Часть 24
30 августа 2021 г., 15:34
Гром и мертвенные вспышки молний перенесли Джесс в её маленькую спальню, где во время грозы Марго начинала рассказывать страшные истории об ужасах и привидениях. Она до сих пор слышит голос с верхнего яруса кровати, — зловещий, рассекающий темноту, голос, усиленный завываниями ветра, шумом дождя и раскатами грома. Марго не умолкала ни на минуту, добавляя к леденящей душу истории всё новые, ещё более страшные подробности, пока Джесс не убегала к матери, успокаиваясь только в её объятиях.
Где же Ридер? Он сказал, что сразу вернётся. Джесс поднялась с дивана и осторожно заглянула в окно.
Не было видно ни души.
Ветер нещадно хлестал по деревьям возле виллы, пригибая кусты и стройные молодые пальмы к земле.
Джесс схватила телефон. Большие девочки иногда плачут, и в такие моменты им тоже нужны мамы. Она набрала телефон матери и услышала первый гудок, когда совсем рядом раздался резкий короткий удар грома, от которого она подпрыгнула.
Как близко ударила молния! Или это был не гром, а выстрел?
Джесс даже не заметила, как уронила телефон. Сердце её колотилось в ритме стаккато.
«Это был гром, идиотка!» — сказала она себе.
Она схватилась за первое, что попалось под руку, вложенный в футляр нож, для разрезания конвертов.
Громкий стук в дверь заставил её вздрогнуть.
— Мисс Джессика. Джесс! Это Дин Эверетт. Впустите меня!
Давно пора. Она посмотрела в дверной глазок и удостоверилась, что это действительно был телохранитель с каштановыми волосами. Джесс с облегчением опустила нож в карман халата.
— Я так беспокоилась, — она взглянула во тьму за его спину. — А где Ридер, Лисса и Рори?
Эверетт пропустил её в комнату и деловито запер дверь.
— Не беспокойтесь о них.
— Но я думала…
Он покачал головой, и капли дождя скатились с его волос.
— Они не скоро вернутся сюда. Но я принёс кое-что от них.
Джесс озадаченно смотрела на него, пока он рылся в кармане своей куртки.
— Это от Лиссы.
Он передал ей изящные стильные часы. Джесс в недоумении смотрела на часы, вспоминая на ком она их видела.
— А это от Рори.
Он достал яркое ожерелье, которое Джесс не могла не узнать.
— А это, — добавил он, протягивая ей залитый кровью шейный платок, — от Ника.
Дин Эверетт не мигая смотрел на неё, и Джесс увидела глаза сумасшедшего. Она оцепенела от ужаса. Она не могла ни кричать, ни шевельнуться. Она с ужасом смотрела то на окровавленный платок в своей руке, то на вполне обыкновенного вида человека с безумным блеском в глазах.
— Что вы с ними сделали? — наконец шепотом спросила она.
— Ника я убил — вот этой штукой, — он вытащил охотничий нож из висевших на поясе ножен. — Так уж получилось. Забыл пистолет на твоей вилле, когда связывал Лиссу.
Джесс проглотила комок в горле, пытаясь сохранить равновесие, потому что пол закачался у неё но ногами.
— А… с Лиссой… всё в порядке?
— Да, она жива и здорова. Вот только Рори потеряла много крови. Но ты не должна о них беспокоиться. С ними агент охраны, — внезапно он издал дурашливый смешок.
— Проблема, правда, в том, что он мёртв… понимаешь? — И он развел руками.
Джесс непроизвольно отступила на два шага.
«Ты безумен!» — едва не закричала она, но вовремя спохватилась. Надо было искать выход из положения, она лихорадочно пыталась что-то придумать.
Что постоянно вдалбливала ей Мира, когда они проигрывали самые немыслимые сценарии? Оставаться спокойной, соглашаться, поддакивать, делать всё, чтобы остаться в живых.
«Но он убил Ридера и агента охраны, а может и Лиссу с Рори», — в панике размышляла Джесс. Она представила себе связанную Лиссу и истекающую кровью Рори. Её охватил ужас.
«Я буду следующей, — подумала она, чувствуя, как её прошибает холодный пот. — Я и мой ребёнок. Боже мой, нет! Надо заставить его говорить».
— Роланд, — она осеклась, увидев как он усмехнулся при этом имени, и нервно провела языком по пересохшим губам. — Почему ты не пройдёшь и не сядешь? Я приготовлю чай, — она сделала шаг в сторону кухни.
— Нет! — Он бросился вперёд и схватив её за плечо, рывком развернул к себе. — Даже не вздумай сделать хоть шаг из этой комнаты, — зло прошипел он сквозь зубы. — Я здесь, и сейчас самое время.
— Я никуда не уйду от тебя, — она старалась больше не называть его по имени, которое было явно взято с потолка.
— Значит ты беременна… — Задумчиво проговорил он. — И ты пыталась это скрыть. Ты правильно боишься. Я начну с него. Ты будешь смотреть, как я вытряхнув его из тебя, насажу на этот нож. Он будет похож на распотрошённую устрицу.
Липкий страх заполнил сердце Джесс. Он знал. Знал даже это. Она почувствовала спазм в горле. Его рука блуждала по её животу. Ей хотелось отодвинуться, но она не могла пошевелиться.
Он резко сел на диван, увлекая её за собой. Одной рукой он обхватил её за плечи, другой играл ножом.
— Ты думала, что я не узнаю. — Он пристально разглядывал её. — Ты вроде других. Ты красивая. Те тоже были красивыми. И тоже боялись. И надеялись. Надеялись, что обманут меня. Что я передумаю. Ты даже не представляешь как убедительно они умоляли, когда я начинал работать с ними… — Он прикрыл глаза, явно вспоминая что-то приятное и улыбнулся своим мыслям. — У тебя никогда не возникало желание уничтожить красоту? Когда ты видишь что-то красивое, как бабочка, не хотела ли ты оторвать её крылья, чтобы она превратилась в уродливого червяка, извивающегося от боли? Втоптать, растереть, сжечь живьём! — с каждой фразой он все больше воодушевлялся. — Видеть как твоя жертва бьётся в судорогах, когда ты уже устал бить её головой о стену? Ты слышала с каким звуком вытекают глаза и хрустит лицевая кость входя в мозг?
Он снова взглянул на неё.
— Не-е-ет… Ты об этом не думала. Ты думала только о себе, тиражируя своё тело на обложках. Но сегодня ты будешь думать только обо мне. И сделаешь всё, что я пожелаю, только из призрачной надежды, что этим ты спасёшь свою жизнь. Правда? — Он тряхнул Джесс так, что её голова дернулась как у тряпичной куклы. — Правда?! — Рявкнул он.
Джесс кивнула, не имея сил выдавить из себя хоть слово.
— Джесс, ты любишь меня? — Внезапно спросил он.
Что? Джесс, даже при всём своём страхе, растерялась. Она ослышалась? Или он издевается над ней. Прежде чем она сообразила, что происходит, он шлепнул её по подбородку, от чего у неё звонко клацнули зубы и она больно прикусила язык.
— Скажи это, Джесс, не упрямься! А то я потеряю терпение.
— Я люблю тебя, — прошептала Джесс.
— Ещё! — Последовал новый тычок.
— Я люблю тебя.
Эверетт расхохотался.
— Какая ты стала сговорчивая. Я знал, что стоит нам побыть немного наедине, как ты сразу захочешь сделать всё, что я тебе прикажу. Так?
Джесс молча кивнула.
— Не слышу! — Удар, последовавший за этим, сбил её с дивана на пол.
— Да! — Выкрикнула она, подбирая под себя ноги и инстинктивно прикрывая рукой живот.
В один прыжок он оказался рядом с ней и, схватив за волосы, задрал её лицо к потолку. Его лицо исказилось от гнева.
Она почувствовала как нож протыкает кожу на горле и по шее потекло что-то горячее.
— Не повышай на меня голос, сука.
От удара ногой у неё что-то взорвалось внутри, обжигая всё тело адской болью. Она закричала. Но от второго удара у неё перехватило дыхание и всё потемнело перед глазами. К горлу подкатила тошнота.
— И не вздумай наблевать тут. — Услышала она как-будто со стороны, теряя сознание.
***
Сидя перед ним на коленях, Джесс потеряла представление о том, сколько времени она пробыла здесь, тупо уставившись на нож. Она не помнила. Время перестало существовать. Эверетт сидел на диване, с интересом разглядывая её. Помощь должна скоро подоспеть, нужно только не злить его. Охрана найдёт Лиссу и остальных и будет выяснять что натворил этот маньяк на других виллах. Внизу живота пульсировала тупая боль. Джесс опустила глаза вниз и ужаснулась. Кровь была везде. И каплями и мазками, а рядом с ней натекла даже небольшая лужица. Ребёнок! Боже мой! Она потеряла ребёнка! Джесс не имела представления, как это бывает, и что она должна была чувствовать, но от увиденного тошнота снова подступила к горлу и её вырвало прямо под ноги своему мучителю. Эверетт брезгливо, отодвинул ноги от лужи. Он о чем-то думал. — Бобби Сью всегда ездила на гастроли по разным городам… Она отдавалась пению всем сердцем. Ты бы слышала как она пела для меня в свой последний день. А Лианна… Она была очаровательна!.. У неё были шёлковые рыжие волосы. Они развевались на солнце, когда она взмахивала ракеткой. Бац! Пятнадцать-ноль! Бац снова! Тридцать-ноль! Она была такая грациозная. Сказать, что я оставил от неё себе на память? Ты слушаешь меня? Джесс кивнула. Эверетт грустно посмотрел на неё. — Ты совсем не понимаешь. Ты просто так говоришь. Никто не понимает. — На его лице появилась хитрая улыбка. — А ты догадываешься как я это делал? «Что делал? Что? Убивал женщин? Ускользал от полиции? Сохранял что-то от своих жертв? Господи, что сохранял? Скальп, сердце, уши? — Мысли метались в голове у Джесс, но мозг отказывался работать. — Да что? Подскажи мне!» — Нет, я не могу себе представить. Ты мне скажешь? — Как ни старалась Джесс, её голос звучал жалко и предательски дрожал. В ней боролись три несовместимые друг с другом желания: бежать, сопротивляться и следовать практическому совету Миры и попытаться заставить его говорить и тянуть время. — Ты стала бояться, Джесс. Ты стала бояться после моего первого письма. — Он самодовольно улыбнулся. — И стала очень предсказуемой. Чтобы защититься, ты вызвала меня и попросила поставить тебе сигнализацию. Они все первым делом просили установить сигнализацию, камеры слежения и я мог наблюдать за вами все двадцать четыре часа в сутки. — Он поиграл ножом. — Мне нравилось смотреть на тебя и представлять что я с тобой сделаю. Ты оставляла свой ежедневник, я знал время и места твоих встреч. У меня были ключи от твоей квартиры и я мог в любое время посетить твой дом. Камеры писали то, что нужно было мне, и уж никак не меня самого. Ну конечно! Как всё просто. Она сама вручила ему ключи. Сначала сигнализация, камеры; он видел как она переодевается, принимает душ, занимается любовью с Марко…а потом и вовсе стал её личным телохранителем. Как же, наверное, он смеялся над её глупостью. — Ты придумал гениально, — медленно произнесла Джесс, вымученно пытаясь улыбнуться. — Да. Наконец-то ты поняла это. — Он поднес лезвие ножа к её лицу, почти касаясь глаза. — А теперь помолчи. — Не надо! — взмолилась она, поняв, что он намерен сделать. — Будь умницей, — хмыкнул Дин и Джесс обожгла волна острой боли.***
Руки и ноги Лиссы онемели, и лишь в запястьях она испытывала боль. Она охрипла от криков, но до сих пор никто не пришёл на призывы о помощи. Неужели он убил всех? Кровь Рори дотекла до ковра и стала впитываться в него. Она так и продолжала лежать неподвижно. За окном стучал дождь, от ветра шевелились занавески. Куда же подевалась охрана? «Хорошо, хоть свет не погасили, — подумала Лисса, чтобы как-то справиться с подступающей паникой. — Я по крайней мере могу видеть, что происходит. А то в темноте воображение сыграло бы со мной злую шутку. Ладно, хватит скулить и жаловаться… Ты прочитала в детстве уйму детективов. Там главный герой всегда находил выход из самого отчаянного положения. Что бы он сделал сейчас? Надо освободиться». Однако одно дело читать и совсем другое — делать. Как Лисса ни извивалась, проклятый пояс не поддавался, затягиваясь только туже. «Я должна доставить Рори в больницу… Должна помочь Джесс. Боже мой, что, если он уже убил её? Может Рори тоже уже мертва, она потеряла столько крови…» В этот момент Лисса с радостью променяла бы свой роскошный пояс на бритвенное лезвие. Пропади он пропадом… этот… проклятущий пояс. Она в изнеможении затихла. С освобождением ничего не получалось, с трудом повернув голову в сторону Рори, Лисса увидела, что лужа крови всё увеличивается. Слезы отчаяния потекли по её щекам. Она подавила в себе приступ малодушия и стала извиваться и дергать ногами ещё более яростно. Внезапно на столике возле дивана зазвонил телефон. Этот звук вселил надежду в душу Лиссы. Может это её единственный шанс. Невероятным усилием она оттолкнулась ногами, не обращая внимания на острую боль в суставах. Три звонка… четыре… Лисса сделала попытку зацепиться за ножку стола. Телефон отключился. Однако от толчка Лиссы, лампа свалилась на пол и разбилась на множество осколков. Лисса выругалась, когда комната погрузилась во тьму.***
Джесс пришла в себя от того, что Эверетт встряхивал её за плечи. Видимо он тряс её уже довольно долго, потому что она уже была не на полу, а лежала на диване. Сознание возвращалась медленно. Сначала она слышала только его ругань, перед глазами была темнота и она испугалась, что он всё же лишил её глаз. Постепенно его лицо и предметы стали проступать из тьмы, проявляясь как на фотографии. Джесс глубоко вздохнула, пытаясь понять что он с ней сделал. Лицо сильно саднило и левая его сторона была абсолютно мокрой. Мысли в голове двигались медленно, словно пробивая себе дорогу в вязком киселе. — Мне надо сходить в туалет. — Голос прозвучал слабо и дрожал. Эверетт посмотрел на неё с подозрением. — Я тебе не верю. — Я беременна… наверное ещё беременна. Я должна… — она неловко пошевелилась и застонала от боли. — Ты же не хочешь, чтобы я ещё и описалась… Он поколебался, затем кивнул. — Я видел и похуже. Но попробуй. Джесс превозмогая боль села. Перед глазами всё плыло, пол уходил из-под ног, когда она, цепляясь за стену и оставляя за собой кровавый след, стала передвигать своё, ставшее совершенно непослушным, тело. Его взгляд буравил ей спину. Она должна всё это пережить. Она должна сохранить ребёнка. — Постой! Он бросился к туалету. У неё упало сердце, когда он двумя руками вырвал телефонный провод из стены и бросил аппарат в мраморную ванну. Мышцы Джесс были напряжены, чувства обострены до предела. «У него нет ножа. Он положил его на столик возле дивана, когда тряс меня, приводя в чувства.» Он вышел из туалета и остановился перед ней. У Джесс участилось дыхание. — Не закрывай дверь туалета. — Не буду. Она повернулась, стараясь не смотреть на запертую переднюю дверь. Эверетт направился обратно к дивану, напевая себе под нос и улыбаясь. «Сейчас или никогда. Решайся!» Сердце Джесс билось, словно колокол, когда она заставила себя бросить взгляд на дверь позади него. — Не стреляй, Ленни! — закричала она, и в тот момент, когда Эверетт повернул голову, чтобы посмотреть на дверь, она бросилась к закрытой передней двери. Задвижка не поддавалась и Джесс охватил ужас. Она продолжала дёргать ручку, когда Дин настиг её. — Лгунья! Шлюха! Ты такая же как все! — закричал Эверетт, и от ярости у него вздулись вены на шее. С его губ слетала слюна, глаза стали совершенно безумными. — Ты заплатишь за это! Дорого заплатишь! Ты сама виновата! — Его пальцы сомкнулись на её горле железной хваткой. — Всё должно было кончиться не так! Чувствуя звон в ушах и видя белые круги перед глазами, Джесс сунула руку в карман. Только бы у неё хватило сил. Свет мелькнул и погас в её глазах. Она резко ударила его ножом в пах. Крик Дина заглушил раскаты грома. Он отпустил её горло и отпрянул назад, схватившись за конец ножа, торчащего из кровоточащей промежности. Джесс повернулась лицом к двери, но едва она схватилась за ручку, как дверь распахнулась. — Ни с места! Четверо гавайских полицейских с автоматами ворвались в комнату. За ними мелькнуло лицо Лиссы. Беззвучные красные и синие мигалки прорезали темноту за дверью. Полицейские пронеслись мимо неё и Лисса подхватила Джесс на руки. Вдалеке послышались звуки сирены скорой помощи. — Всё в порядке, Джессика… Всё в порядке, — бормотала она, мешая истерический смех со слезами. — Я же говорила тебе, что всё будет в порядке… А если я говорю, это гарантированно, — слёзы градом покатились по её щекам, когда она увидела изуродованное, всё в крови, лицо Джесс. Позади них Дин Эверетт изрыгал ругательства, пока его связывали полицейские. По рации передали: — Подозреваемый ранен. У нас двое убитых, двое раненых. Джесс потянула Лиссу из помещения и запрокинула голову вверх, подставляя лицо под струи проливного дождя. Силы окончательно покинули её и она повалилась на подъездную дорожку. — Мой ребёнок, Лисса! — прошептала Джесс. — Я сделала это… Спаси ребёнка…
