Месяц у новых друзей

– Выходим, народ! – объявил Азгор, заглушив машину. Пассажиры подняли радостный гул. Звук открывающихся и захлопывающихся дверей был долгожданной симфонией, которую каждый из нас хотел услышать после часовой поездки из пункта А в пункт Б. – САНС! НЕУЖЕЛИ МЫ ПРАВДА УВИДИМ МОРЕ?! – все еще не в силах поверить в такое событие, переспрашивал Папс в сотый раз. – Конечно, Папирус, ради чего же мы проделали столь длинный путь? – ответила я ему в сотый раз. Высокий скелет восторженно затопал ногами, разбрызгивая острый песок и глину. Я зажмурилась, защищаясь и приберегая свое зрение для захватывающего погружения в воду. Как вы могли такое подумать, что мы не провели хоть один день лета на море? Даже для меня это сущее преступление, а для Морфа – тем более. – Фу-фу-фух! – гордо осматриваясь по сторонам, пыхтела Андайн. – НУ НАКОНЕЦ! Я думала, что это жара прикончит меня! НО теперь я надеру ей зад! – Андайн, – осуждающе проговорила Ториэль, сделав серьезный вид, – поаккуратнее с выражениями. Здесь дети. – А, да! – воительница неловко улыбнулась, потерев затылок. – Прошу прощения, Ваше Величество. КХМ! Папирус, а ну давай на перегонки! Кто последний добежит, тот полный лу- Но не успела пиранья договорить, как радостный и предвкушающий Папирус как сущий мотоцикл с ревом сорвался с места, подняв ураган песка и пыли. Я услышала, как вдалеке он кричал, что завоюет весь берег быстрее воительницы. Андайн гаркнула и умчалась следом за ним, вопя свойственные ее натуре слова. – А-андайн! – взвизгнула Альфис, неуклюже выскочив из машины. Едва не упав на землю, она отряхнула с себя песок, который успел налипнуть на ее кожу и синий купальник. Она побежала следом за ней, утопая ногами в песке. – П-подожди меня!! Как вы поняли, остались только самые спокойные, взрослые и ленивые кости. Фриск, надев рюкзак на плечи и взяв в руки новенький белый мяч, давно направил стопы в сторону моря. А я помогала с разгрузкой машины. Удивительно, что в нее все поместилось. – Луна, возьми, пожалуйста, – попросила мама-коза, подавая пляжный зонт, увесистую корзину со всем необходимым и заодно надевая на меня свою белую широкополую шляпу. – Вот так. Не тяжело? – Совсем нет, – мотнула я головой, пытаясь поднять шляпу чуть выше уровня глаз. Она заслонила весь обзор, заставив почувствовать себя слепым котенком. – Вам еще чем-то помочь? – Мы справимся, мое дитя, – успокоила меня Ториэль в фиолетовом закрытом купальнике, беря горшок с Азриэлем в руки. На нем были солнцезащитные очки, которые скрывали немного хмурое выражение лица. К сожалению, из-за того, что он находился в теле цветка, принц не мог полностью разделять восторг от поездки и ее конечный результат. Азгор закрыл багажник, ознаменовав, что выгрузка прошла успешно, и взял на себя «большую ответственность» – провиант. – Поспевай за другими, Луна, – выговорил Азгор, смахивая испарину на лбу. На нем были забавная гавайская рубашка розового цвета и фиолетовые шорты. – Мы вас догоним. Я усмехнулась и поспешила оставить их наедине. Азгор изо дня в день становился увереннее и терпимее по отношению к Ториэль. Очень сложно завоевать доверие, особенно когда первая попытка не увенчалась успехом. Мы приехали на недавно открывшийся пляж для монстров где-то в районе девяти часов утра, чтобы первыми занять хорошие места. Обычные пляжи, где купались люди, были закрыты для нас по понятным причинам. Несмотря на это, Азгор нашел выход в сложившейся ситуации, и пляж поделили для монстров и людей. Я немного неуклюжим шагом засеменила за умчавшимися Папирусом, Андайн, Альфис и Фриск, зажав под мышкой зонт и неся тяжелую корзину в другой руке. Она при каждом шаге больно билась об ногу, добавляя новое испытание по дороге к морю. До него было около трех минут ходьбы, однако под солнцем эти минуты превратились в часы. Голубая полоска, которая почти сливалась с небом, добавляла сил и темпа. Белый раскаленный песок засыпался в сланцы, обжигая ступни. Хотелось поскорее бросить все и с разгона нырнуть в прохладную, шипящую соленую воду. Я так скучала по морю, на самом деле. – Не тяжело? – неожиданно спросил Санс, материализовавшись из воздуха. Я чуть не оступилась и упала в зыбучий песок. – По правде говоря, мне бы не помешала твоя помощь, – без шуток призналась я. Санс на удивление не отМОРОЗился, как это часто бывало в Сноудине, когда Папс пытался дать ему хоть какую-то работу, лишь бы не ленился. Он взял у меня корзину и с невероятной легкостью понес. – Видно, загонял тебя Папс, что сил не осталось на такие вещи. Приходится мне использовать свой резерв во благо человечества, – улыбнулся старший скелет. Я внимательно присмотрелась к нему. Несмотря на то, что он надел солнцезащитные очки (дужки которых были приклеены скотчем к его черепу), я увидела сквозь стекло свечение в левой глазнице, а потом взглянула на его светящуюся синим кисть, которая сжимала ручку корзины. – Снова волшебные штучки? – улыбнулась я. – Волшебники никогда не раскрывают своих тайн, – вернув мне мою улыбку, повторил свою фразу Санс, некогда сказанную в Сноудине. – Но мы же товарищи по цеху. – Тем более, – еще шире улыбнулся он. Я рассмеялась. – Ты точно не жалеешь, что отказалась от покупки купальника? Я понимаю твою… – Санс пытался подобрать слово, чтобы не задеть меня. – Позицию. Однако тебе нечего стесняться. Ты не одна такая. По крайней мере, с тобой еще два скелета в одной лодке. – Не считая Надоедливого Пса, – добавила я со смехом и, приняв серьезный тон, попросила. – Не принимайте мои загоны близко к ДУШЕ, пожалуйста. Мне нужно время, чтобы принять свое тело и в кои-то веки привести его в порядок. Оно очень сильно изменилось за последние пять лет. – Да, конечно, – кивнул Санс. – Я понимаю. – Спасибо. Да, вы не видели трагикомедию, которая развернулась вчера в магазине одежды. Я забыла, каково это, когда группа монстров пытается уломать купить какую-то вещь, например обычный купальник. Больше всех настаивала Ториэль, но Азгор вовремя остановил ее от скандала, который подорвал бы наши отношения. Мне было стыдно за это, но комплекс был сильнее. Такое у меня случалось с родителями поначалу, но потом они частично смирились. Мама с папой больше не давили этим, так как это только усугубило ситуацию. Также, я забыла, каково носить открытую одежду, а не вечные толстовки, рубашки и кофты. Из-за глубокой депрессии у меня начал стремительно падать вес. Я превратилась из девушки с более-менее спортивным, но все так же худощавым телосложением в иссушенное существо, которое каким-то образом оставалось живым. С этого и начались комплексы и серьезные проблемы со здоровьем. Первое я скрывала за одеждой, а второе по сей день пытается прийти в норму с помощью горы медикаментов и практик с психиатром. Когда мы добрались до нужного места, то я едва сдержала порыв бросить все вещи к черту и нырнуть в шипучую соленую воду, чтобы наконец смыть пыль и последствия этого тяжелого года. Мне всегда казалось, что море забирало все плохое и уносило далеко-далеко за горизонт, а когда начинались сезоны штормов, весь негатив оно перебалтывало и мешало в волнах и потом бросало в скалы, разбивая на тысячи песчинок. Установив зонт и расстелив покрывало, я оставила широкополую шляпу, а Санс, облегченно выдохнув, поставил корзину рядом со всем остальным. – Ты заставила меня изрядно ПОПОТЕТЬ, малая, – выдал он, стирая капли со лба. – Спасибо за твою помощь, Санс, – поблагодарила я его. – Ты точно сейчас заслужил отдых. – Конечно, теперь мне придется восстанавливать свою энергию. Вымотала ты меня, – он ехидно улыбнулся и, не проронив ни слова, упал на расстеленное одноместное покрывало и моментально провалился в сон. Иногда я завидовала ему, так как мне было намного сложнее провернуть данный трюк. – ЛУНАААААА!!! – я от неожиданности дернулась, когда услышала два орущих голоса. Это были Папирус и Андайн, которые доброжелательно звали присоединиться к ним. Сняв сланцы и оставив рядом с покрывалом, я подошла к ребятам и сразу поняла, что они затеяли. – Давай поиграем в волейбол! – пригласила Андайн, широко улыбаясь. – Я думаю, нам стоит хорошенько разогреться перед тем как идти в заплыв! – ДААА! ДАВАЙТЕ!! – поддержал Папирус и тут же сделал задумчивую мину. – А ЧТО ТАКОЕ ВОЛЕЙБОЛ? – Это игра, когда ты отбиваешь мяч руками, Папирус, – объясняла я. – Тебе нужно перекидывать мяч через эту сетку на поле соперника, и, если мяч коснется пола, то тебе начисляется балл. – ВАУШКИ!! – заулыбался Папирус, сияя. – А МНЕ ЭТО НРАВИТСЯ!! В отличие от восторженных Андайн и Папируса, Фриск и Альфис выглядели не очень радостными. Мой юный друг жестами показывал, чтобы я не участвовала в данном виде спорта, но настояла на своем. Я предполагала, что мы просто покидаем мяч и, поняв, что мы не такие профи в этом деле, оставим это. Однако вы же знаете Андайн и Папса. Они поодиночке взрывоопасны, а если будут вдвоем, это та еще термоядерная сила. – Делимся на команды! – скомандовала пиранья. Альфис взволнованно подскочила к ней, трясясь от тревоги. – А-андайн, а м-м-может п-пойдем посидим у моря и… и… Поболтаем? – жутко заикаясь, робко предложила Альфис. – Конечно, Альфис! – лучезарно улыбнувшись, согласилась Андайн. Альфис просияла, когда услышала радостную новость, но последовало продолжение ответа, которое стерло облегчение с ее лица. – Но только после игры! Альфис закрыла лицо руками. Я неловко улыбнулась, понимая ее чувства. Из меня был игрок такой себе, но ради веселья хотела поучаствовать во всем этом. Главное выжить, а все остальное – ерунда! – Я буду с тобой, Папирус, – сказала я, становясь рядом со скелетом. Папирус заумилялся, что вокруг него начали летать звездочки. – ЭТО ТАК МИЛО С ТВОЕЙ СТОРОНЫ! ЭТО ПОДНИМАЕТ НАШ ПОКАЗАТЕЛЬ ДРУЖБЫ!! – провозгласил он, но обратил внимание на Фриск, который усаживался на высокий стул. – ФРИСК, А ТЫ??? «А я буду следить за тем, чтобы вы честно играли и буду считать очки, – выкрутился он, жестикулируя одной рукой. В другой он пытался удержать белый волейбольный мяч, который ему подарили совсем недавно. Папирус выглядел немного расстроенным, но эта грусть пропала, как только Фриск произнес. – Итак, я сейчас немного расскажу о правилах игры». – Давай только быстро, иначе я тут изжарюсь скоро! – поторопила Андайн, махая на себя ладонями. Несмотря на то, что она была в ярко-желтом открытом купальнике, ей все так же было нестерпимо жарко. – Я решительно настроена одержать победу над этой кучкой лузеров!! – ЭЙ!! – возмущенно крикнул Папирус, недовольно топнув ногой. На благо, песок выдержал на себе этот удар. – ЭТО МЫ ЕЩЕ ПОСМОТРИМ, КТО ИЗ ВАС НЕУДАЧНИК!!! «В первую очередь отбиваем мяч ТОЛЬКО руками и никакими другими частями тела! Бьем НЕ В ПОЛНУЮ силу, – начал с самого важного Фриск, за что я и Альфис были ему ОЧЕНЬ благодарны. – Это относится перво-наперво к Андайн и Папирусу. Пощадите своих товарищей и сам мяч. Также не допускается физический контакт между соперниками. И последнее: если мяч попал за предел площади волейбольного поля, то соперник получает дополнительное очко. Это называют аутом. Правила ясны?» – ДА! – выкрикнули скелет и пиранья. Я, Альфис и Фриск мысленно понадеялись, что каждый из нас постарается выжить на поле боя. «На счет три я бросаю мяч и тот, кто успеет до него добежать, первым начинает вести! Раз!» Папирус и Андайн начали яростно разминаться, будто собирались пробежать целый марафон. Я и Альфис с опаской посмотрели друг на друга, а потом на наших товарищей по игре. Треск костей Папируса и фирменное «фу-фу-фух!» Андайн заставили задуматься о принятом решении. «Два!» Они встали в стойку, готовясь рвануть с места. Я мысленно помолилась богу кетчупа за упокой своей души, если вдруг окажусь засыпанной песком. Альфис тряслась как осиновый лист, не зная, куда спрятаться (если бы был поблизости мусорный бак, то это в разы облегчило все страдания). Мы все затаили дыхание. «ТРИ!!!» – долгожданный мяч выпрыгнул из руки Фриск. Он описал красивый полет вверх, а потом легко устремился на землю. Я заслонила лицо ладонью, ожидая, что в меня полетят тысячи крупиц раскаленного песка, но мои глаза уловили следующее. Папирус прыгнул в высоту и, подняв руку в перчатке, коснулся мяча, да так, что сжался, а потом устремился прямо на поле противника. Но реакция воительницы не подвела: она подскочила в нужное место, присела и, вытянув руки, отбила с нижней подачи. Мяч полетел в сторону Альфис. Она завизжала и наотмашь ударила по мячу, лишь бы избавиться от такой страшной судьбы: быть прибитой мячом. Несмотря на то, что мяч был отбит неудачно, Андайн снова выручила мгновенная реакция: она упала на песок и кончиками пальцев перекинула мяч на нашу сторону. Я осталась стоять на месте, видя, как Папирус мгновенно среагировал на подачу. Он передал мяч мне, я поступила точно так же. Скелет снова повторил тактику, но прибавив немного силы. Мяч вознесся в воздух, собираясь улететь далеко-далеко за грань поля. Андайн не растерялась в сложившейся ситуации: она начала быстро пятиться назад и, подпрыгнув в удачный момент, передала мяч Альфис. Ученая в свою очередь запаниковала и закрыла голову руками, защищаясь от летящего снаряда. Ей повезло: он просвистел в полуметре от нее. Мяч коснулся земли, первый раунд был окончен. «Балл зарабатывает команда Папируса и Луны», – объявил Фриск. Папирус радостно вознес руки к небу, ликуя. Андайн мило улыбнулась, скрывая свое недовольство. – Ничего страшного, у нас еще все впереди, – заметила Андайн, намекая, что она еще возьмет свое. Моя ДУША начала переживать на наши жизни. – Альфис, не бойся! Я стараюсь бить с ОСОБОЙ осторожностью! – Я-я не понимаю, как вы это д-делаете!! – покраснев от стыда, выпалила она. – Смотри на меня и повторяй, – ободрила пиранья, улыбнувшись. Андайн подняла с песка мяч и, обдув его от крупиц, кончиками пальцев передала пас Альфис. Та неловко отбила рукой. Мяч приземлился обратно на пол. Воительница терпеливо начала объяснять стратегию подач, заодно показывая на себе. Спустя целых пять минут ученая все же смогла уловить суть. – Просто переводи подачу мне, – подчеркнула Андайн, на что Альфис быстро закивала. Кто бы что бы ни говорил, но это было мило, когда воительница с особой заботой помогла своей возлюбленной. На моем лице появилась теплая улыбка при виде всего этого. Андайн начала игру. Альфис немного неуверенно, но с осторожностью отбила мяч так, как ее научили. Пиранья приняла снаряд и заволейболила его к нам. Я тут же среагировала. – Я! – и первая побежала к мячу, ставя нижнюю подачу. Отбив его, я отступила, давая Папсу нанести удар. Он повторил мою тактику, вернув мяч обратно ко мне. Я отправила его обратно на ту сторону, особо не рассчитывая, что заработаю еще один балл. Таким темпом мы играли первые две минуты, пока на физиономиях Андайн и Папируса не появились скука и нетерпение. Первым протестантом была конечно же пиранья. Я чувствовала, как на нее влияла жара. Мой желудок утробно зарычал, почуяв вкусный запах суши. – Я больше так не могу! – срываясь воскликнула она. Ее рука жестко ударила по мячу, что тот звонко отозвался на ее контакт с ним. Обидевшись, снаряд стремительно полетел на наше поле и закопался в песок. Я подумала, что у Папируса глаза из орбит повылезают. – ХА! НУ НАКОНЕЦ-ТО!! – ЛУНА!! – в свою очередь завопил Папс, вытаращившись на меня. – КАК ТАК?!?! – Я думала, что ты отобьешь! – оправдывалась я, удивленно взирая на него. – Я БЫЛ СЛИШКОМ ЗАНЯТ!! – начал в свою очередь искать объяснение за свою оплошность скелет. – И чем же? – ПРОВЕРЯЛ ТВОЮ ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ! – выпятив грудь, выговорил он. – ЧТО Ж! Я УБЕДИЛСЯ, ЧТО БЕЗ МЕНЯ ТУТ ВСЕ БЫЛО БЫ ПЛАЧЕВНО! ОТНЫНЕ Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ВСЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ БЕРУ НА СЕБЯ! Сделав такое заявление, он вытащил мяч и звонко ударил по нему, отправив его в сторону Андайн. Та не ожидала резкого старта и пропустила удар. Мяч снова закопался в песок, прячась от суперски сильных ударов по нему. Фриск объявил аут. – О-о-о, неужели? – загоготала Андайн, вытаскивая снаряд и отбивая его от песка. Ее глаз смотрел на нас кровожадно. – Тогда сейчас я проверю, насколько ты готов выдержать мой натиск! АРРГХ!! – она с рыком катапультировала мяч, целясь в Папируса. Он не растерялся и с той же силой отбил удар. Мяч полетел по прямой прямо в сетку и со свистом порвал ее, оставив в ней дыру. Он со скоростью ракеты несся на пиранью. Андайн ударила кулаком по снаряду, отправив его назад. Фриск подорвался со стула и начал яростно махать. «Прекратите! – махал он, но его никто не слышал. – Остановитесь, я кому говорю!» – Ребята! – я присоединилась к другу, пытаясь дозваться наших друзей, но те были СЛИШКОМ увлечены игрой. – Остановите игру! – НУ НЕТ! – категорично загоготала Андайн, ударяя по мячу, что мне показалось, что он завыл от боли. Фриск болезненно сморщился, наблюдая эту сцену. – ПОКА я не ОДЕРЖУ победу над этим скелетом, МЫ НЕ ЗАКОНЧИМ!! Альфис, видя, как в ее сторону летел мяч, с писком покинула поле БИТВЫ, кубарем покатившись по песку прямиком в воду. Однако Андайн ловко перехватила мяч и зафутболила обратно к Папсу, который материализовал кость и, как битой, отбил его. Я решила в сию же секунду подобру-поздорову уйти, чтобы не быть убитой мячом во время летних каникул. Зловещий звон мяча и треск рвущейся сетки загонял ДУШУ в ловушку паники. Я выскочила из поля и обернувшись, махнула Фриск, чтобы тот уходил. Он с особой осторожностью спускался с лестницы, но, оказавшись на земле, беззащитно посмотрел на меня. «Я боюсь!» – Держись, я иду к тебе! – крикнула я и, рискуя своей головой, стремглав понеслась к Фриск, выставив перед собой ладонь с кольцом в надежде, что это как-то поможет защититься от внезапной атаки. Я схватила друга за руку и, прикрыв собой, повела к нашему лагерю, где лежал спящий Санс. В нескольких метрах от него были Азгор и Ториэль, которые шли довольно в быстром темпе. Было видно, что королева в обиде на своего бывшего мужа. Ох… «Луна!!» – крикнул Фриск, привлекая мое внимание. Я обернулась назад и увидела, как прямо в мою голову со свирепым свистом летел мяч. Андайн и Папирус в ужасе закричали, поздно осознав ошибку. Меня сковал страх. Я не успела среагировать и приготовилась к самому страшному. Мои глаза зажмурились настолько, что у меня начали прыгать черные круги в обзоре. ДУША заставила тело забиться в дрожи, так как сама была напугана до чертиков. Я замерла. Но ничего не произошло. Я открыла глаза и увидела, как объятым синим сиянием мяч завис в двух сантиметрах от моего лица. Мое сердце больно забилось в груди, неприятно отдаваясь в голове. От перенапряжения у меня начала кружиться голова. Андайн и Папирус с тревогой подбежали ко мне и начали трясти, пытаясь привести в чувство. – ЛУНА!!! – чуть ли не плакал Папирус. – ЛУНА!! ОТВЕТЬ НАМ ХОТЬ ЧТО-ТО!! – Луна, прости нас! – просила Андайн, тряся на плечи, что моя голова грозилась оторваться от тела и укатиться в ближайшие колючие пляжные кусты. – КЛЯНУСЬ такого больше не повторится!! – ЛУНААА!! – Папирус обнял меня, пытаясь этим привести в сознание. Я наконец взяла себя в руки и немного взволнованно проговорила. – Отпустите, пожалуйста, а то вы меня сейчас укачаете, что я не смогу зайти в воду. Получу морскую болезнь, – добавила я со слабой улыбкой. Голова кружилась после таких экстремальных извинений. Однако эта фраза волшебным образом подействовала на двух монстров, которые вмиг успокоились. Они смотрели на меня извиняющимся взглядом. – ТЫ НЕ В ОБИДЕ НА НАС?? – виновато спросил Папирус. – Я вас прощаю, – Фриск пнул меня в бок. – И Фриск тоже. Только, пожалуйста, больше так не делайте. – Хорошо! – хором ответили Андайн и Папирус, сложив руки в умоляющем жесте. «И следующий раз играем в соответствии правилам!» – добавил мальчик, держа мяч в руках. Меня покоробило, когда вспомнила, с какой силой его дубасили. Бедняга, какие же издевательства он на себе вытерпел, представить страшно. Если бы он мог говорить, то его крики о помощи услышал сам Лангварг. – Мы согласны!! – на одном дыхании выпалили они, кивая. Я и Фриск выдохнули. – Обещаем, такого больше не повторится! – Ну и славно, – я улыбнулась и повернулась с улыбкой к типа спящему скелету. Он преспокойненько лежал на песочке и светился на солнце белым светом. Внезапный крик Альфис обратил наше внимание. Она плавала на поверхности воды и заманчиво махала рукой, приглашая зайти в ласковые объятья волн. – Р-ребят! Вода п-просто супер! – кричала Альфис, плескаясь. – Идите сюда! – Ну что, Папирус? – Андайн загорелась бунтарством. Ее глаз в предвкушении сверкал. – Давай… – А давайте без давайте?! – в панике взвизгнули я и Фриск. Взяв свой голос под контроль, спокойно вымолвила. – Покупайтесь в воде без приключений, пожалуйста. – Ну ла-а-а-дно, – пораженно протянула Андайн, глядя на Папса. – Ну что ж, Папирус, придется самым скучным образом зайти в воду и показать ей, кто главный в океане! – ТАК ЧЕГО ЖЕ МЫ ЖДЕМ?! – спохватился Папирус и, замерев в позе, которая говорила о быстром старте, приготовился к рывку. – ДАВАЙ ПОКАЖЕМ ЕЙ, ЧТО МЫ САМЫЕ КРУТЫЕ!! – Эй, Папс, – на удивление громко позвал Санс младшего брата. – Не советую лезть в таком виде. – ТОЧНО! – Папирус хлопнул себя по лбу. – КАК ЖЕ Я МОГ ЗАБЫТЬ ПРО ОСОБЕННУЮ ОДЕЖДУ ДЛЯ КУПАНИЯ! СЕКУНДОЧКУ! – он ретировался в кусты. Пошуршав в них некоторое время, Папирус с особой гордостью вылетел из них, показывая нам свой прикид. – НУ КАК ВАМ?? На Папирусе были длинные до колен красные шорты, на поясе висел большой прозрачно-голубой круг, а завершающим штрихом стали детские нарукавники. На голове находилась маска для погружения в воду. Мне нравился его пляжный прикид. Я решила поддержать его. – Самое то, – я показала палец вверх. – Теперь ты будешь как РЫБА В ВОДЕ. Ба-дум тсс! – ЛУНА!! – завизжал Папс, топая ногой. – НЕ ПОРТИ ЭТОТ ДЕНЬ УЖАСНЫМИ КАЛАМБУРАМИ!!! – О’кей-о’кей, как скажешь, – примирительно подняла руки я и улыбнулась. – Ну-ка, покажите, на что вы способны! Андайн и Папирус как дети малые понеслись к воде снова на перегонки. Фриск спокойным шагом направился к воде, не желая оказаться в самой гуще событий. Он повернулся ко мне и махнул, зовя за собой. «Я сейчас через пять минут приду», – в голове ответила я ему и направилась к нашему лагерю. Фриск странно посмотрел на меня, но ничего не возразил, лишь попросил. «Возьми мне маску, пожалуйста». «Не вопрос». Я проходила мимо Санса и коснулась его. Он повернул голову в мою сторону. – Хм? – промычал он. – Неужели новая работа? – Спасибо, что поймал мяч, – вновь поблагодарила я его за защиту. Он лениво махнул рукой. – Ну что ты, я же обещал. – Но все равно я благодарна, что ты это сделал. – Конечно, что же ты без меня делала, – улыбнулся Санс и приподнялся. Он посмотрел на ребят, которые плескались в воде, брызгаясь в друг друга. – Кстати, как тебе прикид Папса? – Сам придумал? – предположила я и получила положительный ответ. – Надо же. – Ну, беря во внимание прошлые разы, он часто уходил под воду, – поделился опытом прошлых перезапусков Санс. Мне стало как-то грустно после услышанного, – и приходилось нанимать дайверов, чтобы они смогли его найти. Но, хэй, Папирус установил рекорд – час под водой. Удивительно, правда? – Я бы тоже так хотела, – с легкой улыбкой поделилась я и оставила Санса выбеливать свои КОСТОЧКИ на солнышке. Я увидела Азгора, Азриэля и Ториэль, сидящих на разных концах пляжного пледа. По ним было видно, что они снова поссорились. Азгор слабо улыбнулся, когда заметил мое приближение. – Не жарко, Луна? – заботливо поинтересовался Азгор. Я помотала головой и окинула свой пляжный прикид: черная мужская футболка и короткие шорты в облипку. – Почему ты не купаешься вместе с остальными? – Я хотела достать маску с трубкой, собираюсь понырять немного, – пояснила я и краем глаза посмотрела на Ториэль, которая сидела боком к нам и делала вид, что читает книгу, а Азриэль, сидя в очках и под зонтом, потягивал через трубочку прохладный напиток и наблюдал, как пляж постепенно оживал. Монстры занимали удобные места, разбивали мини-лагеря и заходили в воду, тем самым открывая купальный сезон. Я наклонилась к Азгору и шепотом спросила. – Что произошло? – Небольшое недоразумение, – король монстров неловко улыбнулся. Он раздосадовано оглянулся и кивнул на огромный арбуз, который лежал между ним и королевой. – Я забыл захватить нож для арбуза, а тут нет поблизости лавок, чтобы приобрести. – О боже, сказали бы раньше, – облегченно выдохнула и, нырнув в инвентарь, выудила свой раскладной нож с изображением синего дракона на рукояти. – Вот, держите и не ссорьтесь. – Оу, – глаза Азгора удивленно воззрились на меня. – Не думал, что такие вещи ты носишь… – Мало что в жизни может произойти. Я предпочитаю перестраховаться, чем недостраховаться, – просто сказала я, подошла к одному из рюкзаков, выудила маски и трубку и по-ребячески посмотрела на море. – Ну, я побежала. – Будь осторожна, Луна! – кричала в след мама-коза, когда я понеслась в сторону моря. Тихий прибой манил к себе, касаясь своими бирюзовыми волнами мокрого песка и утаскивая все, что плохо лежало на нем. – В такое время много медуз! – Ага! – только ответила я и по колено залетела в воду. Разгоряченная после игры и сильной жары кожа начала шипеть, как раскаленный меч, который опустили в отработанное масло. Я с блаженством простонала, давая воде принять в свои освежающие объятья. Она окутала прохладной и искрящейся шалью, лаская открытые участки тела. – Как же я скучала, море… Я задержала дыхание и с головой нырнула под воду. Мир вмиг стих, оставшись там, надо мной. Ноги рассекали воды, одна рука сжимала все взятое снаряжение, что немного усложняло продвижение, а вторая гребла, продвигая вперед. Также одежда набралась влаги и превратилась в самый настоящий скафандр, который вроде и защищал, но больше сковывал мои движения. Обзор стал мыльным, но я видела, как песок сверкал сквозь толщу воды, в которую проникали сильные солнечные лучи. Я почувствовала, как стала сливаться с морем. Однако мне пришлось снова вынырнуть в реальный мир, так как в легких начал заканчиваться воздух. Я сделала новый глоток и, поднявшись на ноги, медленно затопала в сторону друзей, все это время дурачившихся в воде. Андайн с фирменным гоготом била по воде, вызывая большие волны, которые накрывали Папса и Фриска с головой. Альфис плавала чуть подальше от них, наслаждаясь комфортной температурой моря. – О-О! – обратила на меня внимание пиранья, хищно улыбнувшись. – Вот ты где! А я все думаю, куда ты запропастилась! – За масками ходила, – я отдала Фриск его маску и нацепила свою и прикрепила сразу же к ней трубку. – Как вам вода? – ПРОСТО ВАУШКИ!!! – восторженно ответил Папирус, крутясь на надувном круге и махая руками от восторга. – Я НЕ МОГУ ПОДОБРАТЬ СЛОВ, ЧТОБЫ ОПИСАТЬ СВОИ ЧУВСТВА, СХОЖИЕ С ТЕМ, КАК МОЮ КОЖУ ЛАСКАЕТ ЭТА СОЛЕНАЯ ВОДА!! НЕ. ВЕРОЯТНО!!! – А я чувствую себя как рыба в воде! – широко улыбнулась Андайн, продемонстрировав набор острых желтых зубов. Я прыснула с каламбура. – Я до сих пор не могу поверить, что ты и Фриск живете в этом мире, имея ВОТ ЭТО!! – восхищалась она, распахнув руки, будто собиралась обнять весь океан. – Вода так охлаждает кожу! – Я с-согласна с Андайн! – прокричала Альфис. – Это лучшее, что может быть! – Ха! Открытый океан – лучшее место жизни для водных обитателей, – заметил знакомый голос. Я увидела большую тень на воде, которая скрыла нас от палящего солнца. Мы все стремительно обернулись. На моем лице засияла улыбка. – Онионсан! – произнесла я, помахав рукой. Рослый пастельно-желтый монстр с чубом, длинными щупальцами, розовым румянцем и большими искрящимися глазами мило и очень приветливо улыбнулся. – О-о-о, ты помнишь мое имя! – начал умиляться он. – Я так рад тебя видеть, ха! Я уже думал, что больше тебя не встречу. – Вы знакомы? – удивилась Андайн. – Мы познакомились в Водопадье, – пояснила я и обратилась к новоприбывшему знакомому. – Рассказывай, как твои дела? Как с кругом общения? – О! О! У меня много чего нового! – вокруг Онионсана поднялись волны, когда он начал подпрыгивать от нетерпения. – После освобождения я и все мои друзья перебрались сюда! Я не говорил этого тебе, но моей мечтой было основать музыкальную группу, которая называется «Red Hot Chibi Peppers»! Хоть я не умею играть на инструментах, я пишу тексты для песен и у нас неплохо получается!! Метаттон здорово вдохновляет нас творить то, что зажигает наши ДУШИ! – Я очень рада за тебя, молодец! – поддержала я его. Друзья одобрительно закивали. – А далеко ты живешь? И вообще, как выглядит твой новый дом? – А! – Онионсан улыбнулся и отплыл немного в бок. – Просто нырни и ты увидишь его! Мы все переглянулись и каждый поочередно начал погружаться под воду. Я тоже решила не отставать от остальных и, надев маску, погрузилась. Оказавшись в непривычной обстановке и сориентировавшись через секунды две, мои глаза округлились от удивления и восхищения. Там, вдалеке, рос огромный рифовый город, формой похожий на замок. Я видела, как он сверкал и переливался, проплывающие монстры отбрасывали своей чешуей блики, зачаровывая. Город очень был похож на замок из «Русалочки». ДУША волнительно забилась в груди, видя сие чудо. – Мы основали город под водой! – гордо заявил Онионсан, сверкая глазами, когда все мы вынырнули. В них сосредоточился весь звездный свод, который поражал своей необычностью. – Большая часть жителей и моих друзей Водопадья жили в озерах, но из-за того, что вода в них начала постепенно уходить, они перебрались в аквариумы! А я остался один… – он погрузился под воду, скрывая грустное лицо, – мы оказались под угрозой вымирания… – Однако через пять секунд он вынырнул, расплескивая воду во все стороны. – Однако теперь это не страшно! Места хватит здесь всем! – ВАУШКИ!!! – восторгался Папирус. – А МЫ МОЖЕМ ПОДПЛЫТЬ ЧУТЬ БЛИЖЕ??? – Конечно! – мгновенно согласился Онионсан и протянул свои щупальца. – Держитесь за них, я вас поведу! – Т-т-только н-не н-ныряйте г-глубоко под в-воду! – заикаясь, предупредила Альфис, когда робко бралась за щупальце. Андайн пристроилась рядом с ней, чтобы помочь в любой момент. – Мы не умеем д-дышать! – Да, Фриск и Альфис не могут дышать под водой, – уточнила я, указывая на друзей. – Пожалуйста, не утопи их. – ХА! Хорошо! – понял нас монстр. – Тогда это будет легкая и быстрая экскурсия над городом! Хоть это не сможет в полной мере передать всю его красоту, но!! Вы будете в восторге! ХА! – и с этими словами он нырнул под воду, потащив нас всех за собой. Я сделала рваных вдох. Шум воды забился в уши. Сотни и тысячи пузырьков застлали взор, но они быстро остались позади. Моя рука нащупала трубку, и она сунула мне ее в рот. Я сделала осторожный вдох. Воздух прошел, не захватив воды. Значит, мы плыли очень близко к кромке воды, что радовало. Только я, Андайн и Папирус могли находиться некоторое время под водой, а вот Фриск и Альфис были в невыгодном положении. Онионсан быстро передвигался под водой. Нашей задачей было удержаться и не соскользнуть с протянутого гладкого щупальца, которое на всякий случай обернулось вокруг нас во избежание потери пассажиров. Мы с каждой секундой приближались к замку и все дальше отдалялись от берега. Песок уходил от нас, под нами появилась приличная глубина. Я видела, как там, в метрах шести и глубже от нас проплывали разноцветные рыбы, необычные монстры, похожие на морскую флору и фауну. Они заинтересованно наблюдали за нашей компанией, но мне не удалось выявить что-то настораживающее в их взглядах. – ХА! Мы почти на месте!! – проголосил под водой Онионсан. Мне с трудом удалось разобрать его слова. Мы все на миг остановились, чтобы немного отдышаться. Все это время Фриск и Альфис находились над нами, им, благо, ничего не угрожало, что несказанно порадовало меня. – Сейчас начнется самая интересная часть!! Три… Я глубоко выдохнула. Два… Я наполнила легкие новым потоком кислорода, ощутив, как по ним прошелся приятный холодок. Один… Всплеск воды – и пред моими глазами предстал мир, полный тайн и чудес. Я видела под собой огромный, разветвившийся коралловый город, в котором кипела жизнь. Дома имели приятный светло-розовый цвет, который переливался то в голубой, то в желтый, то в фиолетовый в зависимости от того, над каким районом мы проносились. Я смогла уловить, как на улицах текла, как река, бурная жизнь подводных жителей: они сновали туда-сюда, выполняя ежедневные обязанности, стайки разноцветных рыб носились у самих пиков домов, сверкая своей яркой чешуей. Я видела что-то крупное, похожее на подводные повозки или машины. Они рядами ехали друг за другом по длинным и сверкающим дорогам, преследуя свои цели на сегодняшний день. В самом центре этого города была колокольня. Когда мы проплывали над ней, мы услышали первые удары в колокол. Силовые волны достигали нас, подбрасывая и немного оглушая. Звон, такой гулкий и грозный, разносился над всем молодым и невероятно сказочным королевством. Онионсан большую часть времени здоровался со своими друзьями с высоты птичьего полета, а мы все не могли вымолвить ни слова от открывшейся красоты. Мне никогда не доводилось видеть такое чудо, которое существовало только здесь и сейчас. Я могла лицезреть его в этом мире, в далеком прошлом, где все было хорошо и беззаботно, в отличие от моего нынешнего, в котором все человечество опустилось на самое глубокое, беспросветное дно и застряло там навсегда. Онионсан развернулся и поплыл обратно на берег. Мы снова увидели прекрасные виды, но с другого ракурса и в новом районе города. Под нами проносились колоритные сады, полные необычных водорослей и всевозможных подводных растений. Садовники трудились среди этой живности не покладая рук. Моя ДУША начала биться быстрее обычного, что начала задыхаться от ее темпа. Я не знала, в чем причина такой перемены, но позже нашелся ответ. На миг я не смогла поверить глазам, когда увидела целое поле роз, переливавшееся всеми цветами радуги. ДУША была готова вылететь из меня через трубку, но мне удалось как-то ее удержать внутри. Как позднее выяснилось, подводные монстры-садоводы сами создали эти розы для будущей выставки. Помимо роз также были воздушные хризантемы, нежные и тонкие лилии, чьи лепестки были похожи на тонкую пленку льда, и ирисы… Я тогда думала, что меня ничем не удивить. Никогда не говори никогда. Прекрасный город, сошедший со страниц диковинной и старой сказки, мерк позади. Я окинула его прощальным взглядом и постаралась запечатлеть его облик в памяти, чтобы хоть что-то светлое и доброе согревало меня и мою ДУШУ. – ХА! – мы вынырнули на поверхность. Я выплюнула трубку и полной грудью вдохнула морской воздух, наслаждаясь его запахом. – Ну вот! Теперь вы знаете, где меня найти! Я всегда буду рад провести с вами время, ха! – Спасибо, Онионсан! – поблагодарили хором мы. Монстр смущенно заулыбался. – Это было невероятное приключение, – произнесла я с искренней улыбкой на устах. – О-О ДА!! – восторгался Папирус. – Я ДО СИХ ПОР НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ЭТО ПРОИСХОДИТ СО МНОЙ!! – О-обычно, когда л-люди так говорят, о-они щипают себя, – заметила Альфис, делясь фактами. – СЕРЬЕЗНО?! ВАУШКИ! – Папс заискрился и попытался себя ущипнуть, но у него это не совсем получилось. – КХМ, ЧТО Ж, РАЗ ЭТО ВСЕ ВЗАПРАВДУ, ТОГДА Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, СПЕШУ ЗАЯВИТЬ, ЧТО МНЕ УДАЛОСЬ ПОКОРИТЬ МОРСКИЕ ПРОСТОРЫ!!! – О ДА! – подтвердила Андайн, обнимая его рукой за шею и чеша кулаком черепушку. Папирус начал вырываться и недовольно ньяхкать, сообщая о дискомфорте. – Я никогда не чувствовала себя НАСТОЛЬКО живой!! Фух-ху-ху! «А я тут немного поджарился», – сообщил Фриск, стирая со лба капель. – Я думаю, нам бы не помешало немного остыть и, может, просушиться? – предложила я ребятам, как бы намекая, что нам пора на берег. – Ха, ребят! А хотите немного покататься? – внезапно спросил Онионсан, когда услышал мои слова. Он подумал, что я предложила новую игру. – ДА! ДА! – в нетерпении завопил Папс. – П-п-п-постойте!! – запищала Альфис, сопротивляясь. – М-меня начнет тошнить!! – Да ладно, Альфис, мы же не будем так быстро кататься, – широко заулыбалась Андайн. – А меня можно и побыстрее, я только за! – ХА! Хорошо! Тогда приготовьтесь! – закивал Онионсан, принимая все наши претензии и, бережно взяв нас в свои щупальца, он начал плавно качать вверх-вниз. Ноги окунались в воду, а потом барахтались в воздухе. Сначала из нас вырывались смешки и отдельные восклицания, но это было только началом. Онионсан завращался вокруг своей оси, продолжая плавно поднимать и опускать нас. Он постепенно ускорялся, медленно поднимая адреналин в крови. Ноги молотили то воду, то воздух, вокруг нас поднялись волны и сильные брызги. Я слышала сквозь свист ветра панический смех Альфис, а вот радостные и восторженные, почти детские визги Папируса и Андайн были слышны аж на берегу, где сидела королевская семья. Фриск посылал свои реплики прямиком в мое сознание, представляя весь спектр эмоций. ДУША, чувствуя все это, прониклась и пустилась в пляс, танцуя по костям. Я закрыла глаза, легкая улыбка, которая становилась с каждым мгновением все шире, украсила мое лицо. Я позволила своим эмоциям вырваться наружу и, вскинув руки вверх, выпустила восторженный крик.

***

«Как тебе пляж?» – Классный, – ответила я, кивая. – Я рада, что мы поехали на море. «Это не просто море, а настоящий океан», – заметил Фриск, с большим трудом жестикулируя свободной рукой, так как вторая была занята. – Ох, да, – улыбнулась я, щурясь на ярком солнце, – мне никогда не доводилось купаться в открытом океане. Мы сидели на краю покрывала и поедали сочный арбуз, который так и таял во рту. Липкий, но сладкий сок стекал по подбородку, рукам, но это не мешало наслаждаться крупной ягодой и наблюдать, как другие монстры, приехавшие ближе к одиннадцати, заходили в воду и мирно плавали. Детвора носилась по берегу, брызгая водными пистолетами, резвилась на надувных кругах и просто накрывали друг друга морскими волнами, звонко смеясь и крича от дикого восторга. Шум прибоя ласкал слух, тысячи песчинок пересыпались с маленьких барханов и устремлялись к воде, бросаясь в ее широкие объятья. Чистая голубая вода сверкала на лучах солнца, маня присоединиться к ней, стать одним целым. Фриск рассказал, что видел Монстренка. Пока я лежала на покрывале и просыхала после долгого купания, мальчик с ним в то время тусовался, строя замки из песка, а Монстренок, воображая, что он Годзилла, разрушал постройки, грозно рыча и топая лапками. Позже оказалось, что наш друг искал своего кумира, и как только Фриск позвали есть арбуз, продолжил свои поиски. Я только во время трапезы заметила Монстренка, который бегал то тут, то там, часто спотыкаясь и падая в песок. Однако это его не останавливало, он поднимался и вновь мчался навстречу приключениям. Где-то вдалеке, на причале, сидели Андайн и Альфис. Я видела, как они шли туда, держась за ручки и о чем-то беседуя. Это вызвало теплые эмоции, но когда они коснулись еще не затянувшейся трещины внутри груди, я почувствовала сильный, болезненный ожог. Мои глаза зажмурились, сдерживая неприятные слезы. – А Санс будет арбуз? – спросила Ториэль, глядя на крепко спящего скелета. Ему было совершенно все равно на шум, крики, беготню. Его глазницы были закрыты солнцезащитными очками, вечно широкая улыбка покоилась на лице. На нем были его неизменные черные шорты с широкой белой полоской и розовые тапочки – КАК ВИДИТЕ, НЕТ, – обреченно вздохнул Папирус, смотря на старшего брата. – ОН ДАЖЕ В ВОДУ НЕ ЗАХОДИЛ! ЕМУ НАСТОЛЬКО ЛЕНЬ, ЧТО ОН РЕШИЛ СПАТЬ ВЕСЬ ДЕНЬ! – Ну пусть спит, он же никому не мешает, Папирус, – защищала я Санса. – На пляже то и делают, что спят, купаются и едят. – ЕСЛИ БЫ ОН НЕ ДЕЛАЛ ЭТО НА ПОСТОЯННОЙ ОСНОВЕ, Я БЫ ТАК НЕ БЕСПОКОИЛСЯ! – в сердцах сказал Папс. – А ТАК ОН ПОСТОЯННО ЛЕНИТСЯ И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЕТ! С каждым разом слова Папируса настораживали. Я все это время наблюдала за ними, и это дало плоды. Эти все признаки Санса: внешнее безразличие, бездействие в обычное время суток, нежелание чего-либо делать – все это перекликалось с моими признаками, говорящими о затяжной депрессии. Особенно те слова, которые он сказал мне во время БИТВЫ с Азриэлем… я вспомнила себя в прошлом, и внутри стало отвратительно больно. Мне было очень жаль Санса, как и его младшего брата, который пытался помочь ему всеми силами. На душе тяжелел груз, который нежданно-негаданно возвращался в такие моменты. – Дай ему больше поддержки и не дави на него, Папирус, – спокойным голосом посоветовала я. – От этого будет больше прока, чем заставлять что-либо делать. – ХММ, – задумчиво протянул Папирус, потирая подбородок. Его оранжевый плащ гордо хлопал позади него под порывами ветра, который обжигал кожу, как дыхание дракона. После некоторых раздумий высокий скелет кивнул. – ХОРОШО, ЛУНА. Я ПРИСЛУШАЮСЬ К ТВОЕМУ СОВЕТУ. ТЫ ЛУЧШИЙ ДРУГ!! – И ты самый лучший друган, который у меня когда-либо был, – улыбнулась я, но мысленно тяжело вздохнула. Порой были мысли, желание помочь всем, но забывала, что мне нужно для начала решить свои проблемы, чтобы никого не поранить разбитыми осколками своей души. «Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Я понимаю, каково тебе», – выразил свои соболезнования Фриск. «Спасибо, Фриск, – благодарно кивнула я и помолчала некоторое время. Собравшись с мыслями и чувствами, я позволила себе немного поделиться о наболевшем. – Знаешь, в последнее время – а именно этот год – меня никогда не отпускало желание исправить то, что случилось в моей жизни. Это желание рвало на куски, распространяя такую невыносимую боль, что я желала больше никогда не испытывать чувств. Провалиться в глубокий беспамятный сон, чтобы просто забыть то событие, которое наложило сильный отпечаток на мою память. Многие скажут, что это так глупо принимать близко к сердцу это, что у меня еще вся жизнь впереди, но для меня – это огромная потеря. Словно от тебя оторвали вторую половину и закопали на глубину шести футов, навсегда лишив шанса воссоединиться». «Тебе нужно через это пройти, – подбадривал Фриск. – Помни, что у тебя есть мы. Мы тебя не оставим одну. Просто будь, пожалуйста». «Я попытаюсь, – ответила я и положила уже съеденный ломтик арбуза в пакет к остальным объедкам. – Я также переживаю за Санса. У него… такое же состояние, как у меня. Просто… мне страшно, что это с ним будет надолго». «Я присмотрю за ним, если тебе придется нас оставить на какое-то время». «Пожалуйста, помоги ему. Не советую оставлять его одного надолго. По себе знаю». По коже прошелся мороз от ужасных воспоминаний. У меня начала чесаться шея, словно ее обвила колючая веревка. «Пообещай, что ты не оставишь нас. Мы успели полюбить тебя». Я слабо улыбнулась, но кивнула, чувствуя, как на душе стало горько. «Как бы то ни было, надежда умирает последней, – как-то рассеянно произнесла я и тряхнула головой, пытаясь вернуть свое здравомыслие. – Прости, что тебе пришлось это все выслушать». «Не извиняйся за это, – он понимающе положил ладонь на мое плечо и приобнял. – Нам всем иногда нужно выговориться. Тебе стало легче после этого?» «Да». Фриск повернулся к все еще спящему Сансу и взглянул на меня. По его лицу можно было прочесть хитрый замысел. Улыбка выдала мальчика. «Ты со мной?» Я недолго думая кивнула, заразившись от него улыбкой. Мне нужно было переключить свое внимание на что-то, чтобы не думать о тех вещах, которые часто сидели в моей голове.

***

Мы старались сдержать смех, пока приводили наш коварный план в действие. Наши руки плотно утрамбовывали почти сухой песок, формируя аккуратный холмик. Фриск заделывал все щели, которые попадались ему в поле зрения (как бы странно это ни звучало, учитывая, что он постоянно ходил с закрытыми глазами), я же делала последний штрих. – Вы те еще задницы, – прыснул принц, снизив тон настолько, чтобы его не услышала родная мама, которая была занята совершенно другим делом. Она собирала пляжные вещи обратно в корзину, пакеты. Все начали собираться домой, так как на пляже стояла ужасная жара. – Вы это знали? – Конечно, – я ехидно улыбнулась. – Скоро и до тебя очередь дойдет, не переживай. Фриск, не выдержав, беззвучно засмеялся. Азриэль закатил глаза и демонстративно отвернулся, сделав вид, что его сильно задели эти слова. «Откуда у тебя такая жажда к погребению заживо?» – спросила я Фриск. «У кое-кого очень специфичный юмор, что хочешь не хочешь, но подцепишь», – ответил он, оттряхивая песок с рук и ног. Я тоже встала, закончив выкладывать каламбурное словечко на песчаном холме. «Давай сфоткаемся», – предложила я, доставая из инвентаря свой телефон и открывая на нем камеру. Выбрав функцию селфи, я встала в позу, Фриск последовал моему примеру, скорчив смешную рожицу. Я начала в этот момент смеяться. Однако мне удалось сделать более-менее удачный снимок. Я и Фриск с интересом рассматривали его. Все было супер, пранк засчитан, однако меня напрягло сияние в левой глазнице скелета, запечатленное на фото… – ЭЙ! – Папирус окликнул нас. Он широкими шагами бороздил песчаное море, приближаясь к нам. – МЫ СЕЙЧАС УЕДЕМ БЕЗ ВАС!! ПОТОРАПЛИВАЙТЕСЬ!! – Сейчас-сейчас! – крикнула я в ответ, но Папирус, подойдя к нам, посмотрел за наши спины. – САНС! – недовольно воскликнул Папс, топнув ногой. – ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! – Тестирую новую кровать, – улыбка Санса слегка дернулась. – Правда в ней есть крошки, но это все мелочи, верно, малые? – СААААНС!!! – завопил младший брат, краснея. – НЕ ВАЛЯЙ ДУРАКА!! ПОДНИМАЙ СВОИ ЛЕНИВЫЕ КОСТИ!!! – Упс, я не могу, бро, – сказал скелет, поворачивая голову в нашу сторону. – Я теперь стал песком. Я стала смеяться, но заткнула себя, видя, что Папирус начал злиться. – АГХ! – раздраженно выдохнул высокий скелет. – ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС ПРИКАЗЫВАЕТ ТЕБЕ ПРИНЯТЬ НЕСЫПУЧУЮ ФОРМУ!! – Хорошая попытка, но я рассыплюсь на тысячи песчинок, если возьму такой резкий старт, – каламбурил Санс. Теперь Фриск начал беззвучно смеяться, хватаясь за колени и слаживаясь пополам. – ЛУНА! – взмолился Папирус, указывая на Санса. – СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!! – К сожалению, тут я бессильна. Он будет высыпаться из моих рук, если попытаюсь поднять мистера Песок на ноги. – ААА! ЗАБУДЬ!! – отчаянно закричал Папирус, не в силах вынести этот цирк. Он недовольно потопал обратно к машине, возмущенно потрясая воздух своими восклицаниями. Мы смеялись как ненормальные. Как только я и Фриск успокоились, Санс спокойным тоном изрек. – А теперь, ребятки, раскапывайте меня, иначе у вас будут плохие времена. Фриск вытянулся в струнку и сразу же кинулся доставать археологические находки в лице Санса, когда услышал такую угрозу. Моя ДУША затрещала, грозясь разлететься на осколки от страха. Я почувствовала неприятный холод от его слов и решила не провоцировать скелета. – Да ладно, малые, чего у вас такие лица? – обратился к нас скелет, заметив мрачные физиономии. – Я ж шуткую. «Да что-то не смешно», – заметил Фриск с явной неприязнью в словах. Это вызвало неприятные воспоминания в его памяти. Мне в тот момент не хотелось знать, что случилось тогда, в прошлых перезапусках. – У тебя довольно убийственный юмор, не находишь? – обратилась я к нему и получила развернутый ответ от него. – Учусь у профессионала в этом направлении. Он, как правило, носит черную толстовку как черный пояс по борьбе, что говорит о высшем мастерстве в данном ремесле. Ну и типе юмора, конечно же. Я начала фыркать, а потом поняла, про кого это он. Мое лицо вспыхнуло, жар опалил щеки. – Эй, ты в порядке? – забеспокоился Санс, видя перемены на моем лице. Я запаниковала, но попыталась взять себя в руки. – Да, в полном, – пытаясь выкрутиться из неловкой ситуации, протянула я и дала руку Сансу. – Просто индикатор кетчупа загорелся, что нужно подзаправиться. Как только моя рука соприкоснулась с кистью скелета, мы услышали звук пердежа. Фриск покатился со смеху вновь и упал на песок, катаясь по нему. Теперь настала очередь ликовать Санса. – У-упс, будь аккуратнее, – говорил он со смешком в голосе. Однако через затонированные стекла очков я увидела его серьезный, почти холодный взгляд. – Никогда не знаешь, что находится в протянутой руке. – Спасибо за наставление, САНСей, – скаламбурила я, усмехнувшись и стараясь разбавить напряженную атмосферу. Санс слегка улыбнулся и повернулся в сторону машины, которая сигналила нам. – Ну, чего стоим? – спросил Санс с некой претензией. – Пойдемте, а то свечереет скоро, не сможем потом к Гриллби сходить. Я и Фриск ликующе улыбнулись, услышав эту радостную новость. Это всегда было лучшим предложением, которое могло поступить от этого каламбурящего скелета. Пока Фриск и Санс шли к машине, я не переставала оборачиваться к блестящему и мурчащему морю. Оно все манило к себе, прося остаться с ним. Скрепя сердце, я отвернулась от него, сохранив умиротворяющий пляжный пейзаж в памяти, который еще долго будет напоминать об этом ярком, солнечном и важном дне для меня.