Анка

      Мир будто треснул перед глазами. Закружилась голова, болезненно запульсировали виски, перед глазами всё практически поплыло: рыдающий от отчаяния Артур, Алан, старавшийся хоть как-то сохранять спокойствие, бездыханный Фредерик, всё так же закрывающий рану рукой, и… ещё кто-то. Кто-то, кто его убил. Не было слышно ни шагов, ни трескающихся веток, ни взмахов крыльями. Тот, кто убил Фредерика, всё ещё оставался здесь. Аня чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Провела торцом ногтя по предплечью, оставляя длинный красный след. Стало немного легче. Она перевела взгляд на Артура. Он отчаянно пытался прорваться к телу кронпринца, но выбраться из хватки Алана оказалось не так просто.       — Ты ничем ему не поможешь, Артур. — мягко, будто бы убаюкивающе говорил Алан. — Он умер и мы все должны это признать.       — Мы могли… — всхлипнул тот. — Мы могли ему помочь! Если бы мы поторопились, он бы не умер! Алан прикрыл глаза и успокаивающе провёл рукой по спине. Аня не знала Фредерика, но и она почти физически ощущала пустоту внутри. Будто кто-то забрал часть неё. Аня подошла к парням на негнущихся ногах. Опустилась на колени рядом с Аланом и молча положила голову Артуру на плечо. Она не знала, что нужно говорить в таких ситуациях. Вздрогнула, когда почувствовала, что Алан обнял и её тоже. Замерла на мгновенье и тоже обняла их. Они стояли на коленях, пачкая одежду в травяной сок. Тишину нарушал Артур, изредка всхлипывая.       — Нам пора домой, — объявил Алан, убирая руку с её талии. Сразу стало как-то неуютно: нагретрое чужим теплом место неприятно защекотал ветер. Стражник медленно поднялся и обвёл взглядом лес. Не так далеко зашелестела крыльями какая-то птица, воздух сотрясло громкое карканье. Такое, словно ворон угрожал кому-то. Оттуда же кто-то раздражённо зарычал, свистнула вторая стрела.       — Алан! — в один голос вскрикнули Аня и Артур. Стражник зашипел и чуть согнулся, держась рукой за предплечье. Стрела, задев его руку, с глухим звуком упала на траву. Артур мигом вскочил на ноги.       — Ты как? — он быстро оглядел Алана.       — Жить буду, — поморщился тот. — Уходим.       — А… Фред? — у Артура снова выступили слёзы.       — Его придётся оставить здесь. — произнесла Аня, глядя на упавшую стрелу. Остриё было сделано в виде очень плоского ромба, на противоположном конце тонкого древка было трёхстороннее оперение. Она взяла её в руки, осторожно покрутила. Аня растерянно подняла глаза на парней: Артур из последних сил сдерживал слёзы, а Алан, зажимая рану, пытался делать вид, что всё в порядке.       — Я не пойду. — решительно произнёс Артур, сжимая кулаки. — Тот, кто убил моего брата, всё ещё здесь и я должен его найти.       — Не глупи, Артур! — взмолился Алан. — Ты рискуешь закончить так же, если не хуже!       — А смысл мне жить дальше?! — взревел принц. Аня не выдержала:       — Фредерик пришёл сюда, чтобы предупредить тебя о чем-то. Он хотел, чтобы ты был в безопасности. — она поднялась с земли, всё ещё сжимая в руках стрелу. — Неужели ты хочешь, чтобы он умер… зря?       — Н-нет, просто… — Артур, запнувшись, вытер нос рукавом. — Просто… Алан выпрямился и подошёл к телу кронпринца. Быстрым движением вытащил стрелу, разломал пополам и бросил куда-то в кусты.       — Если кто-то проболтается, что кронпринца застрелили, мы найдём убийцу. — кратко объяснил он. Где-то между деревьями вновь угрожающе каркнул ворон, шумно захлопал крыльями. Послышались проклятья. Все трое переглянулись.       — Бежим! — скомандовал Алан и первым скрылся за деревьями. За ним рванули Аня и Артур. Аня опомнилась только когда чуть не приложилась лицом о траву, перецепившись через чью-то кошку. Та недовольно зашипела, отскочив и распушив от испуга в хвост. Шерсть на спине встала дыбом, поэтому пушистый чёрный комок превратился в некое подобие стегозавра. Алан обернулся, когда услышал глухой удар о землю. Принц затормозил менее удачно: из-за слишком резкого торможения его торс инерцией выбросило вперёд и он больно уткнулся носом в землю. Грудь стражника тяжело поднималась и опускалась, он жадно хватал воздух ртом. Волосы прилипли к вспотевшему лбу.       Аня поднялась с земли и отряхнулась. джинсы испачкались и немного порвались на коленках. Сквозь испорченную ткань виднелись ярко-алые царапины. Она опустила взгляд на руки. Под ногти забилась земля, ладони болезненно щипало. На земле лежало остриё стрелы. Наверное, она сломалась, когда Аня упала. Алан, отдышавшись, повернулся к Артуру:       — Ты как? — Ша́йсе**… — прошипел принц, запрокидывая голову и зажимая ноздри. На бледных пальцах чётко виднелись кровавые пятна. — Жидь буду. — прогнусавил, смотря на стражника. Тот обернулся к Ане, пристально её оглядел. По спине и плечам у неё пробежали мурашки. Взгляд Алана задержался на оперении стрелы, которое Аня всё ещё держала в руках. Он прищурился и требовательно протянул к ней ладонь. Внимательно рассмотрел протянутую стрелу (вернее, то, что от неё осталось).       — Это наша стрела! — удивлённо воскликнул Алан. Артур тут же подскочил, Аня подошла ближе.       — Видите, здесь трёхстороннее оперение? Это стрела крылатых. Три стороны символизируют три наших возможности: ходить, летать и плавать. — Стражник перевернул древко оперением вверх и легко коснулся пальцами. — Что это значит? — Артур критически осмотрел остатки стрелы. Алан уже открыл рот, чтобы ответить, но Аня среагировала быстрее:       — То, что Алана ранил кто-то из ваших. И Фредерика убил, скорее всего, он же. О, смотрите, здесь оперение окрашено. — она ткнула пальцем в контрастную темную полоску. — Может, это знак рода? Чистоты крови или типа того? — такое, кажется, встречалось Ане в каких-то книгах про волшебников, вампиров и королей. Алан присмотрелся.       — Так и есть. — кивнул. — Разглядеть бы цвет…       — Не старайся, в темноте все кошки серые, — хмыкнула Аня. — Посмотрим уже в дома.       Над их головами снова громко каркнул ворон. Все трое переглянулись. Артур поднял голову и вытянул вверх руку.       — Граф! — позвал он. Ворон сделал ещё круг и сел к принцу на запястье. Артур скривился: когти у птицы были испачканы в чём-то мокром и холодном. Принц выругался. Аня оглянулась. Ей по-прежнему казалось, что кто-то из темноты смотрит прямо ей в спину. Может, даже целится между рёбер.

***

      Артур отчаянно пытался заткнуть кричащего ворона и стащить того с запястья. Алан задумчиво вертел остаток стрелы между пальцами, то опуская взгляд на синюю полоску на оперении, то поднимая глаза куда-то в угол, явно что-то вспоминая. Аня, сидя у окна гостиной, перелистывала ту самую толстую книгу в бордовой обложке.       Наткнулась на страничку о военной иерархии. Погоны у крылатых были только на парадно форме, в остальных случаях чин определяли по маркировке оружия. Белым были отмечены рядовые солдаты, жёлтым — все от младшего сержанта до старшего прапорщика, все от младшего лейтенанта до полковника носили красные метки, а самые старшие чины, от генерал-майора до генерала армии, ходили с синими.       — Ребя-ят… — ошарашенно отозвался Артур со стороны кухни. Аня и Алан одновременно подняли на него глаза. — Тут, кажись, кровь… Алан подошёл к принцу, выдернул из его рук тряпку, которой тот вытирал лапки недовольного ворона. Поднёс к глазам, повернул на свет и наконец изрёк:       — Действительно, кровь.       — Чья? — Аня отложила книгу раскрытыми страницами вниз.       — Возможно, того, кто убил Фредерика. Перед тем, как стрела прилетела мне по руке, я слышал, как орал Граф и кто-то ругался. При упоминании Фредерика Артур снова еле слышно всхлипнул.       — А с чего ты решил, что это как-то связано?       — Ну, смотри, — Алан устало прислонился к стене и сложил руки на груди. — Фредерика ранили, когда он начал говорить о том, что королева хочет собрать корону. Чётко в момент, когда он мог дать какую-то важную информацию.       — Хочешь сказать, что его убили из-за того, что он слишком много знал? — Аня нахмурилась. Алан кивнул. Артур, отчаянно сдерживая слезы, сжал губы в плотную нитку, впился ногтями в ладони.       — А свидетели долго не живут. — мрачно продолжил стражник. — Поэтому стреляли и в меня тоже. Выжил волей случая. — он горько улыбнулся. — Стрелок, который с одного выстрела попал под рёбра, может считаться профессионалом, если учитывать ещё и то, что стоял довольно далеко и на пути были ветки. Артур всхлипнул и ветер нос ребром ладони.       — Наверное, я должен быть благодарен Графу, — парень почесал сидящего на подоконнике ворона под клювом. Граф довольно зарокотал. — Такой хороший стрелок не мог так просто промахнуться, ему явно помешали. Я слышал угрожающие крики Графа и проклятья. У Графа на лапках кровь. Чуешь связь? Аня молча кивнула. Слушала она вполуха, толком ничего не запоминая. Мысленно она была в своём сне. Глаза. Холодные, колючие. Чьи они?       — Аня, с тобой всё хорошо? — Алан обеспокоенно усмотрелся в её лицо. Аня мотнула головой, возвращаясь в реальность.       — Д-да… Я просто… просто задумалась, в общем.       — Ты побледнела. Точно всё хорошо?       — Да-а… — протянула Аня, всё меньше веря в правдивость своих слов. — Наверное, просто не выспалась… Алан шумно выдохнул и помассировал виски, по очереди разглядывая Аню и Артура. Оба выглядели измученным и усталыми, у Артура от слёз опухли глаза и нос покраснел от постоянных вытирания рукой. Да и сам стражник чувствовал себя не ахти: глаза слипались, предплечье саднило, голова гудела от недосыпа, однако пойти спать сейчас нельзя: снова проснётся от кошмаров.       — Может, вам двоим следует отдохнуть? — Алан постарался сделать вид, он полон сил и энергии и ему совсем не хочется спать. Аня, на удивление, мотнула головой.       — Не. — отмахнулась. — Мне снова приснится чердак…       — Чердак? — Алан удивлённо вскинул брови. — Что за чердак? Аня с досадой поджала губы: вот зачем сказала? Сделала глубокий вдох, готовясь объяснять.       — Уже примерно месяц мне чуть ли не каждую ночь снится один и тот же сон. Я иду по замковому коридору, заворачиваю за угол, поднимаюсь вверх по лестнице и пытаюсь открыть какую-то дверь. И на этом моменте я всегда просыпаюсь. Алан с Артуром переглянулись. Аня недоуменно на них посмотрела.       — Изобразить сможешь? — мгновенно оживился Алан. Аня молча принесла из комнаты, которую им выделили, зарисовку. Парни склонились над ней, вертя её так и сяк, рассматривая.       — Это похоже на наш замок… — ошарашенно изрёк Артур. — Третий этаж. В коридоре даже гобелен такой же висит. — он перевернул листок.       — Я должна попасть на этот чердак.       — Заходить в это крыло разрешается только страже. — угрюмо отозвался принц.       — Значит, я стану стражницей! — горячо выпалила Аня.       — Нет. — жёстко сказал Алан. Он собирался сказать что-то ещё, но осёкся, когда из коридора донеслось недовольное «Да чего вы орёте с утра пораньше?!» Из-за угла вышел недовольный заспанный Лёшка. Рыжие волосы растрепались и чуть примялись. Парень упёр руки в бока и посмотрел на них исподлобья, выжидая объяснений. Аня растрерянно оглянулась на Алана и Артура. Стражник смотрел прямо, однако молчал, а принц, на мгновенье пересёкшись взглядом с Лёшкой, тут же отвёл взгляд. Алан перевёл взгляд на Аню и продолжил:       — Разве вас, бескрылых, не учат тому, что девчонкам не место в страже? Серые глаза Ани потемнели от гнева. Ну почему в мире, где геи могут не скрывать свои отношения и парни — носить длинные волосы, всё ещё существует сексизм?!       Алан мягко улыбнулся и применительно выставил руки вперёд.       — Я имею ввиду то, что ты можешь быть не готова к должности стражницы… Бой, сражения, физическая подготовка… Разве этому учат девушек в Мире Земли? Лёшка прыснул.       — Поздравляю, парень, — он криво улыбнулся. — Ты открыл портал в ад! Алан удивлённо изогнул бровь. Лёшка подошёл к Ане и обнял её за плечи.       — Мы — выпускники кадетского корпуса! — он театрально провёл рукой в сторону. — А это, — он отступил назад, выдвигая Аню вперёд. — Наш вице-сержант.       Аня смущённо потупила взгляд, сделав вид, что её очень заинтересовали собственные кросовки. Артур прыснул. Да уж, сейчас на фоне высокого широкоплечего Лёшки, она выглядела и правда комично: худую, ниже на полголовы, Аню было трудно представить с лычками* вице-сержанта. Алан хмыкнул и хитро уставился на неё.       — Ну, если так, то я попробую что-нибудь сделать. Хотя бы помочь с крыльями. Аня просияла и, сбросив с плеч руку Лёшки, крепко обняла стражника. Тот немного опешил, однако всё же по-дружески погладил Аню по плечу.

***

      Аня сидела на кровати и то и дело в предвкушении закусывала нижнюю губу. Сегодня. Сегодня она обретёт крылья. Усидеть на одном месте было не просто, поэтому она всё время ёрзала на кровати, наматывала круги по комнате, хрустела пальцами или переплетала их между собой. Наконец в двери показался Алан, жестом пригласивший её в гостиную. В доме было тихо: Хелен отправилась на рынок, Артур, неожиданно для себя, вызвался показать Лёшке окрестности, а Грейс сидела в своей комнате: то ли спала, то ли читала книгу.       — Волнуешься? — Алан ободряюще улыбнулся и взял её за руку. Аня кивнула, крепче цепляясь вспотевшей ладонью за его пальцы. Он успокаивающе провёл большим пальцем по тыльной стороне её руки. Одежду рекомендовалось снять, но Аня долго сомневалась, пока не додумалась снять футболку, а заднюю часть спортивного топа оттянуть ближе к шее. Её предупредили, что будет больно, поэтому футболку она скрутила в жгут и попросила у Алана подушку. Чем ближе был момент «вызова» крыльев, тем сильнее стучало её сердце, ощутимее пульсировало виски. Ладони она несколько раз вытерла о джинсы.       — Тебе нужно расслабиться и представить, как крылья растут из твоей спины. — поучительно произнёс стражник.       — И всё? Так просто?       — Звучит просто, — подтвердил он. — А вот делается совсем не просто. Аня шумно выдохнула, расслабила спину, зажмурилась и сжала зубами жгут из футболки. Читая книги про крылатых людей, Аня часто представляла себя на их месте, дорисовывая себе в воображении разнообразные крылья: как у бабочек, стрекоз или птиц, однако сейчас все образы словно разом куда-то улетучились из её головы. Зажмурилась крепче, заставляя себя вспомнить хотя бы один. Сделала ещё один глубокий вдох и представила, как из-под лопаток начинают медленно проявляться крошечные чёрные крылышки.       Резкая режущая боль в районе лопаток заставила её мучительно застонать, и крепче вцепиться в подушку ногтями. Глаза широко распахнулись, во внутренних уголках выступили слёзы. Кожа почти горела, вниз по позвоночнику, выступающему, словно хребет у дракона, медленно стекала кровь. Голова кружилась, слёзы сами текли по щекам тонкими ручейками. Она крепче стиснула зубами футболку и мучительно простонала. Каждую вспышку боли девушке казалось, что она если не умрёт от болевого шока, то как минимум потеряет сознание. Если бы её спросили, с чем можно сравнить эти ощущения, Аня точно бы ответила, что с операцией без наркоза. И, честно говоря, в каком-то смысле оказалась бы права: новые кости и суставы буквально разрывали кожу. Острая боль выжала из неё всё силы, вместе с ними ушло и ощущение времени, поэтому сколько она промучилась, Аня назвать не смогла бы. Алан, скривившись так, будто целиком съел лимон, обошёл её по кругу.       — Самое страшное ты уже перетерпела, — попытался поддержать он, но вышло как-то вяло. — Остались только перья. Рост перьев показался ещё более болезненным (хотя, может, это была лишь иллюзия на фоне того, разорванной кожи?). Это ощущалось так, будто в тело вгоняли маленькую иглу, тут же её вытаскивали и вгоняли уже в другое место. Спустя примерно минут десять покалывания перестали ощущаться, да и лопатки уже не так болели. Желание выть от боли сменилось злостью на то, что с этой глухой болью Аня ничего сделать не сможет. Алан опустился перед ней на колени и аккуратно провёл влажным полотенцем по лбу. Стало гораздо легче. Он слабо потянул за футболку и Аня разжлала челюсти, не в силах оказывать какое-то сопротивление.       — Живая? — стражник приподнял её лицо за подбородок. — В обморок не упадешь? Аня еле заметно мотнула головой. Выпустила из рук подушку и упёрлась ими в пол. Локти предательски дрожали, сердцебиение никак не хотело восстанавливаться, дышать было, откровенно говоря, тяжело.       — Можешь… принести… воды?.. — горло ужасно пересохло, язык будто бы заменили на кусок наждачной бумаги. Аня облизнула пересохшие губы. Алан поднёс к её губам чашу. Она сделала судорожный глоток. Руки подвели, подкосились, Аня приложилась лицом к холодному полу, одними губами прошептав: «Фердаммт…»*** Закрыла глаза, чувствуя, как погружается в густую темноту.