Отчаяние. Одно из тех чувств, что с каждой каплей уносит человека в огромный поток. Когда он раскроет глаза и увидит толщу воды, он не успеет крикнуть - волна поглотит его с головой.
Наверное, не стоит описывать, в каком состоянии был номер Бенни. Достаточно сказать, что одна из дверей была почти сорвана с петель, мебель перевёрнута, а на стеклянном столе красовалась мощная трещина с пятнами чего-то липко-зеленого. Чудовищный запах спиртного был разбросан повсюду.
Мужчина в кресле вытянулся вперед, и желтый свет бронзовой золотой лампы очертил его голую напряженную спину. Бенни, с сигаретой в уголке рта, с невероятной серьезностью что-то доливал себе в стакан, постукивая краем горлышка об него. Рядом, на бордовом ковре, лежали опустевшие пачки сигарет. Некоторые из них были сжаты практически в пластину. Крепкие мышцы дернулись с зацикленным движением руки - Бенни что-то писал на бумаге красивым поехавшим почерком.
"...получить доступ к базе данных, нанять человека..."
"...раскроить обезвредить динамит сбоем в частотах...кто-то, кто разбирается...радио..."
"...столкнуть с лестницы..."
"...убить..."
Бенни раздавил сигарету об стол, смочил бумажную салфетку спиртным и приподнял голову, с усилием втиснув пальцы под край ошейника. Кожа под ним огрубела, но это было лучше, чем возможная инфекция, вызванная контактом воды с грязным металлом, не покидающим его шею на протяжении пары недель. Шрам на щеке затянулся, покрывшись бледным рубцом, и куда больше внимания к лицу Бенни привлекали ввалившиеся и раздраженные зеленые глаза. Он не спал. У него не получалось.
Бенни вытянул согнутые в локтях руки в стороны, и, взявшись за пухлые края кожаного кресла, встал, не опираясь на вторую ногу, и сделал несколько шагов за бутылкой. Одним движением смахнул с неё крышку, взялся за неё, отпил из горла, позволив горьким каплям стечь по небритому подбородку, и с почти мальчишеской легкостью взобрался на край барного стола, подтянувшись на руках.
- Это ничего, Бен. Это ничего.
Жемчужное ожерелье вырвалось с легким шелестом. Грейс обернулась, и увидела перед собой ковбоя с той самой террасы.
- Вытаскивай остальное, девица.
Джо подскочил, стрелой соскользнув с бака за бедро мужчины, даже не посмотревшего в его сторону.
- Ни черта я тебе не дам, - процедила Грейс, поднимая на него заплаканные глаза, вмиг осушившиеся вспыхнувшей в них злобой.
Ковбой схватил её ремень, рывком подняв Грейс на ноги и обкатив её несвежим дыханием. Пистолет в подкладке куртки тяжело подпрыгнул.
Мужчина резко расстегнул потускневшую бляшку и вырвал пояс, отбросив его в сторону, и в ту же секунду опустил ширинку джинс Грейс вниз.
Кровь загустела, как кипящая карамель, стуча в висках. Грейс вытащила пистолет и выстрелила в упор, прямо в шею. Ковбой рухнул, как груда камней, и не смог выдавить из себя ничего, кроме багрового бульканья насквозь простреленной плоти.
- Нет! Нет! НЕТ!
Джо упал на колени, тряся труп за руку. Он тут же завыл. Грейс выронила пистолет из рук, с ужасом посмотрев на них, как на чужие.
- ТЫ СУКА! ОТ ТЕБЯ ВСЕМ ПЛОХО! ЧТОБ ТЫ СДОХЛА, ЧТОБ ТЫ СДОХЛА! - прозвенел мальчик, хрипя от заложившегося носа, из которого вылетели сопли.
Грейс зажала рот ладонью, мотнув головой. Она подняла с земли ожерелье, наполовину утонувшее в луже теплой крови, и кинула мальчику под ноги.
- Забери...забери... - отчаянно прошептала она. 
