Воздух пахнет тимьяном

Чимин посмеивается, наливая Намджуну липовый чай, а Сокджин кутается в свою привычную одежду и надеется, что выглядит не как пидор. Своего друга он пидором не считал, потому что образ прекрасно подходил и к лицу эльфа, и к фигуре, и к характеру. Бросая взгляд на устроившегося на подоконнике Пака, лесной дух радуется, что тот не умеет читать мысли. Сейчас они кажутся особенно громкими, потому что в кухне повисает неловкая тишина, а Сокджин, этим утром опоивший причину своих бессонных ночей любовным зельем, стоит у шкафчиков с приправами и светит красными ушами. Благо, ничего этого Намджун не видит. Поначалу он не поднимает взгляд от своей кружки, к чаю в которой не притрагивается. Люди не очень любят пить нечто, в чем плавает неизвестная им трава, а после утреннего опыта этого человека точно никто не осудит, если он выплеснет липовый чай в окно. Чимин эту ситуацию может не понять, потому что Чимин ничего не знает, и лесной дух на секунду чувствует теплоту в сердце от того, что имеет с Намджуном некоторые совместные воспоминания, пусть и воспринимают они это по-разному. Ким замечает, как человек бросает на эльфа просящий взгляд, будто связь у них с Паком куда сильнее, чем можно решить сначала, будто они уже друзья, будто парень ждет от Чимина поддержки, а Сокджин — жуткое существо, на которое опасно смотреть. Это почти обижает, потому что лучший друг отвечает человеку взглядом и чуть вскидывает брови. Лесной дух чувствует себя заблудившимся в совершенно незнакомой стране туристом, где все разговаривают друг с другом на непонятном языке, а бедняге остается только размахивать руками. Пак, к счастью, быстро обращает внимание на растерянность парня. — У Намджуна в доме живет демон, — сообщает он без смеха. — Специфический домашний питомец, — Сокджин лишь пожимает плечами, хоть и всплывает в его памяти жутко поскрипывающая дверь и мигающий свет, к которому они с эльфом не имели никакого отношения. — Я бы начал с хомячка. — Он стоял над моей кроватью, — серьезно, с тенью обиды произносит Намджун. — После твоей полыни в чае мне жутко захотелось спать, я поднялся наверх и лег в кровать, а, когда открыл глаза, демон наклонялся над моим лицом. — Я услышал крики, когда возвращался из города, — добавляет к короткому рассказу Чимин. — Сначала Намджуна, потом Хосока, а потом очень громкую нецензурную брать. Страшно переводить. — Когда я закричал, от неожиданности, а не потому что испугался, демон сбежал под мою кровать и исчез, — человек наконец отодвинул от себя нетронутый чай. — Знаешь, как страшно опустить ноги на пол, зная, что под кроватью что-то сидит? — Знаю, — отмахивается лесной дух. — В Аризоне я соседствовал с домовым. Он развлекался, хватая меня за ноги, а я пытался вырастить чертополох у него в желудке. У Намджуна расширились глаза, а Чимин бросил испуганный взгляд на Сокджина. Тот и не подумал, что человеческие уши не всегда бывают готовы к таким уточнениям. Люди наверняка догадываются, что они никогда не были вершиной эволюции, что параллельно с ними существуют монстры из сказок, которые те читали в детстве, существуют феи, духи, русалки. Хотя всегда охотнее верится страшилкам, потому что страх куда ярче многих чувств. Все можно было свести в шутку, если бы не тишина, внезапно повисшая между тремя, когда даже Чимин не стал вмешиваться и что-то говорить. Зато Намджун резко поднялся и направился к выходу, но не смог даже выйти из кухни. Сквозь щели в половицах проросла лоза и в мгновение ока перекрыла проход в коридор, встав зеленой стеной прямо перед носом человека. Он протянул руку, чтобы отодвинуть растение, но то ловко шлепнуло его по тыльной стороне ладони. Сокджин запаниковал. Сокджин не хотел, чтобы Намджун вот так ушел сейчас. — Быстро выпусти, — потребовал человек. — Нет, — лесной дух отодвинул табуретку и наконец присел. — Я буду кричать. — Кричи, — согласился Ким, зная, что парень кричать не станет, но ошибся. — Помогите! — крикнул Намджун изо всех сил, и Сокджин услышал, как стайка испуганных воробьев поднялась над яблоней. — Ты его пугаешь, — шикнул на друга Чимин, слезая с подоконника и подходя к человеку. — Мы хотим помочь, — он погладил хотевшего было сопротивляться гостя по плечу, и тот немного расслабился, смотря все еще недовольно. — Не бойся, ладно? Столько раз за всю жизнь дух наблюдал эту простенькую магию, что пора было бы самому освоить искусство, но никак не доходили руки. Черты лица Намджуна стали более спокойными, плечи опустились, взгляд прояснился, и на Сокджина он смотрел теперь не со страхом, а с интересом. Хотелось бы верить, что искренним. Чимин указал человеку на стул, и тот покорно опустился на него, потирая шею. Сердце хозяина дома никак не могло успокоиться. Намджуна хотелось выгнать, но с той же силой хотелось оставить его себе чуть ли не навсегда. Как домашнего питомца, если с возлюбленным ничего не получится. Обратить его в маленькую лягушечку и носить с собой на удачу. Вот радость. — Ты ангел? — еще лучше. — Возможно, — Сокджин улыбается и заправляет прядь волос за ухо, но Чимин прыскает от смеха, качая головой. — Нет, Намджун-а, — мягко объясняет он, обламывая своему другу всю малину. — Он у нас дух, оберегающий лес от всего плохого и неправильного. Как сторож и помощник. Если дерево заболело, Сокджин помогает ему выздороветь. Если животное попало в капкан, Сокджин вытаскивает его оттуда. А еще он следит, чтобы не было пожаров, засухи и слишком сильных ветров. Видишь, какой красивый, пышный и здоровый наш лес? Все благодаря хёну. — Это магия? — спрашивает человек, и хорошо, что Пак не дает ему снова разнервничаться и сбежать куда-нибудь. — Я не брежу? — Нет, не бредишь, — отвечает лесной дух, наслаждаясь направленным на него взглядом. — Чего ты пялишься? — но не долго. — Если это реально, — Намджун поднимается со стула и оборачивается на перегородку из лозы, которая пока не торопится уступать. — То демон в моем доме тоже реален? — Возможно, — Сокджин пожимает плечами. — Но его легко можно выгнать, пусть найдет себе новый дом. — Только если он не достаточно силен, — поправляет его Чимин. — Иначе искать новый дом придется нам. — Ну уж нет, — старший явно никуда не собирался из своего уютного, пусть и разваливающегося домика. — Покажи мне его, — просит он Намджуна, мгновенно убирая со своего пути лазу и выходя на улицу. — Больше он тебя не побеспокоит. С человеком преодолевать расстояние до выхода из леса оказалось куда труднее, чем перемещаться самостоятельно. Намджун спотыкался, ныл и десять раз спрашивал, когда уже закончится эта дорога. То, по чему шли парни, дорогой назвать можно было только с большой натяжкой. Она была похожа скорее на бледную тропинку с притоптанной травой, но и на том надо было сказать спасибо, потому что Сокджин с Чимином вовсе в дорогах не нуждались. Этот лес они знали наизусть. Каждое деревце. Осталось только имена всем дать. — Крапива — мощнейший защитный оберег, — Ким похлопал по своей сумке, когда парни вышли из леса. — Если повесить пучок крапивы над дверью или над окном, то никакое зло не сможет попасть внутрь. А если собрать крапиву во время июльской или августовской грозы, а затем положить сушиться, не смывая капель дождя, то оберег получится с двойным эффектом — не только защитит, но и даст врагам отпор. — Крапива? — судя по тону, Намджуна рассказ не впечатлил. — Да ну. — Иди к черту, — отмахнулся от него Сокджин, когда трое оказались на пороге дома. — Где твои друзья? — Пошли на свидание, — человек с опаской открывает дверь. — Сказали, что не вернутся в этот дом, пока я не приведу священника. Ты тоже сгодишься. — Сгожусь? — возмущенно спросил лесной дух. — Ну хватит, оба, — остановил начинающуюся ссору Чимин и забрал у Сокджина сумку с крапивой, вручив ее Намджуну. — Разложи по дому. — А вы не пойдете? — почти разочарованно спросил тот. — Иди, — кивнул старший. — Не бойся, никто тебя не съест. Намджун бросил недовольный взгляд и скрылся в глубине дома. Площадь его не такая уж и большая, поэтому справился парень быстро, вернувшись на порог уже через пять минут, когда Чимин сидел рядом с ярко-оранжевой бабочкой, а Сокджин подпирал плечом деревянный столбик, сверлив взглядом землю. — Ну…все? — насторожено спросил человек и обернулся на дверь. — Ничего не происходит. — Демона нет дома? — поднимается с корточек Чимин. А Сокджин молчит, вглядываясь в темный проем. Дверь поскрипывает на ветру, но больше вокруг нет ни одного звука. Даже птицы затихли. Лесной дух делает шаг к дому, но тут же отступает. — Вашу ж мать! — из дома вылетает темноволосый пацан, туша маленькое пламя на рукаве футболки. — Какого хуя вы делаете?! Демон чуть не врезается в Сокджина, но тот ловко ловит его за ухо и притягивает к себе. Парень поднимает виноватый, напуганный и возмущенный взгляд. Лесной дух распахивает глаза. Какого черта Чонгук забыл так далеко от Лондона?