Анка

      Аня с трудом разлепила веки. Попробовала пошевелиться и тут же заныла, как побитая собака — всё тело ужасно болело и при малейшем движении создавалось ощущение, будто в плоть вонзили тонкую иглу, а на спину вдобавок повесили несколько громоздких тяжёлых мешков. Закусив губу, Аня осмотрелась. Она по-прежнему лежала на полу в гостиной, из окна по-прежнему лился дневной свет. Собравшись с силами, упёрлась рукой в пол и попробовала подняться.       — Осторожней. — возле неё мигом оказался Алан. Он положил руку ей на плечо. — Давай помогу. Он опустил голову и осторожно сместил руку с плеча на талию. Аня ухватилась одной рукой за его шею, второй вяло оттолкнулась от пола. Постепенно, с чужой помощью, она всё же поднялась на ноги. Коленки предательски дрожали, поэтому Аня дрожащими пальцами крепко ухватилась за плечи Алана. За его спиной прямо на полу сидели Артур и Лёшка. Оба выглядели как-то мрачно, последний то и дело нервно закусывал губу и переплетал пальцы рук. Его глаза удивлённо распахнулись, когда Аня поднялась на ноги. Граф, с интересом наблюдавший за происходящем с плеча Артура, радостно зарокотал и взмыл в воздух, описал круг над головой Ани и вернулся на прежнее место.       — Он, наверное, принял тебя за свою. — пошутил принц. В ответ на непонимающуюпй мину Ани ткнул пальцем куда-то ей за спину. Она обернулась и не сдержала ошарашенного «Ухты». Крылья были гораздо больше и тяжелее, чем она себе представляла. Аня осторожно коснулась чёрного блестящего пера: провела пальцем по стержню, большим и указательным потёрла внутреннюю часть опахала. Она хмыкнула: теперь до неё дошёл смысл шутки Артура.       — Ты как? — наконец подал голос Лёшка. — Как оно вообще… — он замялся. — Ну, крылья выращивать? Аня шумно выдохнула, гадая, как получше описать свои ощущения. Спустя несколько долгих секунд наконец подобрала нужные слова:       — Помнишь, когда я делала татуировку, сказала, что даже несмотря на обезболивающее, охренела от боли? — Лёшка кивнул. — Так вот, сейчас я охренела ещё больше.       — Что такое татуировка? — внезапно спросил Артур. Аня закусила губу, подавляя смешок. Слышать подобные вопросы от сверстников она не привыкла. Прижимая топ к груди правой рукой расслабленно опустила левую, демонстрируя тонкий розовато-белый шрам, один конец которого был чуть ниже и левее от ямки ключиц, а второй практически возле бретельки топа. Умелые руки мастера превратили края шрама в аккуратное перо с акварельной заливкой. Под чёрным контуром картинно расплывались три цветных пятна: малиновое, фиолетовое и синее.       — Я тоже хочу себе такую штуку! — в серых глазах Артура загорелись восторженные огоньки. Аня уже приготовилась к эмоциональному рассказу о том, как прокусила себе губу и как напугала зашуганную новенькую маникюрщицу рычанием, когда терпеливый тату-мастер заливал последнее, самое яркое, фиолетовое пятно. Дёрнула рукой но тут же осеклась: функцию топа теперь выполняло правое предплечье и чтобы вернуть себе возможность двигаться, нужно было опустить заднюю часть белья к лопаткам. Она растерянно оглянулась на Алана. Тот лукаво улыбнулся:       — Спрячь крылья. Аня раздражённо фыркнула: помог так помог.       — Представь, что они уменьшились. Или стали невидимыми. Как будет удобнее. — он пожал плечами. Аня зажмурилась. Крылья тянули назад, мешая сосредоточиться на их уменьшении. Она мотнула головой, выпрямилась и немного отклонилась назад. В голове мигом всплыл её собственный образ с фотографий в выпускном альбоме. Там она в парадной иссиня-чёрной форме, фуражке с золотой цепочкой, блестящим лаковым козырьком. Совсем обычная девчонка, без громадных крыльев и возможного родства с принцем мира крылатых людей, гоблинов и русалок. Почувствовала, как только-только затянувшиеся ранки начали снова неприятно саднить: крылья исчезали. Аня скривилась.       — Раны от крыльев заживают быстро. Сегодня-завтра уже будешь свободно их вызывать или прятать. — снова подал голос Алан, оценивающе осматривая её с ног до головы и обратно. Щёки Ани моментально вспыхнули от неловкости ситуации. — Только вот одежду тебе нужно подобрать… Я сейчас! — его шаги раздались уже где-то на лестнице. За несколько минут он вернулся, держа в руках небрежно смятую рубашку.       — Самая маленькая, — произнёс алан встряхивая её. — Но на плечах, наверное, всё равно будет висеть. Примерь.       Рубашка была из тонкой ярко-жёлтой ткани, с мелкими огненно-красными пуговицами. На воротнике пестрели красные, в цвет пуговиц, корявые отпечатки кошачьих лап. Аня натянула рубашку на себя и только потом обнаружила, что на спине, аккурат в районе почти заживших ран на лопатках, были ромбовидные прорези. А рубашка и вправду оказалась велика: из-за слишком длинных рукавов Аня в ней больше походила не на выпускницу кадетского корпуса, а на особо буйную психбольную, сумевшую развязать рукава смирительной рубашки. Лёшка прыснул, видимо, подумав о том же.       — Рукава закатить не хочешь? — снова хитро улыбнувшись, подсказал Алан. Он подошёл к ней и протянул руки к одному из рукавов, но Аня резко одёрнула запястье.       — Я сама. — заявила она и принялась застёгивать пуговицу на левой руке. Правой рукой она владела не очень, поэтому пришлось подключать зубы.       — Давай помогу. — Алан снова протянул к ней руки.       — Я сама. — упрямо повторила Аня. С правой рукой получилось проще, пуговица поддалась с первого раза. Аня оглядела себя, нервно разгладила подол рубашки. Почувствовала, как щёки краснеют от смущения: три пары глаз пристально её рассматривали. Аня мигом вытянула из джинсов ремень и затянула его на талии. Вроде, стало чуть получше. По крайней мере, чем-то бесформенным она уже не казалась.

***

      Первый «урок» полётов Алан провёл только спустя через пару дней и Аня успешно его провалила. У неё не получалось даже взмахнуть крыльями — всё время она либо махала руками, как в детском саду, либо не двигалась вообще от сильного напряжения. После семнадцатой попытки Аня опустилась на колени и зарылась пальцами в волосы.       — Извини… — пробормотала она. — Наверное, я уже слишком стара для того, чтобы учиться летать. Алан присел рядом с ней и положил руку на плечо.       — Давай попробуем ещё раз? Я попытаюсь научить тебя так, как учили меня. Если и на этот раз не получится, оставим это до завтра. Идёт? Аня кивнула и поднялась на ноги.       — Вытяни руки. — попросил он. Аня послушно выставила вперёд руки. Алан вытащил со своих штанов ремень и стянул ей запястья. Не то, чтобы сильно пережал кровоток, но затянул крепко, развести руки у Ани точно не получилось бы. Аня недоуменно перевела взгляд с собственных рук на стражника. Он снова хитро улыбнулся и даже лукаво ей подмигнул       — Меня учили именно так.       — Серьёзно? Алан кивнул.       — Я родился в Мире Земли и рос там… лет до шестнадцати, кажется. До момента, пока отец… А впрочем, не важно.       Аня пожала плечами. Опустила связанные руки и снова зажмурилась. Представила орла. Громадную птицу с массивными крыльями. Как он делает мощный взмах и отталкивается от земли. Мысли об орле прервало странное ощущение. Будто бы ты шевелишь рукой, только рука растёт из спины. Аня на всякий случай постаралась запомнить эти ощущения. Открыла глаза и обернулась. Да, крылья на самом деле шевелились. Ей сразу захотелось прикоснуться к перьям, чтобы убедиться, что всё происходящее реально, но тут же раздражённо фыркнула, вспомнив, что руки связаны. Аня недовольно на него глянула:       — Чё ржёшь?       — Ты когда злишься, нос смешно морщишь. На тигрёнка становишься похожа.       Аня закатила глаза. Странный какой-то комплимент. За калиткой раздалось шуршание, тень от чужих крыльев накрыла их обоих. Обладатель крыльев с глухим ударом приземлился, схватил Алана за плечи и резко рванул на себя, обнимая.       — Хвала королеве, ты жив! Алан отстранился от парня и недовольно нахмурился.       — Ты, во-первых, что здесь делаешь, а во вторых, какого лешего ты меня трогаешь? Смуглое худое личико вмиг обрело серьезный, даже немного мрачный вид.       — Тебе… Вам с его Высочеством нужно возвращаться во дворец… Алан мотнул головой:       — Смысл? Всё равно отправят под трибунал* за самоволку. Ещё и кражу принца повесят, тогда точно… — он сокрушённо опустил голову. Парнишка перебил:       — Дослушай! — он схватил Алана за плечи. — Здесь опасно! Сегодня ночью в лесу два тела нашли. Хочешь стать третьим?!       — Погоди. — Алан нахмурился. — Что за тела́?       — Ты не знаешь? Во даёшь, об этом весь город говорит с самого утра! Мальчишка воровато оглянулся по сторонам, смерил Аню, всё ещё стоящую с обездвиженными руками, недоверчивым взглядом, ближе наклонился к стражнику и зашептал:       — Дерек нашел тело кронпринца, когда дежурил в лесу. А чуть дальше — Койота. Краски разом отхлынули от лица Алана. Он озлобленно сжал кулаки и коротко рыкнул сквозь крепко стиснутые зубы. За его спиной медленно проявились крылья. Стражник резко развернулся на пятках и направился к дому. Рывком распахнул дверь. Лёшка непонимающе нахмурился, разглядывая мрачное лицо Алана. Артур заметно напрягся.       — Мы возвращаемся. — жёстко отчеканил он. Артур поднялся.       — Ты, — с нажимом произнёс принц. — возвращаешься. Я не могу. Мне нельзя. Ты сам слышал, что Фре… Алан громко зашипел, перебивая, приложил палец к губам, а когда Артур замолчал, ещё и покрутил пальцем у виска. Думай, мол, что говоришь.       — Мы возвращаемся вдвоём. Сегодня же. — снова отчеканил стражник. — Собирайся. Артур громко топнул ногой, выпуская гнев.       — Я лечу с вами. — решительно вмешалась Аня, тщетно пытаясь высвободить запястья. Руки потихоньку начинали неметь.       — Тогда я тоже. — подал голос Лёшка. Три пары глаз тут же уставились на него. — Ты знаешь, — он посмотрел на Аню. — Что со мной сделают родители, если с тобой что-нибудь случится. Аня раздражённо фыркнула. Вот только Лёшки ей для полного счастья не хватало! Не то, чтобы она была как-то против его компании, скорее даже наоборот, но он создал бы дополнительную причину волноваться. Лёшке, выросшему в семье, где его поддерживали и любили (местами даже слишком), наверное, пришлось бы очень тяжело в чужом мире, да ещё и в армии. Тем более, учитывая то, что до парень сих пор оставался бескрылым.

***

      Из-за отсутствия крыльев у Лёшки решили идти пешком. Загорелый мальчишка вскоре сдался и раскрыл крылья. Когда тот уже оказался довольно далеко, Алан облегчённо выдохнул. Видимо, парнишка ему не очень нравился. Дорога заняла часов шесть, так что к за́мку ребята пришли к закату. За́мок у крылатых был на самом деле роскошный. В таких обычно живут принцессы из сказок: украшенные ковкой главные ворота, балкон под громадным часовым механизмом, с обилием тонких и не очень круглых башенок, увенчанных остроконечными крышами, покрытыми синей черепицей. На ветру развевались тёмно-синие флаги с контрастирующим светло-жёлтым гербом: двумя парами крыльев и стилизованным солнцем над ними. Верхние крылья соединялись аккуратной петелькой, нижние, поменьше, были показаны небольшими полукругами.       Когда новоприбывшие пришли на задний двор, стражники как раз заканчивали вечернюю тренировку. Артур немного обошёл замок, раскрыл массивные черные крылья и, поднявшись примерно на уровень второго этажа, уселся на подоконник открытого окна. Граф, шумно хлопая крыльями, пересел на плечо Ани. Принц махнул рукой, по очереди глядя на каждого и почему-то задержал взгляд на Лёшке. Аня подмигнула ему и покосилась на друга. Тот, глупо улыбаясь, махал Артуру в ответ. Аня с трудом подавила смешок. Неужели Лёшка втрескался? Они же знакомы всего несколько дней… Когда Артур скрылся за оконной рамой, Алан направился к сослуживцам. Оставив Аню и Лёшку немного позади, подошёл одному из стражников. Аня украдкой его рассмотрела. С виду обычный парнишка лет восемнадцати: высокий блондин с довольно симпатичной стрижкой. Насколько Аня разбиралась в мужских стрижках, это был андеркат** или что-то, очень на него похожее. Однако что-то в его внешности казалось каким-то… странным. Неестественным что ли. Внезапно до неё дошло: андеркат делается при помощи машинки! Да и невозможно родиться с таким красивым холодным блондом. Значит, парень так или иначе связан с Миром Земли, раз регулярно красится и стрижётся.       — Аня! — шёпотом воскликнул Лёшка и дёрнул подругу за рукав. — Глянь! — он кивнул в сторону Алана. Аня прищурилась, разглядывая и самого Алана, и его собеседника.       — У меня глюки? — для точности она даже моргнула несколько раз, однако картинка перед глазами не пропала. Алан действительно разговаривал с Димой. Пазл в её голове постепенно сложился: вот нашлось объяснение и модному андеркату, и красивому окрашиванию. Нашёлся ответ даже на вопрос, куда Дима собрался после кадетки. Аня, видимо, пялилась на Диму слишком долго, потому что он обернулся в их сторону и, ухмыльнувшись, направился к ним.       — Так во-от вы где. — он с наигранными удивлением вскинул светлые брови.       — Вы знакомы?! — удивился Алан.       — Даже больше, чем ты можешь себе представить. Помнишь, я когда-то пообещал познакомить тебя со своим вице-сержантом из Мира Земли? — Дима хитро прищурился, обращаясь к Алану. Тот кивнул. Бывший кадет улыбнулся ещё шире и вытянул ладонь в сторону Ани.       — Ну, как бы вот… Алан перевёл недоверчивый взгляд с Димы на Аню, потом обратно.       — Она не похожа на то, что ты рассказывал! — горячо заявил парень, скорчив недоверчивую гримасу.       — Да? — Дима вновь наигранно удивился. — И чем же она так не похожа?       — Ничем! То есть, всем! То есть… — Алан замялся. — Но она же девчонка!       — А девчонки, по-твоему, ни постоять за себя, ни командовать не могут?       — Ну… — Алан окончательно растерялся. Он беспомощно глянул на Аню, но та лишь развела руками.       — Де Йонг, какие люди! — саркастично пробасил кто-то за спиной Ани. Она дёрнулась от неожиданности, с опаской обернулась. Перед ней стоял мужчина с перевязанным глазом. Из-под бинта немного выглядывали тонкие свежие раны, покрытые уродливой красно-коричневой коркой. Здоровая часть лица была усыпана мелкими коричневыми пигментными пятнами, которые напомнили Ане зёрнышки гречки. Мужчина не выглядел старым, однако на его лице можно было разглядеть тонкие линии морщин у внешних уголков глаз и на лбу. Тёмные, наверняка давно помытые волосы тронула лёгкая седина. Алан уверенно выступил вперёд. Ворон на его плече, внимательно рассмотрев незнакомца, громко каркнул. Оставшись проигнорированным, каркнул ещё раз, шумно взмахнул крыльями и чуть подался вперёд, будто бы указывая на мужчину.       — Да, я вернулся. И даже привёл вам желающего вступить… Граф, закрой клюв! — разозлился юноша и крепко сжал клюв Графа, не давая возможности перебить себя. Птица ещё раз нервно взмахнула крыльями, нечаянно задев контурными перьями глаза Алана и в конце концов успокоилась. Устроилась на плече поудобнее и обиженно нахохлилась. Алан прокашлялся, фокусируя внимание на себе.       — Желающего вступить в ряды стражников. — он указал на Аню. Лёшка встал рядом с ней, выпрямился и на одном дыхании выпалил.       — Двух. — мужчина бросил на него вопросительный взгляд и парень уточнил.       — Двух желающих. Ошарашенные таким внезапным заявлением, Алан, Дима и Аня одновременно, словно по команде, впились в него взглядами. Повисла неловкая пауза. Лёшка, испугавшись, что сказал что-то не то, отступил назад и сцепил пальцы в замо́к. Аня быстро оглянулась на стражников и, собравшись с силами сделала шаг вперёд. Прочистила горло, делая голос ниже и грубее.       — Меня зовут… — её глаза в панике забегали по сторонам, пока она судорожно придумывала себе новое имя. — Ян. — она нервно кашлянула. — Ян Кёниг. Мужчина нахмурился, придирчиво рассматривая Аню.       — Не годишься ты в стражники, Ян Кёниг… — задумчиво произнес он. — Худой слишком. Видно, в детстве каши мало ел. Дима и Алан прыснули, последний прикусил язык. Аня шумно выдохнула и сложила руки на груди:       — Вы набираете стражу по внешности?       — Стражу набирают по способностям, — мужчина хмыкнул. — Но пушинок вроде тебя здесь не жалуют. А вдруг война? Мне не нужно, чтобы половину взвода ветром унесло. Дима снова прыснул. Аня чуть повернула голову, покосилась на друга и грубо отчеканила:       — Молчать. Дима и Лёшка переглянулись. Аня смерила собеседника взглядом с ног до головы.       — Я три года пробыл в военной школе бескрылых, закончил её полтора месяца назад в звании вице-сержанта. — она гордо вскинула голову.       — Наплести можно чего угодно. А подтвердить сможешь? Вам вроде, бумажки официальные должны выдавать. Имеется таковая? Аня чуть было не начала доставать телефон. Благо, вовремя осеклась. Да, в галерее сохранились фотографии и аттестата, и свидетельства об окончании кадетского училища, но ведь они выписаны на имя Анны Спеловской. Да и на фотографии она совсем не похожа на Яна. А некий Ян Кёниг, если когда-то и существовал, то, наверное, уже давным-давно умер.       — Никак нет! — Аня выпрямилась. — Где его выдали, там и остался.       — Ну вот, всё разрешилось. Нет доказательств — нет казармы. А ты, — он повернулся к Лёшке. — Кем будешь? Тот нервно сглотнул.       — А-Алексей… — промямлил Лёшка, кашлянул в кулак и продолжил чуть увереннее. — Алексей Гнездилов.       — Стало быть, тоже из Мира Земли будешь? Лёшка кивнул:       — Так точно! Закончил военную школу полтора месяца назад. — он рефлекторно выпрямился. Трёхлетняя «дрессировка» офицера-воспитателя давала о себе знать.       — И бумажек, стало быть, тоже с собой не имеется? — мужчина лукаво прищурился, будто смеялся над кадетами.       — Фотографии где-то были. — он стал рыться по карманам. Наконец выудил из глубокого переднего кармана старый телефон с паутинкой тонких трещин на защитном стекле, разблокировал и принялся рыться в галерее. Его собеседник скептически сложил руки на груди и закатил глаза. Видно, современные штуки из Мира Земли были ему не по душе. Наконец Лёшка долистал до фотографии с официальной части выпускного. Остановился на той, где директор училища, стоя на крыльце здания, вручает ему документ, сам Лёшка теребит край парадного пиджака от волнения, а чуть поодаль от них, через пару ступенек, в цепь выстраиваются кадеты, уже получившие свой комплект «бумажек». Среди них и Аня — высокая и худая, в тёмно-синих брюках и пиджаке с отличительными лычками, галстуке в цвет и белой рубашке. Она стоит, закусив губу и опустив руку с документами. Текст на них не разглядеть, а вот крупный рисунок герба — запросто. Лёшка максимально приблизил фотографию, но ситуацию это не очень спасло: текст стал вообще не читаемым. Несколько минут они вместе с незнакомцем приближали-отдаляли фотографию. Когда картинка в последний раз отдалилась без его ведома, незнакомец махнул рукой:       — Годится. Принят. Погоди-ка… — мужчина прищурился и ткнул пальцем в экран. — Это кто? Лёшка растерянно оглянулся на Аню, улыбнулся краешком губ и, смотря на собеседника, пожал плечами:       — Как кто? Ян. — он махнул рукой в сторону Ани. — Мы учились вместе.       — Дружили? Лёшка угукнул.       — Что ж, не мне разлучать друзей. Оба приняты. Аня с Лёшкой ударили кулак об кулак в знак солидарности. Начало было положено.