Американские каникулы

— Роджерс, сделай лицо попроще, а то на тебя смотреть невозможно. Стоишь, кривишься, словно у тебя зуб болит. А я ведь знаю, что не болит! — Тони был в своем репертуаре: злой, язвительный и беспокойный. Стив иногда задавался вопросом, что в нем нашла такая девушка как Пеппер. Они казались ему двумя противоположностями: спокойная, уравновешенная и рассудительная Вирджиния, и Старк, выходки которого стали уже притчей во языцех. — Мне просто не слишком понятно, зачем тебе понадобилось мое здесь присутствие, Тони. Ты затеял эту встречу на международном уровне. Базы ПВО на территории Гильбоа — тоже целиком твоя идея. Знаешь ведь, я — простой парень из Бруклина, хоть и накачанный сывороткой, и не разбираюсь ни в дипломатии, ни в современном вооружении. — А тебе и не надо ни в чем разбираться, капитан. Ты — символ, этого достаточно! — со смехом парировал Старк, на что его собеседник закатил глаза. — Говорить и подписывать бумажки буду я. А ты… ну, поиграй мускулами, посвети щитом что ли. Впечатли всех, ты же это умеешь! И только Стив открыл рот, чтобы ответить, что он думает по этому поводу, как ДЖАРВИС доложил, что делегация Гильбоа прибыла к зданию СТАРК Индастриз. — Ну, погнали. Надеюсь, Пеппер и Роуди как следует их подогреют, а я перехвачу, так сказать, эстафету. — Твой нездоровый энтузиазм пугает меня, Тони, — проговорил Стив, поудобнее перехватывая щит. Он предпочел бы присутствовать здесь в обычной военной форме, но Тони не отставал, пока Стив не пообещал ему быть «при полном параде». А самому Стиву казалось, что он вернулся в те далекие сороковые, когда его, словно цирковую мартышку, таскали по местам дислокации войск, и каждый вечер на наспех сколоченной сцене он, разряженный в трико, с бутафорским щитом наперевес разыгрывал спектакль для вернувшихся с боя солдат. Клоун! Капитан, мать его, Америка. Тем временем двери конференц-зала распахнулись, и Пеппер ввела гостей. — Господа! Добро пожаловать в СТАРК Индастриз. Если кто не в курсе, я — Тони Старк, владелец этого маленького семейного бизнеса. Рад, что вы все-таки приняли мое приглашение, и, надеюсь, нам удастся по итогам встреч подписать ряд важных документов. Стив пробежался взглядом по представителям Гильбоа: шестеро дипломатов и двое военных, самый молодой из которых — будущий наследник престола принц Джонатан Бенджамин. Второй в форме — министр обороны, уполномоченный принимать решения от имени правящего короля. Странно, почему это право не было дано принцу? — Вижу, что вас заинтересовала гордая фигура, стоящая рядом со мной. Позвольте представить, Стивен Грант Роджерс, Капитан Америка, символ нации, супергерой на службе народа! — Тони сделал драматическую паузу, рассчитывая, видимо, на аплодисменты, но они не последовали. — Что ж, Стив, это было ожидаемо. Гильбоа — очень закрытая страна. Из-за железного занавеса в местные СМИ просачивается преступно мало информации о том, что происходит в остальном мире. — Я в курсе, Тони! — сдержанно проговорил Стив, играя желваками. — А теперь, может, мы присядем, и ты представишь гостям свой гениальный план? Сглаживая неловкий момент, Пеппер засуетилась, очаровывая суровых мужчин своей улыбкой, и те, словно оттаивая, заулыбались ей в ответ, занимая свои места за круглым столом. Завладев виртуальной клавиатурой, Тони мгновенно утратил интерес к персоне Стива, и со всем своим энтузиазмом переключился на бедных представителей Гильбоа. На экране перед ними принялись стремительно разворачиваться карты, схемы и диаграммы, которые сам Роджерс видел уже не раз и не два. От нечего делать Стив принялся присматриваться к зарубежной делегации. Несмотря на закрытость этой крохотной европейской страны, ее представители отнюдь не выглядели наивными простаками, ошарашенными большим городом и техническими новинками Старка. Затянутые в строгие костюмы дипломаты профессионально и почти беззвучно перешептывались, пока Тони вываливал на них все новые порции информации, и в полумраке делали пометки на полях раздаточных материалов, которые своей толщиной могли поспорить с томом Американской энциклопедии. Военные же больше наблюдали за происходящим на их глазах технологическим спектаклем: министр обороны — сурово сдвинув брови, а принц… Наследник престола Гильбоа следил за мелькающими над цифровой панелью картинками с выражением почти детского восторга на юном лице. Сами собой в памяти Стива всплыли строчки из раздобытого Старком досье. Принц Джонатан Бенджамин получил прекрасное образование в одной из лучших военных академий страны и, поступив на службу в регулярную армию Гильбоа, доказал свою отвагу, с блеском вытащив своих людей из серьезной заварушки, за что и получил в двадцать шесть звание майора. Женат на дочери высокопоставленного чиновника, детей нет. Стив и сам не заметил, как завис, уставившись на принца, и тот, словно почувствовав его пристальный взгляд, настороженно встряхнулся и тут же принял серьезный вид, куда более приличествующий его титулу и званию. Наблюдать, как на красивое лицо словно наплывает чужеродная ледяная маска, оказалось неожиданно неприятно. Нахмурившись, Стив отвернулся и уткнулся в свою копию бумаг. Он успел пробежаться по ним еще накануне и, благодаря усиленной сывороткой эйдетической памяти, знал наизусть каждую страницу. План Тони как обычно был прост в своей гениальности. После битвы за Нью-Йорк, когда город еще лежал в руинах, а сам Старк — на больничной койке, в голове Тони зародилась идея накрыть весь земной шар своего рода сетью, системой ПВО, позволившей бы отслеживать вспышки энергетической активности в непосредственной близости от Земли, оценивать их и предпринимать необходимые меры для защиты населения от инопланетных захватчиков. Алгоритм ДЖАРВИСа определил оптимальные координаты точек размещения баз с учетом использования источников тепловой энергии Земли, которая должна была обеспечить их автономную работу. Так крохотное государство Гильбоа и попало на карту и в поле зрения Старка. Вести переговоры с правящим королем поначалу было сложно: тот оказался поистине религиозным фанатиком, но деньги и военные разработки Тони решили дело. Пообещав его величеству Сайласу любую помощь в борьбе с соседним государством Геф, с которым Гильбоа уже несколько лет вело непрекращающуюся войну, Старк получил, что хотел. По сути, оставались только формальности: дипломатам — снова вычитать соглашение о сотрудничестве, министру обороны и принцу — поставить под ним свои подписи. Наконец, Старк замолчал, и приглушенный на время презентации свет снова вспыхнул с безжалостной яркостью. — Господа, как вы могли заметить, я строго придерживаюсь разработанного и многажды согласованного плана. Никакие иные территории вашего государства задействованы не будут. Контракты на поставку вооружения подготовлены, вам остается только повторно рассмотреть их и подписать. Соглашение о сотрудничестве уже подписано с нашей стороны. Мисс Поттс передаст вам все документы после окончания небольшого фуршета, и, как мы и договаривались, у вас будет семь дней на изучение бумаг. А теперь, — Тони поднялся с места, и Стив последовал за ним, — позвольте пригласить вас в самое, не побоюсь этих слов, прекрасное место в этом городе — в банкетный зал СТАРК Индастриз. Уверен, вы оцените вид, открывающийся из его окон! Прошу! Стив заметил легкую улыбку, скользнувшую по лицу Пеппер на этих его словах. В отличие от нее, обреченной терпеть самодовольство Тони почти круглосуточно, Стиву с лихвой хватало погостить пару дней в башне, чтобы смертельно устать от гения, миллиардера, плейбоя, филантропа, как Старк не без гордости себя называл. Подхватив Пеппер под руку, Тони покинул конференц-зал и направился к лифтам. Делегация Гильбоа последовала за ним, Стив же замыкал шествие, выйдя в холл сразу за принцем. Тот оглянулся на него, скользнув взглядом по синему костюму с белой звездой на груди, и Стив, улыбнувшись, развел руками. — Я бы и сам предпочел снять эту форму! — от того, насколько двусмысленно прозвучали его слова, у него порозовели уши. Волевым усилием Стив не позволил румянцу спуститься на щеки и шею. Но принц будто бы и не заметил неловкости, растянув губы в ответной улыбке, неискренней и дежурной. Серые глаза его оставались серьезными. — Я тоже не люблю этот маскарад, — мягко ответил он. — Нет ничего хуже парадной формы. Воротничок душит, ткань колется. Но положение обязывает. Стив согласно кивнул и, не удержавшись, расстегнул шлем и стянул его с головы. Фыркнув, принц жестом показал ему на волосы и, спохватившись, Стив пригладил торчащие в разные стороны короткие пряди. — Порядок? Джонатан уверенно кивнул, и мужчины, наконец, вышли к лифтам. Скоростная кабина в один миг подняла их на последний этаж башни в банкетный зал, за панорамными окнами которого открывался вид на Нью-Йорк с высоты птичьего полета. Следы недавних разрушений уже не были так заметны — город успел зализать самые глубокие раны. Но Стив помнил, как было еще несколько месяцев назад: дымящиеся руины на месте жилых кварталов, раскуроченные небоскребы в деловом центре, усыпанные битым стеклом тротуары. Копоть. Кровь. Скорбь. Как Капитану Америка ему пришлось присутствовать на бесконечном числе траурных мероприятий, раз за разом произнося в микрофон слова соболезнования бесчисленным жертвам. И каждый раз он, замолчав, натыкался на укоризненные взгляды из толпы, вопрошавшие: «Почему вы не успели? Не сделали больше? Не спасли?». Он никогда и ни с кем не говорил о том, что и сам не мог перестать спрашивать себя об этом. Как не мог перестать просыпаться каждую ночь от кошмаров. Чего стоили они все, гордо зовущие себя Мстителями, если позволили такому случиться? Да, план Тони был похож на безумие, но это было безумием гения, а потому не могло не сработать! И Стив согласился участвовать. Лишь бы сделать хоть что-то, чтобы подобное не повторилось в будущем. От мрачных мыслей его отвлекла Пеппер, буквально всучившая в руку бокал с весело поднимающимися со дна пузырьками. — Мне жаль, капитан Роджерс, что Тони заставил вас участвовать в этом! — девушка мягко коснулась его предплечья своей крохотной ладошкой. — Вы же видели хроники, мисс Поттс. Я привык быть цирковой обезьянкой. Но если это поможет… — не договорив, Стив сделал большой глоток и тут же зажмурился от защекотавших нос газов. — И все же примите мои извинения. Я непременно поговорю с ним. — Право, не стоит. Мне не сложно. Возвращайтесь к гостям, мисс Поттс. Кажется, там вы сейчас нужнее. Девушка бросила взгляд на Старка, который, оживленно жестикулируя, уже успел ввязаться в спор с одним из дипломатов, и поспешила к нему. Притороченный к руке щит откровенно мешался. Стив отстегнул его и прислонил к барной стойке, вежливо отказавшись от предложенного барменом еще одного бокала шампанского. К чему было переводить дорогущий Дом Периньон, если не ощущаешь даже легкого головокружения? Да и выросшему в довоенном Бруклине Стиву больше по душе было пиво — его солодовый вкус, простой и незамысловатый, напоминал о доме. В войну они с взводом Воющих Коммандос пили, конечно, всякое, что попадалось: виски, дешевое красное, трофейные ликеры, но пиво для Стива всегда оставалось чем-то особенным. С холодной бутылкой, зажатой в натруженной руке, легко можно было забыть, что где-то рядом шел бой и рвались снаряды, и представить себе родной бруклинский дворик с развешанным на веревках бельем, греющимися на солнце тощими облезлыми котами, и словно вживую услышать ругань старого еврея Лейбница, смех матери и протяжные корабельные гудки. Окинув взглядом зал, Стив заметил принца. Тот стоял у панорамного окна, бесстрашно глядя вниз на панораму города, и с бокалом мартини казался аллегорией одиночества. Совсем как сам Стив. Вынужденно затянутый в форму, с прямой спиной, застывшей в официальной выправке. Повинуясь внезапному порыву, Стив приблизился к нему и встал рядом, плечо к плечу. Они долго молчали, не испытывая потребности в словах. Каждый думал о чем-то своем и не спешил говорить. Но гость из Гильбоа, в конце концов, первым нарушил тишину. — Этот город прекрасен. Вам повезло жить здесь. Странно, но Стив никогда не думал о Нью-Йорке в таком ключе. Этот мегаполис был разным: уродливо-контрастным, суетливым и неспящим по ночам, шумным, ярким, громким, но прекрасным… Для Стива — нет. Сам он предпочел бы городок потише, поуютнее, с узкими тенистыми улочками, неизменно выводившими к сине-зеленой глади океана. С крохотными кафе и овощными лавками, где каждый друг друга знает и приветственно машет рукой, проходя мимо. — Уверен, что столица Гильбоа, Шайло, не менее прекрасна, — нейтрально ответил Стив. Он ничего толком не знал об этом государстве, не видел ни единого города — только безликие и сухие спутниковые снимки, которые показывал ему Тони. — Там слишком много моего отца, — внезапно зло бросил принц и отвернулся в сторону делегации, которую Тони развлекал на пару с верным роботом Дубиной. — Этот человек, он забавный. Стив не сразу понял, что принц говорит о Старке. — Это наименее подходящая характеристика Тони, как мне думается, — усмехнулся он. — Но вот чего у него не отнять, так это его ум и порядочность. Понимаю, что я здесь — сторона заинтересованная, но вы можете не сомневаться в документах, которые вам предстоит подписать. Тони никогда еще никого не обманывал. — Меня это мало интересует. Его величество Сайлас притащил сюда столько специалистов. Будьте уверены, они заново изучат каждый закорючку в бумагах. Моя подпись — всего лишь формальность. Так что можете не стараться, капитан. Пожав плечами, Стив замолчал. — Вы хорошо знаете Нью-Йорк, капитан Роджерс? — Я вырос здесь. Конечно, с тех пор прошло столько времени, многое изменилось. Но после разморозки я успел провести здесь достаточно много времени, чтобы снова познакомиться с городом. — После разморозки? — принц удивленно вздернул бровь, и Стив едва не хлопнул себя ладонью по лбу. Он настолько успел привыкнуть, что в мире каждый ребенок знал его биографию, и не сообразил, что жителям Гильбоа та неизвестна. — Я… Простите, ваше высочество… — Прошу, зовите меня Джек. Не нужно этих формальностей, когда мы наедине, — прервал его принц. Кивнув, Стив продолжил. — Я родился до Второй мировой войны в 1918 году и стал добровольцем в испытании сыворотки, сделавшей из меня, если угодно, суперсолдата. В войну я сражался с фашистами, и в ходе одной операции мне пришлось затопить самолет с ядерными боеголовками в арктических льдах, чтобы избежать массовых жертв, — изумление на лице принца, пока тот слушал историю Стива, постепенно сменялось недоверием, будто он думал, что Стив смеялся над ним, рассказывая эту байку. — Меня нашли и разморозили только в 2011 году. — Это все правда, — спохватился Стив, — здесь, в Нью-Йорке даже есть мой музей. Никогда еще он не чувствовал себя более глупо — убеждать кого-то в том, что его жизнь, похожая на сюжет из комиксов, на самом деле такая и была. — И каково это? — помолчав, спросил принц. — Что? — Умереть и ожить спустя столько лет? Все изменилось, все, кого вы знали, мертвы или превратились в дряхлых стариков. Мир вокруг стал совсем другим. Музыка, книги, техника, технологии. Наверное, это и страшно, и интересно одновременно? Стиву же сейчас было странно другое — как посторонний ему человек, которого он видел первый раз в жизни, смог так легко ухватить все его эмоции, когда несколько лет назад он, растерянный, стоял посреди Таймс сквер в окружении гигантских рекламных экранов, людей в странной одежде и черных джипов, из-за которых на него хищно скалились дулами автоматы. — Да, страшно и интересно. Словно я попал в какой-то фантастический роман. — Я бы хотел так, — проговорил вдруг принц с затаенной завистью, и Стив не в первый уже раз за их короткий разговор решил, что жизнь того не балует. — А я бы никому не пожелал такого. Хотя в этом времени есть много хорошего, чего не было в моей юности. Прекрасная музыка, кинотеатры с 3D, 4D и даже 5D, когда сложно отличить, что реально, а что нет. А еще еда, вкусная и много. Мы жили впроголодь, и синяя курица в супе была поистине праздником. Медицина сейчас не та, что раньше. Моя мать умерла от пневмонии, которую сегодня бы вылечили простыми антибиотиками. Горячая вода в душе. Да я могу так весь день перечислять, — улыбнулся Стив, — но, готов поспорить, брюзжание столетнего старика вам не интересно. — Что вы, капитан! Я бы с удовольствием послушал вас, будь у меня чуть больше времени. Но, кажется, фуршет окончен, — улыбка медленно сползла с лица принца при виде того, как члены делегации, прощаясь, по очереди жали руку Старку. — Но, — пробормотал Стив, даже не пытаясь остановить, одернуть себя, — вы же будете здесь, в Нью-Йорке еще семь дней. Я мог бы показать вам город. — Боюсь, меня вряд ли отпустят, — покачал головой принц и протянул ему ладонь. — Но мне было приятно познакомиться с вами, капитан Роджерс. Не каждый день встретишь столетнего человека в такой хорошей форме и в своем уме. Джек вдруг весело подмигнул ему и поспешил к своим людям.