Шанс

Сюэ Ян остался с ними, и они обустроили заброшенный дом для более длительного проживания. А-Цин он раздражал, вызывал недоверие и подозрение. Однако нашлось кое-что, для чего юноша оказался полезен: он часто ходил с Сяо Синчэнем на рынок, где слепому заклинателю могли подкинуть не самые свежие овощи, однако Сюэ Ян быстро положил этому конец и навел «порядок». С тех пор все торговцы на рынке знали, что этих двух господ обманывать было нельзя, и продавали им самые лучшие овощи и фрукты со скидкой. Для А-Цин, правда, это было недостаточно веским аргументом, чтобы Сюэ Ян смог завоевать ее доверие, поэтому время от времени она следила, куда еще он ходил вместе с Сяо Синчэнем. Даочжан иногда брал его с собой на Ночные охоты, где Сюэ Ян был его глазами и указывал местоположение нечисти, чтобы Синчэнь смог быстрее ее обезвредить. Не заметив ничего подозрительного в действиях Сюэ Яна, девушка немного ослабила бдительность и перестала за ним следить. Как-то А-Цин прогуливалась в одиночку, и к ней прицепились какие-то парни, решившие воспользоваться слепотой девушки. - Милашка, как тебя зовут? Хочешь пойти с нами выпить чайку? – дразнили они, отобрав у девушки палку. - Отдайте! Вы мне неинтересны! – отнекивалась А-Цин, прыгая вокруг высоких юношей, которые не хотели отдавать ей палку. - Отчего ты такая неразговорчивая? Не будь скромницей! Если будешь милой и послушной, гэгэ купит тебе вкусненького! - Отвали, урод! - Как ты можешь так говорить, если не видишь нас? Хочешь дотронуться руками и убедиться, что мы хороши собой и лицом, и телом? – Они громко рассмеялись, схватив девушку за руку. Этому Сюэ Ян тоже положил конец. - Эй, Слепышка, тебя достают? – окликнул он и осмотрел нескольких парней. – Проблемы? - Ты кто такой? – ощетинились юноши. – Не припомним, чтобы видели тебя раньше в этом городе… - Я здесь недавно поселился. Будем знакомы! Так что вы хотели от Слепышки? - А тебе какое дело? Хочешь к нам в долю? - Какую долю? Что с нее можно взять? – расхохотался Сюэ Ян. – Она бедна как церковная мышь, еще совсем мелкая и непривлекательная, к тому же слепая… У вас, парни, совсем дурной вкус! И никакого уважения к себе. - Ах ты, паршивец! – зашипела на него А-Цин. Юноши переглянулись между собой. После того, как Сюэ Ян пристыдил их предпочтения, они почувствовали себя неловко. - А может, ты решил таким образом нас отвадить, чтобы самому с ней поразвлечься после того, как мы уйдем? - Вот еще! – хмыкнул Сюэ Ян. – Я и так вижу ее каждый день, и скажу вам честно: с ней лучше дела не иметь! Ее острый язык укоротит ваши достоинства, так что поберегите здоровье! Юноши снова посмотрели друг на друга, их охватило сомнение. Этим воспользовалась А-Цин, которую они всё еще держали за руку, и укусила одного из парней. Он завопил и оттолкнул ее. - Ах ты, дрянь! – Он сплюнул себе под ноги. – Пойдемте, друзья, от этих психов лучше держаться подальше! - И не советую больше попадаться на ее пути! – крикнул им вдогонку Сюэ Ян, криво улыбаясь и скрестив руки на груди. – Иначе закончите с куда более большими жертвами! - Это так ты защищаешь девушек, попавших в беду? – скептически поинтересовалась А-Цин. - Ой, извини, а ты оказывается была девушкой в беде? – Сюэ Ян изобразил искреннее удивление и всплеснул руками. – Прости, сразу не заметил. Я подумал, что те парни в большей опасности, чем ты. - Ха! Тогда мог бы пройти мимо! - Да ладно тебе, чего пыхтишь как котел с кипятком? Вот, держи конфетку. Для девушки, попавшей в беду, ты вела себя храбро. Сюэ Ян протянул угощение, и А-Цин недоверчиво его приняла. Она любила сладости и позволила подкупить себя, даже если этот тип ей не очень нравился. У Сюэ Яна было нестандартное мышление, он всё делал не совсем так, как сделали бы другие благородные люди, но все-таки А-Цин отметила, что кажется он не был отъявленным мерзавцем. Пусть и в такой манере, но все-таки вмешался и помог ей. После этого случая А-Цин прониклась небольшим доверием к Сюэ Яну и потеплела к нему, хотя, учитывая их сложные характеры, они всё равно время от времени продолжали словесные поединки и подтрунивали друг над другом. - Сегодня наш сожитель спас меня, – решила поделиться А-Цин за ужином. - Правда? – приятно удивился Сяо Синчэнь. – Ты попала в беду? Что случилось? - Какие-то местные парни приставали ко мне, он прогнал их, – вкратце рассказала девушка. - Да брось ты, – отмахнулся Сюэ Ян. – Ты и сама их напугала, укусив! Всё что я сделал, так это посоветовал им поскорее сматывать удочки и больше не навлекать на себя твой гнев. - Спасибо, что помог А-Цин, – поблагодарил Синчэнь. – Сегодня на десерт у нас яблоки. Можешь взять себе два в честь своего благородного поступка. - Да ладно! – Сюэ Ян удивился. – Всего-то надо было отвадить от Слепышки плохих парней, чтобы получить от тебя такой приятный приз? - А если я сама себя защитила, это тоже можно засчитать как смелый поступок, заслуживающий двух яблок? – осторожно поинтересовалась А-Цин. - Хорошо, сегодня вы оба получите по два яблока, – согласился Синчэнь и протянул обе руки, чтобы погладить девушку и Сюэ Яна по голове. - Спасибо, даочжан! – А-Цин радостно потянулась за фруктом. Сюэ Ян почувствовал себя странно. Он ничего не помнил из своего прошлого, однако был уверен, что еще никто никогда не гладил его по голове и не хвалил. Хотелось взять ладонь Сяо Синчэня в свою руку и сильнее ее прижать к голове, чтобы он не останавливался и продолжал гладить. Сюэ Яну очень понравилось это ощущение. Это навело его на мысли, что если он придумает что-то еще, что порадует даочжана, то сможет снова получить похвалу и награду от него. - У меня есть кое-что еще на уме, – заговорил Сюэ Ян. - Надеюсь, ничего опасного? – осведомилась А-Цин, грызя яблоко. - Ты что, обезьянка? Дай сюда. – Сюэ Ян взял из ее рук фрукт, потом нож, затем осторожно очистил яблоко от кожуры и порезал дольками, которые напоминали кроликов. Он порезал яблоко отдельно для девушки и отдельно порцию для даочжана. – Теперь можешь есть. - Какой-то ты сегодня подозрительно милый, – сощурилась А-Цин, принимая нарезанные дольки. - Я рад, что теперь вы подружились, – улыбнулся Синчэнь. - Ну, наверное, подружились – это слишком громкое слово, – усмехнулся Сюэ Ян. Он ожидал, что его снова погладят, однако, как оказалось, порезать яблоко оказалось недостаточно веским поступком, чтобы получить за это ласку, но он постарался не показать своего разочарования. – Ну а ты, даочжан? Кроме нас у тебя есть какие-то друзья? Хотя глаза Сяо Синчэня скрывала повязка, его лицо всё равно изменилось – улыбка поблекла, губы приняли форму ровной линии. Казалось, что он погрустнел. - Когда-то у меня был близкий друг… Но наши дороги разошлись. И не знаю, пересекутся ли когда-нибудь вновь. - Почему? – спросила А-Цин. – Вы поссорились? - Это не самая интересная история, – сменил тему Синчэнь и повернул голову в сторону Сюэ Яна. – Так что ты хотел предложить? - Хмм, я просто прикинул, – заговорил юноша, – зачем нам постоянно ходить в город на рынок и тратиться на овощи и фрукты, когда мы можем попробовать вырасти их сами, если разобьем во дворе свой собственный огород? - В твоих словах есть смысл, – протянул даочжан, обдумывая эту мысль. – Замечательная идея! - Хмм, и правда… – задумалась А-Цин. – Оказывается, кроме сарказма из твоего рта могут вылетать действительно полезные идеи! Сюэ Ян почувствовал себя очень гордым. Оба похвалили его. Это было чертовски приятное чувство! Он быстро выучил последовательность этого нехитрого приёма: сделать что-то приятное кому-то, чтобы получить что-то приятное взамен. Они купили семена, вспахали небольшой участок земли во внутреннем дворе, разделив часть для овощей и часть для фруктов, и посадили их туда. - Отличная работа, – похвалил Сяо Синчэнь, потрепав Сюэ Яна по голове. – Теперь будем надеяться, что солнце, вода и время помогут нашему огороду и саду окрепнуть и расцвести чудесными плодами. Сюэ Ян поймал себя на мысли, что в последнее время был жаден до прикосновений даочжана. Он чувствовал в этом потребность, словно голод и жажду, и когда получал немного внимания с его стороны, никак не мог насытиться и утолиться. Ему всегда не хватало и было мало, он хотел больше. В конце осени и начале зимы похолодало, в доме можно было подогреть полы благодаря растопке внизу, но из-за того, что дом был давно заброшен, отапливались не все комнаты. А-Цин выделили комнату с самым теплым полом, потому что все-таки она была девушкой. У Сяо Синчэня тоже было тепло, а вот Сюэ Ян ворчал, что его комната самая холодная, хотя она была не холоднее, чем у даочжана. Наиболее холодной ночью, когда ветер завывал в крыше и проникал через щели во внутренние помещения, Сюэ Ян выскользнул из своей комнаты и пробрался в комнату Сяо Синчэня, забравшись к нему под одеяло. Его холодные руки нашарили его тело. - Ты что делаешь? – спросил Синчэнь. Он не казался удивленным или раздраженным, как всегда был очень спокоен. – Если бы я не узнал тебя по запаху, то мог принять за грабителя и ранить мечом. - Как что? Не видно, что ли? Ах да, забыл, ты же и правда не видишь… Но хоть чувствовать-то ты можешь, – ответил Сюэ Ян. – Греюсь, что же еще! На улице чертовски холодно, в моей комнате так особенно, так что я решил прийти к тебе. Два человеческих тела согреют друг друга лучше, чем любой костер! Сюэ Ян еще больше зарылся в одеяло и свернулся клубочком рядом с Синчэнем. - Ах, как тепло, как хорошо! Даочжан, твое тело очень горячее, лучше любой печки. Не думаю, что смогу теперь заснуть без него. Пожалуй, я буду оставаться в твоей комнате на ночь до окончания зимы. Да и тебе так наверняка теплее. - Не думаю, что это хорошая идея. - Отчего ж плохая? Есть причина, которая тебя смущает? Или я что-то делаю не так? Сяо Синчэнь всегда был приверженцем аскетизма, следовал учениям Будды, во многом себя ограничивая, в том числе в простых человеческих потребностях. Он никогда никого не подпускал близко к себе, за исключением своего близкого друга Сун Ланя, но это было давно… Однако заклинатели не были высечены из камня как статуи, они были такими же живыми людьми из плоти и крови и тоже нуждались в простом человеческом тепле и ласке. - Просто воспринимай меня как котенка, который залез к тебе погреться, хорошо? – продолжал настаивать Сюэ Ян. Сяо Синчэнь больше не выказал возражения и начал гладить юношу по голове, как если бы он действительно был его котенком.