? — не унимался Марко. — Вот ты постучишь к ним в дверку и спросишь, — съязвил теперь Николас. — Я спросил это потому, что его догадка бредовая. Да, город им нужен, но лучше уж брать его полным. Так куш больше. — Ты не понял, — продолжил солдат. — Если наш город был бы полон ресурсов, в особенности вооружением, то мы этих рейдеров за мгновение разнесли бы, не подпустив к городу. Поэтому смысл есть. Марко невнятно согласился. Шестнадцать человек стояли по разные стороны у главного входа, прислонившись спинами к стенам. Остальные, которых вели Николас и Марко, глядели в большие грязные окна. Створки всегда были открыты, даже при их владении заводом. Первая часть у входа начала проникать по двое, рассыпаясь по разным углам. Марко полез после того, как четверо уже скрылись в проёме. Запрыгнув на мостик возле окна, парень включил детектор движения. Уже за стенами впереди него стояло два рейдера, а возле стены затаились два его номада. Чтобы не собирать толпу у окна, черноволосый быстро, не разгибаясь, пробежался по мостику, спрыгнул на каменный пол и скрылся за огромный контейнер. Ему повезло, что сейчас завод наполняют звуки работающей доменной печи и крики работяг. Потому что он спрыгнул слишком шумно. Детектор засёк ещё троих бандитов за колонной перед выходом. За ней прятался один солдат из его отряда, которого двое прикрывали с дверей. Остальные уже разошлись по периметру. Марко видел все тридцать две точки, окружившие переднюю часть рейдеров, включая его и брата. Ник вышел с другой стороны контейнера и помахал Марко в сторону свободного коридора. Братья осторожно двинулись туда, скрываясь в тенях ящиков. Все сделанные до штурма детали теперь пылились в коридорах: станина для станка, насосы для горного комбината, тормозные суппорта, тюбинги. Рейдеры решили подчистить для себя рабочее местечко, либо в дальнейшем сплавить это. Братья ни на минуту не отвлекались от пятерых обнаруженных рейдеров. Но когда они прошли за колонной, их было уже четверо. А один лежал с простреленной шеей. Его союзники закопошились, начали что-то кричать в общий канал связи бандитов. Один из них заметил бегущих братьев, поднял руку. Ник успел вскинуть лазерный пистолет и расщепить часть лица рейдера на мелкие частицы. Но он не убил его. Марко цокнул от недовольства. Он знал, что Ник плохо стреляет, хотя в ближнем бою его брат хорош. Зато этот рейдер вряд ли что-то сможет сказать своим ребятам. Долгое время. Братья остановились в коридоре. Начал нарастать жар, а значит, они приближались к главному помещению, где находилась доменная печь. Впереди по коридору послышались шаги, но радар отмечал союзные точки. И правда, сюда со всех ног неслись два человека Джоан и шестеро солдат из «Союза». Они перемешались. Все солдаты трудно дышали и кашляли, указывали в сторону входа к печи. И Марко двинулся вперёд, как будто не слыша отговорок. Один из солдат отца вышел к парню, но он резко обошёл его и устремился дальше. — Не бежать за мной. Быстро валите отсюда, — прошуршал голос Марко в канале. — Остальные группы, что у вас происходит? Кто выстрелил без приказа? — он отключился от канала. — Твою мать, штурм закончился, не начавшись… — Марко, все наши стояли за стенами. Это не наша группа, — ответил мужчина из команды братьев. — Я не понимаю даже, откуда этот выстрел… Коридоры становились всё жарче и задымлённее. Лёгкие немного обжигало, но Марко шёл дальше, закрывая нос и рот шарфом. Ему нужно встретить группу из подвала. Путь закончился закрытой дверью. Марко раздражённо вздохнул, но не стал отступать. Раз поднята тревога, то нет смысла дальше скрываться. Парень взял пистолет с зарядами плазмы и выстрелил в запирающие механизмы двери. Шум всё равно потонул в ревущих звуках печи. Он неспешно открыл двери, присев на колени, высунул голову из щели. Посредине помещения находилась конструкция огромной доменной печи. Всё её основание покрывали трубы. Она неистово дымила, выпуская густые серые облака дыма. От печи расходились шесть желобов, по которым огненным ручьём тёк расплавленный металл. Марко вышел из-за двери на втором этаже. Внизу копошились рейдеры, завлечённые больше нападением, чем работой. Горновой-рейдер вскидывал руки, отправляя группки людей в разные стороны завода. Все рейдеры были в противогазах. И Марко машинально сильно принюхался. Конечно, их начали травить. В мозгу словно защекотало, затем защипало в районе переносицы. Из глаз потекли слёзы, а взгляд затуманился. Кашель пока не проявлялся. И это не остановило Марко. Он продолжил двигаться вдоль мостика и искать взглядом выход из подвала. Один из люков выходил прямо в это помещение. Отдалённо парень услышал окрики, остановился у ящиков и начал искать источник звука. Горновой заметил его и тыкал пальцем в сторону затаившегося Марко. Трое рейдеров вскинули автоматы, одновременно произвели выстрелы. Парень опешил и споткнулся об свою ногу, но рухнул за ящики, поэтому пули его не достали. Облокотившись на коробки, Марко посмотрел наверх. Через решётки мелькали силуэты его союзников и рейдеров, которые огрызались друг с другом выстрелами. Под потолком дымили трубы. И эти трубы не являлись частью завода. Их установили рейдеры. Как раз из них шёл едкий дым. Мостик немного затрясся и заставил задумавшегося парня прийти в себя. Со стороны вертикальной лестницы к нему бежали трое рейдеров, отправленных горновым. Марко мимолётно глянул вниз — теперь там никого нет. Услышав выстрелы, парень запрятался с другой стороны ящика, взял наизготовку автомат. Сверху затопали и Марко отвлёкся на это, пропустив пулю, прошедшую рядом с предплечьем. Не прицеливаясь, он выстрелил в сторону атакующих. Задел одного, хотя точно не увидел, как прошлась пуля — взгляд стал ещё туманнее. Он видел лишь очертания тел, блики и линии помещения. Один человек точно упал, двое других скрылись за дверьми, из которых вышел Марко. Парень быстро встал и устремился к вертикальной лестнице. — Совсем ничего не видно. Я не понимаю, куда бегу… — подумал он. Горло пробил кашель, заставивший тело содрогнуться и согнуться к полу. Сквозь привкус дыма на языке ощущался вкус крови. Кашель снова вырвался из лёгких. Его невозможно сдержать, а он мешает идти дальше. Склонив голову к груди, Марко краем глаза заметил внизу фигуру и блик от линзы в прицеле. Не думая, парень выстрелил в сторону блеска, испугавшись, что его убьют. Сзади снова бежали двое выживших рейдеров. На голову давил жар, дым и едкие запахи. В ушах застыл шум, всё вокруг ревело и кричало. Но шум, последовавший дальше, стал громче других. Со стороны, куда выстрелил Марко, раздался взрыв. Стены словно разорвало, все стёкла вылетели, в помещение ворвалась пыль, посыпались камни. Парня откинуло к стене. Противоположную Марко часть завода охватило плотным огнём. Черноволосый протёр глаза, чтобы понять, где он находится и куда ему бежать. Взгляд ещё не прояснился, но видел он немного лучше. Сначала ему на глаза попались два затихших тела преследующих его рейдеров. Потом много мёртвых союзных тел вперемешку с множеством тел рейдеров. Выжившие союзники тоже были внизу и стремились уйти из завода. Трупы завалены осколками, камнями. В некоторых людях торчали огромные куски стекла, металла, кого-то залило жидким металлом и тела уже начали растворяться в этом оранжево-красном месиве. Кого-то взрывом насадило на разорвавшиеся трубы. Он медленно на дрожащих ногах встал. В том месте, где произошёл взрыв, Марко заметил подвальный люк. Сердце пропустило удары, из-за этого парню пришлось облокотиться на парапет. Дыхание стало прерывистым. Он почувствовал, что его одолевает паника. Взгляд был расфокусирован, но это не помешало ему увидеть мёртвые тела рядом с люком, двое из которых так и не вылезли с лестницы. Он не видел, кто из них Пакстон и Ринальди. И был рад этому, потому что ему не хотелось смотреть на мёртвые тела напарников.***
Пакстон и Ринальди отделились от своего отряда ещё перед входом в подвал. Обосновали они это тем, что хотят осмотреть периметр, так как по пути сюда увидели кого-то лишнего. Когда их отряд ушёл далеко вниз, оба проникли к печи через окна на втором этаже. В шуме завода они слышали выстрел и Пакстон даже удивился: — Что-то они рано начали в них палить… Наши подвальные не успеют. — Это не они. Пакстон посмотрел на своего напарника. Глаза явно выражали тревогу, но остальные части лица и мышцы старались не двигаться и сохранять спокойное выражение лица. В логове серых крыс завелась белая крыса? Два товарища остановились на мостике. Ринальди смотрел вниз, считая количество рейдеров, которых он успевал замечать. Он также замечал и знакомые лица — кого-то они видели в городах для номадов, кого-то сами ловили, когда были в числе «Зова», с кем-то просто сталкивались в Степи. Рейдеры ничем не примечательны, абсолютно обычны. Захотели наживы и новой базы. И опять ничего у них не вышло. Среди них царила паника и замешательство, как и у союзников. Что те, что эти не понимали, кто произвёл первый выстрел. Верхние этажи заполнились телами «Союза» и людьми Джоан. Внизу никого из них не было видно. Пакстон толкнул беловолосого друга и, не ожидая его, побежал к лестнице, ведущей сразу на четвёртый этаж. Рин устремился за ним, не отставая. Теперь к рёву печи прибавились хлопки выстрелов. Пакстон усмехнулся, осознавая, что всё пошло не так и его «смерть» окажется не такой уж и странной. Сначала он ожидал, что в его кончину вряд ли кто-то сможет поверить, потому что всем известно, что дуракам везёт. А теперь всё пошло даже более, чем по плану. По его плану. По плану смерти. — Иди к Джоан, Рин. Она ждёт тебя на крыше, — Пакстон остановился у выхода на крышу, постукивая по двери по определённому такту. — Когда всё закончится, просто найдите меня. Я отправлю координаты, где остановился… умирать, — дверь открыл солдат рыжей. — Я буду в порядке. Дай мне завершить это дело… Ринальди смотрел в глаза своему другу. Зрачки были очень расширены из-за принятия большого количества обезболивающего и кровоостанавливающего. Пакстон подготовился заранее... — Ты уверен в Джоан? — Рин ухватился за локоть Пакстона дрожащими руками, но мужчина мягко отстранился, уже уходя от своего друга. — Уверен как никогда. Она точно не расплетёт про это. Пакстон даже не попрощался. Он просто убежал дальше, а Рин не захотел смотреть ему вслед и закрыл за собой дверь. Джоан стояла наверху лестницы и смотрела на него не моргающим, серьёзным взглядом, держа в руках винтовку. На крыше слышались одинокие выстрелы. — Побежали из окон, как затравленные тараканы, — зловеще произнесла девушка. — Мы отстреливаем отступающих, чтобы никто не смог выбраться с территории завода, кроме наших. Иди, поможешь. Джоан, не подождав, пока Ринальди поднимется, скинула ему свою винтовку. Парень ловко поймал её, осмотрел. Ему доводилось стрелять из винтовок, сделанных в Мёрзлых Землях, но уже давно. А они очень отличаются от винтовок из Степи и Таммуза. — И что там происходит-то? — спросила Джоан, когда Ринальди поднялся по лестнице и занял свою позицию. Парень уставился в прицел и произвёл первый выстрел. Отдача была слабой, и рука даже не дёрнулась от неё, но целиться сложно. У него до сих пор дрожат руки. — Я не знаю, — в своей манере изрёк Ринальди. — Спроси потом у Марко. — Как будто он мне что-то расскажет. Их отец всё-таки ушёл в город, лучше пусть будет там… Но теперь мне приходится молчать и не отвечать на запросы Джеймса, типа, я тоже в этом кипише, — Ринальди вопросительно посмотрел на неё. — А? А, боюсь сказать что-нибудь лишнее… На губах Джоан показалась язвительная улыбка. Ринальди не злой человек и использует насилие только в самом крайнем случае, но сейчас ему хотелось огреть рыжую голову прикладом винтовки. Пакстон доверился этой рыжей сучке, но Рин — нет. Если она что-то учудит против них, то он лично примет меры против неё. И это будет хуже, чем просто насилие. Джоан увидит, на что способен самый спокойный человек во время бушующего внутри гнева. — Перестань испытывать меня и следи за периметром, — ответил Ринальди, сдерживая злые мысли. — Воу, окей. Молчу, белокожий. Ринальди хмыкнул. Она может пытаться сколько угодно словами задевать его чувства, но вывести из себя сможет только действиями против него или Пакстона. Рыжей наскучила компания Рина, поэтому она ушла на другой конец крыши и занялась полезным делом, а Ринальди продолжил думать про своего друга, не забывая отстреливать убегающих рейдеров. При благоприятных условиях, которые теперь вряд ли получатся, они смогут забрать Пакстона сегодня вечером. В ином случае через два дня, чтобы не вызывать подозрений. Если они не успеют забрать его с завода, придётся искать его в морге Эоса. Главное, чтобы не в крематории. Крыша завода завибрировала, взлетели осколки стекол. Левая стена разошлась по швам. Повалил дым, но уже не из печей, а от огня: чёрный и густой, заволакивающий весь воздух. И только сейчас Ринальди понял, что слышит взрыв и оклики Джоан. Там, где сейчас разрушилась стена, был Пакстон. Рин застыл в немом ужасе, уронив винтовку с крыши. Джоан схватила за плечо окаменевшего Ринальди и с силой потащила вниз. В канал связи, что есть силы, она кричала, чтобы люди отступали. Под рукой мешался Рин, который пытался оторваться от неё и убежать обратно. Она освободила его руку, взяла за шиворот, развернув к себе лицом, и прижала к парапету, свесив его тело с третьего этажа. — Слушай, успокойся! — выкрикнула она. — Мы заберём его, будь он живой или мёртвый. Но сейчас будь пай-мальчиком и убирайся! Нам ни к чему лишние смерти. Если он и мёртв по-настоящему, то твоя гибель будет напрасна, — Ринальди тяжело дышал, у него была паника, но он смог кивнуть. — Вот и славно. Иди вперёд, не оборачивайся. Ринальди ещё раз послушно кивнул. Девушка выпустила его, и он устремился вниз, расталкивая солдат. — Пропустите его, — крикнул Итан. — Ты с ним, как с ребёнком. — А кто он ещё? — Джоан пожала плечами, отвлекаясь на канал связи. — Сбор в старом городе у фонтана. Повторяю, сбор у фонтана. По пути отстреливайте рейдеров, не давайте выйти им за пределы завода. Встретите их в городе — то же самое. Начнут убегать — устроить погоню, пока не устраните их. Сейчас самое важное — это свалить отсюда и сократить их ряды настолько, насколько это возможно. Пока отключаемся от канала связи. Джоан и её отряд спустились на землю и устремились к главному выходу. Рейдеров стало меньше. На улице лежали их тела, песок в округе пропитался кровью. На Пульсе в карте двигались союзные точки. Рыжая машинально облегчённо вздохнула, хотя она не волновалась за чужие отряды. Она посмотрела через плечо на завод, затянутый чёрным дымом и увидела Марко. Он тоже встретился с ней взглядом, но Джоан не остановилась. Она отвернулась и ускорила свой бег.***
В старом городе дополнительная разведка нашла ещё два десятка рейдеров и беспрепятственно их устранила. Завод продолжал дымить, огонь перекинулся на несколько смежных зданий. Дым было видно прямо из Эоса, да и не только оттуда. Скорее всего, вся Степь видела эту черноту. Из семидесяти пяти человек Джеймса осталось всего тридцать три. Остальных либо расстреляли, либо они погибли при взрыве или задохнулись от едкого дыма. Быстрее всех погибли отряды на четвёртых этажах, но и вместе с ними враги. Ядовитый дым из труб быстро заполнил четвёртый этаж, не дав никому выйти. Кто был на стороне взрыва — никто не выжил. Их тела еле-еле отскребали от груды камней и раскуроченных труб. Какие-то тела даже выкинуло на улицу или в раскалённый металл в желобах печи. Это можно было понять по нерастворённым корпусам оружия, выплывшим костям и обрывкам обмундирования. Других нашли рядом. В том числе и тело Пакстона. Николас до сих пор не мог поверить своим глазам. Он сидел над телом и держал холодную руку у себя над сердцем. Сидел смирно, как статуя, и смотрел в обезображенное лицо Пакстона. Правая сторона лица, шея, правая рука и часть бедра обгорели до мяса, вздулись большие волдыри. Часть одежды приклеилась к коже, казалось, её не отдерёшь. Марко сидел напротив Ника, тоже склонив голову и слушая тихое дыхание брата. И всё бы ничего, но это тихое дыхание его настораживало. Он сам недавно успокоился, но сейчас всё равно ему хотелось впасть в истерику. Просто из-за того, что он натворил. И этого пока никто не знал. Иногда он покашливал, утирая слёзы шарфом. Ринальди уселся на камень, который перегораживал дорогу к заводу, спиной к телу друга. Он понимал, что сзади него сидят люди, поэтому сдерживал свои эмоции. Состояние было ничуть не лучше, чем у Марко и Николаса. Его выдавали дрожащие плечи и сбивчивое дыхание. И он никак не мог справиться с мышцами лица — губы дрожали, желваки дёргались; от напряжения вздулись вены на висках. Пакстон хотел правдоподобно умереть, но не так… Без больших ранений, без внимания Ника и Марко, без лишних последствий. Джеймс приказал всем, кто участвовал в штурме и выжил, вернуться к заводу и ждать его там. По возможности вытащить тела погибших, сложив их перед главным входом. Он же с медиками и пожарными добирался до завода через старый город и вот-вот должен подъехать. Послышался скрип ворот, громкие голоса. Джоан и Итан вернулись обратно, но рыжая стала какая-то разъярённая. Итан пытался её останавливать, но напрасно — она бежала быстрее и была настроена что-то сделать. Подойдя к выжившей компании, рыжая остановилась у тела Пакстона. Посмотрела в его застывший здоровый глаз, из-за чего её глаз дёрнулся. Она повернулась к Марко, приоткрыв рот, но смотрела как-то сквозь него. Рука девушки легла на рукоять ножа за спиной. — Что ты наделал? — шёпотом прошипела Джоан. — Придурок, что ты наделал? Почему ты выстрелил в какие-то сраные баки? Ты погубил больше людей, чем эти рейдеры за время штурма! Марко встал, выпрямился, расправив плечи. Младший брат ошарашенно посмотрел на старшего. По его взгляду видно, что он готов даже Марко разорвать шею. Но черноволосый остановил брата взглядом, отрицательно махнул головой. Не успев ничего сказать, Джоан налетела на него с ножом. Марко успел ухватиться за её локоть и отвести нож от горла. Итан взял рыжую за плечи и буквально оторвал её от парня. — Ты что творишь? — выкрикнул Джеймс, вбегая на территорию завода. За ним стояли выжившие солдаты «Союза», врачи и пожарные машины. Двое человек широко открывали ворота, чтобы машина смогла проехать. Джеймс, увидев, что в его сына тычут ножом, кинулся к компании. Джоан грубо оттолкнула Итана, встала от него подальше, испепеляя взглядом Марко. Сам черноволосый спрятал руки в карманы, чтобы никто не видел, как они дрожат. Николас даже не встал, услышав приближение отца. — Господи, да что происходит? Ты не отвечала на вызовы, остальные говорили обрывками, Марко вообще пропал из сети, — Джеймс посмотрел на горящий завод, потом на мёртвые тела. — Боже… Зачем я это вообще сделал… Мужчина присел рядом с младшим сыном, положив руку на его плечо. Он не любил Пакстона. Никогда не любил, но у Ника были противоположные чувства. Поэтому отец не мог ничего поделать, кроме как просто смириться. А сейчас ему страшно и прискорбно смотреть на это мёртвое тело, потому что из-за этого страдает его сын. Джеймс провёл рукой по искажённому лицу Пакстона, закрыв его выживший глаз. Ник тихо захныкал, вжимаясь в руку отца. Сзади подошли солдаты и мужчина, не оборачиваясь, отдал приказ: — Уведите его, — Николас начал сопротивляться и кричать. — Вколите… вколите снотворное… Пожалуйста. Он не угомонится. А теперь вы — оба! Джеймс подождал, когда солдаты уйдут на безопасное расстояние и не будут их слышать. Марко дрожал и кашлял, Джоан всё ещё держалась за нож. Она была похожа на разозлённого быка. Девушка, конечно же, не хотела как-то ранить парня, а рассчитывала просто пригрозить. — Кто это сделал? — Джоан. И её отряд, — уверенно и слишком правдоподобно сказал Марко. — Они выстрелили с крыши. Джеймс посмотрел на девушку, вспоминая её слова в тоннелях. Девушка отрицательно замахала головой, из её глаз полились слёзы. Итан тоже был ошарашен, но больше состоянием Джоан, чем ложью Марко. — Возможно, они так хотели побыстрее избавиться от рейдеров. Кто знает, — продолжал врать черноволосый. — Или этот выстрел был выпущен случайно… — Случайно или нет — вы подорвали мой завод и оставили город без ресурсов. А ты накинулась на моего сына с ножом, — Джеймс говорил тихо, затем обратился к солдатам. — Отдайте им вещи и высадите за городом. Пусть сами ищут попутку в Мёрзлые Земли. — Но, сэр, здесь никого нет, кто бы мог их довести… — Их не волновала судьба людей Эоса, меня не волнует их судьба. Про случившееся я сообщу Палачу. Пусть с вами разбирается. У себя я вас держать не собираюсь. Пошли вон. — Марко, — смогла произнести Джоан, — ты… За что? Черноволосый отвернулся от девушки. На них направили автоматы, показали жест дулом, чтобы те развернулись. Итан первый повернулся спиной и завёл руки, чтобы ему надели наручники. Солдату пришлось самому развернуть Джоан, но она не сопротивлялась. Обоих повели прочь с территории завода. Когда шаги отдалились, старший сын повернулся к отцу. Джеймс смотрел на Пакстона, присев рядом с ним на корточки. Почувствовав взгляд сына, он поднял голову. Глаза так и говорили: «Марко, тебя ждёт разговор». И он знал, что так или иначе он предстоит. Потому что его ложь всплывёт наружу. И неизвестно, всё останется так, как есть, или отец позволит посадить своего же сына в тюрьму. Выстрел был непреднамеренный, но он погубил кучу жизней. За это в Эосе сажают. Навсегда. В горле запершило и Марко закашлялся, отворачиваясь от отца. Всё это время Ринальди просто сидел и слушал, смотря в кровавый песок — рядом с ним лежало тело рейдера. Он слышал, как уводили рыдающего Ника, как Марко наклеветал на Джоан и её отряд. Он даже услышал, как плачет Джоан, которая всегда казалась стойкой, и как Итан пытался её успокоить. Ринальди просто сидел и ждал, когда сможет забрать Пакстона и исчезнуть навсегда из жизней этих людей.***
Минуло две недели, но ни один человек, участвовавший в этом штурме, не отошёл от произошедшего. Много было падений в истории «Союза», но после предательства «Крылатых» они лишь спотыкались о свои же ноги. Ничего ужасного не происходило. До этих пор, пока они не решили отбить завод. Теперь клан снова почувствовал эту скорбь по погибшим напарникам, апатию от того, что они ничего не могли сделать, кроме как просто бежать. Весь город погрузился в депрессию вместе с вернувшимися солдатами. «Союз» с того дня начал увядать чуточку быстрее. Все две недели Джеймс просматривал записи на камерах, чтобы найти виновника первого выстрела. Его разведка патрулировала территорию, иногда находила тела союзников и рейдеров. Рабочие разгребали завалы, чтобы как-то вернуть завод к работе и немного поднять финансы города. Работали пока литейные и прокатные цеха, и то не в полную силу. Записи не повредились, поэтому Бартлетт смог их изучить от начала и до конца. И пожалел о том, что не сделал этого сразу после инцидента. Первое: ни с какой точки, где стояли камеры, не было видно, кто выстрелил вначале. Джеймс просмотрел запись три раза в замедленной съёмке, затем два в обычной. Вызывал на помощь своих солдат, чтобы те просмотрели другие записи. Ни один рейдер не доставал оружие. Такое явление не совсем необычное, но всё же странное. Ещё Джеймс предположил, что стреляли из другого здания через окна. Но окна оставались целыми. И пуля была точно не из винтовки, а из обычного пистолета. Разгребать дальше эту мифическую ситуацию он не стал и продолжил изучать записи. Второе, что кинулось ему в глаза, это действия Марко, Пакстона и Ринальди. Что его сын поскакал, неизвестно куда, отделившись от своего отряда и Николаса, что эти двое оставили своих номадов. Причины он не знал, но мог спросить про них. Только у Марко. Пакстон мёртв, а Ринальди, после того как их отвезли в город, благополучно исчез с телом своего напарника. Джеймс понимал действия Рина и не стал его разыскивать, давая ему остыть. Через месяцок-другой он отыщет его и спросит всё, что ему надо. Третья деталь и самая важная — это Джоан и снова Марко. Джоан никуда с крыши не уходила и занимала позицию снайпера вместе с Рином. Поэтому Джеймс осознал, что не она взорвала баки. Ему сложно будет рассказать об этом Палачу, который очень гневно отреагировал на такие действия девушки. Бартлетту неизвестно, что стало с Джоан, когда она приехала в Мёрзлые Земли. Однако, зная Палача, он может представлять примерно, как горит её задница. Ему стыдно перед Джоан, и теперь он не знает, как извиниться перед ней, потому что их просто вышвырнули посреди Степи, оставив без нормального оружия и одежды. После обнаружения того, что Джоан не причастна ко взрыву, Джеймсом овладело любопытство и он отмотал записи до момента взрыва, пропуская остальную менее важную часть. Увидев, кто это на самом деле сделал, мужчина готов был уничтожить все записи, лишь бы не было улик против того, кто это учинил. Он сжал мышку, напрягся всем телом, тупо смотря на чёрный хвост в углу записи и знакомый шарф. Сердце задребезжало внутри, стремясь выпрыгнуть через горло. Отец просто не мог поверить в то, что сделал сын. Он смотрел на его силуэт и пытался самому себе придумать оправдание, почему Марко так сделал. И не мог. Джеймс отпил воды из стакана, прокашлялся и позвал старшего сына к себе в комнату: — Марко, зайди ко мне, пожалуйста, — в проёме показалась растрёпанная черноволосая голова, затем сын зашёл и прикрыл дверь. — Закрой на замок. Марко выполнил просьбу и встал рядом с креслом отца, тот не поворачивался к нему и смотрел в экран, постукивая пальцем по стакану. Парень проследил за взглядом мужчины и замер. Глаза самопроизвольно расширились, Марко даже отступил на два шага. Его как будто прошибло током и он снова оказался в том месте, в то время. — Папа, я… Я не специально… Я не мог… Боже, — он рухнул на кровать отца, закрывая лицо руками. — Правда, пап, я не знаю, как у меня это вышло. — Тише! Ник услышит. Успокойся и отвечай на вопросы. Эти записи никто, кроме меня, не увидит, — сын кивнул. — Для начала скажи, что на самом деле случилось? Как так оказалось, что ты попал в баки? Марко шумно дышал, не открывая лица. Он пытался забыть это, но его словно преследовали призраки погибших людей, постоянно создавая в мозгу ту сцену. Джеймс взялся за голову сына и поднял её на себя. Марко не заметил злости или какой-то неприязни во взгляде, а лишь сожаление. — Нас начали травить. Я дум-маю, ты это замет-тил, — слегка заикаясь прошептал Марко. — Глаза слезились, зат-тем… всё как в тумане… Как будто я смот-трел через пыльное стекло. Я упал. Кашлял. И смог увид-деть блик от прицела. Кто-то мог меня уб-бить и я наугад выстрелил. Я даже н-не видел, что там были взрывоопас-сные баки… Папа, пожалуйста… Джеймс прижал своего сына к плечу. Парень забился в объятия отца, как в безопасный уголок. Бартлетт-старший, конечно, очень скорбит по погибшим солдатам, но по сыну он скорбел бы хуже. Между двух зол он выбрал, скорее, большее, но не такое ужасное лично для него. К тому же от взрыва погибли не все солдаты «Союза». — Послушай, я не собираюсь как-то тебя наказывать. Но ответь мне на один вопрос… Почему ты подставил Джоан? — Я испугался. Просто испугался. Она накинулась на меня с ножом… А до этого не отвечала тебе, поэтому я был уверен, что ты мне поверишь. Она сама виновата, что поступила так. Это сыграло против неё, — Марко глубоко вздохнул. — Я не могу сказать бóльшего для оправдания себя… Страх. Неприязнь. И обида. Обида за то, что она меня начала обвинять, хотя я сделал это не специально. Дверь тихонечко скрипнула, а за ней стоял дрожащий Николас. Его глаза снова наполнились слезами, лицо побледнело, а взгляд сверлил Марко. Младший сын прошёл в комнату, осторожно ступая по полу. Джеймс напрягся, вставая. Марко тоже встал, прячась за отцом. — Так это был ты. Ты убил его, — просипел рыжий парень. — А за что? — Ник, прошу тебя… Не вини меня в этом. — А как же. «Не вини…», — язвительно спародировал Ник. — А как ты меня винил, не помнишь? Может, я тебе напомню? Ты ненавидел Пакстона. Ладно, я понимаю неприязнь папы, но тебе-то что он сделал? Мы не лезли к тебе. Он пытался сторониться тебя, а ты всё время его в чём-то подозревал. И теперь сделал с ним такое… Неужели это его плата за то время, что он провёл со мной и ни разу не вляпался со мной в неприятности? Этим ты отплатил ему за мою безопасность? Скажу тебе то же, что и ты мне. Только мои слова обоснованы. Ты — убийца. И не одного человека, а нескольких десятков! Джеймс предугадал действия Ника и вскинул руку, зажимая большим и указательным пальцем виски младшего сына. Отец тихо прошептал магические слова на древнем оплонидском, а сын осел на пол. Затем просто упал, словно провалился в сон. Марко понял, что папа усыпил его. Если бы не отец, то, возможно, Марко бы получил по заслугам. Черноволосый в мыслях согласился со словами брата. Он действительно убийца. Но всё-таки кое-что Николас не знал… — Пап? — Марко не отцеплялся от отца, сжимая его футболку. — Да? — Пакстон жив. Я недавно с ним говорил. Он специально со мной связывался, чтобы рассказать об этом. Только… Прошу тебя, не говори Нику, — парень посмотрел на Джеймса и тот просто кивнул, разворачиваясь к сыну. Бартлетт-старший снова обнял Марко и не захотел отпускать. А сын и не был против.***
Анниса и Беатрис с открытыми ртами слушали рассказы Марко и Джоан. За это время оба почти поругались, но Беатрис умудрялась их успокаивать и заставляла говорить дальше. В конце концов, Джоан перестала рассказывать, а Марко с трудом заканчивал. По голосу было ясно, что воспоминания вызывали самые отвратительные эмоции и обеим слушательницам стало не по себе, но их любопытство унялось, когда Марко раскрыл все детали истории. К концу подошёл ещё один участник события — Пакстон. — Обалдеть, Марко, — ошарашено ответила Анниса. — Ты… стольких убил. Прости, но по-другому я не могу сказать. И Пакстон… Вот откуда этот шрам. Да вы оба в этой ситуации повели себя, как кретины! — Я другого ответа и не ожидал от тебя, — в Марко нарастала злость. — Но, Анниса, ты не была там и не смей нас судить. И у нас разные ситуации с ними! — Разные? Ты чё, шутишь? — встряла Джоан. — Ты подставил меня! А он хотел кинуть Ника — одного поля ягоды. — Раз ты здесь, Пакстон, то я хочу узнать: тебя не учили подходить к человеку и говорить, что ты не хочешь больше быть с ним? — обратилась Анниса к Пакстону, но во взгляде мужчины была лишь насмешка. Она его ни капельки не задела. — Я абсолютно не хотел избавиться от отношений. Ты категорически не права, и ты не знаешь многого про детали наших отношений, — умно заговорил Пакстон. — Да, ты ещё не всё знаешь, — многозначительно сказал Марко. — Поверь, О’Нил, у него причины не настолько тупые. Там ещё рассказик на два тома… Анниса взглянула на Пакстона и тот, в подтверждение словам Марко, кивнул, улыбаясь. Странно, что он сидел довольный, хотя ему напомнили о не самых лучших временах, шрамами оставшихся на теле. О’Нил пригляделась к шее мужчины и поняла, почему он доволен. Под ухом краснели россыпи засосов. Анниса ущипнула себя под столом, чтобы подавить желание задать совсем неуместный вопрос: а откуда появились засосы, если с Николасом они поругались? — Джоан. Ты не знала, но мой отец очень хотел перед тобой извиниться. Просто он не знал, как сообщить тебе об этом, потому что ему было стыдно. Я надеюсь, что у него будет возможность лично это сказать, — рыжая похлопала своего черноглазого друга по плечу. В этом жесте выражалось сочувствие. — Пакстон… А ты… Прости меня. Я знаю, что чуть не лишил тебя жизни и оставил шрамы, но про... — Даже не смей, — Марко удивлённо вскинул брови. — Что пялишься? Не смей извиняться. Ты не виноват. Я никогда тебя не винил в этом. Парень, если бы ты не выстрелил в того рейдера, тебя бы убили и твой отец, считай, потерял бы всё. Хрен с вашими солдатами и другими номадами, насрать на завод и мои шрамы. Главное — ты остался жив, и отец не лишился ещё одного близкого человека. А шрамы… Твоему брату они понравятся. Анниса рассмеялась, но сделала это слишком громко, поэтому зажала рот рукой. Беатрис и Джоан тоже не сдержались, а Марко с шутливой угрозой посмотрел на Пакстона. Мужчина пожал плечами, делая вид, что не понимает, в чём дело. — Ты сначала помирись с ним, альфа-самец чёртов.
